Глава Беар — Святость Земли Израиля и шмита

Дата: | Автор материала: Рав Игаль Полищук

190

Недельная глава Беар начинается с заповеди о седьмом годе, шмите. Заповедь о шмите – особенная. Рамбан отмечает, что ни в одном другом месте в Торе за такое несильное на первый взгляд нарушение (не идолопоклонство, не убийство и не разврат) не приводится наказание изгнанием. В главе Бехукотай, следующей за нашей недельной главой, говорится о том, что первое – Вавилонское – изгнание, длившееся 70 лет, соответствовало 70 субботним годам и юбилейному году (50-му), йовель, которые не были соблюдены. Получается, что заповедь о шмите настолько важна, что прямо повлияла на продолжительность галута.

Из истории известно, что распространенным обычаем среди народов мира было чередование: год сеешь – год поле простаивает, или же два года сеешь, и третий год простаивает. Вроде бы, и закон и седьмом годе не отличается от принятого во всем мире порядка, за одним лишь исключением: Торой обещано, что в год перед шмитой земля Израиля даст двойной и даже тройной урожай! Разве это по законам природы? Разве происходило такое у других народов мира? По законам природы все как раз наоборот: если земля «устает», то в последний год дает как раз минимальный урожай, а не максимальный.

В заповеди о седьмом годе самым явным образом проявляется присутствие Всевышнего в Святой Земле. Один из смыслов седьмого года – параллель Субботе, и поэтому так строго наказывается нарушение этой заповеди. Тот, кто нарушает Шаббат публично, приравнивается к идолопоклоннику, потому что тот, кто отрицает Шаббат, отрицает Творение мира. Через заповедь о Шаббате мы впитываем в себя знание о том, что есть Творец, Творение, цикл: шесть дней длилось сотворение мира, а на седьмой день был Шаббат. Параллельный этому цикл – шесть лет земледелия и седьмой год – год отдыха земли (и еще одна параллель, о которой не стоит забывать – 6000 лет и седьмое тысячелетие, наступление которого приближается). Поскольку эта заповедь отражает нашу веру в Творца и сотворение мира, а не исполняющий эту заповедь как бы отрицает Творца, наказание за неисполнение ее так тяжело. Таково вкратце понимание комментария Рамбана.

Есть еще одно объяснение шмиты, важное для нас. Мы уже говорили о том, что, с одной стороны, этот мир всем своим существом раскрывает Творца, и тот, кто углубится в созерцание и понимание мира, с каждым мгновением все больше будет видеть величие Того, Кто все это создал и управляет. С другой стороны, слово олам, «мир», намекает на сокрытие: мир скрывает в себе Творца, и тот, кто не заинтересован в том, чтобы Его открыть, может ошибиться, думая, что все «работает» само по себе. Этакий «перпетуум мобиле», вечный двигатель. У Земли Израиля в мироздании есть особая роль: это место избранное, и не случайно всеми народами мира Израиль называется «святой землей». Всевышний наблюдает за этим местом постоянно, и написано, что «глаза Всевышнего над этим местом от начала года до конца года». Год назад мы опубликовали статью рава Пинкуса, в которой говорится о том, что Земля Израиля – особое место связи между народом Израиля и Всевышним, место исполнения Завета. Так же, как жених и невеста после свадьбы становятся мужем и женой и строят свою связь в определенном месте – своем доме, так же и для нашего народа таким домом, местом связи между нами и Творцом, является Святая Земля. Мы приближаемся к празднику Шавуот, который весь проникнут символизмом отношений Всевышнего – жениха, и народа Израиля – Его невесты. Тора при этом подобна ктубе, свадебному договору, а местом исполнения этого договора является, прежде всего, Святая Земля.

В Мишне есть целый раздел, Зраим, в котором, в основном, приводятся законы, связанные с Землей Израиля. В книге о раве Шаломе Швадроне «Коль Хоцев» приведена история, скорее всего, неизвестная русскоязычному читателю. Когда рав Ицхак Зильбер должен был прилететь в Израиль, здесь разнеслась молва о том, что прилетает большой праведник из России и встречать его поехали два больших человека: рав Шалом Швадрон и, кажется, рав Палей из ешивы Хеврон. После теплой встречи, буквально в первые минуты, рав Ицхак поделился впечатлениями от Святой Земли: «Я разговаривал с носильщиком, и он не знает седер (раздел) “Зраим”, как такое может быть? Я крайне удивлен: жить в Земле Израиля и не знать седер “Зраим”!» Тот, кто прочитал и прочувствовал книгу рава Зильбера «Чтобы ты остался евреем», не мог не заметить, насколько тяжело было раву Ицхаку в Израиле в первые годы после переезда – он ехал в Святую Землю, а обнаружил здесь жизнь, противоположную святости!

Раздел Зраим подробно описывает, как освящается жизнь в Земле Израиля. Если, например, пшеница выращена в Канаде или в Украине, то с ней можно поступать как угодно: собирать, продавать, употреблять, ничего не отделять… На Святой Земле все по-другому: перед тем, как хлеб попадет на стол и его можно будет съесть, надо исполнить множество заповедей!

В хумаше, в разделе «Дварим» говорится, что одной из причин, по которой евреи удаляются от Всевышнего, является материальный достаток. Изобилие и комфорт дают людям ощущение самодостаточности, независимости, они забывают о Том, Кто все это им дал. Земля Израиля – место большого благословения, и здесь очень просто раствориться в изобилии и забыть о Творце. Именно поэтому нам были даны законы Святой Земли, в том числе, закон о шмите, чтобы мы во всем этом изобилии не забыли, что земля эта – не совсем наша.

Заповедь шмиты укрепляет нас в вере во Всевышнего. Без сильной веры человек не может оставить свои угодья бесхозными почти на полтора года: весь урожай становится собственностью любого, кто его возьмет – не только бедные люди, но и богатые и даже дикие звери! Представьте, что вашим имуществом сможет пользоваться больше года любой желающий, при том, что вы это имущество приобретали, преумножали, сохраняли. А теперь его нужно просто отдать! Благодаря сильной вере во Всевышнего евреи оставляют свои поля и сады, потому что Всевышний нас не оставит и прокормит, несмотря на то что мы ничего на земле не делаем. Эта сторона заповеди дополняет первую, о которой мы говорили – помнить о том, что Земля дана нам в наследие лишь при условии, что мы исполняем свою сторону договора. Любой достаток, любая браха – не плод труда наших рук, а дар Всевышнего, и особенно ярко это проявляется в жизни нашего народа на Святой земле.

Всевышний дал нам эту землю как знак союза. Если же мы, не дай Б-г, используем этот «свадебный подарок» для личного обогащения и отхода от Творца, то это может стать причиной галута, изгнания.

Среди глав поколений последние 150 лет ведется дискуссия, как относиться к годам шмиты сегодня. Согласно мнению Хазон Иша, который большую часть своей жизни посвятил изучению и восстановлению законов седьмого года на Святой Земле, шмита сегодня – это не закон Торы, а постановление мудрецов. Раз так, возникает вопрос: если с точки зрения закона шмита – это постановление мудрецов, то сбудется ли обещанное Торой благословение? Мудрецы говорят, что непременно сбудется: раз они в результате глубокого изучения и сравнения множества мнений пришли к постановлению о том, что шмиту в Святой Земле соблюдать необходимо, значит, они были уверены как в нашем народе, который сможет исполнить заповедь седьмого года, так и в том, что Творец пошлет Свое благословение – пусть и не в троекратном размере, как сказано в Торе, но в достаточном объеме для того, чтобы помочь Своему народу исполнить заповедь.

Около 150 лет назад евреи стали интенсивно возвращаться на Святую Землю, устраиваться тут, поднимать сельское хозяйство. Известно, что Израиль изначально из-за мизерного количества выпадающих осадков и каменистой почвы не слишком благоприятствует земледелию, и начинание было трудным. Более того, в большинстве своем первые поселенцы жили в нищете, и практически сразу возник вопрос: что делать с седьмым годом? Казалось бы, без того, чтобы трудиться в полях и огородах от зари до заката, прожить год будет невозможно. Возникла серьезная дискуссия среди ведущих раввинов поколения: можно ли разрешить работать на земле также и в седьмой год, учитывая ситуацию?

В то время в Цфате жил большой мудрец Торы – рав Яаков Довид Виловский, известный как Ридбаз. Его отец был печником – строил печи в домах в Слуцке, но ревностно следил за тем, чтобы его сын учил Тору. Как-то раз у него не было денег заплатить меламеду за обучение маленького Ридбаза, но он не могли допустить, чтобы сын прервал учебу. Отец решил разобрать по кирпичу печь в собственном доме (Слуцк – это не Цфат, там бывали очень холодные ночи!), чтобы из этих кирпичей построить кому-нибудь печь, и из вырученных денег заплатить меламеду. Ставший впоследствии большим мудрецом Торы Ридбаз любил повторять, что эта печь грела его долгие годы… Так вот, мнение Ридбаза по поводу шмиты было однозначно: мы не затем приехали в Святую Землю, чтобы отменять ее святость! Соблюдать шмиту следует неуклонно по всем правилам, несмотря ни на что!

Были и другие раввины, которые воспринимали сложившуюся ситуацию (крайнюю бедность евреев, прямую зависимость от того, что даст земля) как исключительную, и такие раввины искали способы, как сделать так, чтобы разрешить работу даже в седьмой год. В результате продолжительных дискуссий и изучения святых книг родилось решение: так называемый этер мехира – разрешение продажи земли Израиля нееврею. Эффект этер мехира примерно такой: если земля принадлежит еврею, к ней относятся все законы шмиты. Если же землю продать нееврею, на нее уже не будут распространяться законы седьмого года, поскольку из Святой Земли она превращается в обычную, и на ней, соответственно, уже можно работать.

Как мы писали выше, раввины, разрешившие лишить землю Израиля святости – пусть и на 1 год – были большими мудрецами Торы, и их решение основывалось на исключительности момента и угрозе самого существования евреев на этой земле. Кроме того, при продаже должно было быть учтено множество моментов, один из которых – разрешить работы, запрещенные мудрецами, но категорически запретить все то, что изначально было запрещено Торой.

Наш великий учитель Хазон Иш, в заслугу которого сейчас в общине Израиля соблюдается шмита, был против этер мехира. Он считал, что Святую Землю категорически нельзя продавать неевреям, т.к. тем самым нарушается запрет Торы «не дай им стоянку на Святой Земле». Хазон Иш приложил огромные усилия для того, чтобы заново построить свод законов относительно шмиты, при этом не искал лишь самые строгие мнения, а, напротив, старался выбрать такое исполнение по Закону, которое будет возможно исполнить.

С Б-жьей помощью, с каждым циклом шмиты все больше людей исполняют ее законы именно на земле. Я помню около 25 лет назад, когда Офаким был большим центром Торы в Земле Израиля, там проводился съезд фермеров, на котором обсуждались тонкости исполнения законов шмиты. Более ста фермеров, простых людей – не бней Тора – собрались в Офакиме, чтобы изучить, как им исполнить волю Всевышнего в год шмиты! Представители «Бадац Эйда Харедит» – самой серьезной организации по надзору за кашрутом в Израиле – приехали их приветствовать! Сердце радовалось видеть, как самоотверженно люди из самых разных слоев населения стремились исполнить все законы шмиты.

С каждым годом все больше производств – от мелких хозяйств до крупных агрокомплексов – соблюдают законы шмиты. Крупнейшие винные заводы Израиля – «Ярден», «Кармель» – выпускают вино с кашрутом шмиты, продавая его лишь за стоимость расходов на производство и реализацию, но не учитывая стоимость винограда. То же самое – с овощами и фруктами: по законам шмиты, представители бейс дина могут зайти в сад, собрать урожай и распределить его, взимая плату лишь за расходы на сбор и транспортировку (именно поэтому в год шмиты мы имеем в магазинах овощи и фрукты, и нам не приходится ходить в поля и собирать их самим). Это называется «оцар бейс дин», буквально – «амбар суда».

Наши замечательные киббуцники и фермеры, которые соблюдают шмиту, доказали всему миру, что законы Торы – вечны. То, что еще недавно казалось невозможным – как в нашем поколении соблюдать шмиту?! – стало осязаемой реальностью. Ведь законы Торы не меняются!

У читателя не мог не возникнуть вопрос о связи этер мехира – продажи Земли Израиля нееврею – и продажи хамца на Песах. Действительно, в том и другом случае имеет место продажа имущества еврея нееврею на определенный ограниченный срок, и в обоих случаях продажа не совсем завершенная. Однако в случае с продажей квасного есть много отличий: прежде всего, такая продажа изначально не запрещена ни Торой, ни мудрецами, и нет в этом спора законоучителей. Во-вторых, еврей не просто продает квасное перед Песахом, он отстраняется от него перегородкой, не пользуется, не употребляет и не держит в своем доме.

В случае с продажей земли все намного серьезнее. Учитывая, что продажа на самом деле фиктивная – евреи не прекращают работать на своих полях и даже не работают меньше, как бы они поступали на чужой земле, да и покупатель ограничен в правах – выглядит это так, будто евреи все-таки нарушают шмиту, продолжая обрабатывать землю. Есть мнение, что великий рав Эльяшив в свое время ушел из государственного раввината именно потому, что не хотел даже косвенно участвовать в оптовой продаже Святой Земли, и тем самым способствовать нарушению евреями святости седьмого года.

В любом случае, с какой бы стороны мы не рассматривали этер мехира, ни в одном из случаев из этого не получается ничего хорошего и правильного. Если продажа юридически легитимна, то это осквернение Земли Израиля, поскольку в результате такой продажи она теряет свою святость. Если же продажа не имеет полноценной юридической силы, то это также осквернение Святой Земли, поскольку на ней продолжают работать, как будто бы седьмого года не существует.

Многие, и я в том числе, помнят трагедию так называемого «соглашения Осло». 18 лет тому назад вроде бы договорились о мире между евреями и палестинцами. Этот «мир» мы с вами уже много лет с прискорбием наблюдаем. Ицхака Рабина и Шимона Переса после этого стали называть «преступниками Осло»: они отдали арабам многое из принадлежащего нашему народу, а взамен не получили ничего, кроме террора. Как известно, величайшие мудрецы и праведники Земли Израиля во главе с нашим учителем равом Шахом предупреждали, что ничего хорошего из этого соглашения не выйдет. Один из мизрахистских раввинов поделился тогда своим наблюдением: незадолго до подписания соглашения в Осло еврейская земля была «продана» перед шмитой. Очевидно, что была между этими событиями связь.

Для многих наших учителей, в том числе для Хазон Иша, вопрос шмиты был принципиальным. Мы пришли на Святую Землю с тем, чтобы освятить себя и жить в святости ради близости к Творцу. Другая – абсолютно противоположная иудаизму – точка зрения: за границей может и следует блюсти еврейские обычаи, чтобы не ассимилироваться, а в земле Израиля можно расслабиться – мы и так в «еврейской» стране. Во время первых волн алии в этом пытались убедить новых переселенцев нерелигиозные сионисты: чтоб быть евреем, достаточно жить в государстве Израиль и говорить на иврите. Тора – вчерашний день, оставь ее для стариков!

Пришли ли мы сюда ради исполнения Торы, ради близости к Творцу или ради того, чтобы у нас была собственная «Швейцария», пусть даже с религиозными атрибутами? Этот вопрос особенно остро встает в год шмиты. Или мы изучаем законы шмиты и стремимся исполнить их, веря в Творца и в святость места, в котором живем, или же мы ищем лазейки, как все эти законы обойти и лишить нашу землю святости. И это все верно, даже если бы эти лазейки имели алахическую силу, а тем более, учитывая то, что по мнению наших величайших учителей, в наши дни эта «продажа» является чистой профанацией.

Учитывая, что несоблюдение шмиты – причина изгнания, а все мы молимся каждый день о том, чтобы Всевышний собрал нас всех на Святой Земле, особую важность приобретает для нас соблюдение года шмиты по закону, так, как донесли до нас это мудрецы. Заповедь о шмите – это один из законов Торы, который требует от нас особого упования на Творца. Это – пример того, как исполнение заповеди, связанной со Святой Землей, сближает нас с Творцом.

Рав Йехезкель Левинштейн, машгиах ешивы Мир, а затем ешивы Поневеж в Бней Браке, всегда был примером настоящей веры для своих учеников. Как известно, рав Левинштейн, будучи машгиахом ешивы Мир, был столпом духа, на котором держалась вся ешива. Один из его близких учеников, рав Бородянский, один из замечательных наставников ешивы «а-Ран» рассказывал: как-то рав Левинштейн был в особенно хорошем расположении духа. Один из учеников набрался смелости и спросил его о причине такого приподнятого настроения. Рав Левинштейн ответил: когда я был учеником в ешиве и мне не надо было заботиться о пропитании, я не жил со Всевышним. Когда я женился и мне пришлось искать средства, чтобы прокормить семью, и средств этих никогда не было – я начал жить со Всевышним. Когда меня приняли на должность машгиаха ешивы и назначили жалование, я перестал жить со Всевышним. Сейчас, когда уже полгода задерживают жалованье и касса ешивы пуста, я опять живу со Всевышним, поэтому у меня такое хорошее настроение!

В нашей жизни часто так происходит: с кредитной карточкой в кармане и полным счетом в банке мы идем по жизни, ни о чем не беспокоясь, чувствуя себя почти всемогущими. Переполненному чувством спокойной сытости человеку трудно жить со Всевышним. Когда же мы знаем, что почва под ногами не столь устойчива, и ветер может подуть совсем в другую сторону, тогда мы заново начинаем жить со Всевышним. Одно из достоинств седьмого года в том, что у евреев нет выхода, мы вынуждены воспитать в себе мидат а-битахон, качество упования на Творца, привычку полагаться на Него во всем. Одно из самых известных мест в Израиле, где соблюдают шмиту – поселение Комемиют, находящееся между Тель Авивом, Беэр-Шевой и Иерусалимом, недалеко от Кирьят Малахи. Комемиют стал местом многих чудес, свидетельством Руки Всевышнего: там соблюдали шмиту и выживали экономически, несмотря на все известные законы природы.

Святая Земля – это место, предназначенное для жизни с Творцом, где надо выращивать в себе связь с Ним. Невозможно жить здесь, не полагаясь полностью на Творца. Наша задача – освятить Землю Израиля, а не лишить ее святости!

Подготовила А. Швальб.


http://www.beerot.ru/?p=53616