Журнал «Беерот Ицхак» №134 — Недельные главы Мецора, Ахарей Мот, Кдошим, Эмор

Дата: | версия для печати версия для печати

[1] НЕДЕЛЬНАЯ ГЛАВА МЕЦОРА

[1-1] Комментарии Рамбана к недельной главе

Две птицы

«Взять для очищаемого двух живых чистых птиц (צִפֳּרִיםципорим)» (Ваикра, 14:4-7).

«Написано «живых» – чтобы исключить треф – нежизнеспособных. Написано «чистых» – чтобы исключить запрещенных в пищу. И поскольку язвы поражают за злоречие, которое порождено болтливостью, для очищения требуются птицы, щебечущие без умолку. Так объясняет Раши.

Мне видится, что название צִפּוֹר (ципор) относится в первую очередь к малым птицам, которые начинают петь и щебетать на рассвете. И оно образовано от арамейского слова צפרא (цафра – утро), ведь написано: «Пусть возвратится, встав рано утром (וְיִצְפֹּר – ве-ицпор)» (Шофтим, 7:3).

И об этих певчих птицах сказано: «птицы небесные (צִפּוֹר שָׁמַיִם – ципор шамаим)» (Теилим, 8:9), так как большинство из них способно взлетать высоко в небо.

А из слов наших наставников можно заключить, что словом צפור (ципор) называют всех «чистых» птиц. …И учили в «Сифри» от имени раби Йошия: «Везде, где в Торе сказано צפור (ципор), имеется в виду чистая птица». А раби Ицхак сказал: «Чистые птицы называются как עוף (оф), так и צִפּוֹר (ципор), но нечистые – только עוף». И так же говорится в Талмуде, в главе «Шилуах а-кен» (см. Хулин, 139б).

Но совершать очищение от язв цараат заповедано только с помощью птиц, называемых дрор (צפרי דרור – ципорей дрор). Ведь в «Торе коэнов» учат: «И отпустит живую птицу за городом в поле (14:53) – по словам раби Йоси А-Глили, имеются в виду птицы, которые живут возле города. И что это за птицы? Это дрор». И в этом же мидраше говорится о том, что эти птицы «щебечут без умолку». …И так же учили в мишне из трактата «Негаим»: «[Для очищения от язв цараат] приносят двух птиц дрор».

[Слово דְּרוֹר (дрор) в Писании обычно означает «свобода», как написано: «Объявите свободу (דְּרוֹר – дрор) на земле» (Ваикра, 25:10), «Провозгласить свободу (דְּרוֹר) пленным» (Йешаяу, 61:1) и «Объявили свободу (דְּרוֹר) каждый своему ближнему» (Ирмияу, 34:15). Да и в Талмуде указывается: «דְּרוֹר – это свобода» (Рош а-Шана, 9б).

А в талмудическом трактате Бейца сказано: «Птица дрор не принимает над собой никакой власти». Однако, согласно мнению раби Ишмаэля, название этих птиц образовано от слова דרה (дара – «живет»), так как эти птицы могут обитать как в домах, так и в поле (Бейца, 24а). Раши поясняет, что эти птицы могут селиться в укромных местах строений, и, соответственно, их название связано со словом דירה (дира – «жилище») (Раши, Бейца, 24а). А есть комментаторы, объединяющие две указанные этимологии слова дрор: эти птицы селятся в любом месте, где захотят – «как в домах, так и в поле», а это и есть свобода («Пардес Йосеф», Ваикра 14:4/7/).

К птицам дрор относят воробьев и их родственников: ласточек, синиц, скворцов, жаворонков, канареек и т.п. Но пригодность каждого из этих видов для очищения от язв цараат требует особого изучения.]

А в сборнике «Мидраш Раба» говорится от имени раби Йеуды, передающего слова раби Симона: «Птица должна быть голосистой». Ведь этот человек злословил, и, согласно воле Святого, благословен Он, «голос [птицы] должен искупить голос [злословившего]».

«И кедрового дерева, и червленицу, и иссоп». По объяснению раби Авраама (Ибн Эзры), это самое большое и самое маленькое из растений. А подтверждение этому – мудрые слова царя Шломо.

[В Танахе рассказывается, что царь Шломо «говорил о растениях: от ливанского кедра до иссопа, растущего из стены» (Мелахим 1, 5:13). А в мидраше объяснено, что Шломо задавал вопрос: «Почему излечившийся от проказы очищается с помощью самого высокого и самого низкого из растений – кедра и иссопа?». Ответ таков: «Человек, возносящий себя, подобно кедру, карается язвами цараат, а когда он приуменьшает и принижает себя, как низкорастущий иссоп, он в конце концов излечивается» (Коэлет Раба, 7:43). И в другом мидраше также указано, что «язвы цараат поражают за высокомерие (гасут а-руах), …а излечивается человек, принижая себя, – и поэтому очищение совершается с помощью иссопа, который стелется по земле» (Танхума, Мецора, 3).

По определению Маараля из Праги, злословящий «считает себя более значительным, чем все остальные люди, и ставит себя над всеми» («Нетивот Олам», Натив а-Анава, 4). Таким образом, причина злоречия заключена в том, что человек с пренебрежением относится к другим и, рассказывая порочащие их сведения, возвышает себя за счет окружающих. Шаг за шагом гордыня приводит его к мироощущению: «На свете не существует ничего, кроме меня». И поэтому-то Всевышний говорит о высокомерном человеке так: «Он и Я не можем жить в одном мире» (Сота, 5а) – ведь гордец не оставляет места даже для своего Творца (см. «Ми-Маамаким», Ваикра, Мецора, 49, стр. 245-248, 50, стр. 250).

Рамбам показывает, как тот, кто начинает с пренебрежительного отношения к другим людям, в конце концов доходит до пренебрежения к Небесам: «Так обычно происходит в сборище нечестивых насмешников: сначала они умножают речи о пустяках, как написано: «Речь глупца многословна» (Коэлет, 5:2), и слово за слово оговаривают праведных, как написано: «Говорят против праведников заносчиво и с презрением» (Теилим, 31:19). …А затем, слово за слово, они начинают говорить о Б-ге (без почтения и трепета), и в конце концов приходят к неверию. …Ведь написано: «Обратили против Неба свои уста, и своим языком метут по земле» (там же, 73:9). Почему они восстали против Небес? Потому что сначала их языки «мели по земле» (Рамбам, «Тумат цараат», 16:10).

И поскольку злословящий ставит себя над другими людьми – как бы вне всего человечества, нечестивца, пораженного за злоречие язвами цараат, поселяли, согласно закону Торы, вне стана, отделяя его от всех людей, – мера за меру (см. «Ми-маамаким», Ваикра, Мецора, 49, стр. 247).]

«И выпустит живую птицу в поле» (Ваикра, 14:7) – в незаселенное место, чтобы не распространять болезнь. А в «Торе коэнов» говорится: «В поле – но не выпустить птицу в море, стоя в Яффо, или выпустить в пустыню, стоя в Гевате». А если так, то выпускание птицы в поле связано с тайной «козла отпущения»…

«Нет необходимости входить в подробности»

«Возьмет двух баранов без порока и одну годовалую овцу» (Ваикра, 14:10-12).

В этой строке Торы не разъяснено, что следует сделать с двумя баранами и одной овцой. Но указано, что одного барана следует принести в повинную жертву (14:12), а затем совершить грехоочистительную жертву и зарезать жертву всесожжения (14:19). Ведь, поскольку в главе Ваикра уже упомянуто, что в грехоочистительную жертву приносят самку, а в жертву всесожжения – самца, то здесь уже нет необходимости входить в подробности: ясно, что второго барана нужно принести в жертву всесожжения, а овцу – в грехоочистительную жертву.

[Хафец Хаим поясняет, что, поскольку в наше время нет Храма и искупительных жертв, злословящих нечестивцев не наказывают язвами цараат – ведь они не смогли бы искупить своё прегрешение. А в мидраше по этому поводу говорится: «Пусть тебя не смущает, что, хотя, по утверждению мудрецов, «каждого злословящего поражают язвы проказы», мы видим людей, которые злословят и, тем не менее, остаются целы и невредимы. Знай, что цараат, о которой говорится в Торе, бывает либо на теле, либо на душе – и если она не поражает тело, то поражает душу. А цараат души страшнее, чем цараат на теле. В книге «Зоар» указано, что в месте кары есть особое отделение, называемое «нега цараат» («язва цараат»), – там караются души злословивших» («Ме-ам лоэз», «Акеда»; цит. по «Талелей орот», Ваикра, Мецора, 14:2).]

Редакция «Беерот Ицхак» выражает глубокую признательность переводчику раву Александру Кацу, редактору раву Цви Патласу и издательству «Пардес» за право пользоваться их переводом комментария Рамбана на русский язык.

[2] НЕДЕЛЬНАЯ ГЛАВА АХАРЕЙ МОТ

[2-1] Комментарии Рамбана к недельной главе 

«Закон Б-га этой страны»

«И осквернилась страна, и Я взыскал с нее за вину ее, и исторгла страна живущих в ней» (Ваикра, 18:25-28).

Закон Торы особенно устрожает в отношении запретных связей (арайот), поскольку они оскверняют [Святую] Землю, и она исторгает блудников. И хотя при запретных связях грех совершается телом человека и напрямую не связан с землей, тайна этой связи заключена в строках Торы: «Когда Всевышний давал уделы народам, разделяя людей, установил Он границы народов по числу сынов Израиля, ведь доля Б-га – народ Его, Яаков – область Его удела» (Дварим, 32:8-9).

Смысл этого заключается в следующем: создавая Вселенную, Всевышний дал обитателям высших миров силу управлять нижним миром – над каждым народом, живущим в выделенной ему стране, Он поставил определенную звезду, как это известно астрологам. Поэтому-то сказано: «И как бы, взглянув на небо и увидев Солнце, Луну и звезды – всё воинство небесное, – не соблазнился ты поклоняться и служить тому, что создал Г-сподь, Б-г твой, для всех народов под небесами» (там же, 4:19) – ведь Он связал каждый из народов с определенным созвездием, а над звездами поставил высших ангелов – сарим, которые стали правителями народов. И об этом написано: «Но правитель (сар) Персидского царства противостоял мне» (Даниэль, 10:13). И написано: «Придет правитель (сар) Греции» (там же, 10:20).

И вот, для всей Вселенной Всевышний – «Б-г богов и Владыка владык» (Дварим, 10:17). Но Земля Израиля, расположенная в центре населенного мира, – это «надел Г-спода», принадлежащий только Ему. И передавая ее в наследие своему народу, потомкам возлюбивших Его, Он не поставил над ней никаких ангелов – «ни начальника, ни надсмотрщика, ни правителя». Об этом сказано: «Вы будете для Меня избранными из всех народов, ведь Моя – вся земля» (Шмот, 19:5). И написано: «Вы будете Мне народом, а Я буду вам Б-гом» (Ирмияу, 11:4) – но над сынами Израиля не будет «других богов».

[Т. е. сарим (см. комментарий к Шмот, 20:3-4). В книге «Зоар» также объяснено: «Святой, благословен Он, распределил все страны и народы между своими доверенными посланцами. Но над Землей Израиля не властвует никакой ангел и никакое доверенное лицо – но только Святой, благословен Он. И поэтому Он привел народ, над которым не властвует никто другой (кроме Него), на землю, над которой не властвует никто другой, кроме Святого, благословен Он» («Зоар», Ваера 108б).]

И Он освятил народ, унаследовавший Его страну, запретив им блуд и дав множество заповедей, чтобы сыны Израиля принадлежали только Ему. И поэтому Он сказал им: «Соблюдайте же все установления Мои и все законы Мои и исполняйте их, чтобы не исторгла вас страна, в которую Я веду вас, чтобы жить вам в ней» (Ваикра, 20:22). И написано: «Сказал Я вам: вы завладеете землей их, и Я отдам ее вам в наследие, страну, текущую молоком и медом: Я – Г-сподь, Б-г ваш, который выделил вас из всех народов» (там же, 20:24).

Итак, избрав нас из всех народов, Он даровал нам эту землю, а над остальными народами поставил высших ангелов (сарим) и «других богов» – но нашим властителем будет только Он, и мы будем принадлежать только Ему. А земля, являющаяся наследием Б-га, будет исторгать всех, оскверняющих ее, – она не потерпит служащих идолам и вершащих разврат. Поэтому-то служение Молеху, являющееся одним из видов идолопоклонства, в этой главе упомянуто рядом с запретом арайот. И о том, и о другом сказано: «Не оскверняйтесь ничем этим, ибо всем этим осквернялись эти народы, …и исторгла страна живущих в ней» (там же, 18:24-25). И в следующей главе также сказано: «Я выделил вас из народов, чтобы быть вам Моими» (там же, 20:26) – и там же говорится о строгости запрета идолопоклонства.

Таким образом, Он дал сынам Израиля эту землю именно потому, что они принадлежат только Ему, как написано: «Я отдам ее вам в наследие, страну, текущую молоком и медом: Я – Г-сподь, Б-г ваш, который выделил вас из всех народов» (там же, 20:24). И хотя вся Вселенная принадлежит Б-гу, вне Земли Израиля нет совершенной чистоты из-за ангелов, властвующих над остальными странами, так как народы по заблуждению служат также и этим ангелам.

Написано: «Б-гом всей земли назовется Он» (Йешаяу, 54:5), ведь Он – Б-г богов, и Он властвует над всей Вселенной. А в конце времен Он «покарает воинство небесное в вышине» (там же, 24:21), лишив высших ангелов их власти и разрушив подобную систему управления народами, – а затем уже Он покарает и «царей земных на земле» (там же).

В сборнике мидрашей «Сифра» разъясняют строку Торы «Соблюдайте же все установления Мои и все законы Мои и исполняйте их, чтобы не исторгла вас страна, в которую Я веду вас» (Ваикра, 20:22). Мудрецы говорят: «Земля Израиля не подобна другим странам, она не терпит совершающих грехи, как царский сын, которого накормили недоброкачественной пищей, не способной удержаться в его желудке, – и он ее изрыгает. Поэтому сказано: «И не исторгнет страна вас [если отрешитесь от разврата], когда вы оскверните ее, как исторгла она народ, бывший до вас» (там же, 18:28)».

А в «Сифри» толкуют строку «Нет с Ним чужих богов» (Дварим, 32:12): ни одному из высших ангелов народов мира не будет дозволено управлять вами. И мудрецы утверждают: «У всякого, кто живет вне Земли Израиля, как будто нет Б-га, ведь написано, что Он «дал вам страну Кнаан, чтобы быть вам Г-сподом» (Ваикра, 25:38). И сказал [Давид, которому пришлось покинуть Святую Землю]: «Они изгнали меня ныне из удела Г-спода, говоря: ступай, служи чужим богам!» (Шмуэль 1, 26:19)».

И в связи с этой темой в «Сифри» разъясняют строку «Исчезнете вы быстро из хорошей страны, которую Б-г дает вам» (Дварим, 11:17). «Хотя Я изгоняю вас из этой страны, – сказал Б-г, – но и вне её вы будете украшены заповедями, чтобы, когда вы вернетесь, они не были для вас внове». И там же приведена притча: муж изгнал жену в дом ее отца, но предупредил ее: «Продолжай носить свои украшения, чтобы, когда я тебя возвращу, это не было бы тебе в новинку». И у пророка сказано: «Сделай себе особые приметы» (Ирмияу, 31:20) – имеются в виду заповеди, которыми «украшены» сыновья Израиля.

В изгнании Творец обязывает сынов Израиля выполнять в первую очередь такие основные заповеди, как тфилин и мезуза, ведь написано: «…Исчезнете вы быстро из хорошей страны, которую Б-г дает вам. Положите же эти Мои слова на сердце ваше и на душу вашу и повяжите их как знак на руку вашу, и да будут они знаками между глазами вашими» (Дварим, 11:17-18), а далее: «И напиши их на косяках дома своего и на воротах своих» (там же, 11:20). И именно об этом мудрецы говорили: «И вне её вы будете отмечены заповедями, чтобы по возвращении они не были для вас внове». Ведь все заповеди предназначены преимущественно для живущих в земле Б-га (т. е. в Земле Израиля). И в «Сифри» толкуют: заповедь заселения Земли Израиля равновесна всем заповедям Торы, ведь написано (там же, 11:31-32): «…И овладеете вы ею, и поселитесь в ней, и будете строго исполнять все установления и законы, которые Я даю вам сегодня».

[Комментаторы отмечают, что заповедь заселения Земли Израиля равноценна всем остальным заповедям, кроме изучения Торы. И поэтому разрешено покидать Землю Израиля ради изучения Торы, если его наставник находится за границей, ведь человек способен постигать мудрость Торы не от любого учителя. И также разрешено покидать Святую Землю, чтобы преподавать Тору (р. Д. Прадо, «Де-вей-рав» на «Сифри», Дварим 80; см. также Авода Зара, 13а, Тосафот, «Лильмод»).

А заселение Земли Израиля без выполнения заповедей не только не «равноценно всем заповедям», но и чревато большой бедой. В одной из своих драшот Рамбан говорит: «Иногда близость евреев к Б-гу становится причиной их отдаления. В таком положении оказываются те, кто удостаивается жить перед лицом Святого, благословен Он, в Его земле. Если они относятся к Нему с должным почтением, то благо им – и они счастливы. Но если они восстают против Него – горе им в большей степени, чем всем остальным Его созданиям! Ведь они гневят Царя и восстают против Него прямо в Его дворце! И Он выбрасывает их из дворца, как написано (Йешаяу, 65:3, Ошея, 9:3): «Народ, гневящий Меня перед Моим лицом постоянно, – не будут жить они в земле Г-спода» (Рамбан, «Драша ле-Рош а-Шана», в «Китвей Рамбан» 1, стр. 249).]

А в «Тосефте», относящейся к трактату Авода Зара, указано, что именно с этим было связано заблуждение нечестивцев, обратившихся к пророку Йехезкелю: «Наш наставник Йехезкель, разве раб, проданный своим господином, еще что-нибудь ему должен?!» И Йехезкель им ответил: «Задуманному вами не бывать, сказанному вами: «Будем, как [другие] народы, как племена [других] стран, служить дереву и камню» (Йехезкель, 20:32).

[В Талмуде объяснено, что когда пророк Йехезкель призывал к раскаянию евреев, изгнанных со Святой Земли вавилонским царем Невухаднецаром, они ему отвечали: «Раб, проданный своим господином, и жена, изгнанная своим мужем, ничего им более не должны!» Эти нечестивцы имели в виду следующее: поскольку Творец «продал» сынов Израиля Невухаднецару и изгнал их от Себя, то и они более не обязаны соблюдать Его заповеди (Санедрин, 105а, Раши).]

И поэтому праотец Яаков при вступлении в [Святую] Землю повелел «своей семье и всем, кто с ним: избавьтесь от всех идолов, очиститесь и смените одежды – мы выходим и идем в Бейт-Эль…» (Берешит, 35:2-3). И Творец сплел цепь событий так, что Рахель умерла в пути, вскоре после вступления в [Святую] Землю. Учитывая заслуги Рахели, Творец избавил ее от смерти и погребения вне [Святой] Земли. А заслуги Яакова избавили его от того, чтобы поселиться на [Святой] Земле с двумя сестрами, ведь жениться на двух сестрах запрещено Торой. И, вероятно, Рахель забеременела Биньямином еще до прихода в Шхем, а в Святой Земле Яаков к ней вообще не прикасался из-за упомянутого запрета.

А у пророка сказано: «И прежде всего Я воздам им вдвое за вину их и за грех их – за то, что они осквернили Мою землю мерзостью своих идолов и своими гнусностями наполнили Мой удел» (Ирмияу, 16:18). Об этом же говорится во многих местах Писания – ты сам увидишь, после того как я обратил твое внимание на эту тему.

А раби Авраам (Ибн Эзра), комментируя главу Ваелех, написал по этому поводу так: «Мы знаем, что Всевышний – един, а все различие – от восприятия. Но Б-г не изменяет своих деяний, ведь все они совершены с мудростью. А служение Всевышнему зависит от Его влияния, воспринимаемого в том или ином месте. И поэтому написано: «закон Б-га этой страны» (Мелахим 2, 17:26), а праотец Яаков сказал (при приближении к Земле Израиля): «Избавьтесь от всех идолов…». И это святое место не приемлет запрещенных связей (арайот) и кровосмешения. И умудренный поймет». Таков его комментарий.

И не пытайся опровергнуть мои слова сказанным в строке «Михаэль, ваш повелитель (сар)» (Даниэль, 10:21), ведь это – ангел-служитель, просящий милости для Израиля, а не владыка и повелитель. А «вождь (сар) воинств Б-га», открывшийся Йеошуа бин Нуну возле Иерихона, тоже был послан Б-гом, чтобы сражаться за сынов Израиля, – хотя это было и вне Святой Земли. И подобное же произошло с царем Хизкияу.

И не дозволено разъяснять в отношении Святой Земли больше этого. Но если ты удостоишься понять тайну сотворенной «земли», упомянутой в первой строке книги Берешит, а также в главе Бехукотай, – то удостоишься высочайшего и сокровенного постижения. И тогда ты поймешь сказанное нашими наставниками: «Верхнее Святилище (Бейт-Микдаш шель мала) соответствует нижнему Святилищу (Бейт-Микдаш шель мата)».

И вот, в Торе указывается, что обитатели Кнаана были изгнаны из-за блуда. Как отмечают наши наставники, блуд был запрещен со времени сотворения человека и со дней Ноаха, ведь Творец не карает за то, что Он не запретил. Но в Писании этот запрет не упомянут, но лишь сказано, что страна исторгла их, так как она гнушается подобной мерзостью.

И блуд запрещен не только обитателям страны Кнаан [но и всем потомкам Ноаха]. Но хотя и написано: «По обычаям страны Египетской, в которой вы жили, не поступайте» (Ваикра, 18:3) – т. е. египтяне тоже творили все эти мерзости, тем не менее, земля Египта их не исторгла. И никакая другая страна не исторгает своих обитателей – но это достоинство только Святой Земли. И сказано: «Исторгла страна живущих в ней», поскольку с того момента, когда кнаанцам был вынесен приговор, земля как будто уже их «исторгла». Ведь в высших мирах это уже произошло, как написано: «Их тень от них отступила» (Бемидбар, 14:9).

[В Торе рассказывается, что из двенадцати разведчиков, посланных осмотреть страну Кнаана, только двое – Йеошуа бин Нун и Калев бен Йефунэ – призывали к завоеванию страны, говоря: «Не бойтесь народа этой земли, ибо они [отданы] вам на съедение! Их тень от них отступила, потому что Б-г – с нами. Не бойтесь их!» (Бемидбар, 14:9). Комментируя эту строку Торы, Рамбан поясняет, что в ней содержится намек на высших ангелов (сарим), так как народ не терпит поражение прежде, чем низвергается его сар, как сказано: «Б-г накажет небесное воинство в вышине», а затем уже – «царей земных на земле» (Йешаяу, 24:21). Именно это имели в виду Йеошуа и Калев: уже отступила сила, под сенью которой существовали эти народы. И об этом сказано в мидраше на «Песнь песней»: «И обратились в бегство тени» (Шир а-Ширим, 2:17) – это высшие ангелы народов мира, потому что это – их «тени» (см. «Ялкут Шимони», Шир а-Ширим 2). Таким образом, исторические события сначала происходят в высших мирах, а затем уже воплощаются на земле.]

Редакция «Беерот Ицхак» выражает глубокую признательность переводчику раву Александру Кацу, редактору раву Цви Патласу и издательству «Пардес» за право пользоваться их переводом комментария Рамбана на русский язык.

[3] НЕДЕЛЬНАЯ ГЛАВА КДОШИМ

[3-1] Комментарии Рамбана к недельной главе 

В дополнение к Десяти речениям

Заповедано: «Бойтесь каждый матери своей и отца своего». В Десяти речениях повелевается почитать родителей, а здесь – трепетать перед ними.

И сказано: «Субботы мои соблюдайте» – там заповедано «помнить», а тут «соблюдать». И мы уже разъясняли оба этих аспекта.

Выражение «Не обращайтесь (אַל תִּפְנוּ – аль тифну) к идолам» близко по смыслу к таким строкам Торы: «Но если отвратится (יִפְנֶה – ифнэ) сердце твое» (Дварим, 30:17) и «Сердце отворачивается (פֹנֶה – фонэ) сегодня от Г-спода» (там же, 29:17). Таким образом, повелевается, чтобы сердце человека не обращалось к божкам, полагая, что от них может быть какая-либо польза, например, будто бы с их помощью возможно предсказать будущее. Но всё, что с ними связано, должно быть в глазах человека пустым и вздорным – а будущее определяется только приговором Творца.

Наши наставники указывали, что на идолов «запрещено [даже] смотреть, поскольку написано: Не обращайтесь к идолам». Они говорили так, чтобы предостеречь: вообще не следует включать божков в свое поле зрения.

[Так, Рамбам подчеркивает, что заповедь «Не обращайтесь к идолам» подразумевает «запрет проявлять всякий интерес к идолослужению и изучать посвященные ему книги». «Запрещено, – поясняет он, – вникать в иллюзорные измышления идолопоклонников о том, что такая-то духовная сущность воплотилась в такое-то изображение и совершила то-то и то-то, или что такая-то звезда влияет на то-то и то-то, и поэтому ей служат так-то и так-то, воскуряя такие-то и такие-то благовония, и т.п. Ведь раздумья о подобных иллюзорных предметах и их изучение способны пробудить в человеке соблазн испытать влияние идолов на себе и служить им». И соответственно, «запрещено даже вглядываться во внешнюю форму идола или наблюдать, как его изготовляют» («Сефер а-Мицвот», «Ло таасе», 10; см. также Рамбам, Авода Зара, 2:2). И об этом же сказано в кодексе «Шулхан Арух»: «Запрещено слушать музыку, используемую при идолослужении, или рассматривать искусно выполненные изображения идолов, ведь от этого зрелища человек получает удовольствие» («Йорэ Деа», 142:15). А Рамо добавляет, что «если идол случайно попал в поле зрения, то запрет не нарушен» (там же).

А наш наставник рав Ицхак Зильбер объяснял этот запрет Торы так: «Что значит «Не обращайтесь к идолам»? Не занимайтесь изучением законов и обычаев служения идолам. И это относится не только к прямому язычеству, но и к самым «изысканным» явлениям культуры, вроде церковной архитектуры и музыки» («Беседы о Торе», Кдошим).]

И написано: «Богов литых не делайте себе» – чтобы подчеркнуть, что они запрещены с момента изготовления. Подобные предостережения, связанные с запретом идолопоклонства, приведены в Торе во многих местах.

А в сборнике «Ваикра Раба» говорится от имени раби Леви, что в эту главку Торы как бы включены Десять речений. Речение «Я – Г-сподь, Б-г твой» (Шмот, 20:2) соответствует строке «…Ибо свят Я, Г-сподь, Б-г ваш». Там – речение «Чтобы не было у тебя иных божеств» (там же, 20:3), здесь – строка «Не обращайтесь к идолам и богов литых не делайте себе». Там сказано: «Не произноси имени Г-спода, Б-га твоего, напрасно» (там же, 20:7), а здесь – «Не клянитесь ложно именем Моим» (Ваикра, 19:12). Там написано: «Помни день субботний» (Шмот, 20:8), а здесь – «Субботы мои соблюдайте». Там – «Чти отца своего и мать свою» (там же, 20:12), а здесь – «Бойтесь каждый матери своей и отца своего». Там – «Не убивай» (там же, 20:13), здесь – «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего» (Ваикра, 19:16). Там – «Не прелюбодействуй» (Шмот, 20:13), здесь – «Не оскверняй дочери твоей, предавая ее разврату» (Ваикра, 19:29). Там – «Не похищай» (Шмот, 20:13), а здесь – «Не крадите» (Ваикра, 19:11). Там – «Не отзывайся о ближнем своем ложным свидетельством» (Шмот, 20:13), здесь – «Не ходи сплетником в народе своем» (Ваикра, 19:16). Там – «Не желай дома ближнего своего, …и ничего из того, что у ближнего твоего» (Шмот, 20:14), а здесь – «Люби ближнего своего, как самого себя» (Ваикра, 19:18). Таковы слова этого мидраша.

«Уставы Небес»

«Установления Мои соблюдайте: скота твоего не своди с другой породой…» (Ваикра, 19:19).

Установления (хуким) – это приказы Царя, не имеющие логического объяснения. Так комментирует Раши, опираясь на слова мудрецов Талмуда. Однако мудрецы Талмуда говорили, что смысл заповеди скрыт только в отношении запрета смешивать в одежде шерсть и лен, и поэтому дурное влечение и народы мира особенно оговаривают эту заповедь, но это не относится к запрету скрещивать различные виды животных.

[В талмудическом трактате Йома говорится о том, что есть заповеди, против которых Сатан (который проявляется, в частности, как дурное влечение в человеке) восстает особенно сильно, убеждая еврея, что Тора – не истина, ведь от выполнения этих заповедей нет никакой пользы. К таким заповедям относятся, например, запреты есть свинину и носить одежду из смеси шерсти со льном, а также законы об очищении пеплом рыжей коровы и искуплении с помощью «козла отпущения». И чтобы человек не подумал, будто эти заповеди лишены смысла, Всевышний предупреждает: «Я вынес это установление, и ты не имеешь права в нем сомневаться!» (Йома 67б, Раши).]

И не имеется в виду, будто какие-либо приказы Царя царей не имеют смысла, ведь «всякое слово Б-га выверено» (Мишлей, 30:5). Но хуким подобны таким приказам царя, которые он отдает, не объясняя народу, какую пользу они приносят, – а народ не понимает их и не видит в них никакой пользы, но выполняет лишь из страха перед властями. Так и установления Святого, благословен Он, – это тайны Его Торы, и хотя народ не видит от их соблюдения никакой пользы, в отличие от выполнения понятных им законов (мишпатим), тем не менее, все установления имеют верный смысл и приносят великую пользу [при этом значение хуким неизвестно только большинству народа, но мудрецам – известно («Бейт а-Яйн», Ваикра, 19:19 /7/)].

А смысл запрета скрещивать различные виды заключается в следующем. Всевышний создал в мире множество видов животных и растений, вложив в них такую жизненную силу, чтобы они могли существовать всегда – столько, сколько Творец пожелает продлевать существование Вселенной. И Он повелел, чтобы они производили потомство, подобное себе, не изменяясь, как сказано: «…дающие плоды своего вида» (Берешит, 1:11). И Он также повелел животным спариваться ради продолжения их вида – подобно тому, как мужья и жены вступают в близость, чтобы плодиться и размножаться. А те, кто скрещивают различные виды, противоречат замыслу Творения, как бы утверждая, что Святой, благословен Он, не доделал свою Вселенную, а они желают Ему помочь в процессе творения и добавить недостающее.

И различные виды животных не способны производить смешанное потомство. Даже если они близки друг к другу, и от скрещивания рождается первое поколение, например, мулы, – дальнейшего потомства уже не будет. По обеим этим причинам скрещивание различных видов – это дело отвратительнее и пустое.

[См. Кидушин (17а), где указано, что мулы не размножаются. Но из этого правила могут быть исключения: так, в талмудическом трактате Хулин (79б) отмечается, что животное, родившееся от скрещивания козла (таиш) и газели (цвия), может иметь потомство (см. «Кур Заав», Ваикра, 19:19/6/; см. также «Шулхан Арух», «Йорэ Деа», 297:9-10).

И вероятно, следует различать скрещивание двух различных видов и двух подвидов. Ведь Радаль, ссылаясь на ряд мидрашей, указывает, что «всего было сотворено 365 видов животных, птиц, пресмыкающихся и насекомых», и лишь затем, под влиянием различных климатических поясов и различных типов пищи, каждый из этих видов разделился на многочисленные подвиды и разновидности. И об этом говорится в Талмуде (Хулин, 63б): «Сто видов нечистых птиц есть на востоке, и все они – подвиды коршуна» (см. «Беур а-Радаль» к «Пиркей де-раби Элиэзер», 23). Поэтому скрещивание двух пород собак – даже совершенно не похожих друг на друга – не является нарушением запрета Торы, а скрещивание таких похожих друг на друга видов, как волк и собака или осел и лошадь, – запрещено (см. также «Шулхан Арух», «Йорэ Деа», 295:6, где подобное же объяснение дано в отношении плодовых деревьев).

«Отвратительное» – поскольку это «противоречит замыслу Творения», а «пустое» – потому что у родившихся гибридов не будет потомства («Бейт а-Яйн», Ваикра 19:19 /13/).]

А знатоки сокровенного учения добавляют, что скрещивание различных видов запрещено еще и ради того, чтобы не смешивать различные духовные силы, управляющие ростом растений. Ведь в сборнике мидрашей «Берешит Раба» от имени раби Симона говорится: «Нет в нижнем мире ни одной травинки, у которой бы не было ангела в Небесах, подгоняющего ее и говорящего ей: «Расти!» И об этом написано: «Знаешь ли ты уставы (חֻקּוֹת – хукот) Небес? Можешь ли воспроизвести их воздействие на земле?» (Йов, 38:33). А скрещивающий различные виды животных или растений противоречит «уставам Небес».

[Т. е. этот человек вносит хаос в воздействие высших сил, нарушая гармонию Вселенной. А слово שָׁלוֹם (шалом – «мир») в строке עֹשֶׂה שָׁלוֹם בִּמְרוֹמָיו (Осэ шалом би-мромав – «Он создает мир в Своих высях») (Йов, 25:2) и означает вселенскую гармонию, при которой все процессы совершаются в соответствии с установленными Творцом уставами, когда каждый ангел и каждый элемент природы в точности выполняют свою миссию. А слово כִּלְאַיִם (килаим – «смешение», «скрещивание», «гибрид») происходит от корня כלא, имеющего значение «препятствовать», «лишать», как написано: «Не лишай (לֹא תִכְלָא – ло тихла) меня своего милосердия» (Теилим, 40:12) – ведь скрещивающий различные виды лишает будущий плод связи с духовными источниками, направлявшими жизнь двух родительских организмов. И от этого же корня происходит выражение בֵּית הַכְּליּא («тюрьма», «дом заточения»; см. Ирмияу, 37:4) – так животное-гибрид как бы находится в заточении, не имея возможности выполнить свою основную миссию продолжения рода (см. р. Бхайе на Ваикра, 19:19).]

И поэтому-то сказано: «Установления Мои (חֻקֹּתַי – хукотай) соблюдайте» – ведь это и есть «уставы Небес». И вот как раби Ханина передает слова Творца: «Хуким – это уставы, по которым Я создал (חקקתי – хакакти) Мою Вселенную».

[Источник, который цитирует здесь Рамбан, точно не установлен. В Иерусалимском Талмуде сказано несколько по-иному: «Хуким – это уставы, которые Я установил в Моей Вселенной» (Килаим, 1:7). А в мидраше говорится: «Это уставы, по которым Я создал небо и землю» («Ваикра Раба», 35:4).

Эта тема подробно объясняется в кабалистической книге Зоар: «Когда Святой, благословен Он, создавал Свою Вселенную, Он определил каждую вещь на свое место, и поставил над каждым элементом материального мира определенную высшую силу – так что в мире нет даже маленькой травинки, которой бы не управляла какая-либо из высших сил. …И каждая из этих сил действует в соответствии с единым уставом, которому они все подчиняются. И поскольку они принимают этот устав (חק – хок), они называются חקות (хукот – т. е. подчиняющиеся уставу), а поскольку этот устав дан им с Небес, они называются также חֻקּוֹת שָׁמָיִם (хукот шамаим – «уставы Небес»). …И об этом написано: «Установления Мои (חֻקֹּתַי – хукотай) соблюдайте» – ведь в соответствии с единым уставом, каждая из высших сил поставлена над строго определенным элементом Вселенной, и поэтому запрещено скрещивать различные виды, разрывая связь высших сил с их «подопечными» элементами. …А что такое כִּלְאַיִם (килаим)? Как будто некую частичку материального мира помещают в темницу (בית הכלא), где она не в состоянии ничего поделать (т. е. продолжить свой род). И слово כִּלְאַיִם обозначает также «смешение», так как скрещивающий различные виды вносит путаницу в действие высших сил, действуя вопреки приказу Царя» («Зоар», Кдошим, 86б).]

А запрет носить «одежду из смешанной ткани – шерстяной и льняной» имеет целью отдалить от смешения видов. Запрещено смешивать именно те два вида нитей, из которых обычно изготовляют одежду.

Уважение к старцам и мудрецам Торы

«Перед сединой вставай и уважай старца» (Ваикра, 19:32).

Может быть, имеется в виду и старый грешник? Поэтому-то и сказано: «старца» (זָקֵן – закен) – того, кто обрел мудрость. Так комментирует Раши, и так объяснено в «Торе коэнов». И так же толкуют в талмудическом трактате Кидушин: «В Торе употребляется слово זָקֵן, подразумевающее мудреца, ведь написано: «Собери Мне семьдесят мужей из старейшин Израиля (מִזִּקְנֵי יִשְׂרָאֵל – ми-зикней Исраэль)» (Бемидбар, 11:16). А раби Йоси а-Глили говорил: «זָקֵן – этот тот, кто приобрел мудрость, как сказано: «Г-сподь создал меня (קָנָנִי – канани; буквально «приобрел меня») в начале Своего пути» (Мишлей, 8:22)».

[Слово זקנה(зикна – старость) интерпретируется здесь как аббревиатура слов זה שקנה (зэ ше-кана – «тот, кто приобрел») (Раши, Кидушин, 32б). А откуда известно, что подразумевается «приобретение» мудрости? В Талмуде объяснено, что мудрость Торы является единственным подлинным приобретением, которым может обладать человек. Там сказано: «Беден только тот, кому недостает знания (Торы)». А мудрецы Земли Израиля говорили: «У кого она есть – всё есть, у кого нет – что же у него есть? Тому, кто ее приобрел – чего недостает? А тот, кто не приобрел – что вообще приобрел?» (Недарим, 41а; см. «Талелей Орот», Ваикра, 19:32, от имени Стайплера).]

Из этих изречений можно заключить, что эту заповедь следует выполнять только по отношению к мудрецу. И подобным же образом Онкелос переводит эту строку Торы на арамейский язык: מן קדם דסבר באוריתא תקום («Перед сведущим в Торе вставай») – создается впечатление, что и он придерживается такого мнения.

И все же из обсуждения в Талмуде ясно, что закон установлен иначе, ведь от имени рава Иси, сына Йеуды, там говорится: «Перед сединой – подразумевается седина любого человека». А раби Йоханан сказал: «Закон установлен в соответствии с объяснением Иси, сына Йеуды».

Таким образом, это повеление нужно выполнять даже по отношению к совершенно невежественному человеку. А затем уже следует повеление по поводу «старца», который приобрел мудрость, – и даже если это юный мудрец.

[И в соответствии с этим определена алаха в кодексе «Шулхан Арух»: «Предписывающая заповедь Торы – вставать перед каждым мудрецом, даже если он не стар, а совсем молод, и даже если он – не твой наставник. И также заповедано вставать перед сединой, т. е. перед человеком, достигшим семидесяти лет («Йорэ Деа», 244:1). А Рамо поясняет: даже если этот старец – неученый человек (ам а-арец), но только если он не нечестивец (там же).]

Редакция «Беерот Ицхак» выражает глубокую признательность переводчику раву Александру Кацу, редактору раву Цви Патласу и издательству «Пардес» за право пользоваться их переводом комментария Рамбана на русский язык.

[3-2] Забытая заповедь: трепет перед родителями

Рав Авраам Куперман

В нашей недельной главе присутствует одна из 613 заповедей Торы, которая, однако, практически не известна людям. О заповеди почитания отца и матери еще что-то знают, но о заповеди трепета перед ними – почти ничего. При этом Рамбам в своей книге заповедей перечисляет две повелительных заповеди – одна из них об уважении, а другая – о трепете. Итак, написано: «Бойтесь каждый матери своей и отца своего» (Ваикра, 19:3). Далее мы приведем несколько законов, касающихся выполнения этой заповеди на практике, и на их примере увидим, насколько реальное положение вещей зачастую далеко от того, что требует от нас Тора.

Написано в своде законов «Шулхан Арух» («Йорэ Деа», 240:1-3): необходимо быть чрезвычайно осторожным в почитании отца и матери и в страхе перед ними. Рамо добавляет: но, в любом случае, суд не принуждает (имеется в виду принуждение наказанием) к выполнению заповеди почитания отца и матери, поскольку это такая заповедь, награда за которую приведена в Торе, а к выполнению такого рода заповедей суд не принуждает («Бейт Йосеф» от имени Гемары, а также «Толдот Адам ве-Хава», 1).

Что такое трепет? Не будет стоять со своими друзьями в том месте, которое предназначено для того, чтобы там стоял его отец во время переговоров со старцами, или в том месте, которое предназначено для того, чтобы там молился его отец. Не будет сидеть на том месте, которое предназначено для того, чтобы на нем сидел его отец. Не станет ни перечить его словам, ни выносить вердикт о его словах при нем. Не скажет даже «видятся верными слова отца». Не станет называть его по имени ни при его жизни, ни после его смерти, но скажет: «мой отец и учитель» (Тур).

Каковы пределы трепета перед ними? Если сын был облачен в красивые одежды и сидел во главе общины, и пришли его отец и его мать, и порвали его одежды, и ударили его по голове, и плюнули ему в лицо, – не станет позорить их, но промолчит и устрашится Царя царей, приказавшего ему поступать так.

Я не хочу останавливаться на многочисленных приведенных здесь деталях – подчеркнем лишь несколько практических моментов.

1. Например, запрет сидеть на месте отца немного известен, но запрет перечить его словам забыт совершенно.

2. Каждый день мы можем наблюдать, как в разных семьях обсуждаются те или иные вопросы, отец выражает свое мнение, а сын или дочь говорят «не правильно» и т. д. (громко и с чувством – так, как даже с друзьями не стоит разговаривать).

3. Мать просит выбросить мусор или помыть посуду, а сын или дочь отвечают отказом.

4. Если мы скажем сыну, что даже говорить, что его отец прав в споре с другим, запрещено, – он не поверит нам, но это написано в «Шулхан Арухе»! Логика этого закона такова: кто ты такой, чтобы судить о том, что говорит твой отец.

5. Очень жаль, что люди нарушают закон даже в ходе споров на неважные темы (например, где самый дешевый магазин, или споры на тему политики). И даже если он удостоился учить Тору с отцом и обнаружил, что его отец ошибся, не может сказать ему: «Ты ошибся». Существует много способов, как можно намекнуть ему на это.

Помимо повеления о трепете, есть также проклятие от Б-га и шестисот тысяч евреев по отношению к тому, кто позорит своего отца или мать! В книге Дварим (27:16) написано: «Проклят позорящий [не относящийся с должным уважением] отца своего и мать свою, и сказал весь народ: “Амен”». Автор «Сефер Харедим» пишет, что любое прегрешение в том, что касается трепета (или даже недостатка почета) включено в это!

Пишет «Хаей Адам» (67): «Каждый, кто позорит своего отца и мать, даже словами и даже намеком, входит в категорию проклятых Б-гом, как сказано: “Проклят позорящий отца своего и мать свою”. И об этом сказал Шломо в книге Мишлей (30:17): “Глаз, насмехающийся над отцом и позорящий морщины матери, – выклюют его вороны…”. Шломо сказал о “морщинах матери”, поскольку зачастую женщины говорят глупости; тем более, когда она стара, ее слова могут быть глупы. Поэтому он сказал, что даже тот, кто позорит старость матери, получает за это большое наказание. И написано в “Сефер Харедим”: “Был случай в наши дни с человеком, который кормил свою мать, но она была презренна в его глазах, поскольку вышла замуж после смерти его отца. Этот человек отправился в морской путь, и был убит и брошен в море. Евреи искали его и нашли на берегу моря, и один его глаз был выклеван воронами”».

Важное уточнение: тот, кто читает эту статью, может по ошибке решить, что родители обязаны вести себя строго и высокомерно. Мы, однако, приняли от моего святого тестя рава Ицхака Зильбера, благословенна память праведника, что отцу подобает вести себя дома с максимальной приязнью и любовью (в соответствии с мнением Хафец Хаима), но это не должно препятствовать детям бояться его!

Какие советы можно дать тому, кто хочет измениться в соблюдении этой важной заповеди?

1. Будет хорошо, если он станет учить «Шулхан Арух» («Йоре Дэа», 240-241) с комментариями. А если человек также сможет проучить соответствующие стихи Пятикнижия с комментариями, темы Талмуда, постановления Рамбама, Тура и комментарии Бейт Йосефа, это будет очень хорошо! И чем внимательнее он будет изучать эти законы, тем лучше он впитает в себя все это. В итоге будет больший эффект, чем от изучения книг, посвященных нравоучениям и наставлениям, как учил нас рав Исраэль Салантер.

2. Пусть проучит весь пункт 67 первой части книги «Хаей Адам».

3. Если получится, пусть проучит все, что написано об этой заповеди в книге «Сефер Харедим» (в тех частях, которые связаны с мыслью, речью и действием). Я же думаю, что тот, кто называет себя хареди, обязательно должен проучить всю книгу «Сефер Харедим». [Проверенный совет от рава И. Полищука. Если посвятить 40 дней от новомесячья Элуля до Йом Кипура изучению этой книги, святые дни Рош а-Шана и Йом Кипур пройдут на ином духовном уровне.]

Рассказывают об одном из великих людей Иерусалима, жившем около ста лет назад, что у него было две пачки открытий в Торе: одна – его, а другая – его отца. Он всегда следил за тем, чтобы класть пачку отца сверху. И бежал всю дорогу за грузчиком, чтобы тот не поменял случайно пачки местами, положив его пачку на пачку его отца.

Надеюсь, мы удостоимся выполнить эту важную заповедь, ведь тот, кто выполняет забытую всеми заповедь, удостаивается награды, положенной для всех. К тому же тот, кто выполняет заповедь бояться отца и матери, чудесным образом удостаивается того, что ему не случится осквернить Шаббат, как сказано: «Бойтесь каждый матери своей и отца своего, и субботы Мои соблюдайте» (Ваикра 19:3).

Подготовил рав Э. Швальб

[4] НЕДЕЛЬНАЯ ГЛАВА ЭМОР

[4-1] Комментарии Рамбана к недельной главе 

Какая работа запрещена в праздники?

«Никакой работы труда не делайте» (Ваикра, 23:7-8).

Выражение «работы труда» (מְלֶאכֶת עֲבֹדָה – мелэхет авода) подразумевает любую работу, кроме приготовления «пищи для человека» (охель нефеш). На смысл выражения מְלֶאכֶת עֲבֹדָה указывают такие строки Торы, как «Шесть дней работай (תַּעֲבֹד – таавод) и делай всю работу свою (מְלַאכְתֶּךָ – мелахтеха)» (Шмот, 20:9), «Всяким трудом (עֲבֹדָה – авода) в поле» (там же, 1:14), «Будете возделаны (וְנֶעֱבַדְתֶּם – ве-нээвадтэм) и засеяны» (Йехезкель, 36:9), а также «Каин был земледельцем (עֹבֵד אֲדָמָה – овед адама)» (Берешит, 4:2).

Но приготовление «пищи для человека» – это работа для удовольствия, а не «ремесленная работа». И вот как разъяснено в Торе. При изложении законов Песаха сначала говорится: «Никакой работы (כָּל מְלָאכָה – коль мелаха) не делайте в эти дни», а затем уточняется: «только то, что является пищей (אֲשֶׁר יֵאָכֵל לְכָל נֶפֶשׁ – ашер йеахель ле-холь нефеш), может быть приготовлено вами» (Шмот 12:16). А по поводу всех остальных праздников сказано более кратко: «Никакой работы труда не делайте» – т. е. запрещена любая работа, кроме приготовления «пищи для человека» (охель нефеш), а приготовление пищи разрешено.

И ни о каких других праздниках не сказано «никакой работы» (коль мелаха) и не оговорено, что разрешено приготовлять пищу, так как этот закон выводится из слов «никакой работы труда не делайте».

Вместе с тем некоторое противоречие сказанному нами можно усмотреть в барайте, приведенной в сборнике мидрашей «Сифри»: «Никакой работы труда не делайте» (Бемидбар, 28:18) – это запрет работать. А откуда известно, что разрешено приготовлять «пищу для человека» (охель нефеш)? Из того, что здесь сказано: «священное собрание», и выше сказано: «священное собрание» (Шмот, 12:16) – как там разрешено приготовлять «то, что является пищей» (там же), так и здесь разрешено готовить «пищу для человека».

И мне представляется, что наши наставники понимают слово עֲבֹדָה (авода – «работа») как тяжелый труд, выполняемый для других, подобно написанному: «Не порабощай его работой рабской (לֹא תַעֲבֹד בּוֹ עֲבֹדַת עָבֶד – ло таавод бо аводат авед)» (Ваикра, 25:39), «Рабом рабов (עֶבֶד עֲבָדִים – эвед авадим) он будет у своих братьев» (Берешит, 9:25) и «Они служили (עָבְדוּ – авду) Кедарлаомеру» (там же, 14:4). И также сказано: «…исполнять работу служения и работу по переноске (לַעֲבֹד עֲבֹדַת עֲבֹדָה וַעֲבֹדַת מַשָּׂא – лаавод аводат авода ва-аводат маса)» (Бемидбар, 4:47) – т. е. выполнять всю работу в Шатре Откровения и переносить его на плечах. А если так, то можно было бы заключить, что совершать в праздники легкую работу, которую человек делает для своего удовольствия, разрешено, даже если она не связана с приготовлением пищи для человека, но слуге запрещено тяжело работать для того, чтобы приготовить обильную пищу для своего господина. Поэтому-то в упомянутой барайте и задается вопрос: откуда известно, что разрешено приготовление пищи, даже связанное с тяжелым трудом, а все остальные виды работ запрещены, и даже самая легкая из них называется «работой»? В Торе сказано: «священное собрание» – употребление в двух местах Торы аналогичного выражения (гзейра шава) указывает на то, что во все праздники, имеющие статус ямим товим, любая работа запрещена, а любое приготовление пищи – разрешено.

[«Гзейра шава» (дословно: «одинаковая выкройка») – одно из тринадцати правил толкования Торы, изложенных в барайте раби Ишмаэля. Это правило заключается в следующем: если в двух местах Пятикнижия встречаются одинаковые слова или выражения, то сказанное в одном из отрывков имеет отношение и ко второму. Это правило не может быть применено произвольно, но на него опираются только в тех случаях, на которые указывает устная традиция, полученная от Моше, с горы Синай.]

А в барайте, приведенной в талмудическом трактате Хагига («Праздничная жертва»), написано: «Никакой работы труда не делайте» – отсюда учим, что в будние дни праздников (хуло шель моэд) запрещено работать. Слова раби Йоси а-Глили. А раби Акива толковал: «Нет необходимости учить [о запрете работать] из этой строки, ведь сказано (Ваикра, 23:37): «Вот праздники Г-спода, которые вы назначите для священных собраний». К чему относятся эти слова Торы? Если предположить, что к праздничным дням, имеющим статус ямим товим, то о них ведь уже написано, что в первый день – отдых, и в седьмой день – отдых. А значит, слова «Вот праздники Г-спода, которые вы назначите для священных собраний» относятся к остальным дням праздника, в которые также запрещено заниматься работой». И еще написано: «Шесть дней ешь опресноки, а в день седьмой – праздничное собрание, не делай никакой работы» (Дварим, 16:8). Как в седьмой день (праздника Песах, т. е. в йом-тов) запрещено работать, так и в шестой день запрещено. Может быть, как в седьмой день нельзя делать «никакой работы», так и в шестой день нельзя делать «никакой работы»? В Торе сказано: «…В день седьмой – праздничное собрание» – именно «в седьмой день» праздника нельзя делать «никакой работы», но в шестой день (т. е. в холь а-моэд) разрешено делать некоторые работы. А [то, какую именно работу разрешено делать в холь а-моэд,] Тора передала на рассмотрение мудрецов».

Праздничный покой

«Будет у вас покой (שַׁבָּתוֹן – Шаббатон)» (Ваикра, 23:24) – т. е. день прекращения трудов, предназначенный для отдыха. А наши наставники говорили: «Покой (Шаббатон) – это предписывающая заповедь Торы». И совершающий работу в йом-тов не только нарушает запрет, но и пренебрегает выполнением предписывающей заповеди, а воздерживающийся от работы выполняет тем самым предписывающую заповедь Торы. Согласно объяснению наших наставников, законы всех праздников соотнесены друг с другом (т. е. из сказанного по поводу одного из них можно сделать вывод и по поводу остальных) – поэтому повеление о «покое» не повторено ни в отношении праздника опресноков (т. е. Песаха), ни в отношении праздника Шавуот.

В сборнике мидрашей «Мехильта» я видел такое толкование: «Для чего сказано: «Соблюдайте день этот…» (Шмот, 12:17) – ведь уже написано: «Никакой работы (כָּל מְלָאכָה – коль мелаха) не делайте в эти дни» (там же, 12:16)? Но из этой строки можно лишь заключить, что нельзя делать вещи, запрещенные в качестве «работы» (мелаха), но не вещи, нарушающие покой. Поэтому-то написано: «Соблюдайте день этот…» – чтобы распространить запрет на действия, нарушающие покой. Может быть, и в холь а-моэд запрещено совершать действия, нарушающие покой? И по логике именно так и должно быть. Но в Торе сказано: «В первый день – покой» (Ваикра, 23:39)».

Таким образом, слово «покой» (Шаббатон) предполагает полное прекращение любой трудовой деятельности, а не только запрет на те виды работы, которые являются основными (авот) и производными (толадот).

[В Шаббат запрещены 39 видов основных работ, которые выполнялись при возведении Шатра Откровения в пустыне, а также все подобные им работы. Ведь сразу же после того, как Б-г повелел Моше возвести Шатер Откровения, Он добавил: «Но Шаббаты Мои храните, ибо это знак между Мной и вами на все ваши поколения» (Шмот, 31:13). И Раши интерпретирует это так: «Несмотря на то, что Я поручил тебе возведение Шатра, пусть тебе не придет в голову нарушить Шаббат из-за этой работы».

Эти 39 видов работ называются «авот мелахот» («основные работы»; буквально: «отцы работ») и служат прообразами для подобных им работ, которые называют «толадот» («производные») (Шаббат 49б; Бава Кама, 2а-б). Перечень 39 основных работ приведен в мишне из трактата Шаббат (7:2).]

И мне видится, что, согласно этому мидрашу, Тора повелевает нам в йом тов пребывать в покое, воздерживаясь даже от деятельности, которая не является запрещенной «работой». А иначе бы мы могли проводить весь этот день, взвешивая плоды урожая и металлические изделия, наполняя бочки вином и перенося различную утварь из одной комнаты в другую. А если город окружен стеной и ворота закрываются на ночь, мы бы могли нагружать все на ослов и перевозить с места на место, доставляя в йом тов вино, виноград, смоквы и любые другие грузы. Рынок бурлил бы от обилия покупателей и продавцов, магазины были бы открыты, меняла сидел бы за своим столом, а на нем бы были рассыпаны золотые монеты, рабочие вставали спозаранку, чтобы подрядиться на выгодную работу, и т. п. Всё это происходило бы не только в праздники, но и в Субботы, так как все перечисленные виды деятельности не запрещены Торой в качестве «работы». Поэтому-то в Торе сказано: «Будет у вас покой» – чтобы праздники действительно были днями отдыха и покоя, а не днями кропотливого труда. И это толкование, приведенное в указанном мидраше, прекрасно и замечательно.

[В обнесенном стеною городе, где ворота закрываются на ночь, даже улицы шириной в 16 локтей и более не являются «владением многих» (решут а-рабим) – и, соответственно, нет запрета переносить вещи из помещения на улицу и обратно (Эрувин, 6б, Раши «Йерушалаим»; «Шулхан Арух», «Орах Хаим», 364:2, 365:7, «Мишна Брура», 33). А в йом тов, когда разрешено «выносить» из помещения на улицу вещи, необходимые для нужд самого дня, в таком городе, согласно закону Торы, не запрещено выносить любые предметы – даже не для нужд дня. А поскольку в таком городе перенос вещей из помещения на улицу и обратно не является запрещенной «работой», то из Торы и не запрещено использовать для этого животных (см. «Кур Заав», Ваикра, 23:24 /13/; «Бейт а-Яйн», Ваикра, 23:24 /4/; см. также «Мишна Брура», 495:14, «Шаар а-Циюн», 20-21).]

И вот, в Шаббат «работа» запрещена под страхом смерти и казни карет, а предписывающей заповедью повелевается воздерживаться от любых трудов и забот. В йом тов «работа» запрещена, и предписано воздерживаться от любых трудов. И об этом сказал пророк: «Если удержишь в Субботу ногу свою, (воздерживаясь) от выполнения своих дел в Мой святой день, и назовешь Субботу отрадой, …и почтишь ее, не следуя своими [будничными] путями, не отыскивая себе дел и не говоря [о них] ни слова, – то наслаждаться будешь Б-гом» (Йешаяу, 58:13-14).

И подобно этому сказано: «А в седьмой год Суббота покоя (שַׁבַּת שַׁבָּתוֹן – Шаббат Шаббатон) будет для земли» (Ваикра, 25:4) – год покоя, чтобы землю не вспахивали и не обрабатывали никаким образом.

День Суда

«В седьмой месяц, в первый день месяца, …напоминание о трубном звуке, священное собрание» (Ваикра, 23:23).

«Трубный звук» обычно подразумевает трубление в рог (шофар), как написано: «Труби в шофар по всей стране вашей» (Ваикра, 25:9).

Смысл этой заповеди в Торе не разъяснен. При чем здесь «трубный звук»? Почему в этот день (т. е. в Рош а-Шана) требуется большее «напоминание», чем во все другие? И почему в этот день заповедано созывать «священное собрание»? Но поскольку этот праздник – в первый день того же месяца, что и Йом Кипур (День Искупления), можно заключить, что в этот день Творец, да будет Он благословен, судит народы. В Рош а-Шана (т. е. в первый день года) Он садится на престол в качестве Праведного Судьи, а затем в течение десяти дней Его рабы искупают свои грехи. Таким образом, здесь Тора намекает на то, что известно народу Израиля от его пророков и святых праотцов.

[Знатоки тайного учения отмечают, что чем более та или иная тема сокрыта и сокровенна, тем более кратко говорится о ней в Письменной Торе. Так, например, о тфилин лишь сказано: «Будет это знаком на руке твоей и венцом над твоими глазами» (Шмот, 13:16) – и если бы не Каббала (т. е. традиция, передаваемая из поколения в поколение), мы бы не знали, как выполняется эта заповедь: сколько пергаментных листов вкладывается в тфилин, и т. п. И так же о Мире Душ в Письменной Торе сказано лишь намеками, поскольку она обращена ко всему народу Израиля, а не только к избранным единицам. У большинства людей нет никакого представления о явлениях духовного мира, как у рыб, живущих в воде, нет представления о природе огня. Ведь пока человек пребывает в материальном теле, он не способен постигнуть духовный мир, который является противоположностью материального (р. Бхайе на Ваикра, 23:24). А суд в Рош а-Шана связан в первую очередь именно с явлениями духовного мира. В уже упомянутом отрывке из старинной каббалистической книги «Шаарей Ора» говорится, что в Рош а-Шана все высшие ангелы народов (сарим) предстают на Высшем Суде перед Б-гом и караются за грехи, совершенные подвластными им народами. И тот приговор, который выносится сару, определяет жизнь его народа на следующий год, а когда Всевышний смещает какого-либо сара, терпит крушение и подвластный ему народ («Шаарей Ора», 6, с. 542).

В мидраше указано, что днем Высшего Суда – Рош а-Шана – стал день сотворения Первого Человека – Адама, который был судим за свой грех. В седьмой час того дня Творец вселил в него душу, в восьмой – поместил его в Ган Эден, в девятый – заповедал ему не есть от Древа Познания, в десятом часу Адам преступил заповедь, в одиннадцатом – был судим, а в двенадцатый – ему был вынесен милосердный приговор (ведь хотя он был изгнан из Ган Эдена, тем не менее, к нему было проявлено милосердие: Адам не умер сразу, а получил в дар тысячу лет жизни). И тогда Святой, благословен Он, сказал Адаму: «Это знак для твоих потомков. Как ты стоял передо Мной в этот день на суде и вышел помилованным, так и в будущем твои сыновья будут стоять передо Мной в этот день на Суде, и им будет вынесен милосердный приговор». Когда? «В седьмой месяц, в первый день месяца» («Ваикра Раба», 29:1, «Матнот Кеуна»). И в Талмуде также говорится: «Этот день – начало Твоих деяний, память о первом дне Мира (т. е. о дне сотворения Первого Человека). …И о государствах в этот день будет сказано: кому меч, а кому мир, кому голод, а кому сытость. В этот день будут сосчитаны все творения, чтобы вспомнить их к жизни или к смерти» (Иерусалимский Талмуд, Рош а-Шана, 1:3).]

А согласно сокровенному объяснению (аль дерех а-эмет), «трубный звук» – это то, что защищало и наших отцов, и нас [Рамбан намекает на знаменитые слова Пасхальной Агады: «И это защищало наших отцов и нас! Ведь не один единственный враг восставал на нас, чтобы нас уничтожить, но в каждом поколении восстают на нас, чтобы нас уничтожить, а Святой, благословен Он, спасает нас от их рук»], как сказано: «Счастлив народ, знающий трубные звуки» (Теилим, 89:16). И написано: «Слышишь ты, моя душа, звук рога (קוֹל שׁוֹפָר – коль шофар), трубный звук битвы (תְּרוּעַת מִלְחָמָה – труат мильхама)» (Ирмияу, 4:19), ведь «Г-сподь – Муж Битвы (אִישׁ מִלְחָמָה – Иш-Мильхама)» (Шмот, 15:3).

И если так, то повеление «День трубных звуков будет у вас» (Бемидбар, 29:1) означает, что это день, предназначенный для трубления (в шофар). А слова «напоминание о трубном звуке», «священное собрание» подразумевают, что «напоминание» должно быть с помощью трубных звуков, и поэтому в этот день созывают «священное собрание». И не было необходимости упоминать шофар, так как намек на него содержится в указании на то, что это день трубных звуков. Но это день Суда, соединенного с Любовью (Дин бе-Рахамим), а не «трубный звук битвы».

И поэтому в псалме, где говорится о «народе, знающем трубные звуки», также сказано: «Ты – великолепие их могущества (תִפְאֶרֶת עֻזָּמוֹ – тиферет узамо)» (Теилим, 89:16-18). И это понятно, ведь всё зависит от раскаяния. В Рош а-Шана Творец управляет Своей Вселенной с помощью Меры Суда (Мидат а-Дин), а в Йом Кипур – с помощью Меры Любви (Мидат а-Рахамим). И с этим связаны слова наших наставников о Царе, восседающем на Престоле Суда. Рош а-Шана – это день Суда, соединенного с Любовью (Дин бе-Рахамим), а Йом-Кипур – день Любви, соединенной с Судом (Рахамим ба-Дин).

[В упомянутом Рамбаном отрывке Талмуда написано: «Ангелы-служители спросили у Святого, благословен Он: «Владыка Вселенной, почему в Рош а-Шана и в Йом-Кипур народ Израиля не поет перед Тобой песню (т. е. Алель, как в другие праздники)? Сказал им: «Разве возможно, чтобы Царь восседал на Престоле Суда, перед Ним были бы распахнуты книги живых и книги мертвых, а народ Израиля пел бы песню?!» (Рош а-Шана, 32б).

См. также «Зоар» (Берешит, 114б), где, в частности, говорится: «Святой, благословен Он, судит сынов Израиля с любовью, проявляя к ним милосердие и предоставляя время – десять дней между Рош а-Шана и Йом Кипуром, чтобы принять всех, кто возвратится к Нему с раскаянием, искупить их грехи и поднять сынов Израиля до святости Йом Кипура».

Таким образом, как и указывает Рамбан, в Рош а-Шана преобладает Мера Суда, но она соединена с Любовью, а в Йом-Кипур преобладает Мера Любви, но она соединена с Мерой Суда.

А в словосочетании זִכְרוֹן תְּרוּעָה (зихрон труа – «напоминание о трубном звуке») слово תְּרוּעָה (труа – «трубный звук») указывает на Меру Суда, а זִכְרוֹן – на Меру Милосердия (р. Бхайе к Ваикра, 23:24).]

А десять дней от Рош а-Шана до Йом Кипура намеком указывают на десять сефирот (Б-жественных эманаций), ведь в Йом Кипур, говоря словами пророка, Б-г «возвышается правосудием» и «освящается справедливостью». И на небе тоже есть указывающий на это знак, так как в этом месяце поднимается созвездие Весы, ведь «весы Суда – в руках Б-га».

Редакция «Беерот Ицхак» выражает глубокую признательность переводчику раву Александру Кацу, редактору раву Цви Патласу и издательству «Пардес» за право пользоваться их переводом комментария Рамбана на русский язык.

[5] ИЗУЧЕНИЕ МИШНЫ

[5-1] Пиркей Авот. Глава первая, мишна четвертая

Йосе бен Йоэзер из Цреды и Йосе бен Йоханан из Иерусалима получили Устную Тору от них. Йосе бен Йоэзер из Цреды говорит: «Пусть твой дом будет домом собрания для мудрецов, и пребывай в пыли у их ног, и пей с жаждой их слова».

Йосе бен Йоэзер из Цреды и Йосе бен Йоханан из Иерусалима

О «парах» мудрецов

Продолжая цепочку передачи Торы из поколения в поколение, первая глава мишны (1:4-15) приводит высказывания мудрецов, составлявших пять так называемых «пар». Первая пара – Йосе бен Йоэзер и Йосе бен Йоханан, вторая – Йеошуа бен Прахья и Нитай из Арбелы, третья – Йеуда бен Табай и Шимон бен Шатах, четвертая – Шмая и Автальон, пятая – Илель и Шамай.

Эпоха «пар» относится ко времени Второго Храма. Она продолжалась около двухсот лет [2й и 1й вв. до н. э., примерно 3570-3770 гг. от Сотворения мира]. В эту эпоху духовное руководство народом Израиля осуществлялось двумя мудрецами, возглавлявшими поколение: наси [главой Санедрина][1] и ав бейт-дин [главой суда]. На протяжении этого периода народом руководили перечисленные выше пять пар танаев, сменяя друг друга из поколения в поколение.

Комментарий Тосфот Йом Тов объясняет, что понятие «пары» возникает на данном этапе потому, что до Йосе бен Йоэзера и Йосе бен Йоханана между мудрецами не оставалось неразрешенных споров и во главе поколения стоял только один мудрец, законодательные постановления которого были решающими. Со времени этих двух мудрецов и далее поколением стали руководить двое: один был главой Санедрина, второй – главой суда.

Первым в «паре» называют наси, вторым – ав бейт-дин[2].

Маараль указывает иную причину появления «пар» мудрецов именно с данной пары. До нее каждый мудрец получал у предыдущего главы поколения всю Тору. Но начиная с этой пары и далее уже не было человека, который мог бы перенять всю Тору, и Тору стали передавать по частям: каждый из мудрецов, составлявших «пару», получал свою часть.

Йосе бен Йоэзер из Цреды и Йосе бен Йоханан из Иерусалима получили Устную Тору от них

Кто передал Тору мудрецам, названным в мишне

В версии текста мишны, которой мы располагаем сегодня, сказано: «…получили Тору от них». Однако Раши говорит в комментариях, что Йосе бен Йоэзер и Йосе бен Йоханан получили Тору от Антигноса, что, по всей видимости, указывает на наличие у него другой версии – «получили от него». Известная же сегодня версия вызывает вопрос: что означает «от них», если в предыдущей мишне упомянут только Антигнос из Сохо? На этот вопрос существует несколько ответов, данных комментаторами мишны:

1. Меири пишет, что мишна имеет в виду Антигноса и его бейт-дин[3] – от них и получили Тору мудрецы, названные в мишне[4].

2. Рабейну Симха из Витри объясняет, что мишна говорит о мужах Великого собрания, упомянутых выше (Авот 1:1-2).

3. Рабейну Йона считает, что речь идет о Шимоне а-Цадике и Антигносе (Авот 1:2-3).

Риваш и Маараль придерживались варианта «получили от него», то есть от одного только Антигноса, упомянутого в предыдущей мишне.

Пусть твой дом будет домом собрания для мудрецов

Связь с предыдущими наставлениями

Книга Маген авот объясняет, что наставление «Пусть твой дом будет домом собрания для мудрецов» продолжает утверждение 2-й мишны, что мир стоит на Торе.

Ташбец (Хут а-мешулаш 1:42) пишет, что тана дополняет сказанное выше «мир стоит на Торе» и учит, как можно удостоиться полноценного приобретения Торы: открыть свой дом для мудрецов, превратив его в дом учения, наполненный книгами и учеными людьми, и учиться.

В книге Маген Элоким объясняется, что мишна предостерегает: не спрашивай, «у кого научиться, как служить Всевышнему, и где найти рава, чтобы стать его учеником», а сделай свой дом местом, где будут собираться мудрецы, и они наставят тебя на верный путь.

Автор Ядот Эфраим пишет, что после слов «да будет в вас страх перед Небесами», которыми заканчивается предыдущая мишна, следующая за ней продолжает: «Пусть твой дом будет домом собрания для мудрецов, и пребывай в пыли у их ног…» – потому что почтение к мудрецам способствует приобретению трепета перед Небесами.

Смысл наставления «пусть твой дом будет домом собрания для мудрецов»

Рамбам и рав Овадья из Бартануры объясняют слова мишны так: пусть человек настолько приспособит свой дом для собраний мудрецов, чтобы для них стало привычным, назначая очередную встречу, говорить друг другу: соберемся в доме у такого-то[5].

Сфорно объясняет слова таны так: пусть твоим домом станет место, где собираются мудрецы, – то есть именно там старайся проводить все свое время[6]. Это же имеют в виду и следующие слова мишны: «пребывай в пыли у их ног». Человеку, который не нашел дома собрания мудрецов поблизости, следует идти за мудрецами в любое место, где они собираются [если в поле – сидеть в пыли у их ног], и с жаждой внимать их словам.

Автор Маген Элоким объясняет мысль таны так: следует предоставлять мудрецам свой дом в качестве дома учения, а также поддерживать их материально из собственных средств, чтобы они могли посвятить себя мудрости Торы, подобно тому как в свое время сыны Израиля в соответствии с законом Торы отдавали часть урожая левитам и коэнам, чтобы те имели возможность посвятить себя учению. И так же мы находим, что между коленами Иссахара и Звулуна было договорено: Звулун обеспечивает Иссахара пропитанием, а Иссахар занимается Торой – и награда Звулуна за это высока, о чем сказано (Дварим 33:18): «Радуйся, Звулун, выходя[7], а Иссахар – в шатрах твоих».

Рав Ицхак Абарбанель пишет, что под словами «твой дом» тана подразумевал разум человека, наставляя его: когда ты углубленно учишь Тору, не полагайся только на собственное понимание, а прислушивайся к логике мудрецов и учись у них.

Маген авот разъясняет, что мишна имеет в виду то же, о чем говорил царь Шломо (Мишлей 13:20): «Кто идет с мудрыми, будет мудр».

Цель наставления «пусть твой дом будет домом собрания для мудрецов»

Меири пишет, что тана имел в виду следующее: наблюдая за мудрецами, человек будет учиться у них мудрости Торы и перенимать их душевные качества.

Рав из Бартануры объясняет: не может быть такого, чтобы человек, предоставивший свой дом для собраний мудрецов, не почерпнул у них хоть какой-то мудрости. Мудрецы приводят аналогию с человеком, который зашел в лавку, где торгуют благовониями. Даже если он ничего там не купил, он впитает и унесет с собой аромат благовоний. В комментарии Тиферет Исраэль (п. 16) подчеркивается, что, наблюдая за мудрецами у себя дома, человек научится на примере их поступков и поведения большему, чем если бы учился у них в доме учения, как сказано в Гемаре: «Прислуживать[8] [мудрецам] Торы важнее, чем изучать ее» (Брахот 7б).

Автор комментария Эц Йосеф замечает, что, предоставляя свой дом мудрецам, человек выполняет заповедь прилепиться к Всевышнему, о которой идет речь в книге Дварим (11:22)[9], в соответствии с тем, что сказано в Сифри: эту заповедь невозможно исполнить в буквальном смысле; тот же, кто прилепляется сердцем к мудрецам Торы, как будто прилепился к Шехине [Бжественному присутствию]. Рамбам (6:2דעות ) пишет: «Поэтому человек должен стараться жениться на дочери мудреца или выдать свою дочь за мудреца, есть и пить вместе с мудрецом, способствовать ему в торговых делах и быть ближе к нему везде, где это возможно, как сказано (Дварим 11:22): «…и прилепиться к Нему», и то же велели мудрецы, сказав: “…пребывай в пыли у их ног, и пей с жаждой их слова”».

Пусть твой дом будет домом собрания для мудрецов, и пребывай в пыли у их ног…

Слова «пребывай в пыли у их ног» связаны со словами «пусть твой дом будет домом собрания для мудрецов»

Книга Маген Элоким отмечает, что эти два наставления поставлены рядом не случайно. Имеется в виду следующее: когда мудрецы посещают твой дом, следи за тем, чтобы не сесть во главе стола, а сиди подле них, как подобает ученику, то есть таким образом: мудрец сидит во главе стола, а хозяин дома – в конце его.

Пребывай в пыли у их ног

Смысл выражения «пребывай в пыли у их ног»

Раши поясняет, что слова «пребывай в пыли у их ног» означают «прислуживай мудрецам», так как указывают на смирение, с которым человек должен относиться к мудрецам Торы.

Меири добавляет, что прислуживать мудрецам следует охотно и с радостью, так, чтобы забота о них и связанные с нею хлопоты не были человеку в тягость, и что надо проявлять как можно больше почтения к мудрецам, по мере возможностей человека. А слова «пребывай в пыли у их ног» подразумевают, что следует оказывать мудрецам даже те услуги, которые человек не стал бы оказывать другим, так как счел бы это не подобающим ему [в силу его общественного положения]. Меири предлагает и другое объяснение: даже если сам человек еще не в состоянии изучать Тору, пусть не отказывается предоставлять свой дом мудрецам, ведь так он хотя бы услышит от них какие-нибудь этические наставления и сможет перенять у них добрые качества характера.

Рав из Бартануры дает этим словам два объяснения. Одно из них: следуй всюду за мудрецами – тот, кто идет впереди, поднимает ногами пыль, а идущий вслед за ним покрывается этой пылью. И другое: сиди на земле у их ног. Так было принято: наставник сидел на скамье, а ученики – на земле у его ног.

Книга Пиркей де-Авраам разъясняет, что мишна наставляет человека: если ты находишься на достаточно высоком уровне, чтобы оспаривать мнения мудрецов, можешь спорить с ними, на что намекает выражение «пребывай в пыли [букв. – пылись]», которое можно понять как «борись» [слово «бороться» – «леитавек» – в святом языке идентично слову «пылиться»[10]]. Однако делать это следует «у их ног», то есть не проявляя в споре гордыню, а, наоборот, – с максимальным смирением, как бы говоря: я сознаю, насколько малы мои познания [в сравнении с знанием мудрецов], но что делать, если логика этого рассуждения мне не понятна.

Корень «авак» [корень глагола «пылись»] на арамейском языке[11] означает «скрепление»[12]. Поэтому автор Сфат Эмет усматривает в слове «митавек» [в простом понимании – «пылись»] наставление сблизиться с мудрецами и их учением как можно теснее.

Тот, кто поддерживает мудрецов, должен остерегаться непочтительного отношения к ним

Автор Шевет Шимон пишет, что человеку свойственно относиться к тем, кто нуждается в его помощи, с меньшим почтением, чем следовало бы. Об этом и предостерегает тана: даже когда ты предоставляешь мудрецам кров, не умаляй своего уважения к ним несмотря на то, что они нуждаются в тебе, а «пребывай в пыли у их ног» – оказывай им всякое почтение, и делай это смиренно. Ибо истина заключается в том, что благое влияние Небес приходит в этот мир благодаря талмидей хахамим [мудрецам Торы], как указано в Брахот (17б): «Сказал Всевышний: Весь мир получает пропитание благодаря сыну Моему, Ханине…»[13]. Таким образом, превращая свой дом в место собрания мудрецов, человек удостаивается благословения Свыше, связанного с их присутствием в его доме, и получает от них намного больше, чем дает им.

Невежда по природе своей недолюбливает мудрецов, поэтому ему следует «пребывать в пыли у их ног»

В трактате Санедрин (42б) говорится, что когда невежда встречает талмид хахама [мудреца Торы], тот поначалу представляется ему ценным как золотой сосуд; после беседы с мудрецом неуч уже оценивает его лишь как сосуд серебряный; а после того, как талмид хахам получает что-либо от невежды, тот смотрит на него как на обломки глиняного сосуда, от которых нет никакой пользы. О причине таких перемен в отношении пишет рав Йосеф Яавец: преимущество мудреца перед невеждой лежит не в материальной плоскости, осязаемой чувствами, а в духовной, которая для последнего неощутима. Соответственно, когда невежда только встречает мудреца, он проникнут к нему любовью и уважением, однако эта любовь обусловлена тем, как невежда начертал образ мудреца в своем воображении, идеализируя его в соответствии со своими приземленными понятиями. Но, поскольку на самом деле в области разума между ними нет ничего общего, поговорив с мудрецом, неуч внутренне начинает отвергать его, по свойственной подобным людям привычке отвергать все чуждое их пониманию, и так его любовь к мудрецу уменьшается. Поэтому тана велит человеку: «пребывай в пыли у ног» мудрецов, чтобы благодаря изначальному пониманию дистанции между собой и мудрецами и смирению перед ними сохранить любовь к ним.

Пребывай в пыли у их ног, и пей с жаждой их слова

Связь между «пребывай в пыли» и «пей с жаждой их слова»

Хатам Софер разъясняет мысль мишны так: в награду за то, что человек пребывает в пыли у ног мудрецов и стремится быть всегда рядом с ними, он удостоится впитывать и понимать их слова.

Книга Сфат Эмет объясняет: даже если человек не испытывает особого интереса к мудрости Торы, но так любит мудрецов, что готов «пребывать в пыли у их ног», в конце концов он удостоится возжаждать их слов.

Смысл использования в мишне выражения «пей с жаждой»

Риваш объясняет слова «с жаждой» так: словам мудрецов следует внимать со страстным желанием, чтобы они были подобны «холодной воде для усталой души» (Мишлей 25:25), которую человек пьет с наслаждением.

Рав из Бартануры пишет, что тана наставляет: внимай словам мудрецов как страдающий от жажды человек, который пьет воду жадно, а не как сытый, которому противно смотреть на еду, даже самую изысканную.

Аналогично комментируют выражение Меири и рабейну Йона. Последний приводит стих из Мишлей (27:7): «Душа сытая попирает и сотовый мед, а душе голодной все горькое – сладко». То есть пресытившийся словами Торы не воспримет и настоящий перл мудрости, тогда как человек, испытывающий духовный голод и жаждущий услышать слова Торы, даже если он еще не может оценить красоту комментария, будет рад всякому, потому что знает, что слышит верные слова, – ведь он слышит их от своего учителя.

Дополнительное пояснение аллегории с питьем воды. Практически все виды пищи надоедают при чрезмерно частом их употреблении; исключением являются хлеб и вода – даже тому, кто живет исключительно на хлебе и воде, они никогда не опротивеют. Такова природа, заложенная Творцом в необходимые для жизни вещи. Это касается и Торы, которая является сутью жизни еврея, – ее природа такова, что она не надоедает никогда! На этом и основано сравнение изучения Торы с питьем воды: пребывай постоянно среди мудрецов, пей с жаждой их речи и не тревожься, что это может тебе надоесть. Изучение Торы, так же, как вода, никогда не надоедает[14].

Рав Йосеф Яавец пишет, что мишна использует слова «с жаждой», чтобы намекнуть на три проблемы, которые могут возникнуть у человека из-за того, что мудрецы постоянно находятся у него в доме. Первая – став привычными, слова Торы могут потерять свою ценность в его глазах. Вторая – они будут не так приятны ему, как в случае, если бы он отправился изучать Тору в другое место. Третья – может получиться, что человек станет заниматься учебой меньше, рассуждая: мудрецы всегда рядом, и, если я не выучу что-либо сегодня, я смогу выучить это завтра. Чтобы такого не произошло, тана наставляет: «пей с жаждой их слова». При этом отношение человека к словам Торы будет противоположным по всем трем пунктам: во-первых, человек, испытывающий жажду, ценит воду, которую пьет; во-вторых, наслаждается ею; втретьих, пьет много.

Маараль пишет, что мишна имеет в виду следующее. Человек, страдающий от жажды, утоляя ее, восполняет нехватку воды в организме. С таким же чувством следует впитывать слова Торы – понимая, что без них человек не целен. Изучая Тору, человек восполняет свою неполноту.

Раби Авраам, брат Виленского гаона, пишет, что, сравнивая изучение Торы с питьем воды, тана подразумевает соленую воду: чем больше человек пьет ее, тем сильнее жажда. Слова мудрецов следует впитывать так же, чтобы, чем больше человек слушает их, тем сильнее было желание слушать еще.

Выражение «их слова» означает не только слова Торы, но и обыденные разговоры мудрецов

Сфорно разъясняет, что следует внимательно прислушиваться не только к словам Торы, которые произносят мудрецы, но и к любым их разговорам, как сказано в трактате Авода зара (19б): «Обыденные разговоры мудреца требуют изучения»[15].

«Их слова» означает также жесткие слова – упреки и наставления

Маараль пишет, что «их слова» [в оригинале диврейем, от дибур – тяжелый разговор[16]] здесь означают также упреки и жесткие слова мудреца. Мишна учит, что даже такие слова, если их произносит мудрец, следует впитывать с жаждой. Рав из Пшисха таким образом объясняет слова гемары в трактате Йома (37а): «Кто идет справа от учителя – бур [совершенный невежда]». Правая сторона, пишет он, символизирует мягкое обращение, как говорят мудрецы (Сота 47а): «Пусть всегда левая рука отталкивает, а правая рука приближает»[17]. Тот, кто готов выслушивать от своего учителя только мягкие речи, не воспринимая тяжелых его слов, останется неучем, поэтому следует с жаждой впитывать все, что говорит учитель, в том числе упреки и порицания.

[6] ЕВРЕЙСКИЙ ВЗГЛЯД

[6-1] Великий в добрых делах. Памяти рава Хаима Гольдберга

По материалам уроков рава Игаля Полищука

Недавно от нас ушел очень большой человек. Я думаю, что не преувеличу, назвав его хад бе-дара (единственный в поколении). Этот титул часто используют, говоря о великих мудрецах Торы. С этим человеком я был знаком около двадцати пяти лет, и, слава Б-гу, удостоился увидеть крупицы его добрых дел. Однако, есть нечто скрытое за видимыми добрыми делами – великое сердце, которое было величайшим двигателем его деятельности, истинные масштабы которой неизвестны никому, кроме Всевышнего. Рав Хаим Гольдберг был – я не преувеличиваю – единственным в поколении по размаху того добра, которое он делал. Жизнь такого человека актуальна для нас в нескольких аспектах. В том числе, это касается Торы, которую мы учим.

Есть такое понятие: Торат хесед (Тора благодеяния). Нам необходимо понять, что же такое хесед. Кроме того, мы приближаемся к празднику Песах. Песах в нашей традиции связан с Авраамом. Тут немного непонятно… Ведь, на первый взгляд, Песах – это не особое время для добрых дел. Безусловно, Песах – это время для работы над Б-гобоязненностью, когда мы изживаем материальный хамец из наших домов, а хамец духовный – из наших душ. Но причем тут хесед? Тем не менее, очевидно, что наши мудрецы указали глубокую связь Песаха с качеством хесед. Песах – это время раскрытия по отношению к нам величайшего блага Творца через избавление нашего народа из Египетского рабства. Чтобы мы были достойны величайшего раскрытия Б-жественного добра, нам необходимо развить в себе это важнейшее душевное качество. Таково одно из объяснений святого обычая нашего народа кимха де-Писха (помощь бедным перед Песахом), и того, что мы начинаем Пасхальный Седер, провозглашая готовность принять каждого нуждающегося.

Вторая мишна из трактата Авот говорит, что мир стоит на трех устоях: на Торе, служении, и на хеседе – добрых делах. Я очень хорошо помню объяснение этих слов равом Моше Шапиро. Когда человек прилепился к одному из этих устоев, он становится как бы «выше» этого мира, и мир держится, в том числе, и на нем. Поэтому ради него Всевышний делает чудеса. То есть управление Всевышнего человеком, который становится одним из этих устоев, не ограничивается законами природы. На уроке, когда рав Моше Шапиро говорил об этом, он привел высказывание из Талмуда о трех категориях людей, которые удостаиваются явных чудес. Это, во-первых, люди, особенно великие в Торе, например, кодификатор Мишны раби Йеуда а-Наси и его ученики.

Как известно, большим поклонником Раби был римский император Антонинус, впоследствии прошедший гиюр. Антонинус как-то сказал Раби: «Я знаю, что даже самый малый среди вас может воскрешать мертвых».

Вторая категория – это люди, великие в служении. Например, раби Ханина бен Доса, о котором написано в нескольких местах в Талмуде, что он делал вещи, необъяснимые с точки зрения законов природы. Он был велик в служении. В конце пятой главы трактата Брахот раби Ханина бен Доса называется «раб перед Царем». Объясняет Виленский Гаон, что он больше служил Творцу молитвами и чтением Теилим. Но при этом он был великим мудрецом. В трактатах Брахот и Хулин мы находим описание нескольких чудес, произошедших с ним.

И, наконец, третья категория – это люди, великие в благотворительности. Говоря об этом, рав Моше Шапиро привел историю, описанную в трактате Ктубот, о человеке, которого звали мар (господин) Уква и его жене. Они помогали одному достойному, но нуждающемуся человеку. Чтобы ему не было стыдно, они рано утром подкладывали пропитание перед входом в его дом. Однажды этот достойный человек решил выяснить источник своих благодеяний, и подкараулить благодетелей. Когда на следующее утро они опять принесли ему пропитание, он вышел из дома. Мар Уква и его жена бросились бежать, чтобы он их не узнал. По дороге они спрятались в печь, стоявшую в одном из дворов. В печи не горел огонь, но она была раскаленной. Мар Уква почувствовал, что его ногам горячо. Жена сказало ему, что ей не горячо, и он может встать ступнями своих ног на ее ступни. Мар Уква изумился тому, что жар печи не обжигает ног его жены. Он спросил, какие у нее есть особые заслуги по сравнению с ним, ведь они вместе занимаются благотворительностью. Ответила ему жена, что он помогает людям деньгами, а она готовит им еду. И это людям ближе. Поэтому ей не горячо от жара печи, а его он немного припекает.

Я думаю, что другой на их месте просто сгорел бы. Эту историю рав Моше Шапиро привел, чтобы объяснить мишну из трактата Авот, в которой говорится, что мир держится на трех основах, и человек, прилепившийся к одной из них, становится выше этого мира. Безусловно, и сегодня изучение Торы является для нас самым важным, как сказано: «Талмуд Тора ке-негед кулам (изучение Торы – равноценно всему остальному)». Однако в изгнании, говорит Виленский Гаон, два из трех устоев, на которых держится мир, поколеблены и частично разрушены. Сказано в мегилат Эйха: «Царица и ее князья – среди народов мира. Нет Торы». Речь здесь об отсутствии Торы в ситуации, когда Шехина находится в изгнании. Рамхаль пишет, что это касается, в основном, скрытой части Торы. Многое в Торе нами утрачено, но мы надеемся, что это, с Б-жьей помощью, вернется.

Что касается такого устоя, как служение, то, безусловно, основа его – жертвоприношения в Храме. C Храмом и жертвоприношениями связано больше половины заповедей Торы, поэтому сегодня мы можем исполнять только меньшую часть заповедей. Понятно, что сегодня вместо этого у нас есть молитва, и другие виды служения, но основа служения – это жертвоприношения. И эта основа нами сегодня утрачена. Восполнить эту утрату мы можем, изучая законы жертвоприношений.

Таким образом, только одна из трех основ мира сохранилась у нас в своем полноценном виде. Это хесед.

Нам нужно осознать, что произошла страшная трагедия. С уходом рава Хаима Гольдберга, устой благодеяния в этом мире чрезвычайно поколебался. Я не представляю истинного размаха его деятельности, но хочу привести несколько примеров, которые мне известны.

Впервые я услышал о раве Хаиме двадцать пять лет тому назад. Мне сказали, что по иерусалимскому району Рамот ходит один еврей, стучится в квартиры, и помогает материально нуждающимся людям. Очевидец рассказывал, что рав Гольдберг пришел в одну семью и дал чек. Увидев, что у хозяйки дома сломаны очки, он дал еще и деньги на покупку новых. Так рав Хаим Гольдберг ходил из дома в дом, смотрел, что происходит в доме (у него был очень наметанный взгляд), и помогал. Он не был человеком богатым и жил в маленькой трехкомнатной квартире под самой крышей, без излишеств. Деньги, которыми он помогал людям, были не его. Он тяжко работал над тем, чтобы собирать их, и передавать другим людям. Он вкладывал в эту работу свое великое сердце, любящее добро и наш народ. Рав Хаим не ограничивал свою деятельность только Рамотом и Иерусалимом. До своей болезни, он разъезжал по всей Святой Земле, разыскивал больных, обездоленных, сирот и помогал им. И в этом была его особенная сила.

Рав Хаим Гольдберг был живым свидетельством того, что устои хеседа в нашем народе остались в своей полной силе. Рамхаль пишет в «Даат Твунот», что даже не очень близкие к Торе удостоятся близости к Творцу своими добрыми делами. Одно из качеств нашего народа называется аават хесед (любовь к добрым делам). Это качество, слава Б-гу, есть у многих людей среди нас. Есть замечательные богатые люди, которые дают на благотворительность не один процент от своих доходов и не десять-двадцать, а гораздо больше – до пятидесяти процентов. Это очень непросто: помогать другим, выписывая чеки на большие суммы. Очень немногие готовы и могут обивать пороги бедных, обездоленных, и вникать в их проблемы. Рав Хаим Гольдберг был человеком с удивительным сердцем, часть которого принадлежала нашей русской общине, при том, что помогал он всем. Когда я бывал у него, он расспрашивал меня о тех, кому ему уже довелось помогать. Он помнил людей, и помнил, кому нужно помочь. В его большом сердце было место для многих тысяч людей, которых он помнил, и думал, как им помочь. Это был человек, великий в своих благодеяниях! Его называли гаоном хеседа – великим мудрецом благодеяния!

Есть люди, которые самоотверженно обивают пороги богатых людей, чтобы собирать у них деньги на благотворительность. Потом они сидят в дорогом кресле, и, когда у них хорошо просят, с важным видом передают эти деньги нуждающимся. Но тут было нечто другое. Рав Гольдберг сам разыскивал нуждающихся, и обивал их пороги, чтобы увидеть этих людей, и оказать им помощь. И речь шла о больших суммах! В нашей ешиве был один серьезный аврех, семейные проблемы которого можно было решить только одним способом: купить ему квартиру. С Б-жьей помощью, при большом участии рава Хаима, квартира была куплена.

Сказано в Теилим (41:2) «Ашрей маскиль эль-даль… Замечателен удел того, кто вникает [в дела] бедняка, в день бедствия спасет его Г-сподь» Что значит маскиль эль-даль – «вникает [в дела] бедняка»? Это значит, что такой человек обращает силы своего постижения ради помощи нуждающемуся. Это умение проникать мыслью в то, что необходимо нуждающемуся, в то, как помочь ему наилучшим образом. Такое постижение требует большого желания и большой любви к нашему народу, умения буквально «влезть в шкуру» того, кому ты хочешь помочь. Это очень непросто.

Когда рав Хаим Гольдберг заболел (четыре с половиной года назад), это было, как гром с ясного неба. Сказано в приведенном выше стихе из Теилим, что того, кто маскиль эль-даль, Всевышний спасет от тяжелой доли. Сказано, что такая благотворительность спасает от смерти. Я не знаю человека, которого цдака должна была спасти больше, чем рава Хаима. Хорошо помню: когда мы узнали, что он болен, то думали, что, судя по состоянию его здоровья, через несколько месяцев его уже не будет с нами. Мы, безусловно, живем в период эстер паним (сокрытия лика Творца), поэтому мы не знаем, что происходит в действительности, ведь основа правления Творца по принципу мида кнегед мида (мера за меру) сокрыта сейчас. Мы, безусловно, принимаем волю Всевышнего, как она есть, однако, хочется что-то понять…

Есть очень любимая нашей общиной, и не только, книга рава Ицхака Зильбера «Чтобы ты остался евреем». Это очень известная книга. Прочтя ее дважды, я понял для себя, что, при повторении, начинаешь понимать вещи, которые при первом прочтении остались скрытыми. Я удостоился знать рава Ицхака почти тридцать лет, хотя мы не были в постоянном контакте. Многое, написанное в этой книге, было мне известно. Но, прочитав ее, я осознал для себя одну вещь, которую до этого не понимал. Рав Ицхак обычно ассоциировался у нас со своим героическим соблюдением заповедей в тяжелейших условиях коммунистической власти. Но был в этом совершенно особенный аспект, на который можно не обратить внимания. Это его великая любовь к тому, чтобы делать людям добро.

Приведем пример, чтобы понять это. Есть такое понятие: «любовь к добру». Допустим, у человека все хорошо. У него есть доходы, которые позволяют ему спокойно отделять не только десятину, но и двадцать процентов, и это не причинит ему неудобств. И он эти двадцать процентов тщательно отделяет и помогает людям. Но есть другая ситуация: когда человеку тяжело, очень плохо. В такой ситуации человек обычно замыкается, и не очень стремится делать добро другим. Когда человеку хорошо, и все идет, как положено, делать добро легко и просто. Но, когда человеку тяжело самому, когда он, буквально, борется за выживание, то любой больше замыкается на себе и как-то не очень думает, как сделать добро другим. И такое состояние – естественно.

Рамхаль пишет о такой ситуации в «Даат Твунот». Мое объяснение таково, что это тоже некоторое проявление принципа «мера за меру». Когда Свыше поступают с человеком в соответствии с мерой суда, он тоже начинает жить с другими в этом мире в соответствии с мерой суда, а не мерой благодеяния. И тут нам необходима великая борьба с самими собой. Даже если нам плохо по многим причинам – нельзя пренебрегать мидат а-хесед!

Если вдуматься во многие эпизоды книги рава Ицхака, можно увидеть его любовь к самоотверженному несению добра людям. Причем, даже в те моменты, когда ему самому было очень непросто! Это касалось и материальной, и духовной помощи. Это было замечательное качество и семьи его тестя – рава Зайдмана.

Я понял для себя одну вещь. До того, как рав Хаим Гольдберг заболел, я постоянно обращался к нему с просьбами помочь разным людям, и не стеснялся. Когда же он заболел, я перестал обращаться к нему за помощью. Наоборот, теперь в помощи нуждался он! Нужно было молиться за него, учиться для его выздоровления. Это продолжалось до тех пор, пока я не понял, что он продолжает свое служение, хотя и не так, как раньше. Если раньше он мог ездить за границу, и обивать пороги богатых людей, то теперь он уже не мог делать этого. Он продолжал думать, как помочь тому или иному человеку, буквально, до последнего дня своей жизни! Он продолжал свою деятельность даже тогда, когда уже не мог самостоятельно передвигаться! Он всегда думал и заботился о других. Уже находясь в тяжелейшем состоянии в больнице, он назначил совещание со своими помощниками о распределении средств кимха де-Писха.

Расскажу о моей последней встрече с равом Хаимом. Это было после окончания субботы между праздниками Йом Кипур и Суккот. В Йом Кипур умерла жена одного из наших замечательных аврехов, рава Александра Липского. Нужно было думать, как помочь вдовцу с тремя детьми, и мы поехали к раву Гольдбергу. Рав Хаим находился в состоянии, о котором я уже говорил. Во время разговора мы видели, что он чем-то обеспокоен. Оказалось, что умерла сестра одного из его друзей, и ему нужно было исполнить заповедь утешения скорбящих. В его состоянии он мог бы ее выполнить и по телефону. Он с трудом двигался, но не уступал, и хотел поехать к скорбящей. У нас была машина, и мы удостоились помочь ему выполнить эту заповедь без скидки на состояние здоровья. Это была сила делать добрые дела с большим самопожертвованием!

Безусловно, раву Хаиму Гольдбергу по его заслугам полагалось бы совсем другое: быть здоровым и радостным (хотя радостным и наполненным верой он оставался даже во время своей болезни). Зачем же Всевышний дал ему эти испытания? У меня есть лишь один ответ на этот вопрос. Вершина любви к оказанию добра другим, на которую рав Хаим поднялся, будучи уже тяжело больным, когда другой человек давно бы уже никого не принимал и думал бы только о себе, – была тем достоинством, которым Всевышний удостоил его посредством этого испытания.

По-настоящему великие в благодетели обладают способностью знать, кому, сколько и каким образом необходимо помочь. Рав Гольдберг старался помочь буквально всем нуждающимся. Но, когда речь шла о поддержке изучающих Тору, у рава Хаима был совершенно другой подход и другой счет.

В день смерти рава Хаима Гольдберга важнейший устой, на котором держится мир, был поколеблен. Когда уходит такой человек, нам нужно «приобрести» что-нибудь для себя, сделать выводы и усилиться в том, чего нам не хватает. Нужно проанализировать, как у нас обстоят дела с мидат а-хесед, с любовью к другим людям, любим ли мы помогать им или нам безразлично это. Нам нужно подумать, как компенсировать эту потерю исправлением своих качеств.

Сказали наши мудрецы, что, когда уходит из мира большой мудрец и праведник, его замечательные качества становятся «бесхозными» – каждый может, приложив некоторые усилия, приобрести достоинства праведника. Добрым делам можно подражать, но я говорю не об этом, а об усилении любви к людям, желании им помогать. Это то, что мне хотелось сказать сегодня в память о нашем учителе, гаоне хеседа, раве Хаиме Гольдберге.

Подготовил рав Ц. Маламуд

[6-2] Внутренний реформизм и его преодоление

По материалам уроков рава Игаля Полищука

Песах – время физического освобождения, следующим этапом которого является обретение Торы на горе Синай, ведь ради этого мы и были выведены из Египта.

В эти дни я хочу коснуться одного очень важного аспекта: необходимости помнить, что нам сделал Амалек. Но просто помнить – мало. Мы должны сделать из этого выводы на будущее. По мнению Рамбана, заповедь помнить, что нам сделал Амалек, нужно исполнять ежедневно. Следуя этому мнению, отрывок об Амалеке читают (по сидуру) ежедневно. Однако даже те, кто спорят с этим подходом, признают необходимость помнить в течение всего года прочитанное в парашат Захор.

Виленский Гаон пишет, что «амалеки» есть и в среде нашего народа. Об коммунистическом еврейском Амалеке уже писали наши великие учителя рав Эльханан Вассерман и рав Ицхак Зильбер. Особая тема – это то, что нам сделал «немецкий Амалек». Я сейчас имею в виду не нацистов, а ту еврейскую Германию, которая породила реформизм. По большому счету, все трагическое, что произошло впоследствии (отход евреев Германии от Торы и нацистские преследования), имело один корень. Этим корнем был реформизм внутри еврейства. К сожалению, этот яд очень живуч. Он и сегодня поражает наш народ, в первую очередь, в Америке, Германии, а сейчас пытается обосноваться в Эрец Исраэль, России и в других странах.

Я хочу коснуться вещи, гораздо более глубокой и тонкой, чем отрицание реформистами получения всей Торы – и Письменной и Устной – во время Синайского откровения.

Есть очень страшные свидетельства о том, как выглядел еврейский Бруклин лет сто назад. Там жило великое множество евреев. Большинство из них были соблюдающими, и синагоги были полны людей. Что же в этом страшного? А то, что при этом не было ни одной еврейской школы. Одинокие «сумасшедшие», кричавшие о необходимости традиционного еврейского воспитания, натыкались на стену непонимания со стороны еврейского общества в целом. Эти, вроде бы религиозные, соблюдающие, люди, уже смирились с мыслью, что в Америке невозможно воспитывать детей евреями, и думали только о том, чтобы дать им хорошее образование и работу.

Далее произошла страшная трагедия. Большинство евреев, приехавших в те годы в Америку, были религиозными людьми. Тем не менее, я думаю, что в основе этих трагических событий лежал именно реформизм. На первый взгляд, реформистами эти евреи не были. В их синагогах все было в соответствии с «Шулхан Арухом». Почему я связываю произошедшее с реформизмом? Есть реформизм внешний, а есть – внутренний. Есть внешние проявления ненависти потомков Амалека против нашего народа, а есть его разрушительное скрытое влияние внутри нашего народа.

Что такое внутренний реформизм? У нас есть кодекс «Шулхан Арух», а есть дух, заключенной в этом кодексе. Реформа в иудаизме началась с того, что некто Мозес Мендельсон выдвинул лозунг: «Нужно быть евреем дома и немцем на улице». Он также ввел определение «немцы Моисеева вероисповедания». Сам Мендельсон, в отличии от его потомков, был человеком, соблюдающим заповеди. Так вот само определение «немцы Моисеева вероисповедания» является абсолютной ложью. Это было вероисповедание не Моше Рабейну, а Мозеса Мендельсона.

У нас есть замысел Творца по поводу сущности еврейского народа. В недельной главе Итро Всевышний говорит Моше перед получением Торы, что еврейский народ должен быть святым народом и царством священников. Когда мы выносим свиток Торы из ковчега, мы говорим, что мы живы своим «прикреплением» к Всевышнему. В этом и есть замысел Творца. Когда этот замысел проявляется в нашем мире, это свидетельствует о Торе, Всевышнем и заповедях, о том, что нет в мире силы, кроме Всевышнего. И это проявление замысла Всевышнего по поводу нашего народа. Еврей должен жить по Торе и не только внешним исполнением заповедей, но и внутренним стремлением исполнить в этом мире замысел Творца! Именно ради этого Всевышний вывел нас из Египта, ради этого дал нам Тору. Если же это все отходит в нашем сознании на второй план, происходит то, что я называю внутренней реформой.

Внутренний реформизм, в свою очередь, порождает реформизм внешний. Когда наш народ теряет свои устремления и внутреннюю направленность ко Всевышнему, когда родители пренебрегают еврейским воспитанием ради того, чтобы их дети получили престижную профессию, – это и есть внутренняя реформа. Это катастрофа замедленного действия! И это несмотря на то, что сами родители соблюдают заповеди и выглядят религиозными евреями! Нетрудно догадаться, что, в результате такого подхода родителей, дети становятся врачами и инженерами, но при этом далекими от еврейства по своему духу уже в первом поколении, а во втором и третьем – уходят из еврейства полностью, ассимилируясь среди окружающих народов путем смешанных браков. Сегодня это стало трагедией для еврейского народа в диаспоре.

Необходимо понять, в чем причина этого явления. Когда мы говорим о необходимости помнить о том, что нам сделал Амалек в сравнительно недалеком прошлом, мы должны понимать, что он поразил в нас стремление исполнить замысел Всевышнего в отношении нашего народа. Это замысел, который наш народ пронес через все перипетии изгнания, через все крестовые походы, инквизиции и погромы Хмельницкого. Однако, в последние двести лет, змей, соблазнивший Адама и Хаву, заново поразил наш народ соблазном «просвещения», эмансипации и различных «измов». И началось все это при внешнем соблюдении Торы! Страшная трагедия началась с потери стремления нашего народа ко Всевышнему.

Я думаю, что эти вещи очень актуальны и сегодня. Нужно знать, что нам необходимо направить себя на исполнение замысла Всевышнего, и излечиться от поразившего нас страшнейшего яда Амалека во всех его проявлениях.

Возвращаясь к трагедии американского еврейства сто лет назад, стоит отметить следующее. Там были люди, которые всеми силами воевали за то, чтобы остаться евреями. У кого-то это получилось, и их дети тоже сохранили свое еврейство, и, более того, стали фундаментом возрождения мира Торы в Америке. Но также имела место трагическая ситуация, когда уходили из еврейства дети преданных Торе и вере родителей.. Я слышал от имени великого рава Моше Фанштейна ответ на вопрос, почему в одной семье, самоотверженно соблюдавшей субботу, вырастало праведное молодое поколение, а в другой – наоборот. Он сказал об этом так. Одна семья соблюдала Тору с радостью, а другая – с тяжестью на душе. Например, двух глав еврейских семей выгнали с работы за то, что они отказались работать в Шаббат. При этом один из них пришел домой с радостью, что он выдержал испытание и сбросил все соблазны работать в Шаббат, а другой – с тяжким вздохом, что из-за Шаббата его выгнали с работы. Когда сын видит, какое плохое настроение у его папы из-за Шаббата, то ему уже соблюдать Шаббат не хочется.

Принципиально важно не только соблюсти Шаббат, но и то, как мы его соблюдаем. Если мы делаем это с радостью и воодушевлением от приближения святого дня, радость и воодушевление передаются нашим детям. А если же – со вздохами и тяжестью от количества предстоящих хлопот, мы открываем дверь в нашу душу Амалеку. Его яд лишает нас желания в исполнении Торы. Он поражает нас, погружая в уныние и депрессию. Самой страшной формой этого является ощущение у членов семьи, что исполнение Торы – причина плохого настроения и депрессии. А дети не любят депрессию, не любят вещей, которые приводят к плохому настроению у их родителей. Нам нужно помнить то, что нам сделал Амалек, и постараться излечиться от последствий этого удара. Излечение состоит в том, что мы должны знать, что нужно жить по Торе с радостью и с радостью исполнять заповеди, в том числе и те, которые не доставляют нам большого удовольствия. Нам нужно проникнуться необходимостью исполнения воли Творца не только тогда, когда нам это приятно. И это выполнение Его воли несет нам жизнь и радость.

То, что я говорю, в первую очередь касается родителей: как отцов, так и матерей. Допустим, папа возвращается вечером домой из колеля. Если он полон радости от того, что удостоился сегодня учить Тору, эта радость освещает его дом и радует его жену и детей, то, естественно, такой дом захочет идти путями Торы. А если это не так? Есть одна вещь, которая нам необходима для того, чтобы наши дети выросли духовно здоровыми. Мой учитель, рав Яаков Фридман много лет назад сказал, что главное, чтобы в доме была хорошая, здоровая, радостная, приветливая атмосфера. Когда жизнь с Торой и Всевышним будет причиной наличия жизненной силы у детей и радости в доме, то дети не захотят отходить от этого.

И вот тут нужна огромная сила глав семей. Если глава семьи несет в дом радость Торы и заповедей, эта радость передается всей семье. Женщины любят, когда их мужья пребывают в хорошем настроении. О том, что мужу нужно быть веселым, пишет Рамбам в «Илхот ишут». Это то, что требуется женщине. Когда муж несет радость Торы и заповедей, то дом наполняется радостью жизни по Торе, и это оживляет всю семью. А дальше действует огромная сила матери. Я хорошо помню, как покойная рабанит Зильбер говорила: «Я ему [раву Ицхаку] детей воспитала». Мужчина не всегда находится дома, а мама проводит с детьми много времени. Если она впитывает от своего мужа желание приблизиться к Творцу, ощущение радости от этой близости и несет это своим детям, – это огромная сила. В том, что я сегодня учусь, огромная заслуга моей мамы. Она никогда не обучала меня, как учить Тору, но внутренний позыв к поискам духовности я получил от мамы. У нее была сила передать мне чрезвычайную важность духовной жизни.

Нам необходимо настроить себя на духовные потребности, на то, что наш народ создан с замыслом быть близким к Творцу, на то, что мы ушли в изгнание не ради того, чтобы, наконец-то осесть на Рублевке или в фешенебельном районе в Нью-Йорке. Это места внешнего материального благосостояния и духовной смерти внутри себя. Нужно пробудить в себе желание удостоиться света Торы, света Творца, и идти по пути еврейства и Торы. Это должно быть основной целью, а все остальное – средством для ее достижения. И мы должны настроить себя на то, чтобы все это делать с радостью. Так мы строим наши дома. Когда от папы исходит радость от того, что он удостоился сегодня быть в бейт мидраше, мама говорит детям, а точнее, передает это им всей своей жизнью, как важно, что папа занимается Торой и выполняет заповеди, когда ребенок заканчивает главу в Хумаше, и ему устраивают праздник по этому поводу, подобно дню рождения, – таким образом мы исправляем ущерб, нанесенный нам Амалеком.

Такова величайшая профилактика против внутреннего реформизма. Есть такое понятие: «прогнить изнутри», когда внешне все красиво, а внутри – гниль. Бороться с этой гнилью мы можем, внося в себя, в наши семьи и в наших детей радость и жизненную силу исполнения Торы. Нам нужно хорошо поработать над этим. Так мы сможем действительно удостоиться того, чтобы исправить трагедию внутренней реформы, которая разрушила наш народ, и излечиться от последствий поражения, нанесенного нам Амалеком.

Подготовил рав Ц. Маламуд

[7] АКТУАЛЬНАЯ ДАТА

[7-1] Между Песахом и Шавуотом

Рав Лейб Нахман Злотник

В трактате Йевамот Вавилонского Талмуда приведен невероятно трагический факт нашей истории. «Двенадцать тысяч пар учеников было у раби Акивы, от Гиваата до Антифраса, и все умерли в один временной промежуток из-за того, что не давали почета друг другу. И мир оставался опустошенным, пока не пришел раби Акива к учителям нашим, которые на юге, и стал обучать их. Их имена: раби Меир, раби Йеуда, раби Йоси, раби Шимон, раби Элазар бен Шамуа. И благодаря им была сохранена Тора». Талмуд говорит, что временной промежуток трагического ухода первых учеников, о котором говорится выше, был от Песаха до Шавуота.

Любой, кто читает эти строки, должен быть потрясен. Как это понять? Смерть тысяч самых лучших, самых достойных, самых святых и чистых воинов армии Творца, отказавшихся от всего материального ради постижения Торы! Говорит великий мудрец Торы, Яавец, что это и есть объяснение. Именно к таким великим и предъявляются особые требования. Для других – это лишь недостаточное уважение к товарищам. Для учеников раби Акивы это хилуль а-Шем – осквернение Имени Творца. И наказание соответственно – безо всякой пощады и скидок. Но и нам следует выучить из случившегося, что недостаточно бережное отношение к почету и достоинству ближнего может расцениваться, как осквернение Его Имени.

Мидраш «Тана де-вей Элияу Раба» приводит просьбу Всевышнего, обращенную к народу Израиля: «Сыны Мои любимые, ничего не прошу у вас, кроме одного: любите друг друга и почитайте». Дарование Торы стало возможным, когда сыны Израиля изжили из своей среды вражду (Шмот, 19:2, и комментарий Раши там). Подошедших к горе Синай было великое множество. Почему же Тора говорит в единственном числе: «Разбил там Израиль стан»? Потому что все были, как одно целое, как один человек – с единым сердцем. Смерть двадцати четырех тысяч учеников раби Акивы – это великая трагедия всего народа на все поколения. Период этой страшной потери, от Песаха до Шавуота – дни общественного траура.

Приведем вкратце основные законы траура, принятые мудрецами в дни счета омера. В отношении того, какие именно дни этого периода охватывает общественный траур, существует несколько мнений. Каждый следует принятому в его общине обычаю. Большинство сфарадим соблюдают траур, начиная со второго дня праздника Песах и до утра 34-го дня омера, то есть до утра 19-го Ияра. Среди ашекеназских евреев есть такие, кто отсчитывает дни траура со второго дня праздника Песах и до утра 33-го дня омера (18-го Ияра) [хотя в холь а-моэд практически нет законов траура]. А есть те, кто соблюдает весь этот период либо до новомесячья Сивана, либо до 3-го Сивана, либо до кануна праздника Шавуот, за исключением 33-го дня омера – Лаг ба-Омера. В продолжении темы будет учтено расхождение обычаев разных общин.

Следует сразу подчеркнуть, что законы траура этого периода не ограничивают стрижку ногтей, причесывание, мытье. Не возбраняется в эти дни переезжать в другую квартиру, делать ремонт, белить стены, клеить обои.

Представителям сефардских общин запрещено стричься и бриться до утра 34-го дня омера. Представителям ашкеназских общин запрещено стричься и бриться до утра 33-го дня омера. Некоторые ашкеназы не стригутся с Песаха и до кануна праздника Шавуот. Есть и такие, кто стрижется в новомесячье Ияра и Сивана.

Стричься запрещено как мужчинам, так и женщинам. Детей также не стригут в этот период. Если усы или борода мешают принятию пищи, либо существует медицинская необходимость удалить волосяной покров, разрешено постричь или выбрить волосы там, где требуется. Выщипывать брови не возбраняется. Если волосы необходимо удалить для соблюдения рамок скромности, а также для омовения в микве, их разрешено удалить.

Первую стрижку мальчику, которому исполнилось три года – халаке – принято устраивать именно в Лаг ба-Омер. И даже те, кто поступают согласно Аризалю и вообще не стригутся до кануна праздника Шавуот, первую стрижку ребенку также делают в Лаг ба-Омер.

В те годы, когда Лаг ба-Омер попадает на канун субботы, сефарды стригутся в этот день в честь Шаббата. Если Лаг ба-Омер попадает на воскресенье, то ашкеназы стригутся в канун Шаббата, в 31-й день омера.

В случае, если обрезание пришлось на один из траурных дней этого периода, сандаку, моэлю и отцу ребенка разрешено постричься уже с вечера в честь обрезания, или в канун субботы, если обрезание будет в субботу. В отношении юноши, которому в дни отсчета омера исполняется тринадцать лет, а также в отношении его отца (разрешено ли им постричься в честь бар-мицвы) мнения мудрецов разошлись.

В ряде общин празднуют субботу перед свадьбой. Жениху разрешено постричься в канун этой субботы, даже если она приходится на время между Песахом и Шавуотом. Также в течение семи дней после свадьбы жениху разрешено бриться (разрешенным способом).

Тому, кто приглашен на свадьбу, и не сможет на нее прийти, если не пострижется, разрешено постричься.

В случае, если «заросший» вид может вызвать неприятности на работе, что может быть актуально в странах диаспоры, многие раввины не запрещают стричься и бриться. Но в каждом случае следует выяснить у раввина, как правильно поступить.

В дни омера разрешено устраивать трапезу, посвященную обрезанию, выкупу первенца, бар-мицве, помолвке (эрусин), но без музыки и танцев.

Ашкеназы не женятся с начала Песаха и до конца месяца Ияр, за исключением Лаг ба-Омера, 18-го Ияра. Сефарды – от Песаха до Лаг ба-Омера, включая весь день Лаг ба-Омер. В особых случаях следует проконсультироваться с раввином, так как при определенных обстоятельствах, возможно, он посчитает верным устроить свадьбу и в другие дни отсчета омера.

Согласно некоторым обычаям, устраивают свадьбы до новомесячья Ияра. Есть те, кто не женятся до праздника Шавуот. В отношении свадьбы следуют обычаям той общины, к которой принадлежит жених. Тем, кто придерживается обычая не устраивать свадьбы в тот или иной промежуток времени, разрешено участвовать в свадебном торжестве тех, согласно обычаю которых в эти дни женятся.

В случае, если ашкеназ женится в Лаг ба-Омер, свадьбу следует назначить на этот день. Многие устраивают свадьбу и ночью 33-го дня омера. Если Лаг ба-Омер выпадает на пятницу, то, согласно всем мнениям, разрешено устроить свадьбу ночью, в начале 33-го дня омера. Сефарды, как уже упоминалось, устраивают свадьбы не раньше, чем днем 34-го дня омера.

Те, кто следуют обычаям Аризаля, не стригутся, начиная с Песаха и до кануна Шавуота. Однако и они устраивают свадьбы в разрешенные дни омера, каждый согласно обычаям своей общины.

Празднование семи дней после свадьбы, когда благословляют жениха и невесту – шева брахот – разрешено устраивать в дни омера без каких-либо ограничений: с музыкой и танцами. В этих застольях разрешено участвовать всем, не зависимо от того, каких обычаев траура в дни омера они придерживаются.

Кроме свадеб, шева брахот, празднования внесения свитка Торы, празднования дней холь а-моэд и Лаг ба-Омера, запрещено слушать музыку и танцевать. Обучение музыке для удовольствия запрещено, для заработка и получения профессии разрешено.

Поскольку этот временной период очень неблагоприятен, многие стараются не попадать в места повышенной опасности. Благословение «Шеэхияну» на новую одежду или плод, которые пробуют в этом сезоне, многие стараются произнести только в Шаббат, Йом Тов или в Лаг ба-Омер, хотя по закону не возбраняется произнести его и в будние дни. «Шеэхияну» на заповеди, как, например, выкуп первенца, обрезание, на новый талит гадоль, а также на новый плод, который не сможет сохраниться до субботы, благословляют в будние дни.

«Бейт Йосеф» приводит от имени нескольких мудрецов, которые жили около 700-800 лет назад, мидраш, в котором говорится, что ученики раби Акивы умирали до Прос Ацерет (за 15 дней до Шавуота). Поэтому с утра 34-го дня по счету омера «Шулхан Арух» разрешает стричься, бриться и устраивать свадьбы. У ашкеназского законоучителя Рамо была традиция, что ученики раби Акивы не умирали уже с 33-го дня омера, и поэтому обычай ашкеназских евреев стричься, устраивать свадьбы и веселиться с утра 33 дня омера. В Минху кануна Лаг ба-Омера не произносят Таханун. Не произносят его и в сам Лаг ба-Омер – ни в Шахарит, ни в Минху. В этот день не скорбят и не постятся, как в любой праздничный день. Постятся только ашкеназские женихи и невесты в день хупы. В канун Лаг ба-Омера необходимо обратить внимание на то, чтобы с момента захода солнца не сказать, что сегодня Лаг ба-Омер, для того чтобы было можно совершить заповедь счета омера с благословением. Тому, кто сказал другому: «Не произноси Таханун, так как сегодня Лаг ба-Омер», то есть, упоминая Лаг ба-Омер, он не имел в виду сообщать, какой сегодня день по омеру, а явно подразумевал то, что это праздник, – разрешено считать с благословением. Тот, кто во время счета омера произнес «лаг», что значит «33» в буквенном отображении, должен сказать, как и в другие дни, «33-й день» словами, но при этом не благословлять вторично.

В этот день многие приезжают на гору Мирон, где находится могила раби Шимона бар Йохая. Говоря о законах, следует напомнить о таких общих вещах, как запрет коэнам посещать места захоронений, и о том, что после посещения могил делают омовение рук. В течение всего года на могиле Рашби молятся и изучают Тору, и поэтому необходимо вести себя в этом месте в соответствии с правилами поведения в святых местах.

Причина массового паломничества к могиле Рашби связана с годовщиной его смерти, которую празднуют в Лаг ба-Омер. Некоторые считают, что Рашби также и родился в этот день. Другие придерживаются мнения, что он не родился в этот день и не умер. Обычай приходить на могилу Рашби упоминается уже более пятисот лет назад, когда рав Йосеф Каро и Аризаль посещали Мирон в Лаг ба-Омер. Рассказывают про Ор а-Хаима, что, начиная с подножья горы и до самого места захоронения, он буквально полз и говорил: какое я имею право приближаться к месту, где захоронен такой святой человек. Известен рассказ о том, как некий реб Авраам скорбел о разрушении Храма в Лаг ба-Омер, и Аризаль сказал своему ученику, что ему открылся Рашби, и что скорбящему скоро придется скорбеть по усопшему. Через некоторое время у реб Авраама внезапно умер старший сын.

Вечером этого дня повсеместно принято устраивать костры, которые сопровождаются песнями и танцами. Очень важно в это освященное время, чтобы радость не перешла границу скромности и достойного поведения.

Почему в этот день жгут костры? «Зоар» – название книги, которую написал Рашби. Оно переводится как «сияние». Учение Рашби открыло так называемый Ор а-Гануз – новый уровень скрытого света Каббалы. В этот день Рашби открыл ученикам сокровенные знания Торы. Интересно, что Лаг ба-Омер всегда выпадает на тот же день недели, что и Пурим, предшествующий ему, и на тот же день недели, что и четвертый день праздника Суккот, следующего за ним, когда приглашают в качестве ушпизин Моше. В наследии Аризаля приводится, что в Рашби жила искра Моше.

Еще одно объяснение: во время римского гнета было запрещено передавать информацию о новомесячье с помощью костров, а теперь – разрешено.

Существует древний обычай: дети стреляют из лука в Лаг ба-Омер. Дугообразный лук похож формой на радугу. Говорят, что этот обычай возник в память о том, что во времена Рашби не было радуги. Радуга – символ обещания Всевышнего, что не будет больше потопа. Но во времена Рашби напоминание об этом было излишним. Праведность этого великого мудреца Торы хранила мир.

Многие спрашивают, как в дни смерти можно устраивать веселье, ведь это день памяти и скорби об усопшем. Хатам Софер считает, что празднование вообще не связано со смертью Рашби. Он делает расчет, согласно которому следует, что в этот день начал выпадать ман. Другие говорят, что в этот день раби Акива посвятил в раввины своих новых учеников, которые остались в живых и передали Тору. Другие говорят, что есть некая каббалистическая причина праздновать именно этот день. Тем не менее, интересно, что ни один из 48 пророков, около 300 танаим и около 2000 амораим не удостоился того, чтобы паломничество на его могилу было таким массовым!

Для того, чтобы цель постановления мудрецов была достигнута, и обычаи траура, которые соблюдают евреи на протяжении многих веков, не превратились во внешний атрибут иудаизма, необходимо наполнить эти дни духовной работой и самовоспитанием. Об одном уроке, который мы призваны извлечь из этой страшнейшей трагедии, уже было упомянуто выше. Увидеть ближнего, услышать его точку зрения, относиться достойно к каждому, каков бы он ни был, уважать всякого. Ведь в каждом из нас есть искра Творца, душа, высеченная из престола Славы Его. Все мы – одна семья с особенными родителями: Авраамом, Ицхаком и Яковом.

Но есть еще одно невероятно важное качество, которому хотелось бы научиться из того, что передают нам мудрецы в Талмуде. После того, как 24 тысячи учеников (а ученик – подобен собственному сыну) умерли, и мир осиротел, дух раби Акивы, их великого учителя и отца, оставшегося вдруг без всех своих детей, не был сломлен. В Торе нет места отчаянию. Он вкладывает всего себя в новых учеников, которые, подхватив Тору, передали ее нам – всю Устную Тору, которая есть у нас сегодня. И неизвестно, в чем величие рабби Акивы проявилось больше: в невероятном самообладании и бесконечной любви к Творцу, когда он читал «Шма, Исраэль», в то время как его душа покидала тело из-за жесточайших истязаний, которым подвергали его римские палачи, или в той силе духа, когда после непостижимой трагедии, которая лишила его всего, он не рухнул, не сломался, а начал заново и возвел строение еще крепче и выше прежнего. Необходимо признавать ошибки, видеть свою слабость и недостатки, но не падать духом, не отчаиваться, какие бы тяжелейшие обстоятельства и испытания ни постигали бы нас. Вот что мы должны перенять у нашего учителя раби Акивы. Ведь мир наш под постоянным надзором милосердного Творца, всемогущего Царя всех царей, который правит нами к добру и счастью, и вскоре приведет к полному избавлению от ненавистников внешних и внутренних (злого начала), когда не будет больше смерти, горя и слез. Тогда мир наполнится светом Славы Его!

[8] ЕВРЕЙСКОЕ МИРОВОЗЗРЕНИЕ

[8-1] Ховот а-Левавот. Врата служения

Рабейну Бахае бен Йосеф ибн Пакуда

РАЗДЕЛ ПЯТЫЙ

Далее мы намереваемся разъяснить – в форме вопросов и ответов до конца данной части настоящей книги – способы пробуждения [к служению Всевышнему] посредством разума – всё, что мы можем сказать об этом в рамках нашего исследования.

Определим пробуждение посредством разума следующим образом: это Б-жественное воздействие на разум и душу человека, имеющее целью помочь ему познать Творца и увидеть знаки Его мудрости. Творец удостаивает этого [дара] того, кто делает Тору своим путеводным светом, – тогда, когда он достигает абсолютной зрелости мышления, ясного понимания, жаждет познать волю Б-га и подняться по ступеням благочестия, когда он освобождает своё сердце от забот этого мира и его тягот.

Чтобы достичь пробуждения посредством разума, человек должен прояснить для себя нравственные понятия, которые Творец заложил в души всех обладающих даром речи. Он должен понимать достоинства истины и предосудительность лжи; должен стремиться избирать справедливость и избегать несправедливости; воздавать добром тому, кто сделал ему добро, и быть ему благодарным; платить злом за злодеяние и осуждать злодея; жить в мире с людьми и стараться делать им добро; уметь восхвалить достойным образом за сделанное ему добро, воздать за содеянную с ним справедливость и наказать соответственно содеянному злу; уметь соизмерить между собой разные виды воздаяния [добром] и наказания; уметь простить грешника, пришедшего к истинному исправлению.

Когда эти понятия проясняются в душе человека при помощи его разума и сознания, его разум обретает совершенство, а сознание – силу. И если Б-г пожелает пробудить человека, наставляя идти путями, ведущими к добру, то Он даст побуждение движениям его души и мысли, помогая увидеть творимое ему благо и укоренить признательность за него в своём сознании. Но если человек попытается припомнить все дарованные ему блага и вместить их в своём сознании, он не сможет этого сделать из-за множества их, из-за того, что каждое из них включает в себя другие, [а также] из-за их постоянства и из-за того, что удостаивается этих благ непрерывно и всечасно… Тогда он обяжет себя в той мере, в которой это прояснилось в его разуме, воздавать делающему ему добро [ответным] добром и держаться справедливости. И он сделает свой выбор: воздавать Б-гу [своим служением] за множество благ, которые Он ему даёт. [И далее], когда сердце его узрит, что нет у него подобной возможности, и притом ведь Б-г и не нуждается в этом, – он примет на себя обязанность покориться Ему всецело, быть незначительным в собственных глазах. После этого он обяжет себя искать посредством своего разума такие дела, какие дали бы возможность подступить к Всевышнему и приблизиться к Нему, и могли бы быть заменой истинного воздаяния [за полученное им добро]; и тогда его разум научит его верному и прямому пути в этом деле.

РАЗУМ: Стало ли ясным для тебя и утвердилось ли в твоём сознании, что ты являешься должником перед своим Творцом за все Его блага, и что ты принадлежишь Ему за неисчислимые благодеяния Его и великие Его милости, оказываемые тебе?

ДУША: Да.

РАЗУМ: Намерена ли ты возместить какую-то часть своего долга Творцу?

ДУША: Да.

РАЗУМ: Каким же образом ты сможешь это сделать? Твоё стремление приблизиться к Нему столь слабо… Терпеть тяготы и горечь лечения способен лишь тот, кто искренне стремится быть здоровым, но тот, кто не таков – нет!

ДУША: Моё стремление сильно и желание велико – возвратить в той мере, в какой мне удастся, свой долг моему Б-гу, а ты пробуди меня к этому [ещё более].

РАЗУМ: Если верно то, что ты сказала, то, быть может, лечение окажется успешным для тебя. Но если это неправда, то ты никого не обманешь, кроме самой себя, точно так же, как больной, обманывающий врача, наносит ущерб лишь себе. Ибо для врача весь ущерб от обмана – лишь напрасный труд, тогда как для больного он оборачивается обострением болезни.

ДУША: Как же я сама могу распознать истинность моего стремления уплатить свой долг Творцу?

РАЗУМ: Если это стремление вытекает из ясного осознания того, насколько велик твой долг перед Б-гом и насколько незначительны твои возможности платить по нему, из понимания того, что слабость этого стремления приведёт тебя к падению, а от твоего усердия и усилий зависят спасение и жизнь, то стремление твоё истинно, и желание – насущно. Но если всё это не так – то нет.

ДУША: Моё желание [возвратить свой долг Творцу] оставалось слабым, а стремление – обманчивым, несмотря на знакомство с [описанными в наших священных книгах] делами давно минувших дней. Так оставалось, пока не прояснилась для меня на путях мудрости истинность того, о чём ты говорил выше, и сделался понятным путь пробуждения: вначале – при помощи Торы, а далее – посредством доводов разума [повелевающего нам платить долг благодарности], и тогда стремление моё сделалось истинным, а желание – ясно осознанным.

РАЗУМ: Если сказанное тобой – истина, то тебе придётся проявить выдержку, чтобы переносить муки лечения, терпеть горечь лекарства и воздерживаться от вредоносной пищи, к которой ты привыкла.

ДУША: Что же это за вредоносная пища, к которой я привыкла?

РАЗУМ: Это – дурные качества, которые овладели тобой с самого начала [твоего пребывания в этом мире], и силы [души], которые их поддерживают с самого начала твоего развития.

ДУША: Что же это за качества, и что это за силы, поддерживающие их?

РАЗУМ: Твои дурные качества многочисленны, однако главных из них два. Первое – любовь к телесным удовольствиям, таким как еда, питьё, интимная близость и прочие телесные потребности; оно приобретается от «дурного соседа», каковым является для тебя твоё тело. Второе – любовь к власти, величию, гордость, высокомерие и ревность. Оно побуждает тебя уменьшать воздаяние добром [Всевышнему] за Его благодеяния; оно приобретается от соседей, среди которых ты росла, – братьев твоих и родных.

ДУША: Каковы же те силы, которые я должна отстранить от себя?

РАЗУМ: Силы, относящиеся к первому из [дурных] качеств, следующие: излишества в еде, питье, в одежде, сне, покое; излишняя беспечность и подобные тому вещи. Силы же, относящиеся ко второму качеству, следующие: излишние разговоры, чрезмерное пребывание в обществе, стремление понравиться другим людям, любовь к похвалам и почестям, зависть к приобретениям других людей в этом мире, старание отнять у них принадлежащее им, пренебрежительное отношение к людям, злоязычие и подобное этому. И если всё, что ты говорила о своём стремлении и великом желании воздать Б-гу за получаемые от Него блага, – правда, то отдали от себя, приложив к тому все усилия, те силы и дурные качества, о которых я говорил, и тогда я введу тебя в первые врата исцеления.

ДУША: Мне будет очень тяжело расставаться [со всем, о чём ты упоминал], из-за долгой привычки к этим вещам. Научи же меня, по доброте своей, как облегчить это расставание.

РАЗУМ: Ты ведь знаешь, что разумный человек легко согласится на то, чтобы ему удалили какую-то часть тела или даже целый орган, поражённый болезнью, из страха, что она распространится на прочие органы. Ведь он видит связь и зависимость [между операцией и своим спасением] и умеет сопоставить два зла [боль от операции и угрозу жизни]. Так и ты. Если ты хочешь облегчить себе расставание [с дурными качествами, с которыми] обычно трудно бывает расстаться, то прими всё сказанное близко к сердцу, напряги свой ум… Постарайся сопоставить добро, которое станет твоим уделом, когда ты отдалишься [от своих дурных качеств и сил], с тем злом, которое настигнет тебя, если они останутся у тебя.

ДУША: В чём же состоит упомянутое тобой добро, и в чём – зло?

РАЗУМ: Добро – в радостном спокойствии души вопреки тьме этого мира, в котором удовольствия смешаны с печалью, а всякое наслаждение имеет свой конец. Ещё оно в ясном и твёрдом сознании, которое ты обретёшь, – сознании того, что место [истинного] покоя – Будущий Мир, ради которого нужно проявить старание и расторопность [в своём служении]. И это добро – одни из тех «ворот добра», в которые нужно войти ради спасения своего и ради своей жизни. Зло же [которое постигнет тебя, если ты не отдалишься от своих дурных качеств и сил] – в том, что ты останешься в плену забот; умножатся твои печали, и скорбь будет сопровождать тебя неизменно из-за неудовлетворённости твоих желаний, связанных с этим миром. Ибо по мере достижения желаемого ты будешь видеть тщету его, непрочность и непостоянство, и [в конечном счёте] увидишь его переходящим к кому-то другому. Ничего не останется у тебя из [приобретений] этого мира [когда ты покинешь его], и Будущего Мира также не достигнешь – ведь [даже в этом мире] невозможно достичь [всего] желаемого при самых упорных к тому усилиях [и тем более нельзя достичь Грядущего Мира, не стремясь к нему].

ДУША: Я поняла всё, что ты сказал, и теперь мне будет легче расстаться с теми [из моих дурных свойств], от которых прежде мне было бы трудно избавиться. А теперь расскажи мне также и о вторых «воротах исцеления» и научи меня, как достичь того, чего я хотела бы добиться в своём служении Б-гу.

РАЗУМ: Общее правило таково: ты должна принимать на себя Того, кто выше тебя [Всевышнего], так же, как должен был бы, согласно твоему желанию, принять на себя твою [власть] тот, кто ниже тебя [твой раб], – при всех различиях в системах отношений с тем и другим. И то, что нравится тебе, и то, что [кажется тебе] плохим в поступках того, кто ниже тебя, пусть считается у тебя столь же похвальным или плохим в твоих поступках в отношении Того, кто выше тебя.

ДУША: Разъясни мне это более подробно.

РАЗУМ: Постарайся припомнить блага, получаемые тобой от Всевышнего – как те, которые ты получаешь наравне с другими, так и те, которыми Он отличает тебя от других людей. После этого постарайся представить себе, будто все эти блага ты даёшь своему рабу, которого ты приобрела за свои деньги [имея при этом в виду, что невозможно сравнить то, что Творец даёт всякому человеку, с тем, что человек в состоянии дать своему рабу или даже сыну]. А теперь то, чего ты ожидаешь от твоего раба в отношении тебя самой, прими на себя как обязанность в твоих отношениях с Творцом, [и также наоборот:] то, что казалось бы тебе плохим в поведении твоего раба по отношению к тебе, должно представляться тебе плохим в том, как ты ведёшь себя по отношению к Творцу.

ДУША: Я поняла то, что ты сформулировал здесь в виде общего правила; а теперь, прошу тебя, разъясни мне сказанное в деталях.

РАЗУМ: Для раба, который служит своему господину – человеку, [даже если он] дал ему лишь малую часть того, что дал тебе твой Творец, было бы похвальным следующее:

– служить только своему господину – словом и делом;

– быть ему верным и проявлять усердие во всём, что делает для него, в открытом и в скрытом;

– испытывать трепет [перед величием своего господина] и бояться [его наказаний] во всякий час, когда он стоит перед ним, как сказал один праведник: «Не перечь своему господину, когда он видит тебя» [тем более следует бояться Всевышнего, который всегда видит нас];

– проявлять перед своим господином смирение и самоотречение – как в видимых делах, так и в глубине души;

– проявлять перед ним скромность в одежде и в манерах;

– чтить его, превозносить его в своих речах и в сердце;

– восхвалять и благодарить его днём и ночью;

– вспоминать о даруемых им благах, неслышно для других и открыто, восхвалять и прославлять его так, как он того заслуживает;

– бежать служить ему с радостью и сердечным желанием, из любви к нему, с надеждой обрести его благоволение, и стремиться стать желанным ему;

– умолять его постоянно, чтобы умиротворить его [и упросить] простить провинности;

– любить его;

– [раб должен] опасаться, что он не исполняет подобающим образом всех повелений своего господина;

– соблюдать его повеления и удаляться от запретного;

– принимать близко к сердцу свои грехи перед господином;

– ощущать величие благ, получаемых от господина;

– чувствовать, что то, что он делает [служа своему господину], ничтожно и недостаточно в сравнении с тем, что обязан делать;

– видеть свои труды [в служении] недостаточными в сравнении с теми, каких достоин его господин;

– признавать незначительность своих достоинств в сопоставлении с великими достоинствами, которые он признаёт у своего господина;

– умножать свои поклоны [и другие знаки выражения] покорности и самоотречения;

– полагаться на него во всех своих нуждах;

– принимать с готовностью всё, что бы ни делал с ним господин: если тот кормит его досыта – благодарить и восхвалять его, а если заставляет голодать – принимать это с желанием и терпением. Не подозревать его в неправедности его суда и в том, что решения его несправедливы, а удовлетворяться тем, что господин даёт ему, и оправдывать его [вопреки] причиняемым страданиям.

Помимо всего сказанного, рабу следует напоминать каждым своим движением и своим поведением, что он – раб, принадлежащий своему господину:

– не говорить и не думать ни о чём, не помня о нём;

– учиться только его путям;

– подчиняться только его слову;

– питаться только тем, что тот даёт ему для пропитания;

– не оставлять мысли о величии его;

– испытывать радость только оттого, что господин доволен им;

– испытывать счастье только в служении ему;

– не искать и не добиваться ничего, кроме удовлетворения желаний своего господина;

– не торопиться бегом ни для чего иного, а только лишь [спеша] исполнить его поручение;

– не воздерживаться [от чего бы то ни было] ни по какой иной причине, но только чтобы не нарушить волю своего господина;

– не жить нигде, но только в его доме;

– уповать только на него;

– не читать ничего, кроме его книги [чтить только его мудрость];

– не облачаться ни во что, кроме одежды страха перед ним [в самом облике раба должен быть виден страх перед господином];

– не засыпать ни на чём ином, но только на ложе любви к нему [с мыслью о любви к нему];

– не вызывать в своём воображении никакого иного образа, кроме его образа [применительно к Всевышнему, у которого нет телесного образа, это означает: размышлять о Его качествах];

– пробуждаться не иначе, как со сладостным воспоминанием о нём;

– не находить себе душевного покоя ни в чём ином, но только в близости к нему;

– не бежать ни от чего иного, кроме того, что противоречит его воле;

– не скорбеть никогда, но лишь в минуту гнева господина [на него];

– не бояться ничего, кроме его наказания;

– не надеяться ни на что, кроме его милости;

– не гневаться никогда, но лишь тогда, когда воля господина обязывает к этому;

– не должен быть ему желанен никто, кроме того, кто исполняет волю его господина;

– не брать ничего без его разрешения;

– никому ничего не давать, но только по его распоряжению.

И так – во всём, что он делает: не сдвинет с места своей ноги и не поведёт веком, если при этом он не исполняет волю своего господина.

Всё же, что непохвально и дурно со стороны раба – противоположно тому, что хорошо и похвально с точки зрения господина, и таким образом можно отличить хорошее от дурного.

Таким образом, я подготовил и сформулировал для тебя, посредством собранных здесь частностей, общее правило, которого достаточно, чтобы научить тебя всем остальным деталям и тому, что обратно по отношению к ним. И поскольку добродетели раба с точки зрения его господина именно таковы, как мы об этом здесь говорили, а блага, которые даёт рабу его господин, как уже известно тебе, столь малы [в сравнении с благами, которые даёт человеку Всевышний, – постарайся понять из этого], насколько больше твой долг и обязанности перед Ним, будь Он благословен, по сравнению со всем, о чём мы здесь упоминали, – долг, который ты намереваешься теперь выплачивать за все блага, дарованные Им тебе.

Перевод – рав П. Перлов, приведено с сокращениями. Редакция «Беерот Ицхак» благодарит рава Моше Хенина и издательство «Тора Лишма» за разрешение использовать их материалы.

[8-2] Шмират а-Лашон. Хатимат а-Сефер

Рав Исраэль Меир а-Коэн из Радина

ГЛАВА 3. Быть усердным в заповедях, к которым не стремятся другие

Сказано в «Сефер Харедим»: «Хотя и обязан человек блюсти все заповеди, он должен держаться одной из них с большой силой и постоянством, чтобы не нарушить ее во все дни своей жизни». Ибо вся Тора в целом, в которой шестьсот тринадцать заповедей, называется «древом жизни», как сказано (Мишлей, 3:18): «Древо жизни она для тех, кто держится ее», и тот, кто крепко ухватился за одну ветку, держится за все, поскольку все остальные тянутся за той одной, являя собой одно целое. Но если человек хочет взяться за все ветки разом, – не сможет взять ничего, как говорится в трактате Шаббат (118б): «Сказал рав Нахман: “Я получу награду за то, что устраивал три трапезы в субботу…”, сказал рав Шешет: “Я получу награду за тщательное исполнение заповеди тфилин”. И сказал рав Нахман: “Я получу награду за тщательное исполнение заповеди цицит”. Сказал рав Йосеф раву Йосефу сыну Рабы: “Твой отец – в какой заповеди он был особенно осторожен?” Тот ответил: “Цицит. Однажды, когда он поднимался по лестнице, оборвалась у него нить цицит, и он не спустился, пока не вставил нить”». Раши объясняет: «[Тщательное] исполнение заповеди тфилин означает здесь, что [рав Шешет] не проходил четырех амот без тфилин. И подобно этому с цицит: “не спустился с лестницы, пока не вставил нить” – означает: пока не починил [весь цицит]. И выражение “вставить нить” означает обычно “починить, либо навязать заново” [кисти цицит] (см. Таанит, 22а)».

И сказано там, в «Сефер Харедим», также со ссылкой на Иерусалимский Талмуд, что в заслугу этого воздадут человеку добром и «долготою дня» в [будущем] мире, который «весь благ и долог».

Так же и мы, обсуждая нашу тему, отметим, что в наше время, из-за многих наших грехов, есть люди, для которых запрет злоязычия и рехилут как будто не существует. И потому тот, кто постоянно укрепляется и оберегает от этого уста свои, – какая же награда положена ему за это! Ведь известно сказанное в «Сефер Хасидим» (105), что заповедь, такая, что эйн ла доршин – нет стремящихся к ней, подобна мет мицва – умершему, которого некому хоронить [и это возлагается на первого, кто его обнаружит]. Нужно бежать за ней, чтобы исполнить, ибо она обвиняет и говорит: «Чем же я так плоха, что сокрылась от взора людского?» И ведь известно, насколько это великое дело – хоронить мет мицва – из сказанного нашими мудрецами (Брахот, 20а) о том, что даже коэн гадоль [первосвященник, и ему запрещено оскверняться нечистотой умершего – даже отца или матери, см. Ваикра, 21:11], и назир [принявший на себя по обету ряд запретов, в том числе оскверняться нечистотой мертвого, см. Бемидбар, гл. 6], и идущий резать свою жертву песах [и не сможет, став нечистым], или делать брит-милу [обрезание] сыну [и не сможет из-за задержки сделать это на восьмой день], которые не оскверняются даже ради близких, – оскверняются, чтобы похоронить мет мицва, чтобы не лежал он в недостойном виде.

А теперь вглядимся повнимательней. Ведь мет мицва – просто неживая материя, в которой нет души – ни нефеш [низшей, животной], ни руах [разумной], ни нешама [высшей]. Но, тем не менее, поскольку тело это было обиталищем души из народа Израиля, Тора настолько заботится, чтобы оно не подвергалось бесчестью, что разрешает оскверняться ради его похорон даже первосвященнику и назиру, и могут быть упущены ради этого заповеди жертвы песах или брит-милы сыну из-за нечистоты мертвого или забот о его погребении.

И тем более – когда речь идет о святой Торе, которая дороже жемчуга, и она радует Всевышнего, как сказано (Мишлей, 8:30): «И была я в радость Ему изо дня в день». И если одна из ее заповедей постыдно заброшена, не дай Б-г, – насколько же мы должны укрепиться в ее исполнении, чтобы она не обвиняла нас в высших мирах!

Так смотри же, брат мой, сколь велико пренебрежение заповедью у привыкшего к злословию! Ведь даже в мыслях у него нет, что на это есть запрет Торы! И даже если станет он говорить дурное о ближнем и порицать его последними словами, и спросят его: «Зачем ты злословишь и говоришь рехилут?», – то он приведет сто причин, почему ему можно это говорить. Скажет, что это вообще не злоязычие. А если разъяснишь и докажешь, что сказанное им – чистейшее злоязычие – признает это, но скажет: «Пусть даже это и так, но Тора, запрещая злоязычие, наверняка не имела в виду человека, о котором я говорил, что видел в нем то-то и то-то дурное! Тот человек – лицемер, и заповедь – повсюду объявлять об этом!» Короче говоря, как ни старайся разъяснить ему, сколь велик грех, совершенный им до сих пор, – он будет злословить и говорить рехилут о ближнем еще больше прежнего, и исключит его из числа «ближних твоих» [которых защищает Тора, запрещая говорить о них дурное], утверждая, что тот человек не принадлежит к общине Израиля. И все это – по «методам» его дурного побуждения. Разве есть что-нибудь подобное во всех прочих грехах? Например, если мы видим, что кто-то оступился и ел некошерное мясо, и мы станем упрекать и порицать его за то, что он преступил слово Торы Г-спода и не следил за собой, чтобы не дойти до этого, – возможно ли, что он тут же схватит еще один кусок запретной пищи и съест на глазах у порицавшего? (Если только речь не идет о человеке, который сбросил с себя бремя заповедей [например, крестился], не дай Б-г, и вышел из общины Израиля, или отдалил детей своих от жизни в согласии с Торой, – о таких у нас речь не идет). Таков он – этот тяжкий грех, в связи с которым есть также запрещающая заповедь Торы, и наказание за него тяжело чрезвычайно, как мы объясняли уже несколько раз на основе сказанного в Талмуде и у наших законоучителей. И при всем этом мы видим, из-за многих наших грехов, что, когда человека упрекают за злословие и рехилут о ближнем, он продолжает осуждать его вновь и вновь пуще прежнего. И все это – лишь потому, что из-за застарелой привычки запрет ничего уже не значит для него. Даже у многих из тех, у кого нет привычки к тому греху, сердце не болит из-за него так сильно, как из-за других запретов Торы. И потому нет никакой другой заповеди, столь же похожей на мет мицва, как эта.

Действительно, как же должен стыдиться привычный к злословию за самого себя, когда его вызывают к Торе, и при чтении там встречаются стихи, в которых упоминается этот грех, как, например (Ваикра, 19:16): «Не ходи как рахиль в народе твоем», или (Дварим, 27:24): «Проклят поражающий тайно ближнего своего», или (там, 24:9): «Помни, что сделал Г-сподь, Б-г твой, Мирьям», или (Шмот, 23:1): «Не внимай пустому слуху» и т. п.! Ведь если бы не хватало в этих местах даже кончика буквы йуд, он не согласился бы благословлять на чтение по этому свитку и говорил бы, что Тора Всевышнего должна быть цельной – такой, какой нам дал ее Всевышний, – а не ущербной. Ведь он действительно верит во Всевышнего и Его святую Тору со всеми буквами, которые есть в ней. Но, когда доходит у него дело до злословия, – те самые стихи Торы тут же теряют для него всякую значимость, так, что он не видит в своем злословии никакого греха. Смотри же, брат мой, – вот, что сказано в «Тана де-вей Элияу Раба» (гл. 29): «Всякий, кто признает слова Торы и преступает их, – законченный злодей».

Перевод – рав П. Перлов

[8-3] Ховат а-Талмидим

Рав Келонимус Калмиш Шапиро из Пясечны

Предисловие к книге «Ховат а-Талмидим» (окончание)

Мы не претендуем на то, чтобы коснуться всех аспектов воспитания, а лишь указываем, почему оно стало неэффективно сейчас, и на что нужно обратить внимание больше, чем в прежних поколениях, а также дорогу, по которой правильно идти учителям и родителям, чтобы справится с проклятием нашего времени – преждевременным взрослением детей. А все подробности, касающиеся воспитания, пусть ищут наставники и отцы в нашей святой Торе и найдут там все, что необходимо. Поскольку мы не пришли, не дай Б-г, сказать нечто, придуманное нами самими. Наша Тора дана Всевышним навечно, и в любом поколении мы найдем в ней ответ на вопрос, по какой дороге идти и как поступать в той или иной ситуации.

Например, Гемара в трактате Шаббат (20б) говорит, что Раба перед началом урока шутил, так что смеялись ученики, а потом с трепетом садился и начинал урок. Раба шутил в начале, чтобы ученики были в радости, поскольку говорят наши мудрецы, благословлена их память, что Б-жественное присутствие (Шехина) не прибывает на человеке, если только он не находится в радости. Но Тора «подобна молоту, разбивающему скалу» (Ирмияу, 23:29), и слова ее рассыпаются множеством искр и подтекстов. Так что для нашего поколения дает Гемара особый совет, которому должен следовать рав и наставник, для того чтобы излечить рану отдаления, возникшего между учеником и учителем. А именно: важно постараться расположить к себе сердце ученика, и приблизить его, а радость – одно из главных средств, помогающих это сделать! Душа подростка не терпит уныния, и наставник не должен выглядеть в его глазах вечно сердитым ворчуном. Это не означает, что наставник должен вести себя легковесно перед учеником, чтобы не стал он его, не дай Б-г, презирать. Наоборот, наставник должен приложить усилия, чтобы выглядеть в глазах ученика человеком возвышенным, но при этом также хорошим и легким в общении. И даже если шутит он с учеником, пусть при этом будет почтение и трепет у того перед наставником, и даже когда нужно отчитать ученика и устрашить его, пусть в этом будет крупинка радости. Как сказано в Теилим (2:11): «И радуйтесь в трепете», – пусть ученик трепещет перед наставником не как трепещут перед злобным и сердитым человеком, а пусть трепещет перед ним из почтения перед человеком высокодуховным. И сказано («Зоар»): «Если рав подобен ангелу – Тору учите из его уст». В глазах ученика наставник должен казаться подобным ангелу в человеческом обличье, или, по крайней мере, человеком очень возвышенным, и тогда, даже если покажет он ученику, что сердится на него, тот не начнет его за это ненавидеть. А когда улыбнется ему, обрадуется и будет любить и уважать его еще больше.

И насколько великий Шла [великий мудрец Торы и каббалист рав Йешаяу а-Леви Гурвиц, автор книги «Шней Лухот а-Брит»], благословенна его память, осветил нам дорогу в том, что касается воспитания, применительно к нашему поколению, объясняя сказанное в стихе (Мишлей 9:8): «Не укоряй насмешника, чтобы не возненавидел тебя, укоряй мудреца, и он тебя полюбит»! Когда хочешь укорить другого, не обращайся к нему пренебрежительно и не отталкивай его, говоря: «ты – насмешник», потому что так он возненавидит тебя и не послушается, но «укоряй мудреца», скажи ему: «ведь ты – мудрец, и почему же так поступаешь?», и тогда полюбит тебя и послушается. Как нужно остерегаться этого в нашем поколении, когда сердца молодежи сами по себе так далеки от нас! Но, кроме того, что подход «укоряй мудреца» необходим, чтобы приблизить сердца молодежи к нам, он еще очень действенен в отношении воспитания вообще. Следуя ему, мы раскрываем потенциал ученика и заставляем его проявиться, тем самым поддерживая его и помогая идти дорогой Торы. Например, если хвалить человека за щедрость, это может его подтолкнуть его дать больше денег на благотворительность, поскольку похвала помогла ему одолеть дух жадности. Поэтому должны наставник и отец искать те хорошие качества, которые есть у ученика, хвалить его и укреплять в них, говоря: какие большие способности и возможности стать великим в Торе и Служении есть у тебя! И всего этого ты сможешь достичь, если будешь работать над этим. Но все это нужно делать с умом и пониманием – так, чтобы не возгордился ученик и не проявил халатность.

Мы не приводим здесь все места в Торе и «Шулхан Арухе», где говорится о путях воспитания, на которые в этом поколении требуется обратить особое внимание, поскольку, чем больше будут обращаться к этим источникам, тем больше будут находить там все необходимое.

Хорошо и правильно, если несколько раз в неделю будет учить наставник с учениками Мидраш или книгу «Эйн Яаков» [сборник агадот из Талмуда с комментариями, составленный равом Яаковом ибн Хабибом]. Как сказали наши мудрецы («Сифри», глава Экев, 49): «Если хочешь узнать Того, Кто сказал – и появился этот мир, учи агаду». Более же взрослые ученики могут учить это сами. Когда захочет наставник сказать ученикам что-либо из книг мусара, правильно, чтобы не говорил он только о наказании, но сделал акцент на величие еврейской души, как близка она ко Всевышнему, выше даже, чем ангелы. Душа подростка пугается, слыша о наказании, и не только не приближается от этого к нам, а, наоборот, может отдалиться. Когда же наставник в основном говорит о величии Израиля, то и слова мусара будут действенны, а душа подростка пробудится и загорится.

И также притчу пусть не оставляют без внимания наставники и отцы. И так говорили наши мудрецы («Мидраш Шир а-Ширим», глава 1): «Пусть не будет притча незначима в твоих глазах, поскольку благодаря притче может человек понять слова Торы». И особенно важно пользоваться притчей во время учебы с детьми. Чтобы объяснить и логику Торы, и вопросы мусара. И еще, нужно знать, что притчу следует рассказывать точно, в правильном порядке, как будто все было так на самом деле. Поскольку такова природа детей: хотя и знают они, что это – только притча, но, когда слушают ее, кажется им, что все происходило в действительности, и от этого сам сюжет притчи влияет на них гораздо больше, чем скрытый подтекст, который в ней заложен. В этой книге, в четвертой главе, мы приводим притчу [она приводится в конце – прим. перев.], давая более подробное изложение ее сюжета, чем это нужно для скрытого подтекста, который в ней содержится. Там мы описали праведность сапожника и его молитву для того, чтобы встрепенулся подросток, читая об этом, и пробудился немного. И чтобы не тянулся за вожделениями этого мира, а стремился приблизиться ко Всевышнему в Торе и истинном Служении.

Притча о праведном сапожнике

Жил однажды один еврей. Был он сапожником, и был очень беден. Домик его стоял у развилки дорог. Зарабатывал он на жизнь тем, что чинил обувь проходящим мимо путникам. Денег от этого он получал мало, но, тем не менее, всегда пребывал в спокойствии и радости, – и он, и его жена, и дети. Поскольку был сапожник необычайно Б-гобоязнен, домочадцев своих учил, что вся жизнь человека в этом мире коротка и пребывание его здесь временно. Настоящая жизнь – в Высшем мире, в жизни вечной. Там будет душа наслаждаться приближением к великолепию истинной ценности Царства Небес и получать бесконечное удовольствие от света Творца. Поэтому чем поможет человеку все его богатство, если в этом мире Всевышнему не служил и к Нему не приблизился?

Большим мудрецом Торы сапожник не был, но в меру своих сил во всякий час дня и ночи, когда была возможность, учился и молился Всевышнему. И бывало, что удавалось ему пробудить себя, и тогда воспламенялся он очень сильно, и мог молится и изливать душу перед Творцом. А чтобы не мешали и не сбивали его, уходил из своего маленького домика в лес, который был по соседству. И если кто проходил тогда мимо, то видел: вот стоит человек, и лицо его светится: славит, благодарит и прославляет, разговаривает со Всевышним, как будто глазами своими видит величие престола Его перед собой! И удивлялись, и пугались случайные прохожие, но те, кто знали сапожника, говорили: «Нет сомнения, что сапожник человек необычайно праведный – хасид». И так назвали его между собой люди.

И было, когда началась последняя война [Первая мировая война], перестали люди ходить по дорогам, и не стало у него вообще никакого заработка. Настал день, когда даже хлеба не было ни для него, ни для жены и детей. На второй день маленькие дети плакали: «Папа, дай нам хлеба, мы умираем от голода!». А на третий день лежали дети без сил, и только шептали: «Папа, хлеба!» – губы их шевелятся, а голоса не слышно, поскольку ослабли они от голода, и нет больше сил кричать. И сам сапожник ослабел от голода, и ноги его не держат от голода, и от горя за жену и детей. Но укрепился он, встал и вышел наружу. Жена его закричала: «Муж мой, не уходи, если суждено нам умереть от голода, хотя бы все вместе умрем»! Но он не отступился от упования на Всевышнего, и сказал: «Не умирать я иду, а к Б-гу Жизни иду в лес молится! К Отцу моему, который на Небесах я иду, чтобы сделал Он нам чудо, и остались мы в живых». И шел он, и плакал, и поднял глаза к Небу и сказал: «Пожалуйста, услышь меня, Всевышний! Еще до того, как создал Ты этот мир, избрал Ты нас быть Твоими детьми, Твоими доверенными слугами, близкими к Тебе. Всегда прибывал Ты с нами и “на крыльях орла” нас поднял Ты до Небес. И как хорошо было нам тогда, когда говорил Ты с нами, не только с Небес слышен был Твой голос, но и в нас самих говорил он! Открывался Ты нам через пророка из среды нашей, слышали мы голос Твой, упрекающий и наставляющий идти по прямой дороге. И весь мир трепетал перед Тобой и перед нами – ведь кто из людей не испугается народа, в среде которого прибывает Хозяин мира, окружающий нас и прибывающий в наших душах и телах! Как невыразимо горько нам сейчас, когда Ты скрыл Свое лицо от нас! Сердце страдает и тоскует по святости Твоей, которая скрылась, а душа кричит: “Отец мой, приблизь меня!”, но нет ответа. Если пробудится в еврейской душе дух тшувы [раскаяния], и еврей подумает: ведь из-за того дурного, что совершил, отдалился я от Всевышнего! Вернусь к нему и буду Ему служить, а Он, как милосердный отец, вернется к нам! Но так горько нам, потому что с тех пор, как скрылся Ты от нас, навалилось на нас так много бед и несчастий, которые ослабляют сердце и огорчают душу, что толкают нас нарушить Твою волю, не дай Б-г! Властелин мира, не только за себя я молюсь, но за всех детей твоих, сыновей Израиля. Отец милосердный, как же оставил Ты своих детей в этом мире, таком унылом и страшном, одних, почему смотришь Ты, как они обливаются кровью ран от побоев, и молчишь?!

Не только заработок для себя я прошу! Тебя, Отец мой любимый, прошу: приблизь, пожалуйста, нас, откройся нам пожалей нас, спаси нас и пошли нам Машиаха сейчас, и будем мы служить Тебе в трепете и любви, как наши сердца жаждут этого!»

И так он плакал и молился долго, и не мог уже перевести дух и совершенно ослаб от голода и слез, так, что потерял сознание. Но вот, почувствовал он очень приятный и сильный запах, и от этого пришел в себя и увидел необычайно красивый цветок, растущий в лесу, от которого и шел запах. Вдруг появились у него силы, встал он, и сорвал цветок и побежал к себе домой, чтобы запахом этого цветка подбодрить, хотя бы немного, своих домочадцев.

Когда вышел он на дорогу, увидел, что едет карета, а в ней сидит какой-то важный господин. Карета остановилась, и позвал его тот господин: «Послушай, бедняк, зачем тебе этот цветок? Дай его лучше мне, а я хорошо тебе заплачу». И ответил сапожник: «За деньги я его не отдам, но только за буханку хлеба, чтобы накормить жену и детей, которые уже три дня не ели ничего, и еще благословлю тебя». Продал сапожник цветок за буханку хлеба, и радостный побежал домой!

Ночью увидел сапожник во сне своего отца в разорванных одеждах, который кричал и плакал, и бил себя в грудь. Сказал отец: «Знай, что молитва твоя сегодня в лесу поднялась с громом к самому Престолу, и все ангелы милосердия пробудились, и начали кричать ко Всевышнему: “Доколе не будешь Ты милосердным к детям Твоим, которые тонут в море несчастий и бед, но Имя Твое не забыли и с Тобой так связаны”? Железная стена, разделявшая между Израилем и их Небесным Отцом должна была вот-вот упасть, и все молитвы евреев, которые не могли подняться, начали подниматься и пробудили Милосердие, чтобы положить конец страданиям. И было объявлено, что, поскольку ты и твоя молитва приблизили Избавление, тебе откроется цветок, оживляющий мертвых, а меня пошлют к тебе во сне сказать, чтобы шел ты в пещеру Махпела и к могилам пророков, оживить их, и тогда придет Машиах! На Небесах были свет и радость! Ангелы и души праведников ликовали. Смятение было в стане Сатана, и решили они обмануть тебя, чтобы вырвать цветок из твоих рук. Тот господин, который купил у тебя цветок, был посланцем Сатана. А сейчас – горе нам, сын мой, и не только тебе, но и всему Израилю, и также Тому, Имя Которого освящает Израиль. Все было в твоих руках, сын мой! Отцы, пророки и Машиах, – и всех потерял ты за буханку хлеба. Сатан и все, кто с ним, радуются и смеются над нами. Мы же унижены, и плачем, и кричим: “Кто тот человек, который все разрушил и свет святости погасил, может ли быть, что он – еврей и именем Израиль называется?»

[9] ТОРА СЕФАРДСКИХ МУДРЕЦОВ

[9-1] О важности Торы

Рав Йосеф Хаим из Багдада (Бен Иш Хай)

От редакции. С благодарностью Всевышнему мы рады сообщить, что начинаем публикацию переводов из книг великих сефардских мудрецов Торы. Мы надеемся, что эти материалы принесут пользу всей общине Израиля и послужат еще более широкому распространению Торы среди русскоязычного еврейства.

Первая заповедь и изучение Торы

«Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю». Из высказываний мудрецов (Йевамот, 63) мы постигаем возвышенную значимость этой заповеди: в заслугу ее исполнения существует небо и земля, а приход Машиаха обусловлен воплощением в мире всех человеческих душ. И это объясняется тем, что назначение этого мира – быть местом исправления душ. Душе необходимо спуститься сюда и облечься в материальное тело. И в этом основная суть первой заповеди Торы.

И намек на нее содержится в первом слове, берешит. Мудрецы трактуют его как бишвиль решит: мир был сотворен «ради первой», то есть ради первой заповеди Торы.

Со спуском души в этот мир начинается ее исправление, но главным инструментом его является изучение Торы, именно оно приводит душу к заложенной Творцом цели. И, как известно, классическая трактовка слова берешитбишвиль решит – ради Торы был создан мир, ведь Тора названа решит в Мишлей (8): «Г-сподь приуготовил меня началом (решит) Его пути». Прослеживается прямая связь между первой – «плодитесь и размножайтесь», и последней заповедью (Дварим, 31) – написать свиток Торы. Они как бы определяют направление и масштаб всей работы человека над исправлением своей души.

В свете этого становится понятным сказанное там же в Талмуде. Бен Азай говорит: каждый, кто уклоняется от заповеди «плодитесь и размножайтесь», как будто проливает кровь, и уменьшает проявление Всевышнего в мире. Его упрекнули: ты очень хорошо говоришь, но поступаешь ли ты соответственно [Бен Азай не был женат]? Бен Азай ответил: что я могу сделать? Моя душа жаждет Торы [необходимость заботиться о жене и детях помешала бы его постоянству в учебе]?

Как понять его ответ? Разве могут личные мотивы служить освобождением от заповеди? Но у изучения Торы та же задача – исправление душ, и Бен Азай знал, что великая сила его учебы дает исправление всем душам, таким образом, он был освобожден от обязанности «частного» исправления.

Адам учил Тору у ангелов

«И насадил Г-сподь Б-г сад в Эдене, с востока, и поместил туда человека, которого создал» (Берешит, 2:8).

«Раби Йеуда бен Тейма говорит: Адам а-ришон получал пищу в Ган Эдене, ангелы служения жарили ему мясо и цедили вино» (Санедрин, 59б).

По всей видимости, нужно объяснить, что не имеется в виду простой смысл слов. Здесь не говорится о материальных мясе и вине, но эти слова следует понимать в связи с изучением Торы: приходили ангелы служения и учили с ним Тору.

Как известно, в Торе есть две части: «открытая» – простой смысл, пшат Торы, и «скрытая» – тайный смысл, сод. И эти две части иносказательно упомянуты в этом изречении мудрецов. Тора названа мясом, как приведено в Гемаре (Эрувин, 21б): «Сказал Рава: каждый, кто трудится над словами мудрецов, как будто пробует вкус мяса». [Примечание рава Игаля Полищука. То есть в постановлениях наших мудрецов заключена мудрость Торы, поэтому тот, кто занимается ими, постигает саму Тору.] И еще Тора названа вином, как написано в Мишлей (9:5): «Пейте вино, мною разбавленное».

Открытая часть называется «мясо», потому что учат ее открыто и публично, и приятный вкус (аромат) ее чувствуется издалека. Как написано выше, ангелы служения жарили мясо, а ведь когда жарят мясо, запах его распространяется далеко, и об этом сказано: «Мудрость возглашает на улице, на площадях подает свой голос; на главных шумных (местах) взывает она» (Мишлей, 1:20-21).

А скрытая часть Торы, сод, названа «вино». Ведь, чтобы сохранить благородный вкус напитка, вино тщательно закрывают и прячут. А если оставить вино открытым, оно быстро портится. Поэтому написано: ангелы служения «цедили ему вино», подразумевается, что они учили с ним скрытую часть Торы в Ган Эдене.

Тяготы египетского рабства – подготовка к получению Торы

«И сказал им царь Мицраима: Зачем (вы), Моше и Аарон, отрываете народ от его дел? Идите к своим трудам. И сказал Паро: Вот велик числом теперь народ (на) земле, а вы отстранили их от их трудов. И повелел Паро в тот день приставникам (над) народом и его надзирателям, говоря: Не давайте более соломы народу для изготовления кирпичей, как вчера и третьего дня, (пусть сами) они идут и собирают для себя солому. А количество кирпичей, которое они изготовляли вчера (и) третьего дня, возложите на них, не убавляйте от него, ибо нерадивы они, посему они кричат, говоря: Пойдем, принесем жертвы нашему Б-гу. Пусть обременяет работа людей, и будут они выполнять ее, а не заниматься пустыми речами» (Шмот 5:4-9).

В мидраше («Шмот Раба», 5:18) рассказывается, что Моше и Аарон пришли к фараону и просили отпустить народ Израиля из Египта, чтобы они могли служить Всевышнему на горе Синай. Но фараон прогнал их и, когда они вышли от него, приказал поработить евреев еще тяжелее и добавить им еще и работу в Шаббат, от чего до этого момента они были освобождены. Стоит задуматься: почему фараон приказывает заставить евреев работать в Шаббат именно после просьбы Моше и Аарона отпустить народ в пустыню принести жертвы Всевышнему?

Ответ на этот вопрос предварим объяснением стиха (Йов, 5:7): «Человек рожден для труда», то есть и евреи, и неевреи рождены, чтобы работать и трудиться. Но все же есть большая разница. Евреи были рождены для одной цели: труда над Торой и исполнением заповедей, поскольку занятие Торой приводит к строительству духовного здания, как написано (Йешаяу, 54:13): «И все сыновья твои будут учениками Г-спода, и великого мира достойны твои сыновья». И наши мудрецы объясняют это (Брахот? 64а): «Не читай “сыновья твои” – банаих, читай “строители твои” – бонаих», поскольку посредством изучения Торы они строят духовные здания в Высших мирах…

И теперь увидим, как это объясняется языком стиха (Берешит, 27:22): «Голос – голос Яакова, а руки – руки Эсава». То есть «голос» – это изучающие Тору в полный голос, строящие тем самым духовное здание, – они «Яаков» – сыновья Израиля. Но «руки», то есть те, кто занимается материальным строительством, – это «руки Эсава», то есть народов мира.

В свете этого становится ясным и прекрасно вписывается в порядок стихов объяснение мидраша: евреи находятся в Египте и занимаются физическим строительством, изнурительной работой, глиной и кирпичами, как другие народы. Моше и Аарон хотят вывести их из рабства и привести к горе Синай, чтобы они занимались духовным строительством. Поэтому они приходят к фараону и просят (Шмот, 5:1): «Отпусти народ Мой, и они отпразднуют Мне в пустыне». Фараон утверждает, что «их много», хоть суть сотворения евреев в том, чтобы увеличивать свою духовность и учить Тору, но «сейчас», в нынешнем состоянии, когда им еще не дана Тора, и они занимаются физической работой, они называются «народ (на) земле», и им престало заниматься земными работами. И если так, почему «вы отстранили их от их трудов»?.. После этого спора с Моше и Аароном фараон задумался своим искривленным сознанием и пришел к мысли: если, в самом деле, нет у евреев никакого духовного строительства на данный момент, то почему бы не «обременить работой людей», чтобы работали и в Шаббат, как говорит мидраш, ведь у них нет никакого духовного строительства – почему же они будут бездельничать, устраняясь от физической работы?!

Эти слова воплощают то, что сказали наши мудрецы (Йерушалми, Шаббат, 15:3): «Раби Брахья от имени раби Хии говорит: Шаббаты и праздники были даны не иначе как для занятия Торой». И объясняется: известно, что народ Израиля могут силой своего изучения Торы и соблюдения заповедей строить духовную часть будущего мира. И поэтому в Шаббат, который является меэйн олам аба – подобием будущего мира – есть заповедь постараться больше учить Тору, чтобы строить духовное здание. И это то, о чем писали сведущие в тайном учении, что изучение Торы в Шаббат «срабатывает» гораздо больше, чем учеба в будни. И поэтому работа бонэ – строительство (одна из 39 запрещенных в Шаббат созидательных работ) – включена в список запрещенных работ. Ведь суть бонэ – физическое строительство, а евреям заповедано заниматься только духовным. Именно это хотел отменить фараон – чтобы евреи не занимались святой Торой даже в Шаббат – день своего отдыха.

Заповеди Торы как лекарство для души

«И сказал Он: Если будешь прислушиваться к голосу Г-спода, Б-га твоего, и то, что прямо в Его глазах, делать будешь, и будешь внимать Его заповедям и соблюдать все Его законы, то все болезни, которые Я навел на Мицраим, не наведу на тебя; ибо Я, Г-сподь, – твой целитель» (Шмот, 15:26).

Тем, что будем «прислушиваться» к заповедям Всевышнего, 248 повелительным, и соблюдать все законы Его, 365 запретительных, убережемся от любой болезни. И стих заканчивается словами «Я, Г-сподь, – твой целитель».

Следует объяснить, что Г-сподь благословенный дал народу Израиля Тору, потому что Он – целитель душ. И для этого душа спускается в мир – чтобы получить в этом мире излечение и исправление. …Мы удостоились получить особые снадобья, которые могут полностью излечить душу от болезней – с помощью Торы и заповедей.

В медицине есть две грани: вещи, которые больному нельзя, например, есть вредящую ему пищу, и то, что он обязан делать, например, принимать прописанные лекарства, микстуры и таблетки, чтобы вылечиться. Так же и в повелении Всевышнего: 365 «противопоказаний», то есть запретительных заповедей, которые повелевают «отдалиться от зла», и 248 «лекарств», повелительных заповедей, которые велят «делать доброе».

И об этом написано «Я, Г-сподь, – твой целитель». Заповеди и запреты, которые Всевышний накладывает на нас – как врач, который использует два вида рекомендаций для излечения больного. Так и вы чередуете повелительные и запретительные заповеди для вашего исцеления и исправления.

Хлеб с солью ешь

«И сказал Г-сподь Моше: Вот Я дождем ниспошлю вам хлеб с небес; … чтобы Я испытал его, будет ли он поступать по Моему наставлению, или нет» (Шмот, 16:4).

Объясняется, что ман служил и для испытания, идут ли евреи путями Торы, или нет. В чем выражается это испытание, и как оно связано «с хлебом с небес», по мнению Торы?

Рав Йонатан Эйбешиц так объясняет это в книге «Яарот Дваш». В трактате Авот написано (6:4): «Таков путь Торы: хлеб с солью ешь, воды пей немного, спи на земле; и если ты так поступаешь, то “замечателен удел твой и благо тебе”; замечателен удел твой – в этом мире, благо тебе – в мире грядущем».

А Маарам Шиф объясняет такую пространную формулировку мишны «и если ты так поступаешь». Эта фраза подчеркивает, что главное достоинство того, кто «ест хлеб с солью» в том, что по своему финансовому положению он мог бы есть деликатесы и спать на пышных перинах, но по своему желанию оставляет эти удовольствия для наслаждения занятиями Торой. И тогда приличествует говорить о нем «замечателен удел твой и благо тебе». Но если человек «ест хлеб с солью и пьет немного воды» потому, что он беден и не может себе позволить более этого, тогда эти его поступки никак не показывают это как достоинство – что он настолько любит Тору.

Отсюда, поскольку хлеб с небес – ман – обладал свойством менять свой вкус в зависимости от предпочтений едящего его, как приводится в Гемаре (Йома, 75а), можно было увидеть по каждому человеку, насколько он любит Тору и оставляет все другие удовольствия. Тот, кто хотел придерживаться только пути Торы, чувствовал в мане только вкус «хлеба с солью», но другие могли ощущать в мане любой желаемый вкус.

И теперь становится понятным сказанное Творцом «Вот Я дождем ниспошлю вам хлеб с небес…», ведь в нем были все возможные вкусы, почему же ман был назван просто «хлебом»? Но, как уже было упомянуто, Всевышний посылает на землю «хлеб», и это был основной вкус мана, «хлеб с солью» (слово хлеб – лехем и слово соль – мелах – состоят из одних и тех же букв), но, в конце концов, вкус мана зависел от желаний поедающего. Те, кто шли по путям Торы, действительно хотели ощущать только вкус хлеба с солью, в отличие от других людей.

И поэтому ман действительно мог служить для того, «чтобы Я испытал его, будет ли он поступать по Моему наставлению, или нет». Всевышний видел, кто из народа Израиля идет по пути Торы и «хлеб с солью ест», а кто – нет, и желает ощущать все многообразие вкусов, какие только пожелает.

Перевод З. Скаржинская

[10] НАШИ ВЕЛИКИЕ МУДРЕЦЫ

[10-1] Рав Дов Бериш Вайденфельд из Чебина

Рав Шломо Лоренц

Рав из Чебина – это книга Торы, которую все мы обязаны чтить. Ему ясны все сокровища Торы, и он читает их, как будто с ладони своей руки

Хазон Иш

Биография

Рав Дов Бериш Вайденфельд родился в Гримайлове (Галиция) в 5641 (1881) году. Его отец – рав Яаков, раввин города и автор книги «Кохав ми-Яаков».

В 5660 (1900) году он взял в жены дочь рава Исраэля Клугера из Чебина. Там он трудился над Торой и служением Всевышнему. Наряду с этим помогал своей жене управлять делами небольшого угольного бизнеса, полученного ими в приданое, поскольку отказался принять должность раввина.

Потеряв свои деньги, он принял в 5678 (1918) году должность судьи в Чебине, а в 5683 (1923) году стал раввином Чебина и открыл там большую ешиву, получившую широкую известность в Польше.

С началом Второй мировой войны он бежал во Львов. Оттуда был сослан в сибирские трудовые лагеря, а затем – в Бухару. В Сибири он продолжил свое святое служение Всевышнему, и написал множество ответов на обрывках бумаги и кусках дерева, приводя при этом источники и цитируя по памяти с замечательной точностью целые фрагменты из трудов наших мудрецов и законоучителей. Часть этих ответов включены в его книгу «Довев Мейшарим» в трех частях.

В 5706 (1946) году рав Дов Бериш Вайденфельд приехал в Землю Израиля, поселился в районе «Шаарей Хесед» в Иерусалиме и стал преподавателем ешивы «Хаей Олам». Впоследствии основал ешиву «Кохав ми-Яаков».

Умер 10-го Хешвана 5726 (1965) года.

ГЛАВА ПЕРВАЯ. КАК ЖЕ ЛЮБЛЮ Я ТВОЮ ТОРУ!

Рав из Чебина был «драгоценностью народа Израиля». В нем соединились все лучшие качества мудрецов, но прежде всего он выделялся своим величием в Торе. Широта его познаний в Талмуде и в книгах законоучителей, до мельчайших деталей, была беспримерной и сделалась чем-то нарицательным.

Если мы захотим получить представление об этом его величии, достаточно будет привести рассказ его зятя, гаона рава Баруха Шимона Шнеерсона.

В Сибири, в месте, где у него не было никаких книг на протяжении нескольких лет, рав из Чебина написал множество ответов, в которых цитировал целые фрагменты из Талмуда и книг наших законоучителей с точными ссылками на источники, включая номера пунктов в «Шаарей Тшува» (один из комментариев к «Шулхан Аруху»). Когда эти ответы печатались, не было нужды в правке и исправлении даже одной буквы. Все там было абсолютно верным и соответствовало источникам.

Высечено на скрижалях его сердца

Рассказывал мой друг, рав Йекутиэль Лихтенштейн, что когда гаон, глава суда Торы Цеелим навещал рава Дова Бериша в Иерусалиме, тот сказал ему: «Хорошо, что Вы приехали ко мне! Лет тридцать назад я присутствовал на Вашем выступлении и хотел было сделать одно замечание к тому, о чем Вы говорили. Но я не хотел делать этого в середине Ваших слов публично, и поскольку после выступления Вы сразу же ушли, у меня не было возможности что-либо Вам сказать. А теперь я рад, что Вы пришли ко мне – и я могу наконец сделать то замечание».

Рав из Цеелим сказал, что не помнит, о чем он тогда говорил, но, к его величайшему удивлению, наш учитель повторил все его выступление и сделал замечание по поводу того, что его затрудняло в тот раз…

Без Торы – «там будет его могила»

Все существо рава из Чебина было Тора – и только Тора.

Он объяснял слова наших мудрецов (Шаббат, 88а), трактовавших стих Торы (Шмот, 19:17): «И стали [сыны Израиля] у подножия горы» [Синай – накануне дарования Торы, причем последние слова могут означать буквально “под горой”]. Мудрецы сказали: «Это учит нас, что Всевышний “подвесил” над ними гору, как бочонок, и сказал им: “Если вы принимаете Тору – хорошо, а если нет – там будет ваша могила”». Нужно обратить внимание, какими в точности словами мудрецы это сказали. Почему «там будет ваша могила», а не «здесь будет ваша могила»?

Употребление слова «там» указывает, что слова Всевышнего относятся не только к тому моменту, когда евреи стояли у горы Синай, но ко всем местам и всем временам! Если еврей принимает на себя бремя Торы – хорошо. А если нет, если он проявляет слабость и желает облегчить для себя бремя Торы, тогда «там» – то есть в любое время и в любом месте, где он находится, – будет могила его. Он сам себе роет могилу, ибо нет у еврея возможности существовать без Торы.

«В любовь ее будь погружен всегда»

Упорство нашего учителя в трудах над Торой было сверхъестественным, как сказано (Мишлей, 5:19): «В любовь ее будь погружен всегда».

Рассказывает гаон рав Шалом Швадрон, как однажды он вошел к нему после молитвы ватикин [ранней утренней молитвы, начинающейся до восхода солнца], чтобы задать какой-то трудный вопрос. Рав из Чебина был погружен в учебу, и стол его был завален книгами. Он выслушал вопрос и сказал: «Верно, рав Шалом, это действительно вопрос! Но почему Вы приходите ко мне в столь поздний час?»

«Я ответил», – продолжает рав Шалом, – «что я уже после утренней молитвы, и наш учитель очень удивился… Совершенно погруженный в учебу, он не заметил, что уже прошла вся ночь…».

Рав Давид Френкель пришел домой к нашему учителю в ночь Рош а-Шана в десять часов, чтобы получить благословение из его уст. Он опасался, что уже, может быть, слишком поздно, поэтому постучал тихонько и вошел. Рав Дов Бериш сидел и учил трактат Йевамот со своим зятем, гаоном равом Барухом Шимоном Шнеерсоном. Рав Давид извинился, что пришел так поздно, но рав Барух Шимон успокоил его: «Мой тесть еще не делал кидуш…».

Вся жизнь – в повторении!

Величие и удивительная широта познаний рава из Чебина в Торе не пришли к нему только за счет его чудесной памяти. Он достиг их также в заслугу своего пути в учебе – в заслугу того, что уста его не переставали повторять раз за разом, неустанно и многократно, все, что он учил.

Он проговаривал изучаемое приятным голосом и с великим желанием. Проучившись полчаса, вставал и ходил по комнате туда и сюда, повторяя выученное на память, пока оно не звучало четко и уверенно в его устах.

Благодаря такому методу он помнил все так, будто выучил это только что, и когда ему требовалось что-то из выученного прежде, ему не нужно было повторять и обращаться к источникам. Он мог цитировать слово в слово то, что учил давным-давно.

Такой путь учебы – многократное повторение всего материала – он вынес из дома отца, автора книги «Кохав ми-Яаков». Рав Дов Бериш рассказывал, что в детстве отец просил, чтобы он экзаменовал его, проверяя, не забыто ли что-либо. Он просил сына достать из шкафа любой, какой пожелает, трактат Талмуда, зачитать из него начало Тосафот – затем отец продолжал этот Тосафот по памяти, один отрывок за другим. Сын достал трактат Шаббат, и они прошли его весь, один Тосафот за другим, и отец ни разу не ошибся…

Наш учитель закончил, со свойственной ему скромностью: «А мы, когда изучаем один трактат – забываем другой, предыдущий, и считаем, что знаем Талмуд!»

Однажды в Йом Кипур, в перерыв после молитвы Мусаф наш учитель взял трактат Талмуда, чтобы поучиться. Один из молящихся спросил его, почему он не хочет немного отдохнуть, и рав из Чебина ответил ему так: «Скажу Вам откровенно: чем больше я учусь, тем больше мне становится ясно, что я знаю мало…».

Его осторожность в преподавании

Однажды я зашел к нашему учителю, чтобы задать вопрос из области законов чистоты семейной жизни. Он сказал, что не может дать ответ, поскольку принял на себя обязательство не принимать решений алаха ле-маасе [обязывающих постановлений раввина в сфере практического исполнения закона] в пору своей старости. Он часто говорил: «Чтобы принимать решения в сфере закона, нужна помощь с Небес, и этого удостаивается только тот, кто все время повторяет. У меня же на старости лет нет сил повторять, как я это делал в прошлом». Он предложил мне проработать эту тему вместе и прийти к нужным в данном случае выводам.

Понятно, что я был рад такому предложению – проработать и прояснить тему в хевруте [совместной учебе вдвоем] с таким гаоном из гаонов. Мы сели и проработали Гемару с Раши и Тосафот, ришоним, и в завершение рав из Чебина процитировал по памяти «Шулхан Арух» по этой теме. И действительно, решение, вытекавшее из всего этого, было ясным и однозначным.

Когда мы закончили учебу, наш учитель вновь сказал, что то, к чему мы пришли, – не алаха ле-маасе, поскольку он – не посек [раввин, уполномоченный принимать такие решения], и нужно спросить такого раввина. Я спросил, кого же именно, и он предложил обратиться к гаону раву Цви Песаху Франку – раввину Иерусалима.

Я обратился к раву Цви Песаху и рассказал ему обо всем – о том, что рав из Чебина не захотел выносить обязывающее решение по этому вопросу, а только изучил со мной тему. Я представил вывод, к которому мы пришли в результате этой учебы, и рав Цви Песах, разумеется, сразу же подтвердил верность выводов рава из Чебина, подтвердив, что они – алаха ле-маасе.

Кто он – «знаток Талмуда»?

Рав Элияу Кройтвирт, из числа приближенных к нашему учителю, представил ему знатока Торы, живущего за пределами Земли Израиля, который приехал навестить его, и добавил, что этот рав – «знаток Талмуда». После того, как тот гость ушел, наш учитель заметил: «Вот, всю мою жизнь я учусь и не помню, что я учил… Как же можно так просто сказать, что он – “знаток Талмуда”?»

В другой раз наш учитель изложил раву Элияу точное определение, что такое истинное знание Талмуда, и кто достоин называться «знатоком Талмуда».

Рав Дов Бериш рассказал, как однажды автор книги «Авней Незер» [гаон рав Авраам Бурнштейн, адмор из Сохачева] высказался об отце самого рава из Чебина, авторе книги «Кохав ми-Яаков», говоря, что он был настоящим знатоком Талмуда: «Чтобы быть знатоком Талмуда, недостаточно знать его весь наизусть. Только тот, кто изучил весь Талмуд и те пути, которыми исследовали и понимали его ришоним, и хорошо помнит каждую тему в нем в согласии с подходом Раши, и Тосафот, и Рашбо, и Рамбана и т. д., – тот называется “знатоком Талмуда”! И таким был Ваш отец!»

Только приняв подобное определение, можно понять, каким образом наш учитель, для которого Талмуд был словно раскрытая книга, мог сказать о себе, что «не помнит того, что учил».

Помнить и о вещах посторонних

Как правило, тот, кто считается знатоком какого-то трактата, помнит то, что относится к основной теме этого трактата, поскольку он удостаивает эти вещи своего главного внимания, тогда как те, которые находятся в стороне от основной темы, не помнит. Не так это было у рава из Чебина, который помнил все, как малое, так и большое, и не было даже малой детали у Раши и Тосафот, которая не хранилась бы у него, словно вещь на своем месте в шкатулке. Он также старался оставить такой подход в наследие ученикам, и когда приходил к нему ученик на экзамен, говорил с ним о вещах, казалось бы, лежащих в стороне от основной темы.

Так случилось с племянником нашего учителя, равом Шмуэлем Либерманом, который, будучи молодым учеником, хотел проэкзаменоваться у рава Дова Бериша по главе «Хезкат а-Батим» [в трактате Бава Батра, главная тема которой – права на недвижимое имущество]. Наш учитель согласился задать один вопрос – и неожиданно спросил его не по этой теме, а о том, кошерна [пригодна] ли вода из водоемов сточных вод [в которых нет источников] для возлияния на жертвенник.

Молодой ученик смешался от неожиданности и потерял дар речи, но тут же пришел в себя и вспомнил Тосафот в конце главы (Бава Батра, 60б, начальные слова Маим ло) на вопрос раби Йеошуа там: «Так что же, мы и воду не будем пить (после разрушения Храма) из-за того, что прекратилось возлияние воды на жертвенник?». [Он задает этот вопрос людям, которые в знак скорби по разрушенному Храму отказались от мяса, поскольку оно приносилось на жертвенник, и от вина, поскольку им совершалось возлияние, – и после его вопроса они признали его правоту.] Тосафот спрашивает: но ведь те люди могли ответить раби Йеошуа, что можно пить воду из тех водоемов, поскольку она не годится для возлияния (Сукка, 48а)!

Этим наш учитель хотел научить тому, что даже если человек знает главное, о чем говорится в трактате, есть множество вещей в стороне от этой главной темы, на которые недостаточно обращают внимание, и их нужно повторять.

Можно ли сидеть на стуле рава?

В книге «Коль Хоцев» рассказывается, что гаон рав Шалом Швадрон много раз говорил с равом Довом Беришем об обычаях и поступках великих мудрецов поколения, и наш учитель показывал ему источники всех этих обычаев и поступков в трудах наших мудрецов.

Однажды рав Шалом посетил нашего учителя, рава Ицхака Зэева из Бриска, чтобы посоветоваться с ним по какому-то делу. Когда он вошел в комнату, рав Ицхак Зэев предложил ему сесть на стул, стоявший там. Усаживаясь на него, он понял, что это стул самого рава из Бриска, но выбора не было, и он с трепетом остался на нем сидеть.

Впоследствии рав Шалом рассказал раву из Чебина об этом эпизоде и спросил, поступил ли он тогда по закону. Сам он полагал, что поступил правильно, поскольку «не отказывают большому человеку» [см. Раши к Берешит, 19:2, где говорится, что ангелы долго отказывали Лоту, приглашавшему их в свой дом на ночлег в Сдоме, хотя перед этим, когда их приглашал Авраам – не отказывали]. Но наш учитель тут же ответил ему так: «Но ведь об этом ясно сказано у Тосафот в главе Кейцад цолин (Псахим, 86б)!»

Наш учитель имел в виду сказанное там о том, что, когда рав Уна пришел в дом рава Нахмана бар Ицхака, он был удостоен почета сидеть на ложе, а не на скамье, как положено ученику, – и он не отказался. Когда его спросили, почему он так поступил (ведь, казалось бы, в этом есть что-то от гордыни), он ответил: «Все, что скажет тебе хозяин дома, – исполняй!» И из этого, как пишут там Тосафот, следует, что он поступил так не вследствие правила «не отказывать большому человеку». Это был правильный поступок в силу правила: «Все, что скажет тебе хозяин дома, – исполняй!».

[Вне дома, пока Авраам или Лот только приглашают ангелов войти, это последнее правило еще не действует – и, как видно, по этой причине Раши ссылается на другое правило – «Не отказывают большому человеку».]

Перевод – рав П. Перлов

[11] ЕВРЕЙСКИЙ ЗАКОН (АЛАХА)

[11-1] Хаей Адам. Законы буднего дня

Рав Авраам Дан

Глава 8. Законы остальных «Утренних благословений» (начало)

1. Благословение נָתַן לַשֶּׂכְוִי («Дающий петуху») не следует произносить до наступления дня. А если услышал крик петуха, то можно благословить даже ночью. Но не совершит нарушения и тот, кто благословит после полуночи (даже не услышав крик петуха), так как он поступил так, полагаясь на обычный порядок событий в мире (т.е. на то, что петухи обычно кричат после полуночи). Однако глухой человек не должен произносить это благословение до наступления дня (1)(2).

2. Следует благословить שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גּוֹי («За то, что не сотворил меня неевреем»), שֶׁלֹּא עָשַׂנִי עָבֶד («За то, что не сотворил меня рабом»), שֶׁלֹּא עָשַׂנִי אִשָּׁה («За то, что не сотворил меня женщиной») (3). И в каждом из этих благословений есть дополнительное прославление (Б-га). Ведь сначала благословляют «за то, что не сотворил меня неевреем», который вообще не обязан выполнять заповеди, затем – «(за то, что не сотворил меня) рабом», который обязан выполнять лишь немногие из заповедей. И наконец, «(за то, что не сотворил меня) женщиной», которая происходит от семени Израиля и обязана выполнять все заповеди, (не обусловленные временем, но, тем не менее, освобождена от заповедей, обусловленных временем, и не обязана заниматься Торой) (4). И поэтому необходимо произносить эти благословения по установленному порядку.

А если прежде произнес שֶׁלֹּא עָשַׂנִי עָבֶד («За то, что не сотворил меня рабом»), то произносить שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גּוֹי («За то, что не сотворил меня неевреем») уже не следует. А если прежде произнес שֶׁלֹּא עָשַׂנִי אִשָּׁה («За то, что не сотворил меня женщиной»), то уже не нужно произносить после этого שֶׁלֹּא עָשַׂנִי עָבֶד («За то, что не сотворил меня рабом») и тем более שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גּוֹי («За то, что не сотворил меня неевреем»), так как «двести включает в себя сто» (т.е. благословение שֶׁלֹּא עָשַׂנִי אִשָּׁה как бы включает в себя благословения שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גּוֹי и שֶׁלֹּא עָשַׂנִי עָבֶד), – и если он уже произнес более важное благословение, то оно включает в себя и менее важные [но, по мнению многих авторитетных законоучителей последних поколений, можно благословить שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גּוֹי и שֶׁלֹּא עָשַׂנִי עָבֶד даже после שֶׁלֹּא עָשַׂנִי אִשָּׁה; и поступают в соответствии с этим мнением («Мишна Брура», 46:16)]. (5)

3. И слепой может благословить פּוֹקֵחַ עִוְרִים («Дающий зрение слепым»), так как он получает пользу от того, что другие (видят и) указывают ему дорогу («При Хадаш» и «Элия Раба») (6).

Дополнительный комментарий

(1) Крик петуха

В Талмуде указывается, что в местности, которая именуется Кан-Нишрая, петуха называют словом שֶּׂכְוִי (сехви) (Рош а-Шана, 26а). Некоторые комментаторы указывают, что эта местность расположена в Римской империи («Сефер а-Арух», Сехви), но по мнению других – в Аравии («Арбаа Турим», «Орах Хаим», 46). Слово שֶּׂכְוִי родственно арамейскому слову סכיה (сехия), имеющему значение «видеть», «пристально смотреть». Так, слово וַיַּשְׁקֵף («и увидел») из стиха Торы «И увидел он Сдом и Амору» (Берешит, 19:28) переведено на арамейский язык как ואסתכי (ве-истехи). А петух обладает способностью «видеть» (т.е. различать) свет утра при самом его зарождении («Мусаф а-Арух», Сехви; Раши к Рош а-Шана, 26а).

Вместе с тем на святом языке Торы слово שֶּׂכְוִי (сехви) обозначает «сердце», как написано: «Кто дал сердцу (לַשֶּׂכְוִי – ла-сехви) разум?» (Йов, 38:36). И благодаря своему разуму человек способен распознавать различные предметы и явления , в частности, «различить между днем и ночью (לְהַבְחִין בֵּין יוֹם וּבֵין לָיְלָה)». А поскольку словом сехви называют также и «петуха» за его способность различать приближение и наступление дня, мудрецы установили, чтобы благословение נָתַן לַשֶּׂכְוִי произносилось при его предрассветном крике. Но и тот, кто не слышал крик петуха, может произнести это благословение, поскольку оно является, в первую очередь, благодарностью Б-гу за дарованные Им разум (בינה – бина) и понимание (הבנה – авана) (Рош, Брахот 9:23; «Арбаа Турим», «Орах Хаим» 46; «Мишна Брура», 46:4). И, как указывает р. А. Данциг, «глухой человек не должен произносить это благословение до наступления дня», поскольку он вообще не может услышать крик петуха и различает «между днем и ночью» лишь благодаря свету утра (см. «Мишна Брура», 46:25).

(2) «Обычный порядок событий в мире»

В Талмуде приведен порядок благословений, которые следует произносить при утреннем пробуждении и при подготовке к молитве: «Как проснулся – благослови אֱלֹהַי נְשָׁמָה («Мой Б-г, душа, которую Ты дал мне…и т.д.»). Когда услышал крик петуха – скажи: ברוך… אשר נתן לשכוי בינה להבחין בין יום ובין לילה («Благословен…, дающий петуху способность различать между днем и ночью»). Когда открыл глаза, скажи: ברוך… פוקח עורים («Благословен…, дающий зрение слепым»). Когда потянулся на кровати и сел, скажи: ברוך… מתיר אסורים )«Благословен…, освобождающий узников»). Когда начал одеваться, скажи: ברוך… מלביש ערומים («Благословен…, одевающий нагих»). Когда распрямился, скажи: ברוך… זוקף כפופים («Благословен…, распрямляющий согбенных»). Когда встал на землю, скажи: ברוך… רוקע הארץ על המים («Благословен…, утверждающий сушу над водами»). Когда шагнул, скажи: ברוך… המכין מצעדי גבר («Благословен…, направляющий шаги человека»). Когда одел обувь, скажи: ברוך… שעשה לי כל צרכי («Благословен…, давший мне все необходимое»). Когда затянул пояс, скажи: ברוך… אוזר ישראל בגבורה («Благословен…, препоясывающий Израиль могуществом»). Когда надел головной убор, скажи: ברוך… עוטר ישראל בתפארה («Благословен…, венчающий Израиль великолепием»). А затем следуют благословения на цицит и тфилин и т.д. (Брахот, 60б).

Комментаторы поясняют, что «утренние благословения» установлены потому, что «человеку запрещено наслаждаться этим миром, не благословляя, а каждый, кто наслаждается этим миром, не благословляя, как будто оскверняет святыни» (Брахот, 35а). Поэтому-то мудрецы установили благословения на каждое из действий, которое принято совершать при пробуждении, когда человек начинает «наслаждаться этим миром», – и именно в тот момент, когда он совершает это действие в первый раз за день. А последовательность орядоко ственно ныенялись местамиутренних благословений установлена в соответствии с «обычным порядком событий в мире» – т.е. в соответствии с обычной очередностью действий, совершаемых после пробуждения («Арбаа Турим», «Орах Хаим», 46, Бах; «Шулхан Арух а-Рав», «Орах Хаим», 46:1; «Мишна Брура», 46:1). И именно так – по ходу выполнения каждого действия – произносил эти благословения Аризаль, и в такой же последовательности они приведены в кодексе «Шулхан Арух» (46:1).

Но со временем сложился обычай, в соответствии с которым момент произнесения этих благословений уже не связывают напрямую с каждым конкретным действием. Так, в кодексе «Шулхан Арух» объяснено: «Поскольку у людей при пробуждении не чисты руки, а также из-за необразованных людей (амей а-арацот), которые не помнят этих благословений наизусть, теперь принято, чтобы утренние благословения произносились хазаном в Доме Молитвы, – (необразованные люди в числе прочих) отвечают на них «Амен», и (тем самым) выполняют свою обязанность (т.е. эти благословения засчитываются и им)» (там же, 46:2). Но, даже когда ведущий молитву произносит утренние благословения для всей общины, все равно каждый, кто помнит их наизусть или способен прочитать по сидуру, может произнести их самостоятельно (если, конечно, он не слышал ведущего или слышал, но имел в виду, что не выполняет этим свою обязанность) («Арбаа Турим», «Орах Хаим», 46).

А поскольку эти благословения ориентированы на «обычный порядок событий в мире», их принято произносить даже в том случае, если данный человек не совершил действия, связанного с тем или иным благословением: например, не услышал крик петуха или спал в одежде и в обуви, и, соответственно, не надевал их по пробуждении. Ведь человек благодарит Всевышнего не только за себя самого (т.е. за удовольствия, дарованные лично ему), но и за то, что Б-г создал в мире все необходимое для жизни людей (Рамо, «Орах Хаим», 46:8, «Мишна Брура», 25; «Бен Иш Хай», Ваешев 1, 9 от имени Аризаля; «Ишей Исраэль», 5:10). И все же два благословения – אֱלֹהַי נְשָׁמָה («Мой Б-г, душа) и הַמַּעֲבִיר שֵׁנָה («Снимающий пелену сна») – следует произносить только в том случае, если человек спал ночью как минимум в течение периода в «шестьдесят дыханий» (т.е. около получаса). Но в противном случае предпочтительнее услышать эти благословения от кого-либо другого (и нужно ответить «Амен» с намерением «выйти» в этом благословении, а произносящий должен иметь в виду, что благословляет не только для себя, но и для другого) («Мишна Брура», 46:24). А изначально следует постараться совершить все возможные действия, на которые установлены эти благословения, – чтобы выполнить заповедь в соответствии с мнениями всех авторитетных законоучителей («Шулхан Арух а-Рав», «Орах Хаим», 46:7; «Ишей Исраэль», 5:10/37-38).25шна брура аим м конкретным действием.тсвии с которым оответсвенно, не надевал их по просыпании ем или иным благословением, –

В наше время принято произносить эти благословения каждому за себя («Мишна Брура», 46:13) – но, как правило, не по ходу совершения соответствующих действий, а перед молитвой. В ашкеназских общинах «утренние благословения» произносят стоя (кроме тех случаев, когда человек очень стар, болен или ослаблен), а в сефардских – либо стоя, либо сидя («Тфила ке-Илхата», 9:48-49/119/; «Сиях Тфила», 2:6:13). И есть общины, где принято произносить «утренние благословения» по очереди в Доме Молитвы, чтобы удостоить молящихся возможности ответить «Амен» («Шаарей Тшува», 6:6). А в некоторых общинах эти благословения, как и прежде, произносит вслух ведущий молитву но не для того, чтобы «вывести» молящихся, а, чтобы предоставить им возможность ответить «Амен». И в каждом месте следует придерживаться установившегося обычая («Тфила ке-Илхата», 9:51/122/).

(3) В благодарность за основные ценности жизни

Во времена, когда в соответствии с законом Талмуда «утренние благословения» произносили прямо после пробуждения, по ходу выполнения каждого действия, эти три благословения произносились в самом конце – ведь они не были связаны с каким-либо конкретным действием. Но теперь, поскольку все «утренние благословения» произносятся вместе, перед молитвой, принято начинать именно с этих трех, ведь в них содержится благодарность Б-гу за основные ценности сотворенного Им мира: возможность выполнять Его заповеди и изучать Тору («Арух а-Шулхан», «Орах Хаим», 46:11). И даже еврей, находящийся в плену или порабощении, должен благословлять שֶׁלֹּא עָשַׂנִי עָבֶד («За то, что не сотворил меня рабом»), так как в этом благословении подразумевается не просто личная несвобода, но именно алахический статус «раба», который не обязан выполнять заповеди, связанные со временем, и которому запрещено вступать в брак с еврейками («Каф а-Хаим», 46:38; «Ишей Исраэль», 5:4/21/).

Гер не произносит благословения שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גּוֹי («За то, что не сотворил меня неевреем»), поскольку прежде был неевреем (Рамо, «Орах Хаим», 46:4). Но он может благословить: שֶׁעָשַׂנִי גר («За то, что сделал меня гером»), ведь в Торе написано (Берешит, 12:5): «…души, которые они сделали (עָשׂוּ) в Харане» (подразумеваются люди, которых Авраам и Сара привели к вере в Б-га). Однако другие законоучители считают, что говорить שֶׁעָשַׂנִי («за то, что сотворил») было бы неверным, ведь гер принял еврейство, руководствуясь своим свободным выбором и стремлением к истине, – и, согласно такому мнению, это благословение геру следует просто пропустить («Мишна Брура», 46:18).

А есть законоучители, которые полагают, что и гер может благословить שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גּוֹי («За то, что не сотворил меня неевреем»), ведь в нем изначально была заложена «искра святости», которая и предопределила его выбор («Незирут Шимшон», цит. по «Ишей Исраэль», 5:17/51/). К тому же выражение שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גּוֹי может подразумевать следующее: «за то, что Ты не сотворил меня (таким, который бы навсегда остался) неевреем» («Баэр Эйтев», 46:4:8). Однако благословлять так не принято («Тфила ке-Илхата» 9:55).

А поскольку по этому вопросу существуют серьезные разногласия, ведущий сефардский законоучитель р. Я.-Х. Софер указывает, что геру предпочтительные произнести בָּרוּךְ שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גוֹי («Благословен за то, что не сотворил меня неевреем») – без имени Б-га и без упоминания о том, что Он – Царь Вселенной (Каф а-хаим 46:36). Но, если гер был зачат и родился уже после того, как оба его родителя приняли еврейство, он, согласно всем мнением, может благословить שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גּוֹי («Ишей Исраэль», 5:17/51/).

(4) «За то, что создал меня по Своей воле»

Алахический статус «женщины» предпочтительнее статуса «раба», потому что женщины – интегральная часть святой общины Израиля (см. «Ишей Исраэль», 5:4/21/).

И понятно, что женщины не благословляют: שֶׁלֹּא עָשַׂנִי אִשָּׁה («За то, что не сотворил меня женщиной»), – но они говорят: בָּרוּךְ… שֶׁעָשַׂנִי כִּרְצוֹנוֹ («Благословен…, за то, что создал меня по Своей воле») («Шулхан Арух», «Орах Хаим», 46:4; «Тфила ке-Илхата», 9:53). Этим благословением женщина признает справедливость Б-жественного Суда, определившего ее жизненное призвание («Арбаа Турим», «Орах Хаим», 46). По мнению ведущих сефардских законоучителей, женщине следует произносить просто בָּרוּךְ שֶׁעָשַׂנִי כִּרְצוֹנוֹ – без имени Б-га и без упоминания о том, что Он – Царь Вселенной. Но при этом рекомендуется мысленно проговаривать Его имя и упоминание о Его «царской власти» («Бен Иш Хай», Ваешев 1, 10; «Каф а-Хаим», 46:41-42). А в ашкеназских общинах это благословение произносится полностью – с именем Б-га и «царством» («Тфила ке-Илхата», 9:53; «Ишей Исраэль», 5:4; «Сиах Тфила», 2:6:5).

Некоторые законоучители считают, что женщина должна произносить: שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גוֹיָה («за то, что не сделал меня нееврейкой») и שֶׁלֹּא עָשַׂנִי שִׁפְחָה («за то, что не сделал меня рабыней») («Бейт Барух», 8:10; «Каф а-Хаим», 46:42). Но в ашкеназских общинах принято произносить эти благословения в мужском роде – גּוֹי и עָבֶד, так как грамматический мужской род подразумевает любого человека, в том числе и женщину («Тфила ке-Илхата», 9:53; «Ишей Исраэль», 5:4/25/; «Сиах Тфила» 2:6:5).

И женщины обязаны произносить все «утренние благословения» в той же мере, что и мужчины, ведь они совершают все те действия, на которые эти благословения установлены, и тоже используют все блага этого мира («Арух а-Шулхан», «Орах Хаим», 70:1; «Тфила ке-Илхата», 9:53; см. также «Мишна Брура», 70:2). И поскольку задним числом (бедеавад) «утренние благословения» можно произносить до середины дня, а, по некоторым мнениям, даже во второй половине дня, они не относятся к категории «предписывающих заповедей, обусловленных временем» (мицват асе ше-а-зман грама), от которых женщины освобождены («Ишей Исраэль», 5:19/54/; см. также «Мишна Брура», 52:10, «Беур Алаха», «Коль а-брахот»).

(5) Система приоритетов

В книге «Маген Авраам» указано, что, если человек по ошибке сначала благословил שֶׁלֹּא עָשַׂנִי אִשָּׁה («За то, что не сотворил меня женщиной»), то ему уже не следует произносить שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גּוֹי («За то, что не сотворил меня неевреем») и שֶׁלֹּא עָשַׂנִי עָבֶד («За то, что не сотворил меня рабом») («Маген Авраам», «Орах Хаим», 46:9). И р. А. Данциг, определяющий алаху именно таким образом, поясняет: благословение שֶׁלֹּא עָשַׂנִי אִשָּׁה подразумевает и два других, ведь еврейская женщина «происходит от семени Израиля» – в отличие от раба, который является потомком иноплеменников, и нееврея, «который вообще не обязан выполнять заповеди». А «более важное благословение …включает в себя и менее важные» (см. также «Мишна Брура», 46:16).

Но многие авторитетные законоучители считают, что такая система приоритетов не является однозначной, поскольку у каждого из этих трех статусов есть свои преимущества. Так, нееврей может принять еврейство, а раб – освободиться, и тогда они будут обязаны выполнять все заповеди Торы, в отличие от женщины, которая освобождена от предписывающих заповедей, обусловленных временем. К тому же нееврей имеет алахическое преимущество перед рабом, ведь нееврей ведет свою родословную по отцу, а у раба родственные связи в алахическом смысле не существенны. Кроме того, нееврей может по собственному выбору решить принять еврейство, но освобождение от выбора раба не зависит (Таз 46:11, «Махацит а-Шекель»). И еще, раб превосходит женщину тем, что он выполняет заповедь об обрезании («Агаот раби Акива Эйгер»). А раз так, то благословение שֶׁלֹּא עָשַׂנִי אִשָּׁה не включает в себя два других, и благословение שֶׁלֹּא עָשַׂנִי עָבֶד не включает в себя שֶׁלֹּא עָשַׂנִי גּוֹי. И даже если человек ошибся в очередности этих благословений, он может произнести все три – и именно так определена алаха (Таз 46:11; «Мишна Брура», 46:16; «Тфила ке-Илхата», 9:56;). Но, во всяком случае, изначально необходимо следить за тем, чтобы произносить эти благословения в установленном порядке («Сиах Тфила», 2:6:4).

Знатоки сокровенного учения отмечают, что эти три благословения установлены не только в качестве благодарности, но и для того, чтобы отдалить сынов Израиля от греха. Ведь нарушение заповедей Торы может привести к тому, что в следующем воплощении душа нарушителя будет вселена в тело женщины, освобожденной от изучения Торы, раба, не имеющего права создать еврейскую семью, или нееврея, который вообще не может выполнять заповеди Торы, – и есть грехи, приводящие именно к таким воплощениям. А поскольку эти три благословения призваны постоянно напоминать о подобной опасности, их необходимо произносить в начале каждого дня («Каф а-Хаим» 46:32; «Ишей Исраэль» 5:4/21/).

(6) «Дающий зрение слепым»

Некоторые авторитетные законоучители полагают, что незрячий не должен благословлять פּוֹקֵחַ עִוְרִים («Дающий зрение слепым»), так как, по закону Талмуда, это благословение установлено на открывание глаз после сна – ведь всю ночь человек был подобен слепому, а, проснувшись, вновь увидел окружающий его мир. Но незрячий не может испытать связанное с этим наслаждение, поэтому ему не следует и благословлять («Маген Авраам», «Орах Хаим», 46:14, «Мехацит а-Шекель» и «Яд Эфраим»).

Но другие законоучители, мнение которых поддерживает и р. А. Данциг, считают, что слепой также должен произносить эту браху, так как он «получает пользу от того, что другие (видят и) указывают ему дорогу» («При Хадаш», 46:8; см. также «При Мегадим», «Эшель Авраам», 46:14; «Агаот раби Акива Эйгер»). И, кроме того, в отличие от благословений на пищу, напитки или запахи, «утренние благословения» установлены не только на получение удовольствия определенном человеком, но и, как уже упоминалось, на «обычный порядок событий в мире» – т.е. в качестве благодарности за то, что Б-г создал все необходимое для жизни людей). А, следовательно, и слепой может благословить פּוֹקֵחַ עִוְרִים в качестве представителя сынов Израиля, которым дана способность видеть и наслаждаться увиденным («Арух а-Шулхан», 46:12; «Бен Иш Хай», Ваешев 1, 5). И в соответствии с этим мнением определена алаха в ашкеназских общинах (см. «Мишна Брура», 46:25; «Тфила ке-Илхата», 9:57; «Ишей Исраэль», 5:16). Однако некоторые сефардские законоучители придерживаются первого мнения, и, если слепой спрашивает, следует ли ему произносить это благословение, ему дают отрицательный ответ. Но если он благословляет, не спрашивая, его не останавливают («Ялкут Йосеф» 1, «Брахот а-Шахар», 7; «Тфила ке-Илхата», 9:57).

Продолжение следует

Перевод и комментарии – рав Александр Кац. Редакция «Беерот Ицхак» сердечно благодарит рава Моше Хенина и издательство «Тора Лишма» за право публиковать отрывки из готовящейся к выходу книги «Хаей Адам».

[12] ЕВРЕЙСКИЙ ДОМ

Памяти рабанит Гиты Леи Зильбер

[12-1] Шехина в еврейском доме, как инструмент передачи Торы

По материалам уроков рава Игаля Полищука

Почти вся книга Ваикра повествует о днях освящения святилища в пустыне, законах жертвоприношений, и законах очищения, необходимого, в частности, для служения в Храме. Слово корбан (жертвоприношение), происходит от слова кирва (близость). Жертва – это то, что приближает нас к Творцу. Когда мы приносим Ему жертву, имеем в виду, что на месте этой жертвы должны были быть мы. Принесение жертвы с должным намерением приближает наш народ к Всевышнему. Смысл служения в Храме был, в частности, в том, чтобы удостоиться присутствия Шехины. Однако речь здесь не только о Храме: мы должны удостоиться присутствия Шехины среди нашего народа.

Сегодня мы, к сожалению, не знаем, что такое Храм, у нас нет возможности приносить жертвы. Но мы можем изучать связанные с ним законы. Эти законы очень сложны и глубоки. Однако мы далеки от собственного жертвоприношения! Виленский Гаон писал, что он может представить себе, что такое тана (мудрец Мишны), но не может представить ощущения простого еврея, приносившего жертву в Храме! Как же нам удостоиться Шехины в изгнании? Великий комментатор писания Бааль а-Турим постигал Тору на уровне ремез (намек) через начальные и конечные буквы слов. Весь первый стих главы Цав он разбирает, как намек на изучение Торы. В стихе (Ваикра, 6:1) говорится так: «И говорил Всевышний, обращаясь к Моше: передай Аарону и его сыновьям следующее повеление – вот закон о жертве всесожжения (зот торат а-ола)…»

В частности, из этого стиха Бааль а-Турим, выводит, что изучение порядка принесения жертвы ола засчитывается, как само жертвоприношение. Нужно сказать, что именно по этой причине у нас отрывки о корбанот (изложение порядка жертвоприношений) предшествуют утренней молитве.

Аналогичным образом, употребляя формулировку зот торат, Тора говорит и о мучном приношении минха, грехоочистительной жертве хатат, мирной жертве шломим, повинной жертве ашам. Самое простое понимание этих стихов: вот законы для этих жертвоприношений. Но автор книги «Маалот а-Тора», родной брат Виленского Гаона, приводит слова Аризаля о том, что слова «это – Тора» намекают на то, что для нас изучение Торы в целом, равноценно всем перечисленным здесь жертвам.

В Пиркей Авот и в трактате Брахот говорится, что еврея, занимающегося Торой, осеняет Шехина. Таким образом, присутствия Шехины можно удостоиться, даже когда Храм разрушен, и один из путей, ведущих к этому – изучение Торы. Еще один способ удостоиться присутствия Шехины – это правильная жизнь супругов в хорошей еврейской семье. Наши мудрецы объяснили, что если муж и жена удостаиваются праведной семейной жизни, то буква י из слова иш – муж, объединяется с буквой ה из слова иша – жена, в имя Творца, что означает присутствие Всевышнего в их семье. Если же они не удостоились этого, то буква י из слова איש и буква ה из слова אשה исчезают, и остается אש (огонь). И эти два огня пожирают друг друга, не про нас будет сказано.

С одной стороны, есть большая боль для нас в том, что Б-жественное присутствие находится в изгнании. Но в то же время это придает величайшие силы нашему народу, поскольку мы там не одни. Как-то мне попалась на глаза книга воспоминаний о жизни еврейского местечка до Второй мировой войны. У этой книги было интересное название: «Ночь не темна». Что это означает? Раши в своем комментарии к началу книги Эйха пишет, что словом «ночь» называют изгнание. Внутри ночной тьмы изгнания есть свет. Это великое благо даровал нам Всевышний, когда спустился со Своей Шехиной в изгнание вместе с нами. Это объясняет и величие событий Пурима, происшедших в персидском изгнании. В Мегилат Эстер есть слова: «И облачилась Эстер в царство». Говорят наши комментаторы, что здесь имеется в виду руах а-кодеш (дух святого постижения).

Если Всевышний дает нам такой великий дар тем, что находится вместе с нами в изгнании, то как нам быть достойными его? Это касается отношений между мужем и женой, о которых мы говорили. Это касается изучения и исполнения Торы. Качества, необходимые для присутствия Шехины среди нас не вырабатываются автоматически. Есть определенные условия для их появления. Нам надо проанализировать главы Торы, касающиеся строительства Мишкана и законов Храма, чтобы понять некоторые основы такого строительства своей жизни, при котором наши семьи, и мы сами были действительно достойны присутствия Шехины в изгнании. Нужно понять, что присутствие Шехины это не «украшения заповеди», а основа жизни нашего народа.

Сказано в Торе, что Яаков был в трауре все двадцать два года, пока у него не было никакой связи с Йосефом. Сказано, что, когда Яаков узнал, что Йосеф жив, «его дух ожил». Пишет Раши, что это означает, что к Яакову вернулась Шехина. Таким образом, на духовном уровне Яакова, присутствие Шехины – это жизнь, а ее отсутствие подобно смерти. Если каждый еврей реально достоин присутствия Шехины, то отсутствие ее с нами означает, что мы находимся в могиле. Более того, Виленский Гаон, называет смертью нашего народа разрушение Храма потому, что Всевышний – это душа нашего народа. А когда эта душа с разрушением Храма оставляет нас, наступает смерть. Изгнание, наступившее после разрушения Храма – это могила. И в этой могиле Всевышний дал нам проблеск жизни. Этим проблеском стала Шехина в изгнании. Но этой жизни нам еще нужно удостоиться.

Есть такое понятие: тума. Принято переводить это слово на русский язык, как «ритуальная нечистота». Мне этот перевод очень не нравится. Слово «ритуальная» ассоциируется с чем-то эфемерным, не настоящим. А тума – очень даже «настоящая». Объясню это на примере. Есть инфракрасные и ультрафиолетовые лучи. Мы их не видим, но они реальны. Точно так же тума – это не нечто «ритуальное». Это реальность, обладающая огромной силой.

Наши мудрецы объясняет, что понятие тума связано с понятием отем (закупорка). Что здесь имеется в виду? Если человек наделал много гадостей, осквернился всевозможными видами скверны, то это не помешает ему учить математику, но помешает удостоиться Торы. Он «закупорен» в оболочке, которая мешает ему постичь Тору. Тума – это духовная скверна, которая, поражая человека и некоторые вещи, отталкивает от них святость и присутствие Шехины. Наша проблема в том, что мы не можем полностью очиститься. У нас у всех есть так называемая тумат мет (скверна мертвого). Эта тума мешает нашему постижению глубин Торы. Я слышал высказывание одного из великих мудрецов о том, что он не сомневается, что у Аризаля была возможность очиститься от тумат мет. Ведь иначе невозможно понять, как он удостоился такого постижения в Торе. То есть наличие тумы – это препятствие на пути к тому, чтобы удостоиться постижения Торы. Исправить же эту ситуацию до конца мы не можем потому, что сегодня у нас нет пепла красной кровы, с помощью которого можно очиститься от этой тумы.

Однако, еще не все потеряно. Дело в том, что скверна мертвого является наиболее легкой формой тумы. При невозможности очиститься от нее, можно принести корбан тамид или корбан Песах в Храме даже в состоянии этой тумы. Однако при других видах осквернения делать жертвоприношение запрещено.

У любой тумы есть источник. В зависимости от близости к этому источнику и, соответственно, степени поражения тумой, пораженным объектам присваивается статус ав тума, ришон, шени и т.д. Тума подразделяется на виды в зависимости от ее первоисточника. Кроме того, есть совершенно другой вид скверны – тумат аверот (скверна нарушений Торы). Есть понятие таме сфатаим (с оскверненными устами). Речь идет об устах, которые злословили.

Если мы хотим удостоиться присутствия Шехины в том состоянии изгнания, в котором мы пребываем, нам нужно работать над собой для того, чтобы быть в состоянии таора.

Упомянутая выше тумат мет не препятствует присутствию Шехины в еврейских семьях. Это не настолько сильная тума. Однако, есть другие вещи, от которых нам хорошо было бы очищаться. Эти вещи не являются, грубо говоря, непреодолимой преградой между нами и святостью, хотя и, в некотором смысле, все же мешают.

В начале комментария книги «Зоар» к недельной главе Шмот упоминаются три страшных греха, которые, буквально, изгоняют Шехину из народа Израиля. Два из них вообще не имеют прямого отношения к понятиям тума и таара. Это не те запреты, нарушая которые, человек становится по закону Торы «ритуально» нечистым. Первый запрет – это тумат нида. В этом состоянии пребывают женщины в результате менструального кровотечения. Женщине в состоянии ниды запрещено приходить в Храм, и есть жертвы. Она передает статус таме предметам, к которым прикасается. Кроме этого, она становится категорически запрещена любому мужчине, и даже мужу. За нарушение этого запрета полагается карет (отсечение души). Сказано в книге «Зоар», что в результате этого нарушения состояние нида переходит и на мужчину. Этот грех поражает и потомство, рождающееся в результате такой совместной жизни, и также изгоняет Шехину из нашего народа.

Одно из мест присутствия Шехины – это еврейский дом, как сказано: «Муж и жена: (если) удостоились – (то) Шехина между ними». Самый тяжкий грех в семье (кроме разврата) – это исур нида. Наш еврейский дом должен быть подобен Храму. В Святая Святых в Храме есть одно очень странное название – хедер митот (комната кроватей, спальня). О чем здесь идет речь? Святая Святых – это место величайшей связи Творца с нашим народом. Говорят наши мудрецы, что великая книга Шир а-Ширим рассказывает об отношениях Творца и народа Израиля. Вся она построена на аллегории отношений возлюбленных. При этом Шир а-Ширим говорит о связи Творца с нашим народом. Это не любовная песня, не дай Б-г. Сказано мудрецами, что если о связи нашего народа с Всевышним аллегорически говорится как о связи возлюбленных, то нам необходимо понять величайшее достоинство истинной связи между мужем и женой. Низменная вещь никогда бы не могла быть использована в качестве аллегории для явлений, настолько возвышенных.

Мир вокруг нас живет в состоянии, которое даже не религиозные израильтяне называют «оскотиниванием» поколения. Не думаю, что открываю нечто новое. Причем это касается не только евреев. Это касается всех. Мой зять много лет жил в Америке. Он рассказал мне историю из какой-то американской книжки. Там описываются ощущения девушки, жившей в конце 19 века в Америке. Сидя на берегу реки в безлюдном месте, она сняла чулки, и опустила ноги в воду. Увидев приближающегося всадника, она испытала ужас от того, что тот мог увидеть ее ноги без чулок. Сегодня такая ситуация выглядит ненормальной. Я еще помню купальники из двадцатых годов прошлого века. Эти купальники сегодня бы сделали скромными многие улицы. Это и есть то, что называется «оскотиниванием» поколения.

Есть такое правило: наиболее низко опускается то, что изначально более свято. Есть величайшая связь между мужчиной и женщиной. И смысл ее не в том, чтобы вести себя, как кот с кошкой или как бык с коровой. Животные выполняют заложенную в них Всевышним функцию воспроизводства. Потомству животных не дана Тора, и у них нет необходимости быть возвышенными. Поэтому, для такого потомства поведение кота и кошки в этой ситуации вполне подходит. Они при этом ничего дурного не делают. Таков способ продолжения их рода. Но это не то, что Всевышний хочет от человека. Он хочет, чтобы человек передал своему потомству возвышенные духовные силы. Истинная связь между мужем и женой способствует тому, что их дети удостоятся высокого уровня Б-жественной души. Это возможно при условии, что связь мужчины с женщиной не будет связью кота с кошкой. Страшнейшая катастрофа последних поколений в том, что отношения мужчины и женщины опустились до уровня случайных связей, как у кошек и собак.

Недавно я разговаривал со своими друзьями, живущими в Америке. Их семью можно назвать нерелигиозной. Я пожелал им, чтобы их внучка удостоилась хорошей еврейской свадьбы. На это бабушка сказала с болью, что сегодня институт брака в Америке атрофируется, и она совсем не уверена, что ее внучка вообще выйдет замуж. Атрофируется не взаимное влечение мужчины и женщины, а их совместная человеческая жизнь. Необходимо понять, что еврейская семья – это величайший канал передачи Торы и еврейского духа из поколения в поколение от наших праотцов и праматерей. И Всевышний заповедал нам то, как нужно строить эту цепочку поколений, как удостоиться дома с присутствием Шехины в нем. Если мы этого не делаем, происходит катастрофа. Многие из нас выросли в семьях, в которых жили во всех отношениях не так, как нужно. И здесь нечем гордиться. Но есть ситуации, когда родители ничего не знали, и, в силу своего незнания, находились в такой ситуации. В силу того, что нарушения были неумышленными, это в меньшей степени поражает потомство.

Есть один мидраш, в котором говорится, что изначально Всевышний сделал так, что великая душа спустилась в этот мир через связь с нидой. Это сказано о душе Авраама. Иногда Всевышний спускает великие души даже в семьи, в которых жили не так, как положено, мягко говоря. Это сделано для того, чтобы люди, родившиеся в этих семьях, исправили себя. Но нужно понимать, что изначально на нас возложена обязанность удостоить наших детей душами высокого уровня. На нас лежит обязанность передать Тору следующему поколению. Для этого мало произвести это поколение на свет, мало дать ему материальную жизненную силу. Необходимо сделать это так, чтобы оно было готово стать следующим звеном в передаче Торы Всевышнего от горы Синай до конца веков. И Всевышний страшнейшими запретами предупредил нас о вещах, разрушающих эту цепочку передачи Торы. И это то, что имела в виду книга «Зоар», сказав нам, что нарушение запрета нида изгоняет Шехину. Великим достоинством наших предков в Египте было то, что они не согрешили в этом.

И нашему положению не стоит отчаиваться, мера милосердия Всевышнего чрезвычайно велика. Но от тех, кто знает об этих запретах, требуется очень серьезное и глубокое их соблюдение. Если мы хотим удостоиться присутствия Шехины в наших домах, нам нужно избавиться от всех вещей, изгоняющих ее оттуда.

Подготовил рав Ц. Маламуд

  1. Санедрин – высший судебный и законодательный орган. В каждом городе существовал так называемый Малый Санедрин, состоявший из 23 человек, а в Иерусалиме, на территории Храма, заседал Великий Санедрин, состоявший из 71 мудреца. Здесь речь идет о последнем. Наси – мудрец, стоявший во главе Санедрина, – считался главным, а следующим за ним по значению был ав бейт-дин – глава суда [под судом здесь подразумевается не что иное, как сам Санедрин, который функционировал и как судопроизводственный орган].

  2. Рав из Бартануры.

  3. Букв. – суд. Нередко используется как обозначение группы мудрецов, объединенных вокруг одного. Зачастую эти понятия неразделимы.

  4. Так же объясняет и автор комментария Маген авот, добавляя, что версия «получили от него» все же точнее и речь идет только об Антигносе, но что это утверждение приобретет смысл, только когда достоверность этой версии текста найдет подтверждение.

  5. Аналогично комментирует мишну Меири, добавляя, что человеку следует готовить свой дом к приему мудрецов в соответствии с его возможностями [у кого-то в доме мудрецы смогут собираться на один урок в день, а другой в состоянии предоставить им питание и кров, чтобы они могли учиться там постоянно].

    В книге Микве Исраэль сказано, что хотя в наше время трудно исполнить слова мишны о том, чтобы сделать свой дом местом собрания мудрецов, все же следует стремиться к этому, ибо счастлив удел человека, который этого удостоится. И, по крайней мере, человеку следует позаботиться о том, чтобы его дом не стал местом собрания глупцов и чтобы он «не пребывал в пыли у их ног» и не внимал с жаждой их лживым и пустым речам.

    Автор книги Эйней коль хай объясняет слова мишны так: пусть человек приобретет множество книг и т. п., чтобы знатоки Торы могли сидеть у него в доме и учиться. Так в прежние времена поступали мудрые зажиточные люди: собирали в доме ценные книги и превращали свой дом в дом учения, предоставляя мудрецам удобное место для изучения Торы.

  6. Ребе из Гур, автор Лев симха, говорит, что логика подсказывает именно такое объяснение этого наставления [хотя на первый взгляд кажется, что мишна наставляет: преврати свой дом в дом собрания мудрецов], поскольку не каждый удостаивается чести принимать у себя мудрецов.

  7. Отправляясь на заработки (Раши).

  8. Это подразумевает также и всестороннее наблюдение за тем, как живут и учатся мудрецы.

  9. «Ибо, если будете соблюдать все заповеди эти, которые я заповедую вам для исполнения, чтобы любить Гспода, Б-га вашего, ходить всеми путями Его и прилепиться к Нему…»

  10. См. Раши (Берешит 32:25).

  11. Арамейский язык наиболее близок к ивриту, и часто сопоставления с ним открывают дополнительный смысл слов святого языка.

  12. См. Раши (Берешит 32:25).

  13. Раби Ханина бен Доса, мудрец и праведник, который, как сообщает Гемара там же, довольствовался мерой плодов рожкового дерева в неделю.

  14. По Сфат Эмет.

  15. Мудрец даже в обыденном разговоре следит за своими словами, чтобы из них нельзя было сделать ошибочный вывод. Например, в мишне Сукка (2:1) рассказывается, что ученики рабана Гамлиэля выучили несколько законов, слушая, как он говорил с мудрецами о своем рабе.

  16. Трактат Макот (11а) объясняет дибур как «жесткие слова».

  17. Так мудрецы говорят о воспитании: приближать человека следует сильнее, чем отталкивать, хотя последнее необходимо в случае, когда он ведет себя дурно.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

Добавить комментарий