Журнал «Беерот Ицхак» №154 — Недельные главы Шмот — Ваэра

Дата: | версия для печати версия для печати

[1] Недельная глава Шмот

[1-2] Имена сыновей Израиля – корень освобождения

По материалам уроков гаона рава Моше Шапиро

От редакции. Данный материал опубликован после смерти нашего учителя, гаона рава Моше Шапиро с разрешения его семьи.

Сказано мудрецами, что все колена Израиля – вслед за их родоначальниками – названы «именами избавления»: Реувен – соответственно написанному «Увидел Г-сподь наше бедствие», Шимон – как сказано «и услышал Г-сподь голос нашей мольбы»…

Спуск сыновей Яакова и их семей в Египет был изгнанием, их имена – заложенным началом избавления. Попробуем разобраться.

В молитве «Шмоне Эсре», в первом благословении мы восхваляем Творца такими словами: «Помнит благодеяния отцов и приводит избавителя сынам их сынов ради Его Имени по любви». Причина нашего избавления – то, что Г-сподь помнит отцов. Почему же мы не названы сыновьями (хотя в словах мудрецов нередко каждый еврей назван сыном Авраама, Ицхака и Яакова), зачем между праотцами и нами указывается еще поколение, так, что мы «сыны сынов»? Если же текст молитвы хочет обозначить нас, как отдаленных потомков праотцев, можно было бы использовать слово «потомки».

Мы просим о спасении «ради Его Имени» и «из любви». В этом есть противоречие: совершаемое по любви делается во имя того, кого любят, а «ради Его Имени» по-простому означает «безотносительно к нам».

В свете приведенных слов мудрецов формулировка молитвы очень точна: в заслугу отцов избавление, заложенное в имена их сыновей – то есть шватим, родоначальников колен Израиля, 12 сыновей Яакова – раскрывается для детей шватим. И любовь Творца к нам не противоречит «спасению ради Его Имени» – потому что Он распространил Свое святое Имя на нас. Еврейский народ носит Имя Всевышнего.

В Дни трепета в одном из пиютов мы говорим: «И наше имя Ты назвал по Имени Своему». Из любви к нам Всевышний назвал нас по Своему Имени и спасет нас ради Своего Имени, которым мы наречены. (В принципе, в полной форме любовь означает такое единение, что даже имена связанных любовью становятся одним общим именем.)

Приведем слова «Бейт а-Леви» (конец главы Ваигаш). Эти слова надо знать и помнить. Мало где можно найти столь ясную и недвусмысленную формулировку! Автор поясняет стих, где Всевышний открывается Яакову в Беэр Шеве на его пути в Египет: «Не страшись спускаться в Египет, ибо великим народом сделаю тебя там… Я спущусь с тобой и также Я подниму тебя [аалха гам ало – форма ало означает не «поднять», а «подняться»]». «Бейт а-Леви» пишет, что это было самым большим обещанием из всех данных Творцом Яакову: каждый твой спуск – это спуск и для Меня, любой твой подъем будет вместе с Моим подъемом. Другими словами, каждое наше изгнание – это изгнание Шехины, наше избавление – это непременно выход Шехины из изгнания. И – самое исключительное в этом обещании – никогда «избавление Шехины» не произойдет помимо спасения еврейского народа. Освящение и раскрытие Имени Творца, великие чудеса и проявление Его власти в мире – только вместе с избавлением Израиля. Ты поднимешься только вместе со Мной, Я не поднимусь без тебя, – обещает Всевышний.

Мы называем Творца «Избавитель Израиля», «Вызволяющий и спасающий нас ради Твоего Имени». А наш народ носит имена родоначальников-шватим, которые названы во имя избавления. Так выполняется то, что «Ты назвал нас по Своему Имени», и так Его Имя освящается и возвеличивается в мире.

Освящение Имени Всевышнего отдельным человеком совершается путем самопожертвования. Порой для этого надо отдать жизнь. Рамбам пишет, что тот, кто выполняет волю Творца, заповедь, исключительно ради Него, не руководствуясь никакими интересами и побуждениями, освящает Имя Творца. То же говорится и о воздержании от греха. Однако освящение Его Имени для всего мира возможно лишь через спасение еврейского народа.

«Помнит благодеяния отцов и приводит избавителя сынам их сынов ради Его Имени по любви». Избавлены будут дети детей праотцев – дети шватим. И на них сбывается «Ты назвал нас по Своему Имени», наши имена – освящение Его имени, избавление Израиля. Имена спустившихся в Египет несли в себе будущее избавление, и силой этих имен они были избавлены.

Наши мудрецы говорят (а мы читаем это в пасхальной Агаде): «Арамеец, губитель отца моего. Яаков с семьей спустился в Египет и стал там народом большим, могучим и многочисленным». То, что евреи стали народом, наши мудрецы объясняют, что они были выделены как особая реальность, выделялись из всех – сами по себе, не как часть египетского народа. Одна из вещей, в которых они отличались – имена, те самые, с помощью которых мы были избавлены впоследствии.

В главе «а-Ходеш» («этот месяц для вас») записан порядок избавления, что происходило. Эта глава называется «глава избавления». Избавление – это хидуш, обновление, а также лейда, роды. Как у Йехезкеля (16:4): «И вот рождение твое: в день твоего рождения…». И далее написано (16: 6): «Я проходил мимо тебя, и Я увидел тебя, попранную, в крови твоей, и Я сказал тебе: “В крови твоей живи!”. И Я сказал тебе: “В крови твоей живи!”». Наши мудрецы объясняют, что это кровь пасхальной жертвы и кровь обрезания в вечер перед выходом из Египта.

Быть поистине избавленным значит родиться заново. Любая другая смена состояния не называется избавлением. Подобно рождению ребенка, избавление не является просто следствием предыдущего состояния. В Талмуде (Йевамот) написано: тремя путями вошли сыны Израиля в завет: обрезанием, окунанием и принесением жертвы. И отсюда учатся законы для геров (Рамбам). Чтобы вступить в народ Израиля, нужно повторить путь евреев из Египта. В вечер перед выходом из Египта все евреи сделали обрезание, и потом могли принести пасхальную жертву и есть от нее. А накануне дарования Торы весь народ совершил окунание. И жертвоприношение также было под горой Синай (см. Шмот, 24:5). И то же сделали неевреи (эрев рав), которые вышли с еврейским народом из Египта – прошли этот путь вступления в народ. [Сегодня невозможность принесения этой жертвы не препятствует принятию еврейства.]

«Сифри» на главу Беаалотха (9:14) на стих «И если будет жить с вами пришелец и пожелает совершить (жертву) песах Г-споду, то по закону о Песахе и по предписанию о нем, так совершит» говорит: может, каждый гер должен при переходе в еврейский народ приносить пасхальную жертву, – в тот же день, даже в середине года? Но стих имеет в виду, что он должен приносить жертву «по закону о Песахе и по предписанию о нем». Мы могли бы подумать, что каждый нееврей, переходя в еврейство, должен приносить пасхальную жертву во время своего собственного выхода из Египта. Но Тора говорит, что он должен принести пасхальную жертву «по закону ее» – во время ее принесения. Известно, что во время пасхального седера каждый должен ощущать себя выходящим сейчас из Египетского рабства.

Все это показывает нам, что выход из Египта навсегда остался новым рождением. Так же как для гера переход в еврейство – это рождение заново. И для нас стать избавленными – значит заново родиться. Мы должны заново присоединить себя к завету, потому что таким путем мы рождаемся заново.

Каждый рожденный заново начинает новый отсчет времени – а-ходеш а-зе лахем, «этот месяц для вас – начало месяцев». Главу «а-Ходеш» специально читают в последний Шаббат перед наступлением месяца Нисан, месяца избавления. Но есть и глава, которую мы читаем во время, противоположное избавлению, когда мы спускаемся в изгнание – девятого Ава. «Когда породишь ты сынов и сынов сыновей и старожилами станете на земле, и извратитесь, и сделаете изваяние, изображение чего-либо, и делать будете злое в глазах Г-спода, Б-га вашего, чтобы гневить Его» (Дварим, 4:25). Стать старожилами – это полная противоположность обновлению [на иврите ношантем – от слова яшан, старый]. Тора показывает, что глава об избавлении говорит об обновлении, а глава об изгнании, в противоположность ей, об устаревании. Как мы становимся старожилами? Отец рождает сына, сын – внука, у них появляется ощущение своего права владения, бесспорного и привычного. Далее процесс будет идти своим чередом, не будет ничего нового.

В благословении «Помнит благодеяния отцов и приводит избавителя сынам их сынов ради Его Имени по любви», сыны сынов – это причина для устаревания. Но вместо этого Г-сподь «приводит избавителя» для них, вместо устаревания придет обновление! То есть Создатель мира не дает нам «устареть», погрязнуть в рутине.

Во многих стихах в Пророках Всевышний говорит в таком духе: «не ради вас свершаю (это), дом Исраэля, но ради имени святого Моего, которое осквернили вы» (Йехезкель, 36:22). Но поскольку нас он назвал по имени Своему, само осквернение Его имени обязывает вытащить нас из состояния «старожилов», «устаревающих» и избавить нас, перенести в состояние, когда мы сможем заново родиться. И далее в Йехезкеле (36:23) написано: «И освящу Я имя Мое великое, оскверненное среди народов, которое осквернили вы среди них. И узнают народы, что Я – Г-сподь, – слово Г-спода Б-га, – когда освящусь в вас пред глазами их». Это и называется «приводит избавителя сынам их сынов ради Его Имени по любви».

Гемара (Бава Батра, 123а) приводит стих из главы Ваехи (Берешит, 48:22): «А я дал тебе долю одну сверх (того, что) братьям твоим, что взял я из рук эмори, моим мечом и луком моим» и спрашивает: разве взял он их мечом и луком? Ведь написано (Теилим, 44:7): «Ибо не на лук свой полагаюсь, и меч мой не спасет меня». Нет. [Имеется в виду, что] меч – это молитва, а лук – это просьба.

Есть молитва и есть просьба. Маарша поясняет: «Меч – это молитва, а лук – это просьба. Молитва названа здесь мечом, потому что она поможет против Эсава, которому было дано благословение «мечом своим будешь жить», а просьба названа луком, потому что она поможет против Ишмаэля, чья сила уподоблена луку, как сказано: «и вырос и стал стрелком из лука»». Нам нужен «меч» Яакова – его молитва – чтобы справиться с тем, кому был дан меч. И нам нужен «лук» Яакова – его просьба – чтобы справиться с тем, кому был дан лук.

Что такое молитва, и почему она спасает от Эсава? Что такое просьба, и почему она спасает от Ишмаэля? Прежде всего, что есть меч? Меч – это оружие ограниченного действия: куда я могу достать, там я могу ранить, то есть вокруг себя. А что такое лук? Лук посылает стрелы на дальние расстояния. И намек на это есть в их именах. Эсав – от слова асия, и его благословение – о мече, символизирующем действие. Ишмаэль, сила которого в слушании и разговоре, действует издалека, как его лук. Его действие распространяется гораздо дальше его истинного места. Чтобы исполнилось написанное о нем: «Дикий человек, рука его на всех и рука всех на нем», ему нужно распространиться гораздо дальше своих реальных границ. Еще это говорит о власти: меч дает власть над тем, что рядом, а лук – над тем, что далеко. И мы видим, как эта власть дана Ишмаэлю – «его рука на всех», он распространился далеко, его власть на расстоянии.

Смысл молитвы – стоять перед Создателем мира и обращаться к Нему. Царь Давид, воплощение силы молитвы в еврейском народе, говорит о себе: «А я – молитва» (Теилим, 109:4), я сам являюсь молитвой. Настоящая молитва – это находиться перед Всевышним. Молитва – это как в словах Рахель: «В схватке Б-жьей сошлась я» (нафтулей Эло-ким нифтальти). Имеется в виду и значение «связала себя с сестрой», и «просила и молилась, чтобы удостоиться наравне с сестрой». И еще это от слова патиль, «плотно прилегающее покрытие». То есть молитва – это соединиться, связать себя со Всевышним. Истинная молитва – это правильное нахождение перед Всевышним, таким, какой я есть, со всеми моими недостатками.

Авраам стоял в молитве перед Всевышним, и Гемара (Брахот, 6б) говорит: «Устанавливающий постоянное место для молитвы – Б-г Авраама помогает ему». Авраам стоял и молился (Берешит, 18:25): «Хула для Тебя делать подобное этому, умертвить праведного с преступным, и будет как праведный, так и преступный. Хула для Тебя (такое). Судья над всею землей не содеет суда (правого)?!». И как написано в Теилим (106:30): «И встал Пинхас, и совершил суд, и прекратился мор». В Гемаре Санедрин (44а) написано, что он судился со Всевышним. Он как будто вызвал Всевышнего на суд Торы. Настоящая молитва – хотеть, чтобы желание Всевышнего совершилось в мире.

Просьба (бакаша) – это нечто совсем другое. Корень этого слова – поиск. Как написано в Теилим (119:176): «Заблудился я, как овца потерянная, ищи [бакеш] раба Твоего, потому что заповеди Твои не забыл я.» Есть много примеров в Устной Торе, где просить – значит искать.

В отрывке, который мы читаем девятого Ава (Дварим, 4:26-29), в день, когда нам горько, написано: «Призываю в свидетели против вас в сей день небо и землю, что сгинете, сгинете скоро с земли, куда вы переходите через Ярден, чтобы овладеть ею; не пробудете долго на ней, ибо (иначе) истреблены будете. И рассеет Г-сподь вас среди народов, и вы останетесь малочисленными среди племен, куда уведет вас Г-сподь. И служить будете там божествам, изделиям рук человеческих, дереву и камню, которые не видят и не слышат, и не едят, и не обоняют». Все это уже исполнилось с нами. И далее: «И искать [бикаштем] станете вы оттуда Г-спода, Б-га твоего, и ты найдешь; ибо искать будешь Его всем сердцем твоим и всею душою твоей». Нужно искать и просить.

Наши мудрецы открывают нам: большая трудность и большие страдания, которые нам причиняет Ишмаэль, не принадлежат к вопросу о четырех царствах (и Маараль говорит об этом в нескольких местах). Четыре царства – Вавилонское, Персидско-мидийское, Греческое и Римское. Навухаднецар забрал царство у дома Давида. Мудрецы Торы забрали обратно царство у греков. Рамбан (в Пятикнижиях, в которых были вставлены назад все отрывки, вырезанные цензурой) в начале главы Ваехи пишет: причина нашего последнего изгнания во власти четвертого животного в том, что последний царь из династии хашмонаев сам пригласил их (Рим) и попросил о помощи и защите. Он своими руками отдал царство Эдому. Эти четыре забирали царство у нас.

Ишмаэль царствует сам. Он обязан этим Аврааму, который был сердечно привязан к нему. Авраам, которому Всевышний обещал Ицхака, сказал: «Жил бы Ишмаэль пред Тобой». Наши мудрецы говорят, что сила Ишмаэля не в нем самом, а в заслугах Авраама. Он был обрезан, а кроме того он крепко держится за веру Авраама. Рамбам пишет: в вере Ишмаэля в единство Творца нет недостатка. Они очень верующие и готовы отдать жизнь за свою веру – как они ее понимают. Они верят в Б-га Авраама. В их молитвах нет личных просьб – и не может быть. Все их молитвы – это слова восхваления. Просить что-то для них граничит с отрицанием основ веры. Ведь Г-сподь знает лучше меня, что мне нужно. Как я могу просить Его? Менять Его мнение о том, что мне нужно?

Мы находимся в состоянии опасности для жизни. Каждый обладающий разумом понимает, что все имеющиеся у нас решения борьбы с Ишмаэлем – кратковременные. Настоящего решения нет, потому что оно не здесь. Решение Наверху. Поиск решения здесь приведет нас только к большим опасностям. И мы видим, что год от года становится все хуже. В Торе написано: «И искать станете вы оттуда Г-спода, Б-га твоего, и ты найдешь; ибо искать будешь Его всем сердцем твоим и всею душою твоей». Силой того, что написано в этом стихе мы будем спасены. Искать и найти. Можно найти и у себя под ногами, но за такой находкой даже жалко наклоняться. Давайте будем разумными людьми. «В притеснении твоем и (когда) постигнет тебя все это в конце дней, возвратишься ты к Г-споду, Б-гу твоему, и будешь слушать Его голоса» (Дварим, 4:30). Это говорит о нас и о нашем нынешнем положении. Нужно искать Его «оттуда».

Все признают открытые чудеса, но что получается? Мы достойны их? Мы получим их за свои заслуги? Почему мы так уверены, что с нами произойдут чудеса?

Единственное, чем мы можем победить лук Ишмаэля – искать. Молиться и стоять перед Б-гом умеют и потомки Ишмаэля, – просить они не умеют. Тора обещает нам, что если будем просить, искать, то найдем. Тот, кто найдет то, что просил, сможет родиться заново. Тот, кто не ищет, остается в своем нынешнем состоянии – это настоящее «устаревание». Всевышний просит, чтобы мы искали и нашли Его, Он хочет спасти нас.

Подготовил рав Шимон Скаржинский

[2] Лакомства к субботнему столу.

[2-1] Недельная глава Шмот

[2-1-1] Много мыслей в сердце человека, но осуществится замысел Г-спода

В недельной главе Шмот (2:1) написано: «И пошел муж из дома Леви, и взял дочь Леви». В трактате Сота (12а) об этом написано так: «Куда он пошел? Сказал рав Йеуда бар Звина: пошел по совету своей дочери. Учили в барайте: Амрам был главой поколения. Когда злодей фараон постановил, чтобы каждого новорожденного мальчика бросали в Нил, Амрам сказал: напрасно мы стараемся. Встал и развелся с женой. Встали все евреи и развелись со своими женами. Сказала ему его дочь: папа, твое постановление хуже постановления фараона. Фараон постановил только о мальчиках, а ты – как о мальчиках, так и о девочках. Фараон постановил только в этом мире, а ты – как в этом мире, так и в Будущем. [Раши объясняет, что дочь Амрама имела в виду, что дети рождались бы и умирали, а затем вернулись бы к жизни в Будущем мире. Амрам же постановил как об этом, так и о Будущем мире, ведь не родившись, они не попадут в Будущий мир.] Фараон – злодей, и его постановление, возможно, осуществится, а возможно – нет. Ты же – праведник, и твое постановление точно осуществится, как сказано (Иов, 22): “И что исполнить решишь – то сбудется у тебя”. Встал и вернул свою жену. Встали все и вернули своих жен».

Именно совет Мирьям обусловил, по мнению Хафец Хаима, рождение нашего учителя Моше, спасителя еврейского народа. Талмуд (Брахот, 10а) рассказывает, что царь Хизкияу тоже не хотел жениться, поскольку пророческим образом видел, что у него родится Менаше, который будет злодеем. Но затем пророк Йешаяу сказал ему: «Что тебе до тайн Милосердного?» Другими словами, человек не должен размышлять о последствиях, если есть приказ Святого, благословен Он. И раз ты обязан выполнить заповедь плодиться и размножаться, ты должен отбросить все расчеты и выполнить заповедь! Царь Хизкияу послушался пророка, женился, и одним из его потомков стал царь Йошияу, о котором сказано (Млахим II, 23:25): «И не было до него царя, подобного ему, который обратился бы к Г-споду всем сердцем своим и всею душою своею, и всею силою своею, [следуя] всей Торе Моше, и после него не было подобного ему».

Отсюда можно учить о всех делах и обязанностях человека. Человек должен просто делать то, что от него требуется, а не поступать в соответствии со своей человеческой логикой и чувствами. Возможно, он хочет отступить от закона из самых высоких побуждений – как царь Хизкияу в приведенном выше примере, – но это тоже неправильно, ведь человеческий разум близорук и, действительно, «много мыслей в сердце человека, но осуществится замысел Г-спода».

В продолжении недельной главы Шмот мы видим, насколько это верно. Рав Яаков Исраэль Каневский (также известный как гаон Стайплер) приводит в своей книге «Биркат Перец» слова наших мудрецов (Сота, 12) о приказе фараона: «Всякого сына новорожденного бросайте в реку» (Шмот, 1:22). Астрологи фараона сказали ему, что спаситель евреев в будущем пострадает от воды. Страшась того, что придет человек и спасет евреев, фараон приказал бросать всех новорожденных мальчиков в реку. Фараон боялся настолько сильно, что приказал топить и египетских мальчиков, как написано в трактате Сота (там же). В итоге Моше избежал участи остальных младенцев, из реки его спасла лично дочь фараона, а сам фараон растил его в своем доме. Каким образом Моше попал в дом царя? Благодаря приказу, в соответствии с которым его следовало «бросить в реку». Опасаясь того, что мальчика утопят, мать Моше спрятала его, а дочь фараона нашла и вырастила, как сына.

Этот мидраш учит нас, что на какие бы ухищрения ни шел человек, ему не удастся изменить постановленное на Небесах даже в самой малой степени. Исключение – раскаяние, молитва и благотворительность, которые отменяют суровый приговор. Более того: те самые действия, которые человек предпринимает, чтобы достичь своих целей, могут по воле Творца стать причиной совершенно обратного результата.

[Бывает также, что человеку ничего не даровано, но, несмотря на это, ему позволяют преуспеть в своих действиях; однако где-то в другом месте он потеряет столько же, сколько заработал здесь. Ведь никакие старания не помогут ему изменить постановленное на Небесах даже в самой малой степени. И так сказали мудрецы в трактате Йома (35): «Не может человек затронуть то, что приготовлено для другого, даже на один волос».]

Получается, что человек должен выполнять то, что возложено на него, без всяких хитростей и не руководствуясь соображениями, не соответствующими закону Торы.

Зимой 5652 (1892) года российский император приказал ввести в ешиве Воложин два часа изучения светских дисциплин. Указ был подкреплен угрозой: если руководство ешивы откажется исполнять это указание – ешива будет закрыта. Глава ешивы, рав Нафтали Цви Йеуда Берлин (известный также как Нацив из Воложина), не хотел брать на себя ответственность за это судьбоносное решение. Он собрал величайших мудрецов поколения на специальное собрание, посвященное этому вопросу. Большинство участников склонялись выбрать меньшее из зол и ввести изучение светских предметов, чтобы избежать закрытия ешивы. Но не таким было мнение рава Йосефа Дова Соловейчика (известного также как «Бейт а-Леви»). Проливая слезы, он встал и публично объявил свое решение, основанное на законе Торы: да, мы обязаны поддерживать крепость Торы, наставлять учеников и передавать Тору последующим поколениям. Но все это – только в соответствии с тем путем, который указали нам наши отцы и учителя. Теперь, когда нам приказывают следовать новым путям, ответственность лежит не на нас. Поэтому пусть Тот, Кто дал Тору сделает то, что Ему угодно, а мы будем знать, что спасли свои души. Так автор «Бейт а-Леви» решил закрыть ешиву в 5652 (1892) году.

Когда Хафец Хаим рассказывал эту историю, он добавлял важный урок, который можно извлечь из того, что произошло после закрытия ешивы. Он говорил так: «Посмотрите, каким было понимание Торы мудрецами прошлого поколения. Если бы они согласились тогда ввести светские предметы в Воложинской ешиве, то в нашем поколении Тора, не дай Б-г, была бы уже забыта. Ведь дурное начало работает именно так: начинает с того, что выделяет два часа в день на изучение светских предметов, а заканчивает тем, что оставляет только два часа в день на изучение святых предметов… Но поскольку они решили стоять нерушимо, как стальной столб, и не уступать вовсе, Тора нашла себе пути и тропы в других местах. В нескольких городах Литвы и Польши открылись ешивы без изучения светских предметов, и эти ешивы в итоге стали крепостями Торы нашего поколения. Потому что так ведет себя родник: если заткнуть его в одном месте, он пробьется в другом и будет лить свои воды там. О таком сказали наши мудрецы (Шаббат, 79): «”Которые ты разбил” (Шмот, 34:1) – пусть распрямится твоя сила за то, что ты разбил [первые скрижали]». То есть [в подобных случаях] отказ от Торы сам по себе является ее исполнением, причиной ее существования и раскрытия в нашем мире.

Стоит также привести здесь письмо рава Хаима Берлина, опубликованное после смерти его отца Нацива: «На память о том, о чем предостерег меня мой мудрейший отец, и о том, что он приказал мне перед своей смертью. Он отдал свою жизнь за то, чтобы в ешиве Воложин не появились светские предметы. По этой причине ешива была закрыта, из-за чего он тяжело заболел и так и не поправился. И он приказал мне и предостерег меня не соглашаться на это ни в коем случае, не полагаясь ни на какие доводы в сторону разрешения, и сказал, что Святой, благословен Он, намекнул на это в Торе. Сказано: “…разделять между святым и будничным” (Ваикра, 10:10). Это означает, что если смешивать будничные вещи со святыми и не разделять между ними, то мало того, что будничные дисциплины не примут святость – они еще и испортят изучение святых предметов. Потому не огорчайся, мой сын, что из-за этого я покинул этот мир и закрыл ешиву, ведь этот великий принцип стоит того, чтобы отдать за него жизнь. Все это он сказал мне на третий день недели, двадцать седьмого менахем ава 5653 года в Варшаве» (письмо было опубликовано в 5742 году в сборнике писем наших учителей, величайших мудрецов еврейского народа).

[Известно, что именно этим принципом руководствовался и наш учитель рав Аарон Котлер в Америке. Многие утверждали, что в материалистической Америке просто невозможно открыть ешиву, подобную тем, что были в Литве – без преподавания светских предметов. Однако рав Аарон не уступил и основал ешиву в Лейквуде, которая была построена на принципах, установленных нашими мудрецами. Эта ешива в буквальном смысле перевернула и изменила еврейский мир в США.]

[2-1-2] Влияние окружения

«Леках Тов»

В недельной главе Шмот написано (2:21): «И изволил Моше жить с тем мужем, и он дал Ципору, свою дочь, [в жены] Моше».

Мидраш «Ялкут Шмот» (247:169) пишет об этом так: «“И изволил Моше жить с тем мужем”. Когда Моше сказал Итро: “Дай мне твою дочь Ципору в жены”, Итро ответил ему: “Прими на себя то, что я скажу тебе, и я дам ее тебе: твой сын сначала будет служить идолам, а потом – Небесам”. И Моше принял это на себя. Сказал ему Итро: “Поклянись мне”. И Моше поклялся, как сказано: “И изволил [ויואל – вайоэль] Моше”, а слово “ала” [אלה] всегда означает клятву».

В своей книге «Михтав ми-Элияу» (часть 1, стр. 153) рав Элияу Деслер делает отсюда вывод о том, что несмотря на общепринятое мнение, окружение влияет не только на детей и слабых духом, но и на самых взрослых людей. Иначе как могло случиться, что наш учитель Моше согласился, чтобы его первенец служил идолам, да еще и поклялся об этом? Также нужно понять следующее: допустим, слово «вайоэль» означает, что Моше поклялся. Но где здесь намек на то, в чем заключалась эта клятва?

Объяснить эти вещи нам поможет то, что писал Маараль в своей книге «Тиферет Исраэль». В 24-й главе он говорит, что иногда мы можем найти слова мудрецов о том, что такой-то сказал то-то, хотя на самом деле он не говорил этого. Мудрецы, однако, приписывают ему эти слова, поскольку они обязательны с точки зрения внутренней сути этого человека.

Так же следует объяснить и то, что наши мудрецы сказали здесь о том, что вайоэль означает «поклялся». Это не означает, что Моше действительно поклялся. Слово вайоэль обычно означает готовность и согласие. Но наши мудрецы, хорошо зная, как устроен человеческий разум, понимали, что готовность человека сделать что-то по сути ничем не отличается от клятвы. Когда желание человека склоняется к чему-либо, он вскоре следует за ним с такой силой, как будто он поклялся это делать. На самом деле, желание человека даже сильнее, чем клятва. Ведь суть клятвы – подтвердить что-то святостью имени Б-га (которое будет осквернено, если произнести напрасную или ложную клятву), и несмотря на это, человеку свойственно согрешить и нарушить свою клятву из-за тех или иных желаний.

Когда Моше пришел к Итро, он увидел, что Итро и его дочери больше не служат идолам. Соплеменники Итро даже сделали его за это изгоем. По мнению наших мудрецов, стремление Итро к истине было заметно даже когда он еще служил идолам – ведь именно в поисках истины он испробовал все культы мира. В свете этого, Моше мог быть абсолютно уверен, что, когда он укажет ему на путь истины, то Итро, конечно же, признает истину и вернется к добру.

Но все-таки, Итро было тяжело измениться. Истина, открывшаяся ему благодаря его зятю Моше, еще не сделала его слугой Б-га. Моше не отступал. Он принял на себя жизнь в страданиях, чтобы приблизить его к истине. В переводе Торы на арамейский «Таргум Йонатан» написано (2:21), что сначала Итро посадил Моше в яму, страшась Паро. Ципора тайно кормила и поила его на протяжении десяти лет. И несмотря на самые благие намерения Моше, Тора все же критикует его за то, что он добровольно влился в это окружение. Более того, Тора рассматривает желание Моше быть там, как клятву обо всем, что может произойти в результате его пребывания в семье Итро. И несмотря на то, что желание Моше было продиктовано его сильным духовным стремлением указать Итро истинный путь, наши мудрецы считали, что где-то внутри Моше мерцала легкая искра согласия заплатить за это очень высокую цену – а именно, что в результате пребывания Моше в семье Итро его первый сын будет служить идолам.

В «Таргум Йонатан» написано (4:24), что Итро не позволял Моше обрезать его первенца все то время, пока Моше жил у него. Язык, которым описывает это автор «Таргум Йонатан» позволяет понять, что эта задержка является результатом клятвы Моше: «…И встретил его ангел Г-сподень, и хотел убить его из-за его сына Гершома, который не был обрезан из-за его тестя Итро, который не позволил обрезать его. Но Элиэзер был обрезан, в соответствии с договором, который они заключили между собой».

Еще одно подтверждение мы можем найти в толковании нашими мудрецами стиха об истукане Михи (Шофтим, 18:30): «И поставили сыны Дановы у себя тот истукан; и Йонатан, сын Гершома, сына Менаше, сам и сыновья его были священниками в колене Дановом до дня изгнания из этой земли». Мудрецы говорят, что на самом деле дедом Йонатана был Моше, а не Менаше. То есть внук Моше стал священником для идола! Удивительна также схожесть стиха о том, как Моше согласился жить у Итро, и стиха о том, как его внук согласился жить у Михи (Шофтим, 17:11): «И изволил левит жить у этого человека, и был юноша у него как один из сыновей его». Правда, внук Моше уже служил идолу по-настоящему.

Вывод из сказанного выше следующий: если человек окружает себя не слишком крепкими в служении Б-гу людьми, то даже если его намерения благие, в его разуме все равно будет присутствовать некоторая степень согласия пожертвовать чем-то из того, что он привык делать для своего Творца. А на более глубоком уровне он согласен и на самые серьезные вещи, которые могут случиться с ним и с членами его семьи.

То же самое справедливо и если мы говорим о хорошем: человек, который по той или иной причине решил поселиться среди Б-гобоязненных людей, наполненных духом Торы, уже заслужил жизнь для себя и для своих домочадцев. И все благие последствия этого решения – его заслуга, поскольку где-то в глубине души он точно учитывал это. Причем, в хорошую сторону это работает даже сильнее, поскольку, как говорят наши мудрецы, «мера добра больше, чем мера взыскания».

По книге рава Яакова Байфуса «Леках Тов». Подготовил рав Элияу Швальб

[2-2] Недельная глава Ваэра

[2-2-1] Десять египетских казней

Перед первой из десяти египетских казней Творец повелел Моше сказать фараону (Шмот, 7:17): «Так сказал Г-сподь: из этого узнаешь, что Я – Г-сподь. Вот я [Моше] ударю посохом, который в моей руке, по воде, которая в реке, и [вода] превратится в кровь».

В пасхальной Агаде раби Йеуда дает нам мнемоническое обозначение десяти египетских казней: דצ»ך עד»ש באח»ב (ДеЦаХ АДаШ БеАХаВ). Эти десять букв, составляющие три аббревиатуры, являются первыми буквами названий каждой казни: ד (далет) – דם (дам, кровь); צ (цадик) – צפרדע (цфардеа, лягушки); ך (каф) – כינים (киним, вши); ע (аин) – ערוב (аров, дикие звери); ד (далет) – דבר (девер, мор); ש (шин) – שחין (шхин, язвы); ב (бет) – ברד (барад, град); א (алеф) – ארבה (арбе, саранча); ח (хет) – חושך (хошех, тьма); ב (бет) – בכורות (бехорот, смерть первенцев).

Многие комментаторы объясняют разделение десяти казней на ДеЦаХ АДаШ БеАХаВ в соответствии с тем, что сказано в стихах о каждой из этих четырех групп казней. Перед казнью «кровь» – первой казнью из ДеЦаХ – сказано: «Из этого узнаешь, что Я – Г-сподь…». Ведь фараон оспаривал существование Б-га, как написано в конце главы Шмот (Шмот, 5:2): «Я не знаю Г-спода…».

Перед казнью «скопище зверей» – первой казнью из АДаШ – сказано (Шмот, 8:18): «…чтобы ты знал, что Я – Г-сподь среди земли». Эти казни призваны опровергнуть суждение о том, что даже если Б-г существует, Его не будет интересовать, что происходит с простыми смертными.

Третья группа казней призвана опровергнуть заблуждение фараона о том, что есть два центра власти. Поэтому перед казнью «град» – первой из этой группы – сказано (Шмот, 9:14): «…чтобы ты знал, что нет подобного Мне на всей земле».

По мнению автора «Кли Якар», каждая из этих казней является доказательством для той идеи, которой она призвана научить. Известно, что египтяне обожествляли реку Нил. Поэтому Г-сподь сначала стал вершить суд именно над одним из их богов, чтобы показать, что Он выше, чем что бы то ни было в этом мире. Понятно, что когда река, которую все считают богом, внезапно целиком превращается в кровь, следует прийти к выводу о том, что есть Сила, которая выше, чем то, что знали фараон и его народ.

После того, как фараон осквернил Имя Небес и сказал: «Я не знаю Г-спода», река сообщила ему, что следует освящать Имя Б-га: «И воскишит вся река лягушками, и подни­мутся они, и войдут в твой дом…» (Шмот, 7:28). Обожествляемый египтянами Нил сам производит то, что подтверждает реальность существования Б-га. А порожденные им лягушки освящают Имя Небес, запрыгивая даже в печи. Этот урок был настолько сильным, что еврейские праведники Хананья, Мишаэль и Азарья последовали примеру лягушек и предпочли сгореть в печи, но не поклониться вавилонскому истукану, сказав себе: «Раз даже жабы жертвовали собой ради освящения Имени Б-га, то мы – тем более». После того как их бросили в раскаленную печь, они были чудесным образом спасены – в награду за освящение Имени Б-га, которое они совершили (см. Даниэль, глава 3).

О казни «вши» сказано (Шмот, 8:15): «И сказа­ли колдуны Паро: перст Б-жий это». Эта казнь заставила даже колдунов фараона признать величие Б-га и воцарить Его Имя, сказав, что это сделал именно Б-г. А мы знаем, что «признание ответчика подобно свидетельству ста свидетелей» (Кидушин, 65б).

Затем идут казни из группы АДаШ, которые призваны показать, что Г-сподь, благословен Он, следит за тем, что происходит с Его творением, и влияет на все аспекты жизни человека. Эти казни опровергают мнение тех, кто верит, что Святой, благословен Он, контролирует лишь судьбу человечества в целом, а не жизненный путь отдельных людей. По их словам, все находятся в одном горшке: нет никакой разницы между одним человеком и другим, между тем, кто служит Б-гу, и тем, кто не служит Ему. Поэтому дикие звери пришли на них именно скопищем, и несмотря на это, сказано (Шмот, 8:18): «И отличу Я в тот день землю Гошен, на которой народ Мой стоит, чтобы не быть там скопищу [зверей и гадов], чтобы ты знал, что Я – Г-сподь среди земли». Звери, пришедшие с этой казнью, могли ходить по всей стране, и тем не менее, не стали заходить в землю Гошен. Именно поэтому в конце стиха сказано: «Чтобы ты знал, что Я – Г-сподь среди земли», то есть что Он контролирует, в том числе, и детали происходящего на земле. Это был ясный и четкий знак того, что существует различие между праведником и грешником и что Святой, благословен Он, контролирует каждую деталь жизни людей.

О казни «мор» тоже сказано (Шмот, 9:4): «И различие сделает Г-сподь между скотом Израиля и между скотом Египта, и не умрет из всего [принад­лежащего] сынам Исраэля ничего». Это намек на контроль Б-га над деталями.

То же относится и к казни «язвы». Пыль летала по всей египетской земле, но между евреями и египтянами была преграда. Об этой казни сказано так: «И не могли колдуны стоять перед Моше из-за язв…» (Шмот, 9:11). Колдуны не могли выстоять в своем споре с Моше, потому что они называли причину каждой казни – кроме этой казни, которую они не смогли объяснить. Все остальные казни поражали всех египтян, включая колдунов, одновременно, а казнь «язвы» сначала поразила колдунов, и лишь затем – остальных египтян, как сказано: «…так как были язвы на колдунах и на всех египтянах» (там же). Поэтому маги фараона не могли выстоять в споре с Моше, который утверждал, что за то, что колдуны ужесточили сердце фараона своим чародейством и обманом, они пострадали от язв первыми.

Казни из группы БеАХаВ были призваны показать фараону, что «нет подобного Мне на всей земле» (Шмот, 9:14). Чтобы опровергнуть утверждение фараона о том, что существуют два центра власти, а именно – созвездие Овна и Солнце, три предпоследние казни («град», «саранча» и «тьма») скрыли свет солнца и созвездий. Когда шел град, небеса, очевидно, были закрыты тучами – так, что было невозможно увидеть свет солнца все то время, пока шел град. О нашествии саранчи сказано, что она «…покрыла вид земли, и померкла земля» (Шмот, 10:15). Понятно, что во время следующей казни – трехдневной тьмы – ни солнца, ни звезд тоже не было видно. Казнь первенцев тоже произошла ночью. Все это опровергает утверждение фараона о власти Солнца и созвездия Овна. Поэтому о граде сказано: «…которому не было подобного…» (Шмот, 9:24). Все это подтверждает слова Б-га о том, что «нет подобного Мне на всей земле». Особенно – казнь первенцев, которая символизирует покорность созвездия Овна – первенца среди созвездий. Это то, что написано о египетских казнях в книге «Кли Якар».

В нескольких местах Торы написано, что египетские казни были предназначены не только для того, чтобы наказать фараона и научить его основам веры, но и для того, чтобы научить им и всех остальных людей, и в частности – народ Израиля. И речь не только о поколении исхода из Египта, но и об остальных поколениях, как написано (Шмот, 10:2): «И чтобы ты рассказывал ушам твоего сына и сына твоего сына о том, как Я глумился над Египтом, и о Моих знамениях, которые Я совершил среди них, и [чтобы] вы знали, что Я – Г-сподь». И потому размышления о десяти казнях и о том, как описывают их наши мудрецы в своих мидрашах, серьезно укрепляют нас в вере. И так пишет Рамбан в своем комментарии к главе Бо (в конце главы), коротко объяснив назначение египетских казней образом, похожим на объяснение «Кли Якар»: «Потому что все это египтяне отрицали или сомневались в этом. Если так, эти великие знамения и чудеса – верные свидетели веры в Творца и во всю Тору. И поскольку Святой, благословен Он, не станет совершать чудеса и знамения в каждом поколении, перед глазами каждого злодея или отрицающего основы, Он приказал нам, чтобы мы всегда напоминали себе о том, что видели наши глаза, и передали это нашим сыновьям, а наши сыновья – их сыновьям, а их сыновья – последнему поколению».

[2-2-2] Благодарность

В главе Ваэра о казни «кровь» написано так (Шмот, 7:19): «И сказал Г-сподь Моше: скажи Аарону: возьми твой посох и простри твою руку над водами Египта: над их потоками, над их протоками, и над их озерами, и над вся­ким скоплением их вод; и станут они кровью, и будет кровь по всей земле Египта, и в дереве, и в камне».

В мидраше «Шмот Раба» (9:10) раби Танхум задает вопрос: почему воды пострадали не от руки Моше? Раби Танхум отвечает: сказал ему Святой, благословен Он: «Воды, сохранившие тебя, когда ты был брошен в реку, не должны пострадать от твоей руки. Клянусь твоей жизнью, что они пострадают только от руки Аарона».

Точно так же раби Танхум объясняет и следующую казнь (Шмот, 8:1): «И сказал Г-сподь Моше: скажи Аарону: простри твою ру­ку с твоим посохом над потоками, над протоками и над озе­рами, и наведи лягушек на землю Египта». Сказал раби Танхум: «Почему воды пострадали не от руки Моше? Сказал ему Святой, благословен Он: “Воды, сохранившие тебя, когда ты был брошен в реку, не должны пострадать от твоей руки. Клянусь твоей жизнью, что они пострадают только от руки Аарона”» («Шмот Раба», 10:4).

То же находим и относительно казни «вши». В Торе (Шмот, 8:12) написано так: «И сказал Г-сподь Моше: Скажи Аарону: Простри твой посох и ударь прах земли, и станет он вшами по всей земле Египта». Сказал раби Танхум: «Святой, благословен Он, сказал Моше: “Прах, который защитил тебя, когда ты убил египтянина, не должен пострадать от твоей руки”. Поэтому эти три казни были сделаны Аароном» («Шмот Раба», 10:7).

Сказанное требует объяснения. Во-первых, с точки зрения логики – что хорошего сделали вода и пыль для Моше? Ведь неживое никогда ничего не делает – человек просто использует те возможности, которые они дают, в своих целях. Во-вторых, ни воде, ни пыли не знакомо чувство унижения. Какой смысл быть благодарным неживому, которое ничего не чувствует и ничего не получает от этой благодарности? В-третьих, удары, о которых говорится здесь, на самом деле являются большим почетом для пыли и воды. Ведь изменив свою природу, они стали средством освящения Имени Б-га, да будет Он благословен. Если так, о каком унижении могла бы идти речь, если бы их ударил Моше?

Отвечая на эти вопросы, рав Элияу Деслер пишет в своей книге «Михтав ми-Элияу» (часть 3, страница 101), что здесь наши мудрецы раскрывают нам важный принцип работы душевных сил человека. Эмоции человека, как и его разум, влияют на качества души и заставляют их проявить себя. Если мы не проявляем благодарности по отношению к неживому, от которого мы что-то получили, и тем более если мы унижаем его, это бьет по нашим чувствам. Потому что если человек обладает развитым качеством милосердия и для него естественно желать делать добро другим, он помимо своей воли будет благодарен всякому, от кого получил хоть какую-то пользу, – даже если речь идет о неживом. А удар по чувствам самым прямым образом влияет на соответствующие качества человека – в том числе и на качество благодарности.

Мудрец, обладающий прозорливостью, который смотрит на удар по воде с точки зрения всех его последствий, действительно видит в этом освящение Имени Б-га. Но эмоции человека работают не так: они реагируют на то, что происходит здесь и сейчас, на то, что можно увидеть глазами, – то есть только на сам удар. Получается, что если бы Моше ударил воду или пыль, этот удар неизбежно затронул бы его чувства, а значит, мог бы в какой-то степени навредить качеству благодарности нашего учителя Моше – качеству, которое так важно для служения Б-га. Это то, что написал рав Элияу Деслер.

Получается, что благодарность вообще никак не зависит от намерений и усилий того, кто сделал добро. Даже если добро пришло от неживого или от человека, который делал что-то ради себя, а в итоге получилось так, что заодно он помог другому, – даже в таких случаях следует быть благодарным.

И так пишет автор книги «Сефер а-хинух» о тридцать третьей заповеди из своего списка – почитании отца и матери: «Из корней этой заповеди: человеку следует быть благодарным и воздавать добром тому, кто сделал ему добро. И не должен он быть неблагодарным подлецом, отрицающим, что ему сделали добро, потому что это плохое и совершенно отвратительное качество перед Б-гом и людьми. Человек должен помнить о том, что отец и мать – причина его нахождения в этом мире, и потому ему действительно следует оказывать им всякий почет и приносить всякую пользу, какую он может, ведь они привели его в этот мир, а также вкладывали в него много усилий, пока он был мал».

Здесь мы видим пример добра, приходящего от людей, которые сами получают от этого удовольствие. Без сомнения, родителям нравится заботиться о своих детях. И все равно это нисколько не умаляет обязанность сына или дочери быть благодарным своим родителям, которая настолько велика, что становится одним из корней великой и важной заповеди – почитания отца и матери.

Продолжая свои слова, автор «Сефер а-хинух» говорит, что если человек приобретает качество благодарности за добро, сделанное другим, то затем он возвышается настолько, что становится благодарным и за добро, сделанное ему Святым, благословен Он. Нечто подобное мы находим в словах наших мудрецов: «Всякий отрицающий добро, сделанное другим человеком, в конце концов отрицает и добро, сделанное Святым, благословен Он» («Мидраш а-Гадоль», Шмот, 8).

В трактате Брахот мы находим еще одно указание на тему благодарности. Тот, кто размышляет о нем, обнаружит еще один уровень утонченной души благодарного человека. Там сказано так (Брахот 58а): «Что говорит хороший гость? Как много усилий приложил хозяин ради меня! Сколько мяса поставил он передо мной, сколько вина, сколько булочек! И все эти старания были совершены им ради меня. Что говорит плохой гость? Чем утрудил себя этот хозяин? Я съел всего один хлеб и один кусок, выпил один стакан. Все старания этого человека – ради его жены и детей».

Сказанное в Гемаре требует внимательного изучения. Если хозяин действительно не трудился специально для своего гостя, то в чем неправ тот, кого мудрецы называют плохим гостем? А если хозяин на самом деле старался специально для этого гостя – то почему заслуживают похвалы слова «хорошего гостя»? Но в соответствии со сказанным выше все станет понятно: благодарный человек смотрит только на то, что он получил. А раз он получил, уже не имеет никакого значения, старался ли хозяин для него или он сам получил пользу от своих забот. Ведь даже если приносящий пользу является чем-то неживым, все равно следует быть благодарным. И потому, несмотря на то, что хозяин дома не трудился специально ради него, хороший гость будет повторять себе: «Как много усилий приложил хозяин ради меня…». И он будет излагать это добро в мельчайших подробностях, чтобы привыкнуть к мысли, обратной простому и реалистичному восприятию, и достигнуть чувства обязанности быть благодарным, как будто и в самом деле «все эти старания были совершены им ради меня».

Плохой же гость, напротив, подавляет всякий намек на пробуждение чувства благодарности, принижая ценность полученного им блага, и говорит: «Я съел всего один хлеб…». Но этого недостаточно, ведь, в конце концов, он получил что-то, и потому он добавляет: «Все старания этого человека – ради его жены и детей». Тем самым он хочет сказать, что на самом деле благодарить хозяина не за что, ведь то немногое, что он получил, пришло к нему без каких-либо усилий, совершенных специально ради него. По его мнению, за такое вообще не нужно быть благодарным.

Гаон из Вильно объясняет, что в приведенном выше отрывке из трактата Брахот о хорошем и плохом госте на самом деле говорится о благодарности за благо, которое дает нам Творец, да будет Он благословен. Хозяин – это Всевышний. Хороший гость – это человек, который говорит, что все, что создал Б-г в этом мире, Он создал именно для него. Вместе с тем, такой человек признает, что ему не полагается ничего, в соответствии с принципом благочестивого человека: «Мое – твое, и твое – твое» (Авот, 5:10). То есть он считает, что ему не полагается ничего – ни от Б-га, ни от людей. А плохой гость мыслит в соответствии с принципом злодея: «Мое – мое, и твое – мое» (там же). По его мнению, ему и так полагается все, а значит, нет необходимости быть благодарным, особенно с учетом того, что Святому, благословен Он, самому нравится давать добро.

По книге рава Яакова Байфуса «Леках Тов». Подготовил рав Элияу Швальб

[3] Изучение Мишны

[3-1] Трактат Брахот. Глава третья, мишна шестая

За возвышение души

Анатолий бен Михаил

Хана бат Лейб

Александр бен Наум

 

Глава третья. Мишна шестая

Предисловие

Мишна продолжает тему нечистоты, связанной с семяизвержением и постановлением Эзры, по которому после семяизвержения необходимо окунуться в микве, чтобы молиться или заниматься Торой. Данная мишна приводит разногласие между мудрецами, каков закон в случае, когда испытавший семяизвержение нечист также из-за другого вида нечистоты.

 

 

זָב שֶׁרָאָה קֶרִי, וְנִדָּה שֶׁפָּלְטָה שִׁכְבַת זֶרַע, וְהַמְשַׁמֶּשֶׁת שֶׁרָאֲתָה נִדָּה, צְרִיכִין טְבִילָה. וְרַבִּי יְהוּדָה פּוֹטֵר:

 

Зав, который испустил семя, и нида, у которой вытекло семя, и женщина, которая совершила половое сношение и увидела кровь ниды, обязаны окунуться. Раби Йеуда считает, что они освобождены от этой обязанности.

 

Комментарий рава Овадьи из Бартенуры

Зав, который испустил семя. Из-за нечистых излияний он [уже] нечист, причем степень его нечистоты такова, что ему необходимо семь [чистых от излияний] дней, чтобы очиститься от нее, а данное окунание его очистить не может; тем не менее, из-за испускания семени он должен окунуться, чтобы заниматься Торой, согласно постановлению Эзры (см. мишну 4). И нида, если она хочет молиться, а из нее истекает семя, имеет тот же статус, что и мужчина, который испустил семя. Истечение семени делает женщину нечистой в течение трех дней после полового сношения. А по истечении этого срока семя портится в недрах ее тела и становится непригодным для зачатия [и благодаря этому перестает быть источником нечистоты]. И эта мишна объясняется следующим образом: женщина-нида, исторгшая сейчас семя, которое осталось в недрах ее тела от полового сношения, совершенного ею вчера, перед тем как она увидела [кровь, сделавшую ее нидой]; а также та, которая совершила половой акт, и после этого увидела [кровь, сделавшую ее нидой], должны окунуться.

Раби Йеуда считает, что они освобождены от этой обязанности. Раби Йеуда освобождает даже ту, которая совершила половой акт и после этого увидела [кровь, сделавшую ее нидой]. На ней еще до этого лежала обязанность окунуться, и можно было предположить, что эта обязанность не была отменена.

И мы уже написали выше (в мишне 4), что отменили обязанность окунаться [в случаях, когда того требует постановление Эзры], так как большая часть народа была неспособна выполнять это постановление. [Речь идет об окунании для мужчин, которые испустили семя, и женщин, которые совершили половой акт или исторгли семя после полового акта, постановленные Эзры. Конечно, мудрецы не отменили и не могли отменить обязанность окунаться для тех, кто приобрел нечистоту и кому необходимо очиститься по закону Торы, например, для женщины-ниды.]

 

Комментарий «Полная чаша»

Объяснение мишны

Зав и нида. Об этих видах нечистоты Тора говорит в книге Ваикра (15). Они оба возникают в результате нечистых истечений из тела, и отличаются тем, что от них нельзя очиститься за один день [исключение – это зав, у которого истечение произошло только один раз, или зава, у которой истечения продолжались не больше двух дней], а только за семь дней. Поэтому в данном случае окунание по постановлению Эзры не очищает исторгшего семя от нечистоты. Хотя очищение от нечистоты мертвого тела тоже занимает семь дней, мишна избрала именно эти виды нечистоты, чтобы сообщить: по мнению мудрецов, окунуться должен даже тот, у кого в сам момент окунания выделяются нечистые жидкости [תפארת ישראל יכין אות לה].

Нида. Хотя женщины и освобождены от заповеди произнесения «Шма» и изучения Торы, они обязаны изучать законы, необходимые для выполнения заповедей. Кроме того, женщины обязаны молиться (см. мишну 3 этой главы). Они также могут произносить «Шма», если хотят. Эзра запретил женщинам молиться и изучать Тору после полового контакта или исторжения семени до окунания в микве.

Раби Йеуда. По мнению Раби Йеуды, постановление Эзры не относится к произнесению «Шма», а некоторые комментаторы [תוספות רע״א] считают, что оно исключает также молитву [см. мишну 4 этой главы]. Тем не менее, даже по раби Йеуде испустивший семя должен окунуться, чтобы изучать Тору [תוספות רע״א, תפארת ישראל יכין אות לח].

 

Объяснение комментария рава Овадьи из Бартануры

Истечение семени делает женщину нечистой в течение трех дней после полового сношения. Так написано в трактате Шаббат (9:3, и см. Талмуд, Шаббат, 86б). Но в трактате Микваот (8:3) высказывается еще несколько мнений по этому вопросу. Рамбам постановил, что закон соответствует мнению, по которому семя сохраняется в течение полутора суток [שאר אבות הטומאות פ' ה ה' יא]. Но «Шулхан Арух» [יורה דעה ס' קצו סע' יא] следует мнению, по которому семя сохраняет свои свойства ровно трое суток после того, как попадает в тело женщины. После этого, даже если оно выходит из тела, оно не делает женщину нечистой.

Этот факт влияет не только на законы, связанные с постановлением Эзры, но и на некоторые законы Торы. Женщина, из тела которой выходит семя, приобретает нечистоту по закону Торы. Поэтому она не может есть труму, вторую десятину и мясо жертвоприношений [см. комментарий к гл. 1, мишна 1, где мы объяснили используемые здесь понятия], пока не окунется в микве и не дождется выхода звезд.

И даже законы, которые мы выполняем сегодня, зависят от этого фактора. Женщина-зава, которая отсчитывает семь «чистых» дней, не может считать день, в которой из ее тела вышло неиспорченное семя. Поэтому сегодня женщины-ниды, которые окунаются в микве только после того, как отсчитают семь «чистых» дней, должны отсчитывать эти дни таким образом, чтобы не было опасения, что из их тела выйдет семя. Рамо [יורה דעה ס' קצו סע' יא] пишет, что в наше время принято начинать отсчет семи «чистых» дней не раньше, чем на шестой день после того, как появились кровь или пятно, сделавшие женщину нидой. При этом шестой день можно отсчитывать как первый «чистый» день.

Зав, который испустил семя и т. д. В комментарии к 4-ой мишне рав Овадья называет причину, побудившую Эзру выпустить постановление, связанное с семяизвержением: [Это постановление было принято] с тем, чтобы мудрецы Торы не находились вместе со своими женами [постоянно], как петухи с курами. В данной мишне речь идет о заве и ниде, которой в любом случае запрещено вступать в половой контакт по закону Торы. Тем не менее, по мнению мудрецов, постановление распространяется и на них, так как Эзра установил его для всех без исключения [По מלאכת שלמה].

Женщина-нида, исторгшая сейчас семя, которое осталось в недрах ее тела от полового сношения, совершенного ею вчера, перед тем, как она увидела [кровь, сделавшую ее нидой]; а также та, которая совершила половой акт и после этого увидела [кровь, сделавшую ее нидой,] должны окунуться. Как мы уже объяснили выше [см. комментарий к четвертой мишне этой главы], женщина приобретает нечистоту семени двумя способами: в результате интимных отношений с мужчиной и в результате исторжения мужского семени. Здесь мишна утверждает, что постановление Эзры распространяется на оба варианта. Кроме того, здесь мишна подчеркивает: по облегчающему мнению раби Йеуды даже та, что уже совершила половой акт и была обязана окунуться, освобождается от этой необходимости, как только становится нидой, которая не может очиститься раньше, чем через семь дней после начала истечения крови.

На ней уже лежала обязанность окунуться, и можно было предположить, что эта обязанность не была отменена. Некоторые комментаторы пишут, что основа разногласия раби Йеуды и мудрецов лежит в понимании того, как действует окунание. Мудрецы считали, что даже если окунание не очищает полностью (как, например, в случае зава, который в момент окунания очиститься не может), оно очищает от нечистоты, происшедшей из-за выхода семени. Раби Йеуда считал, что окунание, которое не очищает от более тяжелого вида скверны, как, например, нечистота нида, не может очистить от более легкого вида и вообще не имеет никакого эффекта. По мнению раби Йеуды, Эзра не обязал окунаться тех, кто все равно не может очиститься от нечистоты.

Другое мнение гласит, что даже по мнению мудрецов тот, на ком лежит тяжелый вид нечистоты, не может очиститься от более легкого вида. [Однако, это не относится к женщине-ниде, на которой также лежит нечистота мертвого тела. Дело в том, что с нечистотой нида ассоциируется особый запрет, которого нет в скверне мертвого тела, а именно, то что ниде запрещено входить в половой контакт с мужчиной. В этом смысле нида – это более тяжелый вид скверны, чем нечистота мертвого тела. Поэтому от него можно очиститься с помощью окунания, даже если это окунание не помогает очиститься от скверны мертвого тела.] Но цель постановления Эзры – это помешать изучающим Тору злоупотребить интимной близостью со своими женами. Поэтому окунаться обязан любой испытавший семяизвержение, даже если это окунание не сможет очистить его от скверны.

Третье мнение гласит, что даже раби Йеуда согласен, что окунание может очистить зава от нечистоты, связанной с семяизвержением. Тем не менее, зав не обязан окунаться, так как постановление Эзры касалось только тех, кто может полностью очиститься от скверны, происходящей от нечистых выделений [והכל מבואר באריכות נפלאה בחזקיהו אלכסנדר סענדר יצחק ארלינגער, טהרת התורה, כרך א, ס' יב].

Перевод и комментарий – рав Б. Набутовский

[4] Еврейский взгляд

[4-1] Памяти гаона рава Моше Шапиро

По материалам уроков рава Игаля Полищука

Наш народ пережил тяжелейший удар… Ушел из этого мира наш учитель, гаон рав Моше Шапиро. Это был человек, величие которого в Торе было уникально для нашего поколения. Известны слова Раши о написанном в Торе (Берешит, 28:10): «И вышел Яаков из Беэр Шевы…». Вместе с праведником город буквально покидает и «красота». Мудрецы Торы являются истинным украшением любого места в этом мире. И потому, несмотря на то, что в Беэр Шеве остались Ицхак и Ривка, «величие и великолепие» покинули это место с Яаковом. К сожалению, в нашем поколении мы плохо понимаем роль величия в Торе и ценность великих мудрецов нашего народа. Не в наших силах оценить, какое великое достоинство покинуло наш народ со смертью гаона рава Моше Шапиро… Тем не менее, в меру нашего понимания мы обязаны поговорить о нашем учителе раве Моше, чтобы удостоиться хотя бы немного понять тяжесть постигшей нас утраты.

 

Величие мудрецов Торы

Есть очень интересная алаха, которая гласит, что если есть выбор, кого спасти – царя Израиля или мудреца Торы – спасают мудреца Торы. Почему так? Царем может стать каждый еврей, но настоящему мудрецу Торы нет замены. У каждого мудреца Торы есть свое, уникальное понимание. Это понимание является, по сути, уникальным раскрытием Торы в нашем мире, которое с уходом носителя из нашего мира никак не восполнить.

В еврейском календаре есть посты, связанные с величайшими трагедиями нашего народа – пост Гедальи, 10 Тевета, 17 Тамуза и 9 Ава. Как в одном стихе ТаНаХа, в котором упомянуты эти четыре поста, говорится про гибель одного (пусть даже великого!) праведника в одном ряду с трагедией разрушения Храма? Говорят наши мудрецы, что смерть праведника равноценна разрушению Храма! Подобно тому, как присутствие Творца раскрывалось в Храме, оно раскрывается в нашем мире через праведников и мудрецов Торы.

Сказано в писании (Йешаяу, 29:13-14): «И сказал Г-сподь: за то, что приблизился (ко Мне) народ этот устами своими и губами своими прославлял Меня, а сердце свое держали далеко от Меня, и стал страх их предо Мною заученной заповедью людей. Поэтому вот, Я опять удивлю народ этот чудом дивным (הפלא ופלא), и пропадет мудрость мудрецов его, и разум разумных его исчезнет». Здесь говорится о том, что если наше служение станет чем-то машинальным, заученными действиями, повторяемыми по привычке, то Всевышний пошлет наказание: пропадет мудрость мудрецов. Необходимо вдуматься и понять, что написано в этом месте.

Слово пэле (פלא) переводят как «чудо». Это не совсем верно. Это слово означает «нечто поразительное». Но поражают не только чудеса. Тяжелое наказание также поражает. И в приведенном отрывке слово пэле упомянуто дважды.

Раши приводит страшный комментарий к этим стихам. Источник слов Раши – мидраш, то есть слова наших мудрецов поколения составления Талмуда. Так вот, Раши пишет, что если мы будем служить Всевышнему по привычке, то Он добавит нам «сокрытие над сокрытием» – пропадет мудрость мудрецов Торы. Далее Раши добавляет, что «тяжел уход от нас мудрецов Торы – в два раза больше (сказано הפלא ופלא – дважды), чем разрушение Храма и все проклятия, написанные в книге Дварим».  

Наши души находятся в этом мире в страшнейшем галуте. Часто мы даже не понимаем, чего нам не хватает. Мы ощущаем неудовлетворение, нехватку чего-то… Человек создан для связи с Творцом, и причина всей нашей неудовлетворенности – в ее отсутствии. Адам а-Ришон обладал пророческим даром. Это не было чем-то особенным – с таким уровнем связи со Всевышним человек и был создан изначально. У нас нет пророчества, а для связи со Всевышним есть Тора. Поэтому величайшие мудрецы нашего народа – те, кто раскрывают для нас свет Торы. Именно они связывают нас со Всевышним, источником жизни и всех благословений. Мудрецы – величайший канал раскрытия света Торы, света Творца. В Талмуде великие мудрецы нарицательно называются «Моше» – в честь Моше-рабейну. Мудрецы во всех поколениях спускают свет Торы Всевышнего в потемки нашего мира, подобно Моше-рабейну на горе Синай. Именно поэтому уход от нас мудрецов Торы является страшнейшей катастрофой.

В качестве примера хочется привести слова великого рава Арье Лейба Малина, выдающегося ученика ешивы Мир, основателя ешивы «Бейт а-Талмуд» в Бруклине. Когда умер рав из Бриска, он сказал, что теперь мы не можем говорить сварот (понимания в Торе), как вчера, когда рав Ицхак Зэев был еще жив. То есть со смертью рава из Бриска из нашего мира ушла сила его постижения в Торе, мир еще больше отдалился от Творца. И даже если мы серьезно трудимся над Торой, – все равно не сможем постичь то, что могли, когда рав из Бриска был жив.

Ценность великих мудрецов Торы в том, что они – наша связь с передачей Торы от горы Синай до наших дней. Они – наша связь с Торой и Всевышним. Сегодня раскрытие Шехины – Б-жественного присутствия – происходит через них, через их великий труд над Торой. Поэтому уход мудрецов из нашего мира для нас подобен катастрофе разрушения Храма.

 

Связь с прошлыми поколениями

Великий рав Яаков Каменецкий, соратник рава Аарона Котлера и рава Моше Файнштейна в деле восстановления мира Торы в США, говорил: «Я – человек маленький. Но я видел многих больших людей». С тем, как видел рав Яаков самого себя, мы могли бы поспорить… Но вдумаемся в то, что он говорит о связи с великими мудрецами Торы прошлого. Эти люди не просто передали нам некое знание. Они – наша прямая связь с горой Синай!

Я не раз удостаивался в своей жизни встречаться с людьми, которые видели Хафец Хаима. И я думал: «Сейчас на меня смотрят глаза, которые видели великого Хафец Хаима! Эти люди учились у него, слушали его слова. И сейчас они смотрят на меня… Это люди, которые оценивают и меня, и всю окружающую жизнь совсем иным взглядом». Те люди, которые учились у великих мудрецов прошлого, по сути, несут в себе частицу их Торы и взгляда на мир.

Говоря о нашем учителе, гаоне раве Моше Шапиро, нельзя не упомянуть то, что он сам получил от своих предков и учителей. Двадцать один год назад умер отец рава Моше, рав Меир Ицхак. Я поехал в Бней Брак, чтобы исполнить заповедь утешения скорбящих. Отец рава Моше был учеником великой ешивы Кельм. И это был не простой факт биографии. Рав Моше сказал тогда мне так: «Тот, кто не видел тех, кто учился в Кельме, тот не видел, как выглядит настоящий человек». Затем он привел пример, ярко иллюстрирующий то, что такое «настоящий человек». Кем был отец рава Шапиро? Он был машгиахом в ешиве в Петах Тикве. Этот пост подразумевает постоянные выступления перед учениками ешивы, общение с ними. И при этом отец рава Моше болел раком голосовых связок… Об этом никто не знал! Но мы с вами можем понять, что с такой болезнью человеку очень тяжело даже нормально говорить. Уже исходя из этой истории можно понять, в какой семье рос наш учитель.

В возрасте 13-14 лет рав Моше учился в ешиве Поневеж в Бней Браке. Чем была эта ешива в те дни? Там преподавали величайшие мудрецы Торы тех дней: рав Йосеф Шломо Каанеман (Поневежер Ров), рав Шмуэль Розовский, рав Давид Поварский, рав Элазар Менахем Шах, рав Элияу Элиэзер Деслер, который приехал из Англии, чтобы быть машгиахом. Рав Деслер приблизил к себе совсем юного рава Моше (в те дни, он, безусловно, не назывался равом), и, очевидно, понял великий потенциал ученика. Именно поэтому он передал раву Шапиро такие знания, которые обычно в таком возрасте не передают.

Семья рава Шапиро была связана и с нашим великим учителем Хазон Ишем. Дом главы поколения был открытым для всех. Юноша, ищущий Тору и Всевышнего, по имени Моше Шапиро заходил к Хазон Ишу. Именно по совету Хазон Иша, после нескольких лет обучения в Поневеже, рав Моше отправляется учиться в ешиву Хеврон в Иерусалиме. В те дни это была ешива учеников Сабы из Слободки, рава Носона Цви Финкеля, со множеством великих в Торе и мусаре учеников. Во время учебы в Иерусалиме рав Шапиро сблизился с равом из Бриска. Рав Авиэзер Пильц, глава ешивы Тифрах, говорил о раве Моше, что в нем были буквально видны черты рава из Бриска. В течение нескольких лет рав Шапиро посещал рава из Бриска и разговаривал с ним. Далее рав Моше учился в ешиве Мир, в частности, у великого рава Элиэзера Йеуды Финкеля, а потом и у рава Ицхака Гутнера. Друзья рава Моше говорили, что буквально с детства ему всегда было мало Торы, и он впитывал ее буквально отовсюду.   

 

Величие в Торе

Изучение Торы – это не просто запоминание материала. Это не учеба ради сдачи какого-то экзамена. Это огромный душевный и интеллектуальный труд, которым человек должен быть занят постоянно – всю жизнь. Недостаточно просто «пройти материал». Тора должна стать частью человека.

Глава ешивы Поневеж в наши дни, рав Берл Поварский, лично знал рава Шапиро с юных лет. Он сказал о раве Моше поразительные слова, которые из уст другого человека могли прозвучать как преувеличение. Рав Поварский привел место из трактата Сукка, где говорится об учениках Илеля. Самым младшим из них был раби Йоханан бен Закай, про которого говорится, что не было части Торы, которую он бы не знал. Это то, что рав Берл сказал про рава Моше.

Двадцать четыре года назад мы делали сиюм трактата Эрувин у нас дома. Мы пригласили рава Моше Шапиро и рава Ицхака Зильбера. Рав Моше спросил, что мы учили. Получив ответ, он начал говорить, и я просто потерял дар речи… Мы учили Эрувин год-полтора, а рав Моше вроде бы только сейчас узнал об этом. Но рав Шапиро говорил так, как будто трактат Эрувин и комментарии к нему лежали открытыми книгами перед ним. В Талмуде рабби Йоханан бен Закай называется сар лифней а-Мелех, буквально – властитель перед Царем (Всевышним). Почему его так называли? Он властвовал над Торой Царя. И таким человеком был рав Моше Шапиро.

Мы не в силах оценить величие рава Шапиро в Торе. Рав Ицхак Зильбер говорил о нем двадцать девять лет назад, что в области Агады он – хад бе-дара – единственный в поколении. Что это означает? Что больше таких людей нет. Важно отметить и отношение самого рава Моше к раву Ицхаку. На протяжении многих лет канун Рош а-Шана рав Шапиро проводил таким образом: он давал урок в ешиве «а-Ран», затем навещал вдову одного из своих учеников в Рамоте, чтобы пожелать ей хорошего года, а потом ехал к раву Ицхаку Зильберу – получить у него благословение перед Днем суда.

Рав Пильц также привел от имени одного из величайших знатоков тайного учения – каббалы – рава Элияу Вайнтруба, что рав Моше Шапиро являлся хад бе-дара и в этой части Торы. Такие люди, как рав Ицхак Зильбер и рав Элияу Вайнтруб понимали истинное величие рава Моше в Торе несоизмеримо лучше нас с вами.

При всем этом рав Моше никогда не прекращал изучение Талмуда. Для него было принципиально важно каждый день давать урок по Гемаре, что само по себе означало постоянную подготовку.

Вся Тора – едина. Невозможно изучать ее «по частям». Не бывает полноценного знания Устной Торы без знания Письменной Торы. Понимание каббалы невозможно без углубленного изучения и понимания Талмуда. Чтобы достичь высочайшего уровня в Торе в целом, человек обязан постоянно трудиться над каждой ее частью.

Когда-то у меня состоялся разговор с моим учителем, равом Хаимом Камилом, о том, как нужно учить Тору. Я сказал, что всю Тору нужно учить глубоко – бе-июн. Он сказал, что это не для нас, и мы так не можем. А как нужно? Часть – бе-июн (глубоко анализируя материал), а часть – бе-бекиют (с большей широтой охвата изучаемого материала, но меньшим анализом изученного). Я ему сказал: «Но ведь Виленский Гаон учил всю Тору бе-июн!» Рав Камил ответил: «Ты говоришь про ангелов!» Я привел в пример Хазон Иша, но рав Хаим Камил снова сказал: «Еще один ангел!» Про рава Моше Шапиро говорили, что он знал всю Тору, в частности, весь Талмуд, бе-июн.

 

Как становятся великими в Торе?

Еврейский народ никогда, слава Б-гу, не был обделен способными людьми. Однако далеко не каждый способный в Торе человек удостоится стать на один уровень с равом Моше. Как же он удостоился такого величия? Безусловно, он постоянно учился, постоянно тяжело трудился над Торой. Как сказал один из его друзей, рав Моше буквально «убивал» себя ради изучения Торы. Другой мой друг много лет назад спросил у матери рава Моше, в чем секрет его успеха. Она ответила, что он постоянно работал над Торой, не расставаясь с книгами.

Однако помимо постоянной учебы рав Шапиро обладал качествами, не упомянуть о которых было бы нельзя, ибо они – неотъемлемая часть его величия. Первым из таких качеств стоит назвать желание и умение дать Тору людям. При том, что сам рав Моше в своих мыслях был далек от этого мира, и глубину его постижения нам не дано оценить, свою Тору он доносил до многих тысяч людей, даже очень далеких от такого величия. Это уникальное качество – симбиоз желания человека принести Тору своему народу и помощи Свыше. И люди, даже далекие от еврейства, в словах рава Моше видели красоту Торы Всевышнего.

Есть много способов приближения людей к Торе, того, что называется кирувом. Один из них – то, что сказано в мидраше: «Свет Торы возвращает человека к добру». Свет Торы рава Моше – даже из переведенных на русский язык статей по его урокам – доходит до людских сердец. Рав Шапиро самоотверженно нес Тору нашему народу, давая великое множество уроков для самой разной аудитории. Его слушали как те, кто сам полностью посвятил себя изучению Торы (в том числе – большие мудрецы поколения), так и простые люди. И Тора рава Шапиро светила и тем, и другим, хотя, безусловно, неодинаково.

Великие мудрецы нашего поколения (рав Берл Поварский, глава ешивы Поневеж, рав Авиэзер Пильц, глава ешивы Тифрах, или рав Йеуда Адас – хаврута рава Шапиро в изучении каббалы и глава ешивы «Коль Яаков») говорили, что их собственное величие в Торе гораздо меньше величия рава Шапиро. Это не пустые слова. Такие люди знают цену сказанному. Величие рава Шапиро уникально именно тем, что оно было доступно и для других людей, находящихся на совершенно другом уровне в Торе и соблюдении заповедей.

Сказанное выше – это не претензия к людям. У каждого человека свой уровень, и дай нам Б-г всем работать над тем, чтобы расти духовно. Но очень важно подчеркнуть то, что высочайший духовный уровень рава Моше Шапиро был доступен для самых разных людей, в том числе и далеких от Торы.

Еще одним великим достоинством рава Моше была необычайная сила веры. Его жизнь не была простой. Сколько боли он пережил с тяжелой болезнью дочери? Больницы, поэтапная ампутация ноги… Сколько довелось пережить ему как отцу? Несколько лет страданий, а потом и смерть совсем юной дочери! А ведь это – только один пример. Но что из этой трагедии вынес сам рав Шапиро? На протяжении многих лет он давал уроки по разделу Таарот ради возвышения души своей дочери. Седер Таарот – сложнейший раздел Устной Торы, и считанные люди в нашем поколении по-настоящему глубоко разбираются в нем. Личную трагедию рав Шапиро обратил в способ раскрытия сложнейших разделов Торы в нашем мире. Для этого нужна невероятная сила веры. Такую силу нельзя унаследовать от великого отца, нельзя в полной мере воспринять даже от величайших учителей. Это требует колоссальной работы человека над самим собой.

Еще одним качеством рава Моше было пренебрежение почестями и всеми прочими внешними атрибутами. Есть в русском языке такое понятие – позиционировать себя. Многие люди даже разговор по телефону начинают со слов «Говорит рав такой-то», то есть видят себя именно на такой позиции, и не иначе. Это не упрек, и такой подход тоже нужен и важен. Тем не менее, видится важным привести известную историю про адмора рава Исраэля Фридмана, основателя Ружинской хасидской династии. Он был известен как человек, живший в красивом и большом доме и носивший дорогую одежду. Одной из частей его одеяния были золотые ботинки, украшенные драгоценными камнями. Окружающие считали его этаким аристократом, пока однажды зимой хасиды не заметили после церемонии «Кидуш Левана» кровавые следы на снегу там, где стоял Ружинский адмор. У золотых ботинок ребе не было подошв! Он ходил по земле голыми ногами… Чтобы окружающие воспринимали его определенным образом, ребе из Ружина ходил в золотых ботинках, но сам для себя он ходил босиком и зимой, и летом…

В наши дни это трудно совмещается. Вряд ли можно найти человека, которые носит дорогую одежду и туфли без подошв. Но про рава Шапиро я помню одну очень показательную историю. Это было около двадцати пяти лет назад. Мы с женой думали, как сделать что-то для молодых девушек из России. Возникла идея организовать семинар. Я посоветовался с равом Моше Шапиро, и он одобрил. Даже более того – активно помогал нам с женой. И вот как-то я возвращаюсь домой, и супруга говорит мне: звонил рав Моше Шапиро, и представился: «Говорит Моше Шапиро». Это был рав Моше, о котором мы говорили, как о человеке, знающем всю Тору. Говорят наши мудрецы, что тот, кто избегает почета, обретает богатство Торы. Гордыня есть у того, кто на самом деле беден в Торе. Иногда меня возмущало, как люди, которые были бесконечно далеки в духовном величии от рава Моше, позволяли себе разговаривать с ним «запанибрата». Но он сам совершенно не обращал на это внимания, как будто так и должно быть!      

На похоронах рава Моше рассказали одну удивительную историю. За четыре месяца до похорон рав Шапиро перенес тяжелейшую операцию в США на головном мозге. Его сын был с ним тогда. Когда рав Моше начал приходить в себя после операции, его первыми словами были: «Все делает ради почета Всевышнего». Сын спросил: «Папа, кто делает?» Рав Моше ответил: «Моше-рабейну». Можете себе представить, что думал этот человек до операции, где был его разум во время нее, если с этими словами он очнулся…

Найдется ли замена гаону раву Моше Шапиро – большой вопрос. Именно поэтому смерть рава Моше – огромная потеря. Тем не менее, в утешение всем нам стоит привести слова рава Дона Сегаля на годовщине смерти рава Ицхака Зильбера. Тогда тоже у многих было ощущение, что основа этого мира пошатнулась. Рав Сегаль сказал так: «Да, рав Ицхак ушел от нас. Но Б-г рава Ицхака с нами». Рав Моше Шапиро ушел от нас, но Всевышний, Которому он служил – Он с нами. Тора Всевышнего, которая была источником его величия, осталась с нами. Нужно только трудиться над ней.

Безусловно, мы не сможем удостоиться полного величия в Торе рава Моше Шапиро, но мы обязаны взять что-то себе из его качеств, из того, как он жил и учился. Также видится важным напомнить сказанное в шестой главе Пиркей Авот от имени рабби Меира: тот, кто изучает Тору лишма (ради нее самой), удостаивается многого. Об этом говорит великий рав Хаим Виталь, воспринявший и передавший нам Тору великого Аризаля: «Многие люди думают и говорят, что изучают Тору ради нее самой, но тана (рабби Меир) их опровергает». Почему? Просто не видно, чтобы они удостаивались многого. Видится, что рав Моше Шапиро действительно учил много Торы лишма, и тана его не опровергает. Это урок и для всех нас – каким образом можно удостоиться истинного духовного величия.

Рав Моше Шапиро обладал несокрушимой верой во внутренние духовные силы нашего народа. Этими силами обладают даже очень далекие от Торы наши братья. Вера и знание о Б-жественной искре в каждом из нас давали ему силы и желание тратить драгоценные время и энергию, чтобы пробудить Б-жественную душу в нашем народе. Рав Моше Шапиро верил в огромный потенциал русскоязычного еврейства, верил в нас с вами!

Подготовил рав Арье Кац     

 

[5] Еврейское мировоззрение

[5-1] Ховот а-Левавот. Врата посвящения

Рабейну Бахае бен Йосеф ибн Пакуда

РАЗДЕЛ ПЯТЫЙ (продолжение)

Но когда оно (злое начало) потеряет надежду соблазнить тебя вышеописанными приёмами [см. «Беерот Ицхак» №153-154], оно постарается сделать это, убеждая тебя «отдалиться от угодничества». Оно скажет тебе: невозможно тебе служить Б-гу от всего сердца, пока ты не удалишься от угодничества перед людьми, как в малом, так и в большом. А сделать это можно не иначе, как скрывая от людей свои дела и представляя себя их взору не таким, каков ты на самом деле.

И потому, когда будешь молиться, сокращай свою молитву, и пусть не видно будет в ней ни стремления твоего к ней, ни старания. А когда придёт к тебе желание позаниматься Торой, уединись в своём доме, и пусть не узнает об этом никто, кроме твоего Творца. И пусть не будет видно в тебе никаких добрых качеств; представляйся ленивым и тяжёлым на подъём в делах служения, чтобы не прославился ты из-за них и не потерял своей награды за них. Не наставляй людей к добру и не предостерегай их от зла; не обнаруживай перед ними своих знаний и никого не обучай им. И пусть не виден будет на тебе признак страха перед Б-гом или какой-нибудь знак твоего служения Ему, чтобы люди не оказывали тебе почестей.

И для полноты усердия твоего [в сокрытии добрых дел] заведи дружбу с людьми самого разного сорта и веди себя согласно их обычаям. Ходи путями их и тропами их, мешая правду с шутовством, и не будь слишком щепетильным в обмане и клятвах. Войди в их компанию, чтобы есть, пить, отгадывать загадки, пустословить и насмешничать с ними, обсуждать дела людей и сплетничать о них, и делай всё, что уничтожит среди людей твою репутацию человека, отрешённого от этого мира.

И если ты последуешь советам своего дурного побуждения во всём этом, то оно отнимет у тебя твою веру так, что ты и не почувствуешь того. Но ты должен сказать ему так. [Не прикидывайся передо мной моим другом!] Ты уже помогал моим врагам, ведя со мной войну и пытаясь хитрыми уловками уничтожить мою силу и ускорить моё падение! Неужели я, спасаясь бегством от малого огня [то есть от опасностей, связанных с тем, что я заслужу расположение людей и доброе имя своим служением Г-споду], обязан прыгнуть в большой огонь [забросив служение Ему]? Я не убегаю от любви к Г-споду [и служения Ему] и от почёта [связанного с этим], а только избегаю угодничества перед людьми; ты же приказываешь мне угождать им, отказываясь от служения Б-гу!

Какие же дела следовало бы скрывать от окружающих? Те, которые могут быть исполнены от начала до конца так, чтобы никто о них не узнал. Но что касается таких дел, как совместная молитва, наставление людей на путь добра и предостережение от зла, изучение мудрости Торы, помощь ближнему и тому подобное, – было бы совершенно неверным оставлять их и не исполнять из боязни угодничества! Я только обязан делать их во имя Г-спода, и если люди станут восхвалять и почитать меня из-за них, это ничуть не уменьшит моей награды, поскольку не ради этого исполнял я их!

Уже говорилось следующее: если ты делаешь какое-то доброе дело, о котором известно людям, и хочешь проверить чистоту своих намерений, то можешь проверить её двумя способами. Первый: подумай о том, какую награду ты хотел бы получить за то дело, и от кого. Если от Б-га, то дело твоё безупречно, а если от кого-то другого, то нет. Второй способ: если бы ты должен был исполнить то самое дело наедине с самим собой [чтобы никто больше не знал о нём], то делал ли бы ты его точно таким же образом или нет? Если станет ясно тебе, что да, то оно безупречно, и ты должен делать много других подобных ему дел; а если нет, то оставь его [Безусловно, автор не имеет в виду, не дай Б-г, дел, которые являются прямой и несомненной обязанностью человека, таких как исполнение заповедей в рамках минимальных требований, изучение Торы и исполнение насущных семейных и общественных обязанностей. Сказанное им относится только к вещам дополнительным, таким как особое украшение заповеди, крупное пожертвование и начинание, всякого рода трудноисполнимые обещания и обязательства и т. п.], пока твоё сердце не очистится настолько, что ты сможешь обратить его к Г-споду, и тогда сможешь победить своё дурное побуждение.

Если твоё дурное побуждение не сумеет победить тебя описанным выше путём, оно станет действовать более тонко и изощрённо в сфере, связанной с наградой и наказанием, как в этом мире, так и в Будущем. Оно скажет тебе: вот, ты – один из праведников у Творца, возлюбленное сокровище Его; ты достоин награды и в этом мире, и в Будущем! Ты должен проявлять старание, насколько хватит сил твоих, в надежде, что сумеешь достичь награды посредством своих добрых дел и усердия в служении Б-гу. Пусть предстанет награда пред взором твоим, и положи все свои силы, чтобы достичь её, ибо это – вершина счастья твоего и радости, как сказал царь Давид: «Свет посеян для праведника, и для искренних сердцем – радость» (Теилим, 97:11).

Но если ты прислушаешься к своему дурному побуждению и будешь полагаться на его слова, то оно склонит тебя, вместе со служением явным – Б-гу, к служению тайному – кому-то ещё, помимо Него, а именно – самому себе, в стремлении твоём к тому, что доставляет наслаждение и радость и удаляет тревогу и печаль. [Ведь то, что ты служишь ради награды, означает, что] без надежды не неё ты не признавал бы великих благ, постоянно даруемых тебе Б-гом, не считал бы своей обязанностью служить Ему в благодарность за них, и не соглашался бы с тем, что Он достоин нашего служения из-за величия Его, могущества и знаков великой мудрости Его [во всём Им сотворённом]. Об этом сказали наши мудрецы, будь благословенна их память: «Служите Всевышнему не как те рабы, которые служат хозяину в надежде на награду, а как те рабы, которые служат ему, не надеясь на награду» (Пиркей Авот, 1:3).

Когда дурное побуждение потеряет надежду соблазнить тебя описанным выше способом, оно отдаст тебя во власть сомнений и вопросов, связанных с предопределённостью и свободой выбора. Если оно видит, что ты уклоняешься от дел служения и становишься на путь греха, оно постарается внушить тебе мысль о предопределённости [человеческих поступков], приводя убедительные доказательства из Письменной и Устной Торы, чтобы дать тебе аргументы для самооправдания. Оно будет говорить так. Если бы Творец желал, чтобы ты служил Ему, Он принуждал бы и поощрял тебя к этому, и осуществлялось бы лишь то, о чём Он повелевает. Разве смог бы ты воспротивиться Его решениям и одержать победу над Его судом? Ты не в силах сделать ничего, кроме того, о чём Он решил, что ты сделаешь это, ибо власть над всеми вещами в руке Творца превознесённого, как сказал пророк: «Я – Г-сподь, свершающий всё» (Йешаяу, 44:24).

А когда дурное побуждение увидит тебя в тот час, когда ты занимаешься делами этого мира, оно скажет так. Берегись лени и не расслабляйся; не полагайся ни на кого, кроме самого себя, ибо причинить себе добро и зло – в твоей руке; сделать какое-либо дело или оставить его – в твоих силах. Соберись же с силами и трудись, как только можешь, и достигнешь желаемых тобой удовольствий этого мира. Остерегайся изо всех своих сил того, что приносит ущерб в этом мире, – и избежишь вреда, как сказал мудрец: «Колючки, сети ловчие – на пути идущего путём кривым; хранящий душу свою удалится от них» (Мишлей, 22:5), и также сказано: «Глупость человека извратит его путь, и на Г-спода вознегодует сердце его» (там, 19:3), и также сказано: «От руки вашей сделалось вам это» (Малахи, 1:9). Таким образом, дурное побуждение временами обращает вспять свои же аргументы: один раз настаивает на том, что всё предопределено решениями Б-га, а другой раз взывает к твоему свободному выбору – говорит всякий раз то, что удобно ему, чтобы соблазнить тебя и ослабить руки твои.

Но если ты очнёшься и воспримешь сердцем то, что сказали наши учителя, будь благословенна их память: «Всё в руках Б-га, кроме страха перед Б-гом» (Брахот, 33б), и проявишь в делах, связанных с Торой, усердие, какое являет тот, кто понял, что его ждёт награда и наказание по мере дел его, как сказано: «По делам человека оплачено будет ему, и по пути мужа воздаст ему» (Иов, 34:11), а в делах этого мира будешь вести себя подобно человеку, понимающему, что всякое его движение и поворот в его делах предопределены решением Творца благословенного, – подобно человеку, полагающемуся во всех этих делах на Него и возлагающему бремя [нужд] своих на Г-спода, как сказано: «Возложи на Г-спода бремя своё» (Теилим, 55:23), [то ты победишь своё злое побуждение].

Когда дурное побуждение потеряет надежду совратить тебя описанным выше способом, оно постарается подойти к делу с другой стороны и скажет тебе так. Всё, чего ты хочешь достичь в служении Творцу и в том, чтобы оно было посвящено лишь Ему, можешь достичь позднее, в будущем. Даже тогда, когда тебе останется жить один день, если ты довершишь служение Творцу подобающим образом в течение одного лишь этого дня перед своей смертью, то удостоишься у Него вечной награды и спасёшься от наказания! Ведь тебе ведомы пути возвращения к Г-споду, и ты знаешь, что Он примет тебя, если только послужишь Ему от всего сердца [даже всего один день], как следует и как требуется!

Но ты выдвини в ответ на это свои верные доводы и ответь злому побуждению так. Как можно ждать до последнего дня перед смертью, если я не знаю дня своей смерти? Разве не сделаюсь я подобным тому царскому рабу, который верил, что царь не удалит его от себя во все дни его жизни, и допустил, чтобы сердце его соблазнилось погоней за удовольствиями этого мира? Он положил все свои силы, чтобы достичь их, так что служение царю сделалось ему обузой. И вот он вызван внезапно к царю, чтобы дать отчёт о служении, – и не было у него что отвечать, и не было оправданий… И был он прогнан с царской службы и изгнан из всех городов царства, и ушёл от царя бедным, со скорбным духом из-за того, что ничего не приобрёл за всё то время, что служил царю, когда мог сделать это. И остался он на всю жизнь бедным и нуждающимся во всём, стенающим и страдающим, скорбящим и отверженным до дня своей смерти.

Когда дурное побуждение потеряет надежду соблазнить тебя так, как мы сейчас об этом говорили, оно будет стараться сделать это, склоняя тебя к гордыне, высокомерию и утере скромности, и скажет тебе так. Ты достиг уже таких ступеней величия, каких достигали люди благочестивые и праведные, верой твоего сердца и совершенством твоих дел в служении Б-гу! Ты – несравненный в своём поколении, единственный среди мужей своей эпохи! Тебе следовало бы демонстрировать своё превосходство над остальными – пренебрежением к ним, умалением их. Напоминай об их дурных качествах, возвещай об их злых сердцах, позорь их и укоряй за всё это – пока не устыдятся они перед Б-гом и не раскаются в прошлых грехах. Поступай с ними в этом по обычаю пророков, как сказано в Писании: «Ты, сын человеческий, возвести дому Израиля о доме этом [Храме], и устыдятся они грехов своих» (Йехезкель, 43:10).

А ты отвечай дурному побуждению так. Как я смогу пренебречь кем-либо и опозорить тех, о чьих сердцах и душах не знаю – каковы они перед Б-гом? И если кто-то из них представляется мне внешне в дурном свете, возможно, что внутри он иной! Пророки же, когда они стыдили и порицали людей своего поколения, делали это с позволения Творца, который видел сердца тех людей и зло, которое было в их душах. Но мои познания и мудрость не таковы, чтобы прозревать сердца и души, и возможно, что сокрытое в глубине души человека, который мне не нравится, гораздо лучше видимого снаружи, я же об этом не знаю! И также может быть, что сокрытое в нём гораздо лучше перед Творцом, чем то, что сокрыто во мне самом.

И если внешне он кажется плохим, возможная причина состоит в том, что он не знает своих обязанностей перед Творцом; и притом ему легче оправдаться, чем мне, из-за недостатка разумения, ведь Творец взыскивает с людей по их разумению. Выходит, что я более, чем он, могу оказаться отвратительным Творцу – из-за того, что я в большей мере не исполняю своих обязанностей в служении Ему, при моих познаниях о Нем, чем тот человек с его слабым знанием Творца. Ибо он противится Творцу по невежеству и по ошибке, тогда как я противлюсь Творцу, зная Его, со злым умыслом.

И также возможно, что зло, которое в том человеке, видимо и открыто, тогда как добро сокрыто, а у меня всё это наоборот. И он достоин Б-жьего милосердия и прощения больше, чем я, а одна его добродетель стоит больше, чем многие мои, ибо её никто не видит, кроме Творца, и не восхваляют его за неё, и не воздают за неё почести. У меня же – всё наоборот, поскольку видимое людям во мне лучше, чем видимое в нём.

Подобное этому можно сказать и о грехах: один мой грех стоит многих его грехов, ибо мой грех – скрытый и тайный, а его – видимый и всем известный; из-за того, что его грех осуждаем людьми [и это засчитывается ему как часть наказания], уменьшается его наказание [после смерти]. У меня же уменьшается награда за мои дела в этом мире – из-за того, что они всем известны [и слава и почёт за них засчитываются мне как часть награды]; у него же награда за его добрые дела остается для Будущего мира. Ему наказание за грех уменьшается в этом мире, поскольку люди осуждают его за этот грех; у меня же всё наказание за грехи остаётся для Будущего мира.

И ещё. Если я стану занимать моё сердце надзором за пороками людей и наблюдением за их дурными душевными свойствами, то это помешает мне видеть собственные недостатки и уберегать себя от собственных пороков, хотя я нуждаюсь в этом больше и больше к тому обязан. В этом я похож на больного, которого его собственная болезнь беспокоит больше, чем хвори других людей, и излечение себя самого – больше, чем лечение других. И тогда дурное побуждение будет разбито и повержено.

И если не поразят тебя его стрелы во всём, о чём мы здесь упоминали, оно будет подстерегать тебя в минуты успеха или горя.

Когда твои дела будут идти так, как тебе хочется, оно будет говорить тебе так. Это – результат твоих стараний, ухищрений и мудрости твоей. И потому являй усердие в делах своего мира и трудись над ними; и тогда продолжится успех и превзойдёт достигнутое ранее. Встречай же эти дни в радости и усладе, ибо ещё совсем немного – и будешь ты вызван по имени, и откликнешься на призыв Б-га своего, чтобы отправиться во тьму могильную – место, где нет ни деяний, ни движения, ни удовольствия, ни страдания. [Дурное побуждение обманывает человека. Сказали наши мудрецы: «лучше один час наслаждений Будущего мира, чем вся жизнь в этом мире» (Пиркей Авот, 4:22), а с другой стороны, находим у Рамбана, что один час в Геиноме [аду] тяжелее, чем семьдесят лет страданий Иова («Шаар а-Гмуль»).] А в доказательство приведёт то, что сказал мудрец: «Всё, что найдёшь посильным для руки своей, делай, ибо нет деяний, и расчётов, и знания, и мудрости в могиле, куда ты идёшь» (Коэлет, 9:10).

[В действительности слова Шломо означают следующее. «Всё, что найдёшь посильным для руки своей, делай» – добрые дела и исполняй заповеди, пока жив; «ибо нет деяний, и расчётов, и знания, и мудрости» – не сможешь делать всё это, а также раскаяться в грехах и изучать Тору; «в могиле, куда ты идёшь» – ибо там у человека есть только то, что он приносит с собой из этого мира.]

А в тяжёлую для тебя минуту злое побуждение представит пред тобой картины благополучия злодеев и успехов богоотступников, о которых сказано: «Спокойствие в шатрах у грабителей и безопасность – у гневящих Б-га» (Иов, 12:6). Оно скажет: эта беда пришла к тебе только потому, что ты был преданным служению Б-гу и исполнению заповедей. Но ты не можешь выдержать этого из-за того, что груз тяжёл, а цель далека. Если бы ты снял бремя [служения] со своего сердца и отдохнул от него, был бы твой удел счастливым, как это ты видишь у нечестивых. Посмотри, что сказано в Писании: «Через тех, кто близок мне, освящусь» (Ваикра, 10:3), и также сказано: «Лишь вас Я знал из всех семейств земли, и потому взыщу с вас все грехи ваши» (Амос, 3:2), и т. п.

Когда дурное побуждение увидит, что ты взялся сделать какое-нибудь из дел, относящихся к служению, оно станет расписывать перед тобой трудности, связанные с его исполнением, и запугивать ими тебя. Если это дело – пост, оно будет говорить тебе так: остерегайся, ибо пост ослабит тебя и навлечёт на тебя болезнь, и не сможешь заниматься ни делами этого мира, ни делами мира будущего. А если речь идёт о дополнительных молитвах ночью, оно скажет: сон для тебя важнее пищи. Он хранит твоё здоровье и укрепляет тело больше, чем пища и питьё. Если же речь идёт о подаянии бедным, оно представит перед твоим воображением, как будто эта помощь разорит тебя, нарисует перед тобой картины нищеты, напомнит обо всём, связанном с обездоленностью и убожеством. И так – со всеми видами заповедей и добрых дел, будет стараться запугать тебя, преувеличивать и раздувать связанные с ними трудности, чтобы ты оставил их. Но когда подумаешь совершить грех, оно постарается обольстить тебя удовольствием от него, заставить тебя забыть о наказании, поторопить тебя на пути к греху и свернуть к нему твои стопы.

Когда ты увидишь, что дурное побуждение приходит к тебе со всеми этими доводами и подобными им, отвечай ему так. Никакое горе или страдание, которое я когда-либо познал в моей жизни [из-за дел, связанных со служением Г-споду], не оставило на мне никакого следа; оно всегда миновало быстро, а награда за него пребудет для меня навеки и не иссякнет. И человек, принявший пост, после того, как он воздержится от еды днем и поест ночью, – как будто не постился. Его сила вернётся к нему, а награда будет храниться для него. И точно так же тот, кто бодрствовал часть ночи, – поспит, и лёгкость тела вернётся к нему, как будто он не бодрствовал, и останется ему воздаяние за бодрствование и награда за молитву навеки.

Когда же дурное побуждение будет склонять тебя к греху, ты должен принять к сердцу и представить перед своим умственным взором быстротечность удовольствий, принять во внимание, какие из них разрешены и какие запретны, подумать о позоре и наказании, которые останутся в удел тебе от запретных из них – как в этом мире, так и в будущем. И тогда твоё дурное побуждение будет побеждено, и станешь расторопным в добрых делах, и оставишь дела дурные.

И после того, как дурное побуждение потеряет надежду победить тебя таким образом, как было описано здесь, и ты исполнишь задуманные тобой дела, относящиеся к служению, оно будет пытаться внести в твоё сердце заботы и постоянные тревоги, чтобы ты пожалел о добром деле, которое уже сделал, так, чтобы ты не получил за него награду и чтобы не принял его у тебя Творец. А если ты совершил грех, оно постарается поселить в твоём сердце веселье, чтобы ты радовался сделанному, чтобы укрепить тебя на этом пути и вселить в тебя стремление согрешить вновь.

Но если ты разгадаешь его хитрости и проявишь бдительность, чтобы разглядеть его ловушки, то сумеешь уберечься, с Б-жьей помощью. Но если не разгадаешь его хитростей, то он повергнет тебя внезапно и опустошит свой колчан, стреляя в тебя коварно, как сказано об этом: «Пока не пронзит стрела печени его; как птица, спешит он в силки» (Мишлей, 7:23).

Продолжение следует

Перевод – рав П. Перлов, приведено с сокращениями. Редакция «Беерот Ицхак» благодарит рава Моше Хенина и издательство «Тора Лишма» за разрешение использовать их материалы.

[5-2] Одного – кто знает?

По материалам уроков гаона рава Моше Шапиро

Урок третий. Б-г всемирной истории

1. Рамбам начинает свой законодательный свод «Мишне Тора» с первой основы веры: «Основа всех основ и опора мудрости – знать, что есть извечно Существующий, и Он создал всё, что существует» («Йесодей а-Тора», 1:1).

Через несколько строк Рамбам добавляет: «Этот извечно Существующий – Б-г вселенной и Властелин всей земли».

И наконец, он заключает: «Осознавать это – предписывающая заповедь Торы, которая заключена в словах: “Я – Г-сподь, Б-г твой” (Шмот, 20:2)» (там же, 1:5-6).

2. Вслед за этим Рамбам переходит ко второй основе веры: «Этот Б-г – один, но не два и не больше, чем два. Он один, но Его единство не подобно единичности вещей, существующих в мире. Он не един в том смысле, что включает в себя множество составляющих. И Он не един так, как тело, имеющее множество различных органов и конечностей. В мире нет ничего подобного Его единству».

Это абсолютное единство Творца Рамбам прямо связывает с Его бестелесностью. Ведь «если бы у Создателя было тело или какая-либо материальная оболочка, то Он имел бы конец и предел, потому что не бывает материальных объектов, не имеющих конца и предела».

А «поскольку Б-г бестелесен, для Него не годятся определения, характеризующие мир материальных тел». Всевышний «не разделен на части и не отделен от других объектов – поэтому Он, по определению, Один».

И далее следует вывод: «Осознавать это – предписывающая заповедь Торы, которая заключена в словах: “Г-сподь – Б-г наш, Б-г один” (Дварим, 6:4)» (там, же, 1:7).

3. Произносить этот отрывок, который начинается словами «Слушай Израиль! Б-г – Всесильный наш, Б-г один», – это одна из предписывающих заповедей Торы (см. Рамбам, «Сефер а-мицвот», «Асе», 2). В Талмуде эту заповедь определяют так: «принятие на себя ярма Царства Небес – оль Малхут Шамаим» (см. Брахот, 13а). Необходимо сначала признать Его власть над собой, а потом уже принимать все другие заповеди.

В талмудическом трактате Брахот рассказывается, как однажды раби Ирмея читал «Шма» («Слушай Израиль») в присутствии раби Хии бар Абы. При произнесении слов «Б-г один» раби Ирмея очень сильно растянул слово אֶחָד (эха-а-ад) – «один».

А, когда он завершил чтение, раби Хия сказал ему, что так сильно продлевать это слово не нужно: «Если ты признал Его власть над четырьмя сторонами света, а также верхом и низом, то этого достаточно» (там же, 13б).

Это постижение было заповедано нашим наставником Моше каждому из сынов Израиля, ведь в Торе сказано: «Познай же сегодня и положи на свое сердце, что Б-г, Он – Всесильный на небе вверху и на земле внизу, и нет другого» (Дварим, 4:39).

4. Кажущаяся автономность и самостоятельность мира, в котором мы живем, – это только иллюзия, порожденная ограниченностью нашего восприятия.

Рав Моше-Хаим Луцатто (Рамхаль) поясняет: «Всевышний, следуя Своей воле, создал различные существа и явления в верхнем и нижнем мирах – духовные и материальные. Он устроил каждое из Своих творений особым образом и вложил в них способность совершать определенные действия и осуществлять различные процессы, изменяясь и преображаясь, разными путями и способами – так, как Его мудрость предопределила для каждого из этих существ и явлений. Но источник и истинная причина всего происходящего – только Он». 

«И хотя, – продолжает Рамхаль, – этим сотворенным существам дана сила властвовать над отведенными им областями вселенной, совершая великие дела и поступки… Тем не менее, они не обладают никакой иной силой и властью, кроме той, которая дана им Творцом, абсолютным властителем над всем и всеми».

И затем Рамхаль подводит итог: «На самом деле только Б-г управляет всем, и только Его замысел осуществится. <…>

<…> В конце, после всех переплетений событий и изменений, всем станет абсолютно ясно, что Он один и един. И это Он закрутил всю цепь причин и событий для того, чтобы привести мир к его настоящей цели» (Рамхаль, «Дерех Ашем», 4:4).

5. Произнося слова «Г-сподь – Б-г наш, Б-г один», мы свидетельствуем, что все события во вселенной совершаются только по Его воле.

В книге пророка Йешаяу переданы слова Творца, обращенные к народу Израиля: «Вы – Мои свидетели… чтобы вы узнали, и поверили Мне, и поняли, что это Я… Я, Я – Б-г…» (Йешаяу, 43:10-11).

Вся история направлена на раскрытие единства Творца. Именно поэтому в Торе заповедано: «Помни историю мира, пойми жизнь каждого поколения» (Дварим, 32:7).

Рав Эльханан Вассерман разъясняет, что в этой строке Торы подразумеваются все будущие поколения и все события, происходящие в мире. Ведь «над всей землей – Его закон» (см. Теилим, 105:7), а законы Б-га – это законы Торы. Поэтому «точно так же, как необходимо постигать слова Торы и вдумываться в них, нужно вдумываться во все события, происходящие во вселенной, и осознавать их причины в соответствии с законами Торы» («Ковец Маамарим», «Зехор Йемот Олам», 1).

Нужно изучать историю народа Израиля в каждом из поколений так же, как мы учим сугиёт – законодательные проблемы, обсуждаемые в Талмуде. Ведь в еврейской истории реализуются законы, сформулированные в Торе. И если человек вдумается и постигнет глубинные причины происходящих событий, ему откроется, что все происходящее в мире направлено к единой конечной цели – раскрытию абсолютного единства Творца.

Рамхаль связывает такое понимание истории с нашим пребыванием в изгнании: «Всевышний закручивает цепь событий в изгнании так, чтобы связать всё человечество единым узлом. …Творец поворачивает ход истории вправо (то есть в сторону Его милосердия) и влево (в сторону Суда), объединяя всё человечество, как об этом сказано у пророка (Йешаяу, 43:11): «Я, Я – Б-г» – именно Я связываю всё человечество единой нитью» («515 тфилот», 211).

Имеется в виду следующее: первое «Я» (אָנֹכִי – Анохи) – это Его Мера Милосердия, а второе «Я» (Анохи) – это Его Мера Суда.

Но и то, и другое – это Его «Я», и нет в мире больше никакой другой силы, кроме Его единства.

6. В соответствии с этим мы теперь способны понять наказание, о котором в Торе сказано так: «А Я совершенно скрою (הַסְתֵּר אַסְתִּיר – астер астир) Своё Лицо… за всё зло, которое они сделали» (Дварим, 31:18).

Когда евреи не выполняют волю Творца, они оказываются в положении, которое называется эстер паним – «скрытие Лица».

Творец как бы «отворачивается», «отдаляется» – Его управление событиями становится незаметным.

А если значительная часть еврейского народа вообще отказывается от выполнения своей особой миссии в этом мире, тогда в действие вступает такой способ управления миром, который назван в Торе астер астир – «Я совершенно скрою…».

Слово «скрывать» повторено дважды – астер астир, ведь в такой исторической ситуации Всевышний «скрывает само скрытие» (мастир эт а-эстер). Теперь, действительно, очень трудно понять, что происходит в мире, и увидеть руку, направляющую события.

Такое положение сложилось, например, в поколении потопа, когда, по словам самой Торы, «пожалел Б-г, что создал человека на земле» (Берешит, 6:6). Это поколение было полностью уничтожено.

Но перед этим именно это поколение было наделено величайшим изобилием, как об это рассказывается в Талмуде (см. Санедрин, 108б).

Мера Суда Всевышнего была до поры скрыта, и это позволило людям того поколения продолжать творить зло вплоть до самой гибели.

Оказывается, может быть такое положение вещей, когда людям кажется, что все идет в правильном направлении – удача им улыбается и солнце сияет. А на самом деле всё движется в совершенно противоположном направлении. Это похоже на животное, которое специально откармливают для забоя (см. «Ми-Маамаким» 5, 31 с. 224-228).

7. Подобным периодом станет время перед приходом Машиаха. 

Рамхаль предсказывал, что в период, непосредственно предшествующий эпохе Машиаха, «возобладают силы нечестия, так как Творец совершенно скроет Свой лик от Своего мира» (Рамхаль, «Даат Твунот», 166).

А Виленский Гаон предрекал, что в эти дни «пастырями Израиля» (то есть вождями еврейского народа) станут «самые наглые в поколении» – те, в ком воплотятся души эрев рав («великого смешения» племен, которые присоединились к евреям при выходе из Египта).

Эти «пастыри» будут совершенно чужды Торе и подлинному еврейству, но, «увидев, что удача им временно улыбается, сыны Израиля потянутся вслед за ними» (см. «Ми-Маамаким», 2, 37, с. 384 и 5, 29, с. 218-219).

Этот период описан в талмудическом трактате Сота: «Перед приходом Машиаха возрастет наглость… государство станет безбожным и не будет наставления. …Мудрость знатоков оскудеет, боящихся греха станут презирать, истина окажется скрытой, юноши будут позорить старцев, а старцы стоять перед подростками. Сын станет поносить отца, дочь восставать против матери, невестка – против свекрови, врагами человека станут его домашние. Лицо поколения будет подобно морде собаки, а сын не постесняется своего отца. На кого можно будет опереться? Только на нашего Отца, который на Небесах» (Сота, 49б; см. также в кн. «Верить и ждать. В ожидании Машиаха. По урокам гаона рава Моше Шапиро», урок 10, п. 5).

Этот заключительный период изгнания назван в Талмуде עקבתא דמשיחא (иквета де-Мешиха) – буквально «следы Машиаха». В этот период Машиах еще не открылся, но, вглядываясь в глубинную связь событий, уже можно различить «следы» его присутствия в мире.

По следам человека можно определить, в каком направлении он идет. По «следам Машиаха» можно разгадать, в каком направлении развиваются все события. Поэтому-то один из величайших глав поколения перед Второй Мировой войной рав Эльханан Вассерман утверждал, что «точно так же, как необходимо постигать слова Торы и вдумываться в них, нужно вдумываться во все события, происходящие в мире, и осознавать их причины в соответствии с законами Торы».

Вместе с тем, это именно тот период, о котором написано: «А Я совершенно скрою Мое Лицо», ведь для подавляющего большинства современников, воспринимающих лишь внешнюю сторону событий, «следы Машиаха» и «лик избавления» будут полностью скрыты. Вместо того, чтобы раскаяться и обратиться к Творцу, люди станут направлять все свои интеллектуальные усилия и труд лишь на постижение внешней, «природной», стороны мира, которая является преходящей и иллюзорной (см. «Ми-Маамаким», 5, 31, с. 224 и 229-230).

8. В дни, когда власть над народом Израиля захватят представители эрев рав, Всевышний даст им временный успех. В ту эпоху Творец максимально «скроет Свое Лицо», и поэтому нечестие возобладает.

Слова Талмуда «Перед приходом Машиаха возрастет наглость» Рамхаль объясняет так: в поколении перед приходом Машиаха преуспеют наглые, а тот, кто окажется наглее других – преуспеет больше всех. Это называется «полным скрытием», и оно необходимо для того, чтобы затем совершилось конечное исправление мира (Рамхаль, «Даат Твунот», 166).

Именно об этом времени предсказано у пророка: «Истина окажется скрытой, а избегающий нечестия будет считаться сумасшедшим» (Йешаяу, 59:15).

Но когда Машиах откроется, тогда «станут снова различать между праведником и грешником, между служащим Б-гу и не служащим Ему». «Наступит день, пылающий, как печь, – предсказывает пророк, – и станут все намеренно грешившие и все творящие нечестие соломой, и спалит их этот грядущий день…» (Малахи, 3:19).

А те, кто исполняли волю Творца, удостоятся великого блага, ожидающего праведников. По словам великого каббалиста рава Шломо Эльяшива (Бааль а-Лешем), «все те, кто на самом деле являются евреями, в полном смысле, пройдут процесс духовного исправления и удостоятся жить в эпоху оживления мертвых… все, без единого исключения» (см. «Ми-Маамаким», 2, 37, с. 386; см также «Верить и ждать. В ожидании Машиаха», урок 10, п. 6).

Тогда тайна абсолютного единства Творца приоткроется всему человечеству.

Перевод – рав Александр Кац. Книга «Одного – кто знает?» вышла в свет в издательстве «Пардес» под редакцией рава Цви Патласа. По вопросам приобретения – смотрите рекламные страницы журнала

 

[5-3] Уроки веры и упования

По урокам рава Моше Айнхорна

Часть 2 (начало – в №154)

Может возникнуть вопрос: если все с Небес, то почему нам следует быть благодарными по отношению к тем, кто сделал нам добро? И действительно, автор «Сефер а-Хинух» (мицва 241 – «Не мстить») пишет, что человек должен знать и понимать, что все, что происходит с ним – как хорошее, так и плохое – постановлено Творцом мира, да будет Он благословен. Однако, если человек делает мне добро, я должен быть благодарен ему за тот выбор, который он сделал – стать проводником добра, которое постановил для меня Творец. Это добро я бы в любом случае получил от Творца – вне зависимости от действий того человека. Но он сделал выбор стать проводником, и за это мне следует быть благодарным. Мысль сделать мне добро появилась у него по воле Всевышнего, но у него был выбор – отогнать эту мысль или принять ее.

Наши мысли появляются у нас против нашей воли. Поэтому Бааль Шем Тов говорит: предположим, вы, не дай Б-г, отвлеклись во время молитвы. Вы не принимали решения отвлекаться. С какого момента вы несете за это ответственность? С той секунды, когда вы вспоминаете, что вы находитесь посередине молитвы, и, несмотря на это, продолжаете думать о посторонних вещах. Потому что в эту минуту у вас уже есть выбор – сосредоточиться на молитве или продолжить размышлять о чем-то еще. До того, как вы вспомнили, что вы вообще-то молитесь, у вас не было никакой свободы выбора, а значит, никакого наказания за этот период не последует. Когда во время молитвы я ловлю себя на том, что я отвлекся, я думаю: «О! Сейчас Творец дает мне две возможности: либо я продолжу думать о посторонних вещах и получу наказание, либо я верну свои мысли к молитве и получу за это награду».

Тот же принцип действует и в отношении добрых дел: я получаю награду за то, что не прогнал хорошую мысль сделать доброе дело, появившуюся в моей голове по воле Всевышнего.

В книге «Ми-Мизрах Шемеш» собраны все выступления рава Йехезкеля Левинштейна на темы недельных глав Торы, произнесенные им в Шанхае, когда во время Второй мировой войны там находилась ешива Мир. В комментарии к главе Шлах (книга Бемидбар) рав Левинштейн приводит слова автора книги «Магид Мейшарим», который пишет, что, в принципе, из-за своих грехов еврейский народ не заслуживал войти в Землю Израиля. Но Творец Мира все же хотел позволить им войти в Землю Израиля. Поэтому Он сделал так, чтобы евреи захотели послать разведчиков. Замысел Творца был в том, чтобы разведчики пришли и сказали, насколько хороша Земля Израиля, а еврейский народ возжелал бы войти в эту землю, и это стало бы искуплением за те грехи, которые они сделали до этого.

То есть мысль о том, чтобы отправить разведчиков, пришла евреям по воле Всевышнего. Но Творец дал разведчикам выбор: действительно сказать о том, как хороша Земля Израиля, или сказать иначе – и, к большому сожалению, они сказали иначе.

Рав Левинштейн говорит, что отсюда мы ясно видим: у человека нет свободы выбора создавать мысли – мысли в его голове создает Творец. Человек лишь может принять эти мысли или отогнать их.

Однажды (это было тридцать или сорок лет назад) я наблюдал, как рав Яаков Галинский, благословенна память праведника, шел со своим сыном – они возвращались, кажется, с моря, я не помню точно, откуда, – и ребенок плакал, потому что он упал. Рав Яаков сказал ему: «Раз ты упал, значит, скорее всего, ты нарушил одну из заповедей, и поэтому Б-г сделал так, чтобы ты упал». Ребенок продолжал плакать: «Папа, я не нарушал заповедей!» «Тогда почему Б-г сделал так, чтобы ты упал? Раз Он так сделал, значит, наверное, ты нарушил заповедь». Речь идет о маленьком ребенке – три года, не больше!

Этот спор тронул меня до глубины души. Есть люди, которые говорят, что раву Яакову не следовало говорить такое сыну. Я не берусь судить – рав Галинский был воспитанником системы ешив Новардок. Рав Хаим Каневский сказал мне от имени своего отца, рава Яакова-Исраэля Каневского (также известного как Стайплер), что, когда ребенок достигает возраста трех лет, с ним уже можно говорить о Ган Эдене и Геиноме. То же самое говорил рав Шломо-Залман Ойербах на уроке. Рав Ойербах также говорил, что в Иерусалиме детей в возрасте трех лет уже брали на проводы умерших, чтобы они знали, что люди не остаются здесь навсегда. Я не говорю, что следует поступать так, поскольку наше поколение, по всей видимости, уже другое.

Я могу сказать ребенку, что он совершил грех, но я не знаю, как он воспримет это – поймет он это или нет, примет или не примет.

Однажды в моем хедере ученик седьмого класса разозлился на своего ребе, взял тряпку, поджег ее и бросил прямо на стол ребе в классе – хотел, чтобы он сгорел. Понятно, что он сделал это в послеобеденное время, когда в классе никого не было. И действительно, большая часть стола ребе сгорела. В итоге мы узнали, кто это сделал. Я пошел к раву Хаиму Каневскому, чтобы спросить, как поступить в этой ситуации. Рав Хаим сказал мне: «Приведи ребенка ко мне, я хочу дать ему наставление». Для меня это был совершенно особенный опыт. Я привел его к раву Каневскому и сказал: «Это – мальчик, который сжег стол своего ребе». Рав Хаим спросил: «Как его зовут?» Я ответил: «Ицхак». Я никогда не забуду то, что сказал после этого рав Каневский: «Ой, Ицхакале. Смотри. Пусть смилуется над тобой Г-сподь, когда ты получишь свое наказание» – сказав это, рав Хаим отослал его.

Ребенку исполнилось девятнадцать лет (когда случилась эта история, ему было двенадцать). И вот ко мне приходит ученик ешивы девятнадцати лет и говорит мне: «Рав, Вы помните, что я сжег стол?» Я сказал ему: «Да». «Рав, то, что сказал мне рав Хаим, преследует меня до сих пор. Во-первых, я пришел попросить прощения, а во-вторых – выплатить хедеру стоимость стола». Что такого сказал этому мальчику рав Хаим Каневский? Он сказал: «Смотри. Пусть смилуется над тобой Г-сподь, когда ты получишь свое наказание», – и ребенок принял это и помнил до девятнадцати лет! Я ответил ему: «Послушай. Само по себе то, что ты пришел просить прощения – уже достаточно». Я не взял с него денег за испорченный стол, но, в принципе, он был готов заплатить!

Разумеется, не каждому ребенку можно говорить такие вещи. Все зависит от личных особенностей ребенка, от его сообразительности, образа мышления и т. п. Некоторые дети вообще не могут понять или воспринять это. Каждый – в соответствии со своим уровнем. Однажды, когда рав Йехезкель Левинштейн приехал в ешиву Поневеж и начал говорить о Ган Эдене и Геиноме, он сказал одному из учеников: «Тебе нельзя слушать мои выступления – в твоем случае они могут лишь навредить».

Итак, мы видели то, что писал Хазон Иш о том, что все с Небес. Мы сказали, что, когда человек находится в ситуации, в которой он не знает, будет ли у него заработок или не будет, будет ли он здоров или нет, найдет спутницу жизни или не найдет, он должен верить, что имеющиеся у него данные допускают любой исход событий. И даже если 90% страдающих его заболеванием людей умирают, и даже если 98% подобных ему людей никогда не женятся, потому что у него нет денег и т. д., человек должен верить, что все зависит только от Творца мира. А раз это зависит от Творца, а я не знаю, какими данными располагает Творец, то я должен воспринимать шансы, как пятьдесят на пятьдесят. Да, с точки зрения статистики, ситуация 98% не в мою пользу, но если Творец захочет, то для Него не составит труда превратить оставшиеся 2% в реальность. Творец даже может отменить вынесенный Им же приговор. Как сказали наши мудрецы (Брахот, 10а): «Даже если на шее человека лежит острый меч – пусть не воздерживается от молитвы о милосердии». То есть в такой ситуации человек должен оставаться уверенным – не в том, что он выздоровеет, а в том, что исход зависит от Творца, и что его настоящие шансы – пятьдесят на пятьдесят. Следует понимать, что болезни не являются причиной смерти, а деньги не являются настоящей причиной хорошей женитьбы. Все эти вещи зависят только от Творца. Если Творец захочет, то все будет наоборот.

Я знал одного еврея, которому несколько врачей сказали: «Когда у нас на лбу вырастут волосы – тогда у тебя будут дети». Из-за этого он даже развелся с женой. Он женился на вдове, муж которой погиб в войне 1948 года (Война за независимость Израиля). Эта вдова жила в кибуце «Хафец Хаим». Он женился на ней, у нее было двое детей, и она подумала: «Что ж, от этого человека у меня не будет детей, но, во всяком случае, этот человек будет хорошим отцом для двух моих детей». У этой пары родились одиннадцать детей – в основном, мальчики. Когда этот еврей умер, надо было слышать, какой шум сделали его сыновья, произнося Кадиш. Причем он ничего не делал и даже не пытался лечиться! Да, все врачи сказали, что шансы ничтожны – но у мира есть Хозяин, для которого нет никаких ограничений. Во-первых, мы не знаем тех данных, которыми располагает Он. А во-вторых, даже если бы мы знали эти данные, Он может изменить их.

Поэтому я могу всегда, в любой ситуации оставаться спокойным – и, как я уже говорил, здесь человек пожинает плоды своей работы. Ценой тяжелого труда человек достиг такого уровня веры в Б-га и понимает, что все, что происходит с ним – от Него. Достигнув этого уровня, человек реагирует соответствующим образом. Тогда, попав, не дай Б-г, в проблематичную ситуацию, он останется спокойным благодаря своей работе над собой и будет чувствовать, что шансы – пятьдесят на пятьдесят. И даже если Творец постановил не в пользу этого человека, Он может изменить Свой приговор. Вопрос в том, о постановлении какого рода идет речь: если оно «скреплено глиной», его можно изменить, а если «кровью» – то нельзя. Это то, чему научил нас Хазон Иш – в принципе, в этом суть понятий «эмуна» (вера) и «битахон» (упование).

Но есть нечто большее. Пишет Хазон Иш («Вера и упование», глава 2): «Упование это проявляет человек также и тогда, когда он видит, что ему, возможно, предстоят тяжкие испытания и мучения. Он укрепляется в вере, что не случайно его постигает беда, ибо нет в мире случая, и все – только от Всевышнего, будь Он благословен. Пример тому мы видим в Талмуде (Таанит, 18б). Когда злодей Турьянус (римский чиновник) решил убить двух еврейских праведников, Лульянуса и Папуса [Раши объясняет это так: «Вышло повеление уничтожить всех евреев, поскольку дочь царя найдена была убитой и в убийстве подозревали евреев. И встали эти братья, и сказали: “Что у вас против евреев? Это мы убили ее”». Т.е. хотя они и не убивали ее, они взяли вину на себя.], и сказал им: если вы из того же народа, что и Ханания, Мишаэль и Азария (которых Всевышний спас из огненной печи во времена царя Навуходоносора II), то пусть ваш Б-г так же спасет вас от моей руки! Они ответили ему: мы достойны смерти за наши грехи (перед Всевышним), и если даже ты не убьешь нас, есть у Него много посланцев – львов, медведей и т. п., – которые исполнят приговор!»

Что, собственно, имел в виду Турьянус? «Вы видите? Я – бог, я могу делать все, что хочу. Вы верите в то, что есть Творец? Хорошо, давайте проверим, сможет ли Он меня остановить». А что ответили ему Лульянус и Папус? «Это ты называешь доказательством своей божественности? Ничего подобного! Это решение Б-га – что мы должны принять смерть от твоей руки, чтобы затем Он взыскал с тебя за нашу кровь. А если ты не убьешь нас – у Него есть много медведей и львов, так что мы в любом случае обречены». Другими словами, Лульянус и Папус чувствовали, что, если им и суждено умереть, причина этого – решение Творца мира, а не что-то еще. Мы можем не знать, в чем заключается Его расчет, но мы точно знаем, что причина происходящего в том, что так постановил Творец.

Рав Авраам Блох, сын рава Йосефа Йеуды Лейба Блоха, автора книги «Шиурей Даат», был убит немцами в 1941 году. Незадолго до его смерти нацисты, да будут стерты их имена, избили его самым жестоким образом. Один из их офицеров – он бил рава Авраама по голове молотком – гневно кричал ему: «Где твой Б-г?!» В ту же секунду – так я слышал от рава Калмановича, отец которого возглавлял ешиву «Мир», когда та находилась в США – рав Блох ответил: «Мой Б-г – это и твой Б-г». Другими словами, рав Авраам сказал своему мучителю: «Что ты хочешь мне доказать? Что, раз ты меня бьешь, то ты являешься богом? Нет. Мой Б-г – это и твой Б-г. А то, что ты меня сейчас бьешь, обусловлено тем, что Он дает тебе возможность меня бить, потому что Он хочет, чтобы я был избит. Причина того, что я получаю молотком по голове – в том, что так решил Б-г, а не в том, что ты захотел это сделать».

Рав Ханох Эйгис, автор книги «Мархешет» и один из великих ахароним, вел себя схожим образом, когда немцы повели его на смерть. Из последних сил он кричал: «Это не вы! Это Святой, благословен Он!» Это разозлило их, и они стали бить его очень жестоко, но до последнего вдоха он повторял эту фразу, крича: «Это не вы! Это Святой, благословен Он!» Говорит Хазон Иш: это и есть битахон – я прохожу через ужасные страдания, но я знаю их источник.

Как я уже говорил, следующая ступень – осознавать, что все, что происходит со мной, соответствует мере Справедливости Творца. Еще более высокая ступень – понять, что это для моего же блага. Следующая – что в этом проявляется Милосердие Творца. Но они, обращаясь к этим злодеям, говорили о самой первой ступени: «Вы хотите таким образом доказать, что это не Творец? Это Творец!» Согласитесь, это совсем другой взгляд на вещи.

Хазон Иш как бы говорит нам: ты уже в любом случае страдаешь – не усматривай причину в том или другом человеке. И тогда, само собой разумеется, у тебя не будет причины злиться на него, не возникнет желания наказывать или отвечать – ведь ты знаешь, что этот человек – лишь проводник, а решение принимал Творец. Как сказано (Йешаяу, 10:5): «О, Ашур, палка гнева Моего!» Ашур (Ассирия) – всего лишь палка в руках Всевышнего, которой Он наказывал евреев.

Пишет («Драшот а-Ран», 6) рабейну Нисим: человек часто бывает похож на собаку, которую бьют палкой. Собака злится и пытается укусить палку, которой ее бьют. Так же и человек: он пытается реагировать на «палку», бороться с теми, кто приводит приговор в исполнение, вместо того, чтобы обращаться к Тому, кто выносит приговор.

Хазон Иш заканчивает эту часть следующими словами: «Человек, уповающий на Всевышнего, проявляет это и в том, какого рода усилия он прилагает для своего спасения. Всем людям свойственно стараться что-то предпринять в тяжелой ситуации, но такой человек, вместо того, чтобы бегать за влиятельными людьми и изыскивать всякие другие средства, которые не принесут пользы, тщательно проверяет свои дела и обращает свое сердце к раскаянию и возвращению ко Всевышнему, к молитве и благотворительности, чтобы отвратить от себя злое предопределение».

Маленький человек относится к реальности, как к чему-то божественному. Потому все его усилия будут именно в этой плоскости. Большой человек скажет: «Возможно, и следует предпринимать усилия, но это не главное. Главное – раскаяние, молитва и благотворительность. Я проверю свои поступки, посмотрю, что у меня не так, а когда я пойму, что именно я делаю неправильно, то покаюсь и исправлюсь, и это принесет мне намного больше пользы». Иногда человек может ясно видеть духовную причину постигших его  физических неприятностей  – и тогда он знает, в чем ему следует исправлять себя. Это своеобразный проблеск света, который Творец иногда дает человеку, чтобы тот мог «пробудиться» и обратить внимание на некие важные в духовном плане вещи. Часто человек не видит этого. Но если человек обладает качеством упования, то в любой ситуации он сразу же знает, что источник происходящего – Творец мира. Такой человек никогда не будет торопиться закончить молитву, чтобы успеть к врачу. Жертвовать главным ради второстепенного? Возможно, он поторопится закончить с врачом, чтобы успеть на молитву, но не наоборот.

Ко мне обратилась группа девушек из одного семинара, где я преподавал во время повышения квалификации: «Рав, мы ясно видим: все девушки из нашего выпуска – возможно, кроме одной-двух – уже вышли замуж. Кроме нашего класса! Девушки из классов младше нашего на один год и даже на два – тоже все вышли замуж. Сейчас уже начинают выходить замуж девушки, которые младше нас на три года! В нашем классе – почти ни одна не обручена». Я сразу же спросил их: «Как вы считаете, почему так случилось?» Они ответили: «Есть одна учительница, которую мы очень тяжело обидели, когда она учила нас. Она расплакалась прямо в классе. Мы думаем, что причина в этом». Я спросил их: «Так вы знаете, что это из-за нее? Вы подходили к ней, чтобы попросить прощения?» «Да, мы ходили просить прощения, и она сказала нам: “Лично я пожелала бы вам остаться девами до самой смерти”». Услышав такое, каждый содрогнется. Но мы не знаем, насколько больно было ей в том классе… Эти девушки понимали, что причина того, что они не могут выйти замуж не в том, что у этой недостаточно хорошая родословная, а у отца другой мало денег и т. п. Они чувствовали, что есть некая общая причина, причем не материальная, а духовная, связанная с той учительницей, которую они тяжко обидели. Они спросили: «Так что нам делать?» Я ответил: «Лежите около нее на полу, рвите на себе волосы и плачьте горькими слезами, пока ее сердце не надломится, и она не простит вас по-настоящему. У вас нет другого выбора! Переверните миры, чтобы она простила вас!»

Как-то раз одна женщина злословила у себя дома, разговаривая со своим мужем. И вдруг она нечаянно укусила свой язык вместо того, чтобы откусить кусок хлеба. Причем укусила достаточно сильно – а это очень болезненные ощущения. Она сказала мужу: «Вау! Только что я злословила – и Творец уже рассчитался со мной за это!» Во всяком случае, хорошо, что она видит такие вещи.

Часто увидеть такую связь значительно тяжелее. Но Хазон Иш советует: если у вас случилось что-то плохое, подумайте, чем это может быть вызвано. Возможно, у вас получится найти причину. Во-первых, следует понять, что это пришло от Творца, а раз это от Творца – нужно молиться Ему и просить у Него, ведь именно от Него все зависит. И даже если я не знаю причину, одно я знаю точно: это от Него. Может быть, я предприму материальные усилия, поскольку нужно выполнить эту обязанность, но я знаю, что основные усилия должны быть направлены к Б-гу, поскольку только Он может мне помочь. И это то, что пишет Хазон Иш в абзаце, который мы цитировали выше: «…вместо того, чтобы бегать за влиятельными людьми и изыскивать всякие другие средства, которые не принесут пользы, тщательно проверяет свои дела и обращает свое сердце к раскаянию и возвращению ко Всевышнему, к молитве и благотворительности…» – поскольку это именно то, что может помочь.

Подготовил рав Элияу Швальб

[6] Наши великие мудрецы

[6-1] Рав Элияу Лопьян

Рав Шломо Лоренц

До чего доходит благодарность за добро

Одна из известных фотографий рава Лопьяна – та, на которой он подносит кошке молоко. На ней мы видим, что он желает делами рук своих уподобиться Всевышнему в Его милосердии (Теилим, 145:9): «И милосердие Его – на всех созданиях Его».

Мой зять рав Хаим Озер Гурвич, внук рава Элияу, слышал от него, что эту кошку принесли в ешиву для борьбы с мышами, которые развелись там. Узнав об этом, рав Элияу сам отправился дать ей молока – как он объяснил, из долга благодарности за ее «труды».

Рав Элияу счел, что здесь уместно говорить о долге благодарности, на основании сказанного нашими мудрецами о трех первых казнях в Египте – кровью, лягушками и вшами. Моше не наводил их на Египет сам, и они осуществились через Аарона, поскольку у Моше был долг благодарности по отношению к водам египетским, в которых он нашел спасение, будучи брошенным в реку, и к праху египетскому, в котором он скрыл убитого им египтянина. «Отсюда следует, – сказал рав Элияу, – что есть долг благодарности даже по отношению к вещам, которые сделали тебе добро просто в силу своей природы, без особых трудов (и даже более того: эта кошка поедала мышей ради собственной пользы и удовольствия), – и ничто не освобождает здесь от долга благодарности». И как только рав Элияу осознал свой долг, он, по своему обыкновению, тут же исполнил его.

Один из учеников рассказал о нем еще одну историю на ту же тему. Однажды по дороге с утренней молитвы домой рав Элияу остановился поговорить с молодым учеником, и во время разговора начал складывать свой талит на скамье, которая там была. Вдруг он увидел, что скамейка грязная, и тут же поторопился назад в ешиву, чтобы взять полотенце и вытереть ее. Тот ученик рассказывал, что хотел было побежать и опередить его, чтобы самому сделать все это, но рав Лопьян сказал: «Нет! Я должен сделать все сам! У меня есть долг благодарности к этой скамье, на которой я складывал талит!»

 

Погружен в учебу

Сила концентрации была у рава Лопьяна исключительной. Он приучил себя полностью погружаться в изучаемую тему – и погружался настолько, что совершенно не замечал происходящего вокруг.

Во время Второй мировой войны он жил в Лондоне. Город подвергался налетам немецких самолетов, сеявших смерть и разрушение, жители прятались в бомбоубежищах. В одну из ночей была особенно сильная бомбежка, и было крайне опасно находиться вне убежища, но рав Элияу задержался и не спустился туда из бейт мидраша [дома учения]. Проходили часы, а он все не появлялся, и росло беспокойство о его судьбе. В два часа ночи его близкие нашли посланца, который согласился, невзирая на опасность, подняться из бомбоубежища в бейт мидраш посмотреть, что с ним. Войдя в бейт мидраш, тот увидел рава Лопьяна, углубленного в книгу и не знающего совершенно ни о бомбах, сыплющихся на город, ни о тревоге членов его семьи… (со слов моего зятя, рава Хаима Озера Гурвича).

В другой раз, когда рав Элияу уже был в Израиле, его ученик видел, как он стоит в книгохранилище на вершине лестницы, углубившись в книгу. Через три часа этот ученик вновь входит туда – и снова видит его там же, на лестнице, все так же погруженным в чтение…

 

Учиться и повторять на память

И еще об учебе. Однажды рав Элияу сказал моему зятю, раву Хаиму Озеру, что у каждого из нас должна быть какая-то часть материала, заученная наизусть, чтобы в то время, когда нет возможности учиться по книге, он мог заниматься этой темой по памяти. Верный своему правилу не говорить другим того, что он не исполняет сам, он сказал, что выучил на память раздел Мишны Кодшим. В возрасте восьмидесяти пяти лет он перенес глазную операцию по удалению катаракты и во все дни, пока не мог читать, штудировал этот раздел. (Кстати, стоит заметить, что он, по скромности своей, несколько раз просил учеников проэкзаменовать его именно по этому разделу.)

 

Учеба должна быть углубленной

Однажды, когда ему было примерно девяносто лет, он вызвал моего зятя рава Хаима Озера и спросил его: «Ты хочешь поучиться чему-то у девяностолетнего еврея?» Когда тот ответил согласием, рав Элияу сказал ему: «Одни полагают, что нужно учиться, глубоко вникая в материал, а другие – что более целесообразно учиться не столь глубоко, но осваивая за то же время гораздо более широкий круг материала. Сам я испробовал оба этих пути: часть материала изучал так, а часть – по-другому. Ну, и как ты думаешь, что я лучше помню в мои девяносто лет? Только то, что изучал глубоко… Так что учись на моем опыте и посвящай свои лучшие силы углубленной учебе!»

 

Воспитывай юношу сообразно пути его

Одной из жемчужин рава Элияу было его объяснение стиха Писания (Мишлей, 22:6): «Воспитывай юношу сообразно пути его – и тогда, даже когда он состарится, не свернет с него». Говорит рав Элияу: «Если юноша воспитывает себя с молодых лет, то можно быть уверенным, что “даже когда он состарится, не свернет с него”» – с путей своего воспитания, и продолжит постоянно воспитывать себя до седин.

И эти слова в полной мере соответствуют самому раву Лопьяну. Во все дни своей жизни он тщательно взвешивал и обдумывал все. В частности, это проявлялось в том, что он долгие годы постился по понедельникам и четвергам, а также соблюдал обычай асири кодеш [букв. «десятый – святой», пост и тщательный самоотчет каждые десять дней], как это было принято среди учеников ешивы Кельм. В старости, когда он уже перестал следовать этому обычаю, он сказал, что не постится больше не по той причине, что это тяжело, а потому, что его дурное побуждение привыкло к постам и они уже не оказывают на него влияния.

 

Делайте самоотчет!

У рава Лопьяна была поразительная память относительно всех его дел – от самого детства до последних дней. На одном из собраний он говорил, что нужно, чтобы каждый человек записывал свои грехи в особую книжку. Продолжая говорить, он вынул из кармана свою книжку, старую и затрепанную, и сказал, что записывал в ней все свои грехи со дня бар мицвы [в этот день еврейский мальчик начинает отвечать перед Небесами за свои дела], – а ему было в то время уже девяносто лет… В другой раз он сказал моему зятю, раву Хаиму Озеру, что помнит все свои дела с трехлетнего возраста.

Примерно за пять лет до своей кончины рав Элияу тяжело заболел, и его жизнь была в опасности. И он стал молиться о выздоровлении, чтобы иметь возможность совершить тшуву [вернуться к Всевышнему, проверив все свои дела]. Когда молитва была принята и он выздоровел, он всецело посвятил себя этому, также и в своих беседах и выступлениях. В этот период он просил моего зятя, рава Хаима Озера, чтобы тот попросил у своей матери, дочери рава Элияу, чтобы она приехала к нему в Землю Израиля, так как он хочет выяснить у нее имя одного человека, которого он обидел и имя которого забыл, – а она, возможно, вспомнит. Дочь действительно прибыла с этой целью и сразу поехала к раву Лопьяну в Кфар Хасидим. Но когда она вошла к нему, он сказал: «Я это уже исправил».

Во время глазной операции, которую ему делали, у него вдруг опасно поднялось кровяное давление, и один его глаз получил необратимые повреждения. Рав Элияу был в большой опасности в течение нескольких недель, буквально в одном шаге от смерти. Его врачи, из числа ведущих окулистов мира, утверждали, что это был исключительный случай – ведь перед операцией были сделаны все необходимые анализы, и не предвиделось никаких проблем.

Через несколько лет ему потребовалась другая операция. Когда он успешно и благополучно прошел ее, он сказал своему ученику, пришедшему навестить его: «Вы наверняка помните, что в ходе предыдущей операции я был в состоянии опасности для жизни, и причина этого в следующем. Перед тем, как меня внесли в операционную, я подумал, что сейчас идет суд на Небесах, будет ли операция успешной, и нужно делать тшуву. Решил подумать о моих делах – ведь я их помню с юности. Ясно, что у меня резко поднялось давление и возникла угроза жизни. Так на этот раз я уже не хотел подвергать свою жизнь опасности и оставил те мысли…»

 

От всего сердца – в полном смысле слова

Рав Элияу сказал о себе, что никогда не упрекал сыновей в тот момент, когда они делали что-то заслуживающее упрека, – из опасения, что его намерение в этот момент не будет чистым, лишь во имя воспитания, и к нему в какой-то мере примешается гнев. Лишь через какое-то время, убедившись, что гнев прошел, он считал себя вправе упрекать и наказывать их – с целью воспитания. Как-то раз, когда один из сыновей сделал что-то запретное, рав Элияу выждал две недели, прежде чем отчитать его, ибо только тогда он мог быть уверенным, что его гнев прошел.

Рассказывал он и об одном случае, который произошел еще в период его жизни в Лондоне. Пришел к нему какой-то человек и попросил прощения за то, что задел его честь. Рав Элияу попросил его рассказать, когда и как это было, но тот человек стыдился и не хотел рассказывать. И только когда после многих просьб рав Элияу заявил ему, что если так, то он не может его простить, тот человек согласился.

Выслушав рассказ, рав Элияу сказал: «Я мог бы сказать Вам сразу, что прощаю. Но поскольку речь идет о действительно серьезном посягательстве на мою честь, я знаю, что это не будет прощением от всего сердца, и потому я советую Вам прийти ко мне снова через две недели. Тем временем я постараюсь поучить побольше Мусара – и надеюсь, что тогда смогу простить Вас полностью и от всего сердца».

 

Исполнение – строго по букве закона

Ученик рава Лопьяна гаон рав Моше Аарон Штерн, духовный руководитель ешивы Каменец, рассказывал, как однажды, когда он принес раву Элияу завтрак, он увидел того очень уставшим. На вопрос о причине этого рав Элияу ответил, что поднялся сегодня до зари, а когда рав Штерн спросил, зачем ему надо было так рано вставать, если утренняя молитва в ешиве начинается только в семь, он сказал следующее: «Сказано в наших святых книгах, что когда человек приходит в Высший мир, его спрашивают, соблюдал ли он Тору и заповеди. Надо полагать, что приносят четыре раздела «Шулхан Арух» [важнейшего свода законов еврейской жизни, составленного великим мудрецом эпохи ахароним равом Йосефом Каро] и расспрашивают по нему – параграф за параграфом. Начинают с раздела «Орах Хаим» [законы повседневной жизни], а там в первом же параграфе установлен следующий закон: “Пусть человек встает утром, преодолев себя подобно льву, на служение Творцу своему – чтобы стать пробуждающим зарю”. [То есть пусть встает до начала рассвета – и это, конечно, не закон, а достойное похвалы устрожение.] Меня спросят, исполнял ли я это, и ясно, что мне будет неприятно быть уличенным в неисполнении этого в самом начале суда… И потому я поднимаюсь рано утром, чтобы, когда придет время, я мог засвидетельствовать о себе, что исполнял это».

В годы старости рав Элияу был способен изменить свой укоренившийся обычай и начать вставать ранним утром – чтобы исполнять закон строжайшим образом и не отступать от него под предлогом, что «так принято повсюду», или под любым другим.

 

Слова, проникающие в сердце

Сила слов рава Лопьяна и его воздействие на слушателей были совершенно особыми. Слова, выходившие из его чистого сердца, проникали в сердца людей. Это было особенно наглядно на примере учеников ешивы в Кфар Хасидим, которые безоговорочно принимали сказанное им.

Однажды он упомянул в своей беседе, как Хафец Хаим объясняет слова наших мудрецов (Санедрин, 98а) о том, что сын Давида [царь Машиах] придет лишь в том поколении, которое либо целиком достойно, либо целиком недостойно. Они имели в виду, что произойдет четкое разделение лагерей [в одном будут только целиком праведные, а в другом наоборот], и достойные должны оказаться таковыми и внутренне, и внешне. Рав Элияу сказал, что в свете этого следовало бы носить кисти цицит поверх одежды, чтобы показывать этим, к какому лагерю мы принадлежим. И все ученики тут же, без всяких раздумий, вынули кисти цицит, хотя это было тогда чем-то новым, чего почти нельзя было увидеть в ешиве.

Даже когда он еще только учился в «талмуд-торе» в Кельме, чувствовалась сила того, что выходило из его уст. Как известно, Саба из Кельма, рав Симха Зисл установил там обычай не объявлять при вызове к чтению Торы никаких титулов вызываемого, как, например, «взойдет рав такой-то», и объявлять только имя: «Взойдет такой-то». И, тем не менее, он распорядился вызывать рава Элияу, объявляя: «Взойдет рав Элияу», поскольку тот своими словами наделяет многих людей заслугами, а для наделяющего многих заслугами – закон другой.

 

«У меня уже нет “вкуса” к этому миру»

Рав Элияу имел огромное влияние на своих учеников. Следующую историю я слышал от моего зятя рава Хаима Озера Гурвича.

Зять рава Лопьяна р. Кальман Пинский обратился к одному богатому человеку из Южной Африки в надежде получить от него щедрое пожертвование, и представился ему именно как зять рава Элияу. К его удивлению, тот ответил, что зятю рава Элияу Лопьяна он не даст ни копейки…

Свое решение он объяснил тем, что в молодости учился в ешиве в Кфар Хасидим и слышал там беседы нашего рава, но после сбросил с себя бремя Торы и заповедей. Он сказал: «Рав Элияу разрушил всю мою жизнь. После того, как я услышал его слова о пустоте и ничтожестве дел этого мира, нет у меня вкуса и охоты ни к чему в этом мире…»

 

Слова, исходящие из сердца

Не так просто это ему давалось – то, что его беседы имели такую силу.

Перед каждой из них он с большим душевным жаром углублялся в Мусар [учение о совершенствовании душевных качеств]. Однажды, когда он вернулся с дороги за час до беседы, он сообщил, что не сможет ее проводить. Ученики подумали, что это потому, что он устал с дороги, но он сказал: «Я всегда провожу беседу, только если сам чувствую себя на той ступени, о которой идет речь. Чтобы достичь этого, я изучаю Мусар в течение двух часов перед каждой беседой – но теперь остался только час».

В ходе бесед рав Элияу говорил с огромным воодушевлением, с интонацией, подобающей беседе по Мусару, и с большим внутренним чувством. Но когда он учил перед этим Мусар, он пребывал в еще большем воодушевлении и волнении. Однажды он вернулся очень уставшим после проведенной беседы и сказал ученику, что устал не от поста, который он соблюдал в тот день, и не от самой беседы, а от учебы, предшествовавшей ей.

После такой огромной подготовки его слова были в полном смысле, что называется, «исходящими из сердца», и неудивительно, что они были также и «входящими в сердце».

В книге «Лев Элияу» (т. 2, стр. 13) рассказывается следующее: «Однажды к нашему учителю гаону раву Элияу Лопьяну подошел один из учеников ешивы и попросил разрешения поехать на свадьбу своего родственника. Наш учитель спросил его: “Уверены ли Вы, что там не будет прицут [нескромно одетых женщин]?” Ученик, который знал, что там это будет, замялся и пытался оправдываться: “Но мои папа, мама и я будем сидеть за особым столом, и т. п.”, и закончил: “Мне это не повредит”. Наш учитель содрогнулся, услышав эти слова, и ответил так: “Послушайте, пожалуйста! Мне уже за восемьдесят, и я слеп на один глаз – но когда я иду по улице, я полон страха, что оступлюсь, не дай Б-г, увидев то, чего не следует видеть. А Вы, молодой парень с двумя здоровыми глазами, говорите мне, что Вам это не повредит?”»

 

«Чтобы не вставали, когда я вхожу в Дом учения»

Такая черта, как скромность, была запечатлена в его душе в необычайной степени. Рассказы и слухи о его величии в этом ходили в его время во множестве. Мне достаточно будет привести то, что было написано на записке, которую он повесил при входе в ешиву в Кфар Хасидим: «5-е Тевета 5725 (1964) года. Я прошу всех, и также учеников ешивы, не вставать, когда я вхожу в Дом учения; это доставляет мне большое огорчение. Царь Давид сказал (Теилим, 51:5): “Ибо проступки мои знаю я”. Непонятно, что значит “я”. Простой смысл состоит здесь в том, что грехи человека знает только он сам, а остальные люди – нет, и стыдно ему перед ними. Я говорю о себе словами царя Давида: “Ибо проступки мои знаю я”. А если я даю благословения, то лишь сообразно сказанному: “Пусть не будет благословение простого человека маловажным в глазах твоих” (Брахот, 7а), и не более того».

Насколько же это поразительно все это – и насколько далеко от воспринимаемого нашим разумом! Человек, который уже в молодости удостоился явления пророка Элияу и все свои дни пребывает в постах и критическом разборе своих дел, весьма преклонных лет (ему было тогда восемьдесят девять), при всем своем величии в Торе и Мусаре, – не хочет, чтобы ученики ешивы, в которой он исполняет обязанности духовного руководителя, вставали в его честь… Также и в отношении благословений – не видит никакой особой причины, чтобы ему подобало их давать, – и дает только потому, что сказали мудрецы: «Пусть не будет благословение простого человека маловажным в глазах твоих». Подумаем же об этом!

Перевод – рав П. Перлов

[7] Еврейский закон (алаха)

[7-1] Хаей Адам. Законы о готовности к молитве

Рав Авраам Данциг

Законы буднего дня. Утро

Глава 24. Законы о молитве «Шмоне Эсре», об упоминании «Машив а-руах» и «Таль у-матар», а также «Яалэ ве-яво»

1. Перед молитвой нужно произнести стих ה’ שְׂפָתַי תִּפְתָּח («Г-сподь, мои уста открой…») (Теилим, 51:17). И запрещено прерываться для произнесения других стихов, которые приведены в Сидуре, например, כִּי שֵׁם ה’ אֶקְרָא («Когда Имя Г-спода произносить буду…») (Дварим, 32:3). Даже произнести этот стих перед «Г-сподь, мои уста…» нельзя, так как запрещено прерываться между благословением «Гааль Исраэль» («Спасший Израиль») и началом молитвы «Шмоне Эсре». (1)(2)(3)

Но в молитвах «Мусаф» и «Минха» произносить другие стихи перед «Г-сподь, мои уста…» разрешено, ведь этот стих относится к самой молитве «Шмоне Эсре» (гл. 111). (4)

2. Первое благословение называется «Авот» («Праотцы»), потому что в нем упоминаются праотцы. Нужно обратить особое внимание на то, чтобы при его произнесении осознавать смысл слов. Ведь по букве закона, если человек не имел нужного мысленного настроя при произнесении благословения «Авот», он должен начинать молитву сначала. Но в наше время, по великим нашим грехам, он и во второй раз произнесет без должного мысленного настроя, и поэтому не повторяют. Во всяком случае, ясно, насколько велика его обязанность. (5)

И, во всяком случае, как мне кажется, если человек [прочел это благословение без должного мысленного настроя и] спохватился еще до того, как произнес בָּרוּךְ אַתָּה ה’ («Благословен Ты, Г-сподь») в конце благословения, пусть снова начнет со слов אֱ-לֹהֵי אַבְרָהָם («Б-г Авраама»). [В кодексе «Мишна Брура» приведена такая рекомендация: если человек произнес первое благословение без необходимого мысленного настроя и спохватился еще до того, как начал второе благословение, он может подождать до того, как ведущий начнет первое благословение при повторении молитвы вслух. И тогда следует с необходимым мысленным настроем (каваной) выслушать это благословение из уст ведущего – а затем уже шепотом продолжить свою молитву («Беур алаха», 101:1, Ве-а-идна).]

В десять дней раскаяния следует сказать זָכְרֵנוּ («Вспомни нас…»). А если не сказал и уже завершил благословение, то не нужно повторять его вновь.

3. Второе благословение называется «Гвурот» («Могущество»), ведь в нем упоминается могущество Святого, благословен Он, Который оживляет мертвых и т.п. Поэтому установили, чтобы в период дождей в этом благословении произносили מַשִּׁיב הָרוּחַ וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («Посылающий ветер и проливающий дождь»), ведь дождь – это тоже проявление могущества Святого, благословен Он. Эту вставку произносят, начиная с молитвы «Мусаф» праздника Шмини Ацерет и до молитвы «Минха» первого праздничного дня Песаха. А ведущий молитву прекращает уже в «Мусаф».

В десять дней раскаяния следует произнести מִי כָמוֹךָ («Кто подобен Тебе»), но если не произнес, то благословение не повторяют.

Если человек ошибся в своей индивидуальной молитве и не упомянул [вставку מַשִּׁיב הָרוּחַ וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («Посылающий ветер и проливающий дождь»)] в молитве «Мусаф» праздника Песах, то повторять молитву не нужно (ведь, по мнению автора книги «Бейт Йосеф», даже изначально эту вставку не упоминают). [И также не нужно повторять в вечерней и утренней молитве («Мишна Брура» 114:3).] И если человек задержался со своей индивидуальной молитвой до того, как ведущий уже повторил вслух Мусаф, он не должен произносить вставку מַשִּׁיב הָרוּחַ («Посылающий ветер») («Маген Авраам», 488).

4. Запрещено произносить вставку о дожде до того, как перед молитвой ведущий провозгласит: מַשִּׁיב הָרוּחַ וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («Посылающий ветер и проливающий дождь»). Но не так, как это делают некоторые, которые провозглашают только מַשִּׁיב הָרוּחַ («Посылающий ветер») – это «провозглашением» не называется, ведь в некоторых местах и в летний период тоже добавляют מַשִּׁיב הָרוּחַ («Посылающий ветер»). И если эти слова не провозгласили, то членам общины запрещено произносить их [в индивидуальной молитве, читаемой шепотом] до тех пор, пока ведущий не произнесет их при повторении молитвы вслух. И мне представляется, что, если один из молящихся во время [своей индивидуальной] молитвы громко произнес וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («…и проливающий дождь»), то, хотя так делать запрещено, ведь он не слышал [эту вставку] из уст ведущего, тем не менее, услышавшим [вставку из уст этого человека] разрешено произносить ее в своей молитве. [Но и тот, кто не упомянул вставку о дожде в этой молитве, возвращаться не должен («Мишна Брура», 114:4).]

5. Даже те, кто молятся у себя дома или в небольших поселениях [где нет миньяна], должны подождать до времени, когда ведущие молитву уже наверняка провозгласили [эту вставку] в больших общинах.

А тот, кто пришел в синагогу и застал общину во время молитвы [«Шмоне Эсре»], пусть молится и упоминает [вставку], несмотря на то, что он не слышал, как ее провозглашали, так как очевидно, что ее уже провозгласили.

6. В нашей стране в летний период не произносятמַשִּׁיב הָרוּחַ («Посылающий ветер и т.д.»). (6) А если человек по ошибке упомянул это, но не добавил וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («…и проливающий дождь»), [как в сезон дождей], то не надо возвращаться [к началу благословения]. Но если добавил וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («…и проливающий дождь»), то пусть вернется [к началу этого благословения] – к словам אַתָּה גִּבּוֹר («Ты Могуч»). (Мне видится, что, если он уже начал произносить רַב לְהוֹשִׁיעַ מְכַלְכֵּל חַיִּים – «великий Избавитель, питающий живых» – то возвращаться не надо; а если он уже завершил это благословение, то должен возвратиться к началу молитвы). И даже если в тот период была засуха во всей той стране, и все молятся и постятся ради того, чтобы пошли дожди, все равно он должен возвратиться [к началу благословения], ведь невозможно прославлять Всевышнего за то, что является проклятием для других мест. (7)

 

 

Дополнительный комментарий

(1) Молитва ««Шмоне Эсре»»

Молитва «Шмоне Эсре» («Восемнадцать») является центральной частью всего молитвенного служения. Эти восемнадцать благословений были составлены мудрецами Великого Собрания, среди которых были последние пророки – Хаггай и Захарья (Мегила, 17б; «Арбаа Турим», 112).

Уже после разрушения Второго Храма р. Шимон А-Пакули установил ту редакцию и тот порядок этих благословений, которым следуют и сегодня. В тот же период мудрец по имени Шмуэль А-Катан составил еще одно, девятнадцатое, благословение, направленное против еретиков и изменников (Брахот, 28б, р. Йона). Но название «Восемнадцать» – «Шмоне Эсре» – тем не менее, осталось.

В Талмуде и во многих законодательных источниках молитва «Шмоне Эсре» обычно именуется просто тфила («молитва»). Так, данная глава книги р. А. Данцига начинается словами «Перед молитвой нужно произнести стих…» – а имеется в виду «перед “Шмоне Эсре”».

Еще одно распространенное название этой молитвы – «Амида» («Стояние»), поскольку ее произносят стоя.

 

(2) От прошлого избавления – к будущему

Рав А. Данциг подчеркивает, что «запрещено прерываться между благословением “Гааль Исраэль” (“Спасший Израиль”) и началом молитвы “Шмоне Эсре”».

В утренней молитве словами גָּאַל יִשְׂרָאֵל («Спасший Израиль») завершается благословение после чтения «Шма Исраэль» («Слушай, Израиль»). Сам глагол גָּאַל («Спасший») стоит в прошедшем времени (буквально «спас»), так как речь идет об избавлении из рабства в Египте. И поскольку Творец спас наших предков в прошлом, то мы просим в молитве «Шмоне Эсре», чтобы Он избавил нас и в ближайшем будущем («Мишна Брура», 66:33).

В этом смысле молитва «Шмоне Эсре» является прямым продолжением предыдущего благословения, и в этом одна из причин, по которым совмещают заключительные слова этого благословения с молитвой «Шмоне Эсре». По словам мудрецов, совмещающий геулу (т.е. слова גָּאַל יִשְׂרָאֵל – «Спасший Израиль») с тфилой (с молитвой «Шмоне Эсре») «приводит в мир избавление» («Авода ше-ба-лев»).

 

(3) Чтобы не было перерыва

В промежутке между благословением גָּאַל יִשְׂרָאֵל («Спасший Израиль») и началом молитвы «Шмоне Эсре» запрещено не только произносить дополнительные стихи Танаха, как об этом говорит здесь р. А. Данциг, но даже отвечать на «Кадиш» или «Кдушу».

В этой связи в законодательной литературе обсуждается вопрос: должны ли молящиеся отвечать Амен на благословение ведущего после слов גָּאַל יִשְׂרָאֵל. По мнению составителя кодекса «Шулхан Арух», произнесение Амен в этом месте тоже считается «перерывом» (66:7 и 101:1). Но другие законоучители полагают, что Амен отвечают, так как он является как бы частью самого благословения (Рамо, 66:7 и 101:1).

Для того чтобы учесть оба мнения, следует постараться завершить слова גָּאַל יִשְׂרָאֵל («Спасший Исраэль») одновременно с ведущим или начать стих ה’ שְׂפָתַי תִּפְתָּח («Г-сподь, мои уста открой…»), произносимый перед молитвой «Шмоне Эсре», немного раньше, чем ведущий завершит слова גָּאַל יִשְׂרָאֵל (но не следует начинать само первое благословение «Шмоне Эсре») («Мишна Брура», 66:35).

Наряду с этим, во многих ашкеназских общинах принято, чтобы ведущий завершал слова גָּאַל יִשְׂרָאֵל шепотом – и тогда община, не слышавшая завершения благословения, не отвечает Амен. Но ряд авторитетных законоучителей, в числе которых и р. Ш.-З. Ойербах, считают, что ведущий обязан завершить и это благословение в полный голос («Ишей Исраэль», 17:24/83/; «Алихот Шломо», 7:19/28/).

Во всяком случае, изначально следует остеречься, чтобы между благословением גָּאַל יִשְׂרָאֵל («Спасший Израиль») и началом молитвы «Шмоне Эсре» не было даже минимальной паузы, превышающей время, за которое можно произнести короткую фразу Шалом алейхем раби у-мори («Мишна Брура», 111:2).

 

(4) «Мои уста открой»

Мудрецы Великого Собрания установили, что молитву «Шмоне Эсре» следует начинать со строки псалма (Теилим, 51:17): «Г-сподь, мои уста открой, и мой рот восславит Тебя» («Шулхан Арух», 111:1).

Рав Хаим Воложинер поясняет, что, приступая к молитве «Шмоне Эсре», праведники прошлых поколений достигали высочайшего духовного состояния, близкого к пророческому, – их душа поднималась к своему Источнику, а тело становилось безжизненным. Такой человек не мог разомкнуть уста, но просил Творца, чтобы Он раскрыл его уста для молитвы («Нефеш а-Хаим», 2:18).

Вместе с тем, этот стих выражает просьбу каждого молящегося. Ведь человек, понимающий, что сейчас предстоит обратиться к Творцу Вселенной, не способен раскрыть рот от трепета, страха и стыда. И он просит, чтобы Творец вложил в его уста слова молитвы («Сидур Каванат а-лев»).

 

(5) Мысленный настрой в первом благословении

При произнесении всех благословений, включенных в молитву «Шмоне Эсре», человеку необходимо осознавать, что он «стоит перед Шехиной», т.е. обращается с молитвой к Творцу Вселенной (Рамбам, «Тфила», 4:16). Кроме того, молящийся обязан понимать смысл произносимых им слов («Шулхан Арух», 98:1). Поэтому было бы верным предварительно изучить всю молитву «Шмоне Эсре», чтобы понимать каждое ее слово («Мишна Брура», 101:2). Ведь, хотя разрешено произносить «Шмоне Эсре» на любом языке (см. «Шулхан Арух», 101:4), тем не менее, предпочтительно молиться именно на святом языке Торы («Мишна Брура», 101:13).

Верный мысленный настрой является «живою душой» молитвы, ведь мудрецы Талмуда называют ее «служением сердца» – авода ше-ба-лев (Таанит, 2а). И еще в Талмуде сказано: Всевышний «требует сердце» (Санедрин, 106б). «Сердце» в данном контексте – это мысленный и эмоциональный настрой (на святом языке его называют словом кавана от лекавен – «направлять»).

Творец требует от нас не просто механического выполнения Его приказов, а «сердца» – осмысленной духовной работы. Рамбам прямо утверждает, что «молитва без каваны – не молитва» (Рамбам, «Тфила», 4:15). И еще мудрецы говорят: молитва без каваны – как тело без души (см. Абарбанель, Авот, 2:13; «Шней Лухот а-Брит», 1, 249б). А значит, именно кавана – осознанная духовная работа – делает молитву живой и действенной.

Но если человек не в состоянии осмысленно произносить всю молитву «Шмоне Эсре», он обязан с полным пониманием прочитать хотя бы первое благословение «Авот» («Праотцы») (Брахот, 34б; «Шулхан Арух», 101:1) – ведь в нем прославляют Творца («Мишна Брура» 101:3).

В кодексе «Шулхан Арух» указано, что, если человек прочел первое благословение «Авот» без должного осмысления (даже если всю остальную молитву «Шмоне Эсре» он произнес с пониманием), ему следует прочитать всю молитву еще раз (101:1). Но Рамо оговаривает, что в связи с падением духовного уровня поколений (йеридат а-дорот), в наше время молитву не повторяют, так как «при повторении человек, скорее всего, вновь отвлечется и произнесет слова без должного осмысления – а раз так, то для чего повторять?!» (там же). Это послабление связано с тем, что в последних поколениях многие люди постоянно погружены в свои мысли, воспоминания и грезы. Их сознание заморочено стремительно сменяющимися событиями, и поэтому у них, как правило, не бывает должной концентрации при молитве («Шулхан Арух», 70:3, 98:2; р. Э. Деслер, «Михтав ме-Элияу» т. 2, с. 193, т. 4, с. 361-362).

Тем не менее, каждому человеку, безусловно, необходимо постараться приблизиться к осмысленной и сосредоточенной молитве. Ведь к тому, кто проявляет искреннее стремление, приходит щедрая помощь с Неба.

И хотя в наше время молитву не повторяют, все же, если была какая-то конкретная помеха, которая помешала человеку сосредоточиться на благословении «Авот» (например, посторонний предмет в руке или крик ребенка), а теперь помеха устранена, то и в наше время следует повторить молитву («Мишна Брура» 96:2, «Шаар а-Циюн», 2). Однако и здесь имеется в виду человек, который, как правило, молится осмысленно, но лишь на этот раз из-за помехи ему не удалось сосредоточиться на словах молитвы. А человек, и без всяких помех произносящий слова молитвы без осмысления, не повторяет (р. Й. Чезнер, «Сиах Тфила» 3:2:4).

Однако, если еще до завершения благословения «Авот» (т.е. до того, как произнесено имя Творца в конце этого благословения) человек спохватился и поймал себя на том, что механически произносит слова молитвы, ему следует возвратиться к словам אֱ-לֹהֵי אַבְרָהָם («Б-г Авраама») в начале благословения («Мишна Брура», 101:4). А тому, кто спохватился уже после того, как первое благословение завершено, стоит повторить его мысленно – и это тоже способствует исправлению («Сиах Тфила», 3:2:6 от имени Хазон Иша и р. Ш.-З. Ойербаха).

Если же по ходу самой молитвы «Шмоне Эсре» человек заметил, что к ней примешиваются посторонние мысли, ему следует ненадолго остановиться и продолжить после того, как посторонняя мысль уйдет («Шулхан Арух», 98:1). При этом предпочтительнее не бороться с самой мешающей его мыслью, а переключить сознание на слова молитвы и их значение («Тфила ке-Илхата», 5:25/50).

 

(6) В летний период

В земле Израиля дожди идут, как правило, только в зимний период – от праздника Шмини Ацерет (Симхат Тора) до Песаха. В течение всего этого периода во второе благословение молитвы «Шмоне Эсре» добавляют особую вставку מַשִּׁיב הָרוּחַ וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («Посылающий ветер и проливающий дождь») (Таанит, 2а). Так поступают и в ашкеназских и в сефардских общинах.

Но в отношения летнего периода существовали разные обычаи. В некоторых сефардских общинах было принято произносить вставкуמַשִּׁיב הָרוּחַ וּמוֹרִיד הַטָּל («Посылающий ветер и опускающий росу»), а в большинстве других только – מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу») («Каф а-Хаим», 114:17). Однако в ашкеназских общинах в летний период вообще не произносили никакой вставки (Рамо, 114:3, «Мишна Брура», 3, 6, 13-14 и 23; см. «Хаей Адам», 24:6). И все же в самых последних поколениях во многих ашкеназских общинах (и в первую очередь, в Земле Израиля) распространился обычай добавлять летом вставку מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу») («Мишна Брура», «Шаар а-Циюн», 114:16). Эту вставку начинают произносить с молитвы Мусаф первого дня праздника Песах (вместо зимней вставки, посвященной дождю). Но в некоторых местах вне Земли Израиля эту вставку по-прежнему не произносят («Ишей Исраэль», 23:26; «Тфила ке-Илхата», 12:27-29/68/). В этих общинах зимнюю вставку произносят не до Мусафа, а «до молитвы Минха первого праздничного дня Песаха», как и указывает р. А. Данциг в книге «Хаей Адам» (24:3; «Сиах Тфила», 20:8:3).

Эта различие в обычаях в ряде случаев приводит к разным законодательным выводам, которые проявляются, в том числе, и в зимний период.

Так, если в сезон дождей человек по ошибке произнес летнюю вставку מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу») и спохватился уже после того, как начал следующее благословение אַתָּה קָדוֹשׁ («Ты свят»), то возвращаться назад не нужно. Ведь слова «Опускающий росу» тоже являются прославление Б-га, а роса бывает в Земле Израиля не только летом, но и зимой («Шулхан Арух», 114:5-6, «Баэр Эйтев», 9, «Беур Алаха», «Эйн»). Однако в общинах, где летнюю вставку не произносят, человек, который в сезон дождей забыл произнести вставку о дожде и уже перешел к следующему благословению, должен вернуться к самому началу молитвы.

К тому же, если человек не помнит, произнес ли он в сезон дождей вставку о дожде, то в местах, где летом говорят מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу»), продолжают молитву дальше (ведь задним числом этой вставки достаточно и зимой). Но в местах, где летом вставку не произносят, там в течение первых тридцати дней с добавления зимней вставки, возвращаются к самому началу молитвы (Рамо, 114:8), ведь там человек, скорее всего, никакой вставки не произнес, как привык делать летом (см. «Хаей Адам» 24:9; «Сиах Тфила», 20:9:5).

А если в летний период человек по ошибке начал произносить зимнюю вставку, но успел сказать толькоמַשִּׁיב הָרוּחַ («Посылающий ветер») и еще не упомянул дождь, то в общинах, где произносят מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу»), можно сразу же добавить וּמוֹרִיד הַטָּל («…и опускающий росу»). В этом нет никакой проблемы, ведь и летом можно прославить Творца за то, что он «посылает ветер».

И если в общине, где произносят летнюю вставку, человек пропустил её, ему не нужно возвращаться назад, ведь произносить эту вставку – только обычай, и есть общины, в которых ее не произносят. Но все же, если он еще не сказал בָּרוּךְ אַתָּה ה’ («Благословен Ты, Г-сподь») в конце благословения, лучше вставку произнести, чтобы не изменять обычаю, принятому в данной общине («Сиах Тфила», 20:8:5-6).

Если житель Земли Израиля, где произносят вставку מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу»), выехал в летний период заграницу, где летней вставки не произносят, он может по-прежнему следовать своему обычаю. Но если он становится ведущим молитву, он должен говорить так, как принято в той общине. И точно так же, когда житель другой страны, где вставку не произносят, приезжает летом в Землю Израиля, он может следовать там своему обычаю, кроме случая, когда он ведет общественную молитву. А если он хочет, то может, пока он в Земле Израиля, добавлять эту вставку и во все свои индивидуальные молитвы («Алихот Шломо», «Тфила», 8:10).

 

(7) Летние дожди

Как уже упоминалось, в Земле Израиля дожди бывают, как правило, только в зимний период – до праздника Песах. И если в летний период человек по ошибке произнес зимнюю вставку וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («…и проливающий дождь»), он обязан вернуться назад, чтобы исправить свою ошибку – даже если в его стране царит засуха, и «все молятся и постятся ради того, чтобы пошли дожди» («Шулхан Арух», 114:4, «Мишна Брура», 22; «Хаей Адам», 24:6).

Этот закон связан со словами Мишны о том, что, если в Земле Израиля «дожди пошли уже после того, как завершился месяц Нисан (т.е. началось лето) – это знак проклятия (симан клала)». Это подтверждается словами пророка Шмуэля (1, 12:17), который сказал народу Израиля, просившему поставить над собой царя: «Ведь ныне жатва пшеницы, а я воззову к Б-гу, и даст Он гром и дождь, и вы узнаете и увидите, как велико ваше зло, совершенное перед Б-гом, когда вы просили себе царя» (Таанит, 12б). Из этих слов Шмуэля очевидно, что дождь летом, в пору жатвы и сбора урожая, считается наказанием. Ведь дождь побивает созревшие колосья и способствует загниванию зерна.

В связи с этим Раши так и объясняет: «Дожди летом являются знаком проклятия из-за жатвы» – поэтому «молящийся о дожде летом поступает неверно, и он должен вернуться к началу молитвы» (Раши, Таанит, 3б; см. Раши, Шмуэль, 1, 12:17; «Даат Зкеним», Дварим, 11:14). Именно это и имел в виду р. А. Данциг, говоря, что «невозможно прославлять Всевышнего за то, что является проклятием для других мест (т.е. для Земли Израиля)».

Особый вопрос возникает в отношении тех еврейских общин, которые расположены в южном полушарии, где лето совпадает по времени с сезоном дождей в Земле Израиля. В большинстве из этих мест (в Южной Америке, Южной Африке и Австралии) дожди бывают в течение всего года, но большинство дождей – именно летом, когда пора дождей и в Израиле. В наши дни в большинстве еврейских общин этих стран принято, что зимнюю вставку וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («…и проливающий дождь») произносят там, как и в северном полушарии, от Суккота до Песаха – т.е., когда в этих странах лето. Но в некоторых сефардских общинах эту вставку не произносят вообще, так как летом, как некоторые считают, дожди в этих странах приводят к болезням и вредят урожаю, а зимой они не нужны в Земле Израиля, где в это время летний период («Пискей Тшувот», 114:7). А некоторые законоучители считают, что в этих странах следует произносить в течение всего года только вставку о росе – чтобы не входить в сомнительную ситуацию, связанную с произнесением зимней вставки «…и проливающий дождь» в летний период («Минхат Ицхак» 6, 171; «Диршу», 114/23/).

В заключение важно отметить, что, согласно мнению, приведенному в Иерусалимском Талмуде, летние дожди в Земле Израиля служат «знаком проклятия» только в тех случаях, если их вообще не было вовремя, в период дождей. Но если дожди уже шли зимой, то и летом они тоже «знак благословения» – симан браха (см. Риф, Таанит, 5б; «Тосафот Йом-Тов», Таанит, 1:7; «Шулхан Арух», 575:7).

Продолжение следует

Перевод и комментарии – рав Александр Кац. Редакция «Беерот Ицхак» сердечно благодарит рава Моше Хенина и издательство «Тора Лишма» за право публиковать отрывки из готовящейся к выходу книги «Хаей Адам».

[7-2] Введение в законы Шаббата. Порядок изготовления полотнищ

Рав Александр Кац

Продолжение

(21) Работа «завязывать»

Работа «завязывать» (קּוֹשֵׁר – кошер) заключается в соединении двух тканей или двух веревок с помощью узла.

При изготовлении шатра Откровения завязывали нити, которые порвались, когда из них ткали полотнища. Кроме того, ловцы хилазона вязали сети для лова (Шаббат, 74б, Раши).

Согласно мнению Раши, по Торе запрещено завязывать лишь такие узлы, которые затягивают навсегда (или, по крайней мере, на длительный срок). Завязывание всех подобных узлов и является основной работой – ав мелаха (Раши, Шаббат, 111б; «Орхот Шаббат» 10, с. 325).

Но Рамбам считает, что из Торы запрещены лишь такие узлы, которые завязывают профессиональным образом – маасе уман (Рамбам, «Шаббат», 10:1). К этой категории относятся, например, узлы, которые завязывают погонщики верблюдов и моряки (Шаббат, 111б), а также узлы, которые делают сапожники при изготовлении сандалий (Рамбам, «Шаббат» 10:1). В кодексе «Шулхан Арух» приведено мнение Рамбама: завязавший прочный узел, выполненный профессиональным образом, ответственен по закону Торы («Шулхан Арух», 317:1). А Рамо приводит и мнение Раши.

Учитывая оба приведенные мнения, работа кошер выполняется при завязывании любого прочного узла, способного продержаться длительное время (больше суток или, по облегчающему мнению, неделю и больше). При этом «профессиональный узел» (маасе уман) запрещено завязывать даже на самое короткое время. Но обычный узел по закону Торы на короткое время завязать можно. Однако, поскольку точно неизвестно, какие именно узлы, помимо указанных выше, считаются «профессиональными», а какие – нет, мудрецы устрожили требования закона, запретив завязывать любой прочный, например, двойной узел даже на самое короткое время (Рамо 317:1, «Мишна Брура», 14).

Хотя обычно работа «завязывать» связана с соединением двух веревок или предметов, тем не менее, завязывать узел на конце или посередине одной веревки тоже запрещено Торой. Ведь в таких случаях крепко держится даже одинарный узел, поэтому он приравнивается к двойному (Рамо, 317:1, «Мишна Брура», 15; «Хаей Адам», 26-27:1).

Однако в большинстве случаев (кроме указанных выше) одинарный узел вообще не считается «узлом», потому что он сам по себе держаться не будет. Соответственно, связывать одним узлом два конца ткани или два конца веревки разрешено («Хаей Адам», 26-27:1; «Орхот Шаббат», 10:10). Но если одинарным узлом стягивают два конца проволоки, то он будет крепко держаться, и это запрещено Торой («Шмират Шаббат ке-Илхата», 15/166/).

Бантик тоже не считается узлом («Шулхан Арух», 317:5), ведь при этом связывают не концы, а середину двух шнуров, и такое соединение не будет долго держаться («Орхот Шаббат», 10:12). И также разрешено делать бантик на бантике, ведь ни первый, ни второй из них «узлом» не считается. Но в отношении бантика поверх одинарного узла принято устрожать, так как бантик укрепляет и сохраняет этот узел. Однако на короткое время (менее чем на сутки) такую комбинацию одинарного узла и бантика делать разрешено («Мишна Брура», 317:29; «Орхот Шаббат», 10:13-14). Соответственно, разрешено завязывать галстук. Но если его завязывают так, что посередине образуется устойчивый узел, то его необходимо развязать в течение тех же суток («Орхот Шаббат», 10:23; см. «Мишна Брура», 317:6).

Производной работой (толада) от основной работы кошер является скручивание нескольких веревок или нитей в одну более толстую (Рамбам, «Шаббат» 10:8; «Мишна Брура», 317:34). Но некоторые законоучители считают, что это действие относится к другой работе – тове, «прясть» («Хайе Адам», 25:1; «Мишна Брура», 344:11:2; см. выше).

 

(22) Работа «развязывать»

Работа «развязывать» (מַּתִּיר – матир) заключена в развязывании прочного узла (т.е. такого узла, который запрещено завязывать в Шаббат из Торы). Это основная работа – ав мелаха (Шаббат, 111б; Рамбам, «Шаббат», 9:7).

При изготовлении Шатра Откровения ловцы хилазона иногда отвязывали веревки от одной ловчей сети и добавляли их в другую (Шаббат, 74б, Раши). В этой связи некоторые авторитетные законоучители полагают, что из Торы запрещено лишь такое «развязывание», которое совершается для того, чтобы затем вновь завязать эту веревку узлом в другом месте (Тосафот, Шаббат, 73а). Но другие это мнение оспаривают и указывают, что из Торы запрещено развязывать прочный узел, даже не имея в виду завязать другой («Беур Алаха», 317:1, «Дино кмо»).

Согласно закону Торы, разрешено развязывать обычный прочный узел, завязанный лишь на короткое время. И все же, поскольку точно неизвестно, какие именно узлы считаются «профессиональными» (маасе уман), мудрецы запретили завязывать и развязывать любой прочный, например, двойной узел. Однако если такой двойной узел причиняет человеку боль и страдания, развязать его можно (Рамо 317:1, «Мишна Брура», 14). А если шнурок, который обычно вообще не завязывают узлом, а делают бант, все же, вопреки намерению человека завязался двойным или подобным прочным узлом, то в случае необходимости разрешено его развязать, а если невозможно развязать, то и разорвать («Хаей Адам», 26-27:2; «Зихру Торат Моше», 30:1; «Мишна Брура», 317:23).

И также, по мнению многих авторитетных законоучителей, разрешено развязывать двойные узлы, которые, как правило, не принято завязывать крепко – в частности, на женском головном платке, который завязывают лишь на короткое время («Шмират Шаббат ке-Илхата», 15/167/; «Орхот Шаббат», 10:6/16/ от имени р. Й.-Ш. Эльяшива).

Производная работа (толада) от основной работы матир – расплетать веревку на составляющие ее более тонкие (Рамбам, «Шаббат», 9:8; «Мишна Брура», 317:34). Но другие относят это действие к другой работе – поцеа («распускать»; см. выше).

 

(23) Работа «сшивать»

Работа «сшивать двумя стежками» (תּוֹפֵר שְׁתֵּי תְפִירוֹת – тофер штей тфирот) заключается в сшивании двух кусков ткани.

При изготовлении Шатра Откровения сшивали полотнища (Раши, Шмот 26:3 и Шаббат 73а).

Минимальный объем работы, за который нарушитель ответственен по закону Торы, указан в мишне – «два стежка» (Шаббат, 7:2). Сначала игла и нить проходят через оба соединяемые куска ткани в одном направлении (это первый стежок), а затем – в противоположном направлении (это второй стежок). Но и сделав два стежка, нарушитель ответственен по закону Торы только в том случае, если он закрепил два конца нити узлом – ведь без этого стежки сразу же разойдутся (Шаббат, 74б, Раши; Рамбам, «Шаббат», 10:9; «Орхот Шаббат», 11, с. 343).

Работа «сшивать» считается выполненной даже в том случае, если после двух стежков сделан лишь одинарный узел. Но если завязывают двойным узлом, то при этом совершаются две запрещенные работы – и «сшивать», и «завязывать» («Мишна Брура», 340:27; см. комментарий р. Овадьи из Бартануры). А если нарушитель делает больше двух стежков, то он ответственен по закону Торы за выполнение работы «сшивать», даже если не завязал нитку (Рамбам, «Шаббат», 10:9; «Мишна Брура», 340:27). И хотя ответственность по закону Торы наступает только при завязывании нити после двух стежков или при трех и более стежках, тем не менее, запрещено делать два стежка даже без последующего завязывания («Мишна Брура», 340:27; «Орхот Шаббат», 11, с. 343).

Запрещено также затягивать нить, чтобы укрепить ослабевший шов в уже сшитой одежде, и затянувший такую нить ответственен по закону Торы (Шаббат, 75а, Раши; «Шулхан Арух», 340:6; «Хаей Адам», 28:2).

Основная работа тофер осуществляется именно при соединении кусков ткани с помощью нити. А производной работой от тофер является соединение двух листов бумаги или двух кусков кожи с помощью клея (Рамбам, «Шаббат», 10:11; «Шулхан Арух», 340:14).

 

(24) Работа «рвать»

Работа «рвать для того, чтобы сшить двумя стежками» (קּוֹרֵעַ עַל מְנָת לִתְפֹּר שְׁתֵּי תְפִירוֹת – кореа аль манат литфор штей тфирот) заключается в разрывании ткани для зашивания и исправления.

При изготовлении Шатра Откровения мастера разрывали для исправления ткань полотнища. Например, если полотнище проедала моль, то перед тем, как зашить образовавшееся круглое отверстие, разрывали ткань выше и ниже него, чтобы не было складок при зашивании (Шаббат, 75а, Раши).

И поскольку никакой другой потребности в разрывании ткани при изготовлении Мишкана не было (Раши, Шаббат, 73а), основной работой (ав мелаха) считается только разрывание для последующего исправления. Но если человек разрывает ткань для другой цели – например, разрывает край одежды в скорби по умершему – это производная работа (толада) от основной работы «рвать для того, чтобы сшить». А если человек разрывает без всякой цели – просто для того, чтобы испортить, то запрет Торы при этом не нарушается (Шаббат, 105б; Рамбам, «Шаббат», 10:10; «Мишна Брура», 340:44). Но мудрецы запретили рвать и для того, чтобы испортить («Мишна Брура», 340:43; «Орхот Шаббат», 11 с. 349).

Минимальный размер разрыва, за который нарушитель ответственен по закону Торы, указан в мишне – нужно, чтобы при последующем зашивании на месте разрыва уместились бы два стежка (Рамбам, «Шаббат», 10:10).

Производной работой от основной работы кореа («рвать») является разъединение двух склеенных листов бумаги или кусков кожи для какой-либо конструктивной цели (Рамбам, «Шаббат», 10:11; «Шулхан Арух», 340:14, «Мишна Брура», 43).

 

[8] Еврейский дом

Памяти рабанит Гиты Леи Зильбер

[8-1] Нет депрессии!

Духовная профилактика душевных проблем

От редакции. Данную статью ни в коем случае нельзя считать заменой квалифицированной медицинской помощи в случае клинической депрессии.

Героическая еврейская женщина! Чего только не приходится ей терпеть. В том числе и несправедливые обвинения в несостоятельности как матери. Время от времени вновь всплывает и мусолится в СМИ какая-нибудь история, поражающая воображение. Как результат – новые необоснованные обвинения, выдвигаемые против всего религиозного общества в целом.

Примечательно, что, когда речь идет о бедной семье, говорят, что мать не справилась из-за бедности. Типичный вывод: «денег нет – не заводите детей». Но если семья была достаточно обеспечена, то «общественное мнение» начинает искать иные поводы для обвинений. Например, несмотря на материальное благополучие, мать наблюдалась у психиатра или принимала таблетки от депрессии. То есть неважно, какую финансовую базу имеет семья, главное – «зацепиться» за внутренний мир матери.

Наше время характеризуется, к сожалению, довольно большим количеством людей, в разной степени пользующихся успокоительными, таблетками для концентрации внимания, антидепрессантами. Видимо, наше поколение окончательно ослабло, наши души настолько измельчали, что просто не в состоянии справиться даже с минимальной нагрузкой. Вероятно, Машиах уже близко.

Интересно, что депрессивное расстройство известно еще из древности. Во времена Гиппократа это состояние врачи характеризовали, как овладение человеком «черной желчью». В наших еврейских источниках оно также известно под этим названием. То есть врачи подозревали, что эта болезнь имеет физиологические причины. Источником этой болезни считалась одна из основ, из которых состоит человеческое тело: земля. [Всего их четыре: огонь, вода, воздух, земля.] Это – самая материальная из всех четырех основ. Рамбам видел три причины появления «черной желчи»: неправильная работа печени, неправильное питание (способствующее загустеванию крови), слабость селезенки (которая не помогает в работе печени).

До открытия антидепрессантов для лечения расстройств активно использовали медикаменты с возбуждающим эффектом, которые способны вызвать состояние эйфории. Такими стимуляторами были опиум (и его производные – опиаты), кофеин, женьшень. Наряду с ними для уменьшения возбудимости и снятия тревоги применяли соли брома, валериану, мелиссу, пустырник.

В наше время с помощью таблеток-антидепрессантов можно откорректировать настроение до присущей индивидуальной нормы, стабилизировать эмоциональный фон, уменьшить беспокойство и тревожность, устранить заторможенность, увеличить двигательную и умственную активность. На сегодняшний день выделено 30 химических посредников – медиаторов, в задачи которых входит перенос информации от одного нейрона к другому. Непосредственное отношение к депрессивным расстройствам имеют три медиатора – биогенные амины: норадреналин, дофамин и серотонин. Таблетки против депрессии регулируют необходимый уровень концентрации одного или нескольких медиаторов, тем самым корректируя нарушенные в результате заболевания механизмы работы мозга.

Все это призвано внушить нам оптимизм. Врачи обещают скорректировать процессы, происходящие в нашем теле, – и все вернется в норму. Тем не менее… Очевидно, что таблетки не всегда могут стать решением. Множество случаев, о которых мы слышим, показывают, что иногда медицинское вмешательство, психологическая помощь, различные терапии не помогают. В конце концов, все описанные проблемы связаны с внутренним миром человека. Поэтому стоит быть очень осторожными с состоянием ацвут, отнестись чутко к грусти, и не дать им перерасти в настоящую депрессию.

Раби Нахман из Бреслава считает, что человек способен сам ввести себя в ацвут и самостоятельно выйти из него. Если человек погружен в печаль, следующей стадией будет депрессия, мара шхора («черная желчь»). Человек, погруженный в грусть, производит в своем теле повышенные количества «черной желчи», словно больной. Эта желчь затормаживает кровь, не дает жизненной силе проходить к мозгу. Интересно, что раби Нахман разделяет грусть, идущую от селезенки и являющуюся деструктивной, абсолютно плохой чертой, – и лев нишбар, то есть «сердце сокрушенное» – качество, о котором в Теилим написано, что «Всевышний не будет его презирать» (Теилим, 51:19). Раби Нахман говорит, что «черная желчь» опасна, и тень смерти пребывает рядом с таким человеком.

Но «сердце сокрушенное» – это созидательная сила, порождающая жизнь, дающая импульс двигаться дальше. «Черная желчь» заставляет человека чувствовать себя одиноким, покинутым, никому не нужным. Он не чувствует вкуса ни к чему, нет надежды, и даже его тело физически меньше двигается, тяжелеет. Но «сокрушенное сердце» не заслоняет перед человеком надежду и будущее. Оно дает ему силы изменять свою жизнь.

Склонность человека к «черной желчи» или к «сокрушенному сердцу» – в свойствах его характера. Если при появлении трудностей человек оправдывает приговор Небесного суда, признает свою вину, смиряется, исправляется и просит Всевышнего о милости, то это – «сердце сокрушенное». Однако если человек – гордец, обвиняющий Небеса в «неправильном суде», если он ворчит на свою жизнь и гневается – это «черная желчь».

Интересно, что современное немедикаментозное лечение включает в себя «лечение прекрасным», например, арт-терапию, терапию музыкой. Но нам уже известны примеры подобного из еврейской истории. Царь Шауль лечил свое дурное состояние духа (руах раа), вызванное тревогами и завистью, именно музыкой. Для него играл Давид. Однако раби Нахман, которого можно назвать специалистом по настроению и внутреннему миру, дает другой совет.

В книге раби Нахмана «Ликутей Моаран» (часть 2, 23) написано: «По поводу радости. Приведем притчу. Иногда, когда люди радуются и танцуют, они хватают одного человека извне [круга танцев], который пребывает в грусти и [состоянии] “черной желчи”. Его насильно втаскивают в круг танцующих и заставляют, даже если он не хочет, радоваться и веселиться вместе с ними. [И он может радоваться!] Это происходит потому, что, когда человек радуется, несмотря на грусть, «черную желчь» и свои мучения, тогда [эти ощущения] скрываются от него, уходят в сторону.

Но есть более высокая ступень: постараться и преследовать свою грусть самому, и ввести ее [вместе с собой в состояние] радости. Сделать так, чтобы грусть сама превратилась в радость. Тогда его “черная желчь” и все его страдания обратятся в радость. Потому что так происходит с тем, кто [погружается в состояние радости] – от увеличения радости и ликования его волнения, грусть, уныние превратятся в радость. И именно об этом написано: “веселье и радость найдут они, и удалятся печаль и стенание” (Йешаяу, 35:10). Печаль и стенание спасаются бегством от радости! <…> Поэтому нужно ввести их насильно внутрь радости, ведь они убегают от нее. Ибо печаль и стенание – порождения “другой стороны” [то есть сил зла] этого мира, они не хотят приближаться к святости, поэтому бегут от радости. Из-за этого их нужно насильно вводить в радость, то есть в святость».

Это тем более касается религиозных женщин, которым известно, что нужно служить Всевышнему в радости. Раби Нахман дает еще совет: нужно «держаться хороших дней». Что это значит? «Как несколько слепых, которые держатся за одного зрячего и доверяют ему», – говорит раби Нахман. «Так же, как слепые идут за зрячим, так же «слепые» дни пусть держатся за день, наполненный светом от Всевышнего, день, когда человек смог усилиться и приблизиться к Нему – и получил свет. Пусть и сейчас пробудится его сердце от того духовного рассвета, который он наблюдал тогда, но теперь упал с того уровня. Пусть вернется он в те дни (и возьмет свет оттуда)» («Ликутей Моаран» 141).

Если в прошлом человек пережил счастливое событие, которое дало ему свет, то в минуты временного упадка сил ему стоит вспомнить те дни, свои ощущения тогда. Если сейчас внутреннее зрение человека не видит, что могло бы порадовать его, он, как слепой, не видит того хорошего, что скрыто от него, то пусть возьмет свет своим глазам из того времени, когда его внутреннее зрение было открыто. То есть вспомнит хорошие дни, и это поможет увидеть настоящее в лучшем свете.

Известная фраза раби Нахмана: «Большая мицва (заповедь) – пребывать в радости всегда», но верно и иное ее прочтение: «Большая радость – пребывать в заповеди всегда». Существует история-мидраш о царе Давиде. Как-то раз, будучи в бане, он осознал, что сейчас не исполняет никакой заповеди: ни тфилина, ни талита. Даже Тору не может учить. Царь расстроился. По-настоящему расстроился, как может расстроиться только царь Давид, оказавшись без возможности исполнить заповедь! Но затем он осознал, что одна заповедь все равно с ним – мицват брит мила, заповедь обрезания. Какая же это была радость! Он сказал об этом: «Радуюсь я словам [это о брите] Твоим, как нашедший великую добычу» (Теилим, 119:162). Что было бы, погрузись он тогда в беспросветную грусть от одной этой мысли – «нет у меня ни одной заповеди в бане»?! Но он искал и нашел.

Поскольку ацвут – одно из проявлений дурного начала, «сидящего на вратах сердца», а исполнение заповедей прогоняет йецер а-ра с насиженного места, то ясно, что заповеди позволяют крови, жизненной силе, течь от сердца свободно, питая все органы тела.

Человек может подумать: «Разве так уж важна исполненная мной заповедь? Ведь многие люди исполняют заповеди, а я сам не на таком уж высоком духовном уровне». Однако то, что человек пребывает в этом мире, как известно, само по себе свидетельствует о том, что этот мир не может существовать без этого человека. Все люди – разные, у каждого – своя задача. Иначе зачем Всевышний создал такую удивительную систему генов, хромосом, уникальных генетических кодов. Каждый человек абсолютно уникален, даже однояйцевые близнецы – на самом деле разные. Если уж к каждой травинке приставлен персональный ангел, следящий за ее ростом, то тем более – к каждому человеку. Так и заповеди, исполняемые каждым человеком, – уникальны. Никто не может сделать за другого его мицву, пройти за другого его путь. Эта мысль может помочь справиться с грустью, поскольку быть нужным – одна из основных потребностей любого человеческого существа. Более того, каждый нужен именно на том месте, куда Всевышний его привел. Здесь человек лучше всего исполняет свое предназначение. Возвращаясь к словам раби Нахмана, вместо ропота против приговора Небес (свойство «черной желчи»), нужно присмотреться к происходящему и попробовать понять, почему Всевышний привел меня именно в эту ситуацию.

Рав Замир Коэн приводит такой интересный пример на тему ацвут. В книге Дварим есть стих: «Человек – дерево в поле» (Дварим, 20:19). Человек сравнивается с деревом. Мы знаем, что летом дерево цветет и плодоносит, а зимой листья опадают. Разница между летом и зимой в том, что летом есть тепло и свет, а зимой тепла нет, света гораздо меньше, – и дерево теряет листву, выглядит как мертвое. Но стоит пригреть весеннему солнышку… Так же и человек – если не получает тепло и свет, чувствует себя мертвым. Поэтому лекарством от ацвут для «мертвого» человека может стать тепло и забота о нем. А какой свет имеется в виду? Свет Торы. «Потому что свеча – заповедь, а Тора – свет». Тора сама по себе названа светом. То есть, занятие Торой даст человеку свет, который отдалит от него грусть, ибо таково ее свойство.

Рамхаль в книге «Дерех Ашем» пишет, что все науки этого мира дают человеку только знания. Тора же несет ему свет. Этот свет улучшает его самого, его природу, качества его характера. Рамхаль говорит, что «Всевышний привязал к словам Торы высочайший духовный свет». И этот свет входит в человека в процессе учебы.

Но вернемся к проблемам женщин. Основными факторами (помимо чисто физиологических гормональных изменений), способными вызвать послеродовую депрессию (самую частую в нашем обществе), считают:

1. Физическое и моральное истощение после родов.

2. Тяжелую беременность, роды с осложнениями, долгий восстановительный период, вызвавшие сильный стресс.

3. Несоответствие действительности желаемому: разочарования, связанные с новорожденным.

4. Отсутствие моральной, физической, материальной поддержки со стороны мужа и/или близких.

5. Низкую стрессоустойчивость, зацикленность на негативе, общий депрессивный настрой.

Современные врачи рекомендуют полноценный отдых, сбалансированное питание, свежий воздух и физические упражнения, прогулки, купание. Психологи советуют близким обратить внимание на переживания, опасения и страхи женщины, окружить ее теплом и заботой. Кроме того, самой женщине стоит подобрать для себя приятную музыку, яркую и насыщенную цветовую гамму (с преобладанием красного и оранжевого) для тех предметов, которые ее окружают, круг общения – людей, от которых она наполняется оптимизмом.

Интересно, что Рамбам вполне согласен с этими рекомендациями. Своему султану (Салах-ад-Дину), который страдал от целого букета заболеваний, в том числе от мара шхора, Рамбам советует: разнообразное питание в подходящее время, режим, физические упражнения, включая дыхательные, чтение и слушание музыки, прогулки в саду и на дикой природе, приятные беседы с друзьями, купание и сон. Женщинам эти рекомендации помогут избежать или улучшить наше состояние в отношении первых двух из перечисленных факторов, более физиологических.

Рамбам также дает человеку программу, несколько этапов, как самому постараться выйти из душевного кризиса. Среди этих этапов есть, например, Стройка. На данном этапе человеку предлагается прекратить обвинять во всем обстоятельства, перестать считать, что его счастье зависит от других, что «они» сделали его несчастным, присмотреться к собственному внутреннему миру. Изучить связь между собственными действиями, чувствами и мыслями. Когда он осознает, что его чувства зависят только от него самого, он обнаружит, что в нем оказывает влияние, а что – принимает это влияние, обнаружит свою силу влиять на собственное отношение к происходящему и на настроение. То есть, если человек не может изменить обстоятельства, то он должен поменять свое отношение к ним.

Кроме того, есть Разделение. На этом этапе человек способен взять на себя ответственность за свою жизнь. Он может понять свои нужды и признать их важность. Эти два этапа помогут побороться с третьим и четвертым факторами послеродовой депрессии. Признать, что наши, возможно, завышенные, ожидания привели к разочарованию и изменить свое отношение к происходящему – в силах человека. Отсутствие подобающей помощи со стороны близких соотносится с советом «перестать считать, что наше счастье зависит от других». Кроме того, «взять на себя ответственность за свою жизнь» поможет не опускать руки при отсутствии помощи. «Если не я для себя – то кто для меня?» (Пиркей Авот, 1:14).

Есть и этап Боль. Это способность человека исцелить самого себя. Когда человек обнаруживает в себе самую нижнюю точку отчаяния, он не должен бежать от нее. Он всматривается в нее, не отталкивая. Он изучает ее до конца, чтобы больше не бегать от нее, чтобы излечиться. Погрузиться, чтобы вынырнуть. Это похоже на неделю полного погружения в горе во время дней Шива. Человек семь дней обязан думать только о своей утрате, чтобы сполна пережить ее и, по окончании дней траура, встать. Но встать, пережив это, смирившись с этим. В отношении «ацвут» такой подход спасает от «зацикленности», от постоянного возвращения к пережитому, то есть от последнего пункта.

В заключение хочется сказать, что все приведенные советы можно использовать вместе или чередовать, главное – чтобы помогло. Например, слушать музыку, гулять на природе, делать зарядку, плавать – и пребывать в радости, исполняя таким образом заповедь. Беседовать с приятными людьми, встречаться с друзьями – на уроках еврейской этики или на уроках Торы.

Мы с вами уникальны, каждый человек в этом мире – нужен. Без нас этот мир, такой, каким его задумал Творец, не может существовать. Берегите себя! В отношении здоровья, в том числе физического, у нас написано: «И берегите очень души ваши» (Дварим, 4:15). Это включает в себя и избегать опасности. Даже о соблюдении Шаббата не написано «очень». Следовательно, в отношении собственного душевного и физического здоровья не должно быть никаких послаблений!

Подготовила Зисси Скаржинская

 

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

Добавить комментарий