Рав Аарон Йеуда Лейб Штейнман и рабанит Тамар

Дата: | Автор материала: Рав Арье Кац

834
рабанит тамар штейнман личный пример рав аарон йеуда лейб штейнман

Рабанит Тамар Штейнман

Будущая рабанит Тамар Штейнман, дочь рава Шамая Шраги и рабанит Сары Корнфельд, родилась 15 сивана 5669 (4 июня 1909) года в польском городке Вольбром, недалеко от Кракова. Среди ее предков были величайшие мудрецы Торы разных поколений — руководители Гурского хасидского двора рав Ицхак Меир Алтер («Хидушей а-Рим») и рав Йеуда Арье Лейб Алтер («Сфат Эмет»), рав Йонатан Эйбешиц, рав Авраам Гомбинер («Маген Авраам»).

Когда Тамар был год, ее отцу, раву Шамаю Шраге была предложена работа шойхета в общине Антверпена (Бельгия). Спустя короткое время Корнфельды переехали в Бельгию, и обосновались там.

Рав Корнфельд был праведным евреем. Каждый день он вставал задолго до рассвета, чтобы поучиться перед работой, которая начиналась в 11 часов дня.  

В Антверпене не было школ «Бейт Яаков» до 1923 года. Тамар Корнфельд училась в обычной школе, а после уроков шла на дополнительные занятия для еврейских девочек в группу под названием «Йесодей а-Тора». После открытия школы «Бейт Яаков» различные группы еврейских девушек, стремившихся к традиционному образованию, объединились под ее началом.

Скоро Тамар Корнфельд сама стала учительницей в системе еврейских школ для девочек. Группа «Йесодей а-Тора» (под эгидой и по программе «Бейт Яакова») сохранилась, и Тамар стала преподавать там, где когда-то училась сама. Помимо этого, со своей подругой Ханой Рацдорфер она открыла «воскресную школу» по изучению Хумаша и еврейских молитв, которая называлась «Бнот Агудат Исраэль». Она обучала еврейских девочек в Антверпене с 1925 по 1940 год.

Во время шива после смерти супруги, рав Аарон Лейб много рассказывал о ней, особенно о довоенном периоде. В частности, он говорил, что многие из тех женщин, которые считались ее подругами в Израиле, на самом деле были ученицами рабанит еще до войны. Рав Аарон Лейб говорил, что рабанит Тамар любила своих учениц и всегда была искренна с ними: для нее еврейство не было предметом, который она преподавала. Она жила Торой, и потому ее ученицы, вопреки влиянию окружения, сохранили еврейский образ жизни, несмотря на все трудности. Кроме того, рав Аарон Лейб отмечал, что рабанит Тамар помогала многим женщинам бороться с духовными последствиями Холокоста: ее собственная вера и упование на Творца были поистине безграничными.

Внуки рабанит спросили у ее бывшей ученицы, в чем была уникальность ее методов преподавания? Та ответила, что рабанит Тамар никогда не создавала границы между собой и ученицами, никогда не ставила себя на ступеньку выше. Когда ученицы слушали ее, у них было ощущение совместной учебы, когда все участники одновременно растут в Торе.

Почему же настолько талантливый преподаватель после войны полностью оставил эту работу? Еще при жизни дети задавали рабанит Тамар этот вопрос. Она отвечала просто: «Хесед начинается дома». Она видела свое предназначение в том, чтобы помогать своему великому мужу в изучении Торы, а потому сосредоточилась на домашних заботах (что не мешало ей помогать также множеству людей вокруг).

У рабанит Тамар Штейнман была младшая сестра — Рахель. Ей был предложен хороший шидух раньше, чем старшей сестре, хотя принято, чтобы дети женились по старшинству. Рахель спросила у Тамар разрешения прежде, чем начать шидух, и та с радостью согласилась: «Если ты выйдешь замуж, это принесет огромную радость нашим родителям. А я надеюсь, что в заслугу того, что уступила тебе, удостоюсь мужа — настоящего бен Тора».

Рахель Корнфельд вышла замуж за Натана Огреля — студента ешивы, который также занимался огранкой алмазов. В 1935 году они покинули Бельгию, сначала поселившись в Земле Израиля, а после — перебрались в США.

Война и бегство

10 мая 1940 года германские войска вторглись в Бельгию, а уже через 18 дней бельгийский король объявил о капитуляции. Опасаясь нацистов, рав Шамай Шрага с семьей бежал на территорию Франции. Однако безжалостная немецкая военная машина настигла их и там — Франция пала, а Корнфельды оказались в тот момент в городе Лионе.

Рав Шамай Шрага попытался нелегально получить для своей семьи визы в Испанию (оттуда евреев не выдавали нацистам), однако так и не смог этого сделать.

Гестапо пришло в дом Корнфельдов ночью. Профашистское правительство Франции сохраняло видимость законности арестов евреев. Поэтому официально рава Корнфельда должны были только допросить. Но все знали — после таких «допросов» евреи домой уже не возвращаются.

На глазах у жены и дочери гестаповцы начали избивать немолодого рава Корнфельда. Тамар, не в силах стерпеть издевательств над отцом, кинулась к гестаповцам с криками: «Убейте меня вместо него! Не убивайте моего отца!» Нацистские изверги не проявили и толики милосердия — Тамар была жестоко избита прикладами, а рава Шамая Шрагу арестовали. Через несколько дней он был убит вместе с еще 100 другими евреями, освятив Имя Творца.

Для рабанит Сары и Тамар Корнфельд судьба мужа и отца оставалась неизвестной до конца войны.

Но на этом страдания семьи Корнфельд не прекратились. Вскоре Тамар была арестована и отправлена в лагерь. Рабанит Сара Корнфельд заплатила членам французского антифашистского подполья, и они вывезли ее и еще четверых евреев из Лиона, а затем скрывали на фермах до конца войны. Сара Корнфельд пережила Катастрофу, и впоследствии переехала в Землю Израиля.

Лагерь и спасение

Историю о том, как рабанит Тамар была в лагере, и как в конце концов спаслась, рав Аарон Лейб несколько раз повторял детям и внукам во время дней шива по ней. Эта история — настоящий пример еврейского самопожертвования и упования на Творца даже в смертельно опасной ситуации, а также демонстрация того, что Всевышний никогда не оставляет еврейский народ.

Трудовой лагерь, в котором находилась Тамар Корнфельд во Франции, работал на нужды германской армии. Заключенные евреи обязаны были работать с раннего утра до поздней ночи, без выходных. И все же лагерь во Франции был гораздо меньшим злом по сравнению с тем, что было в Польше или Германии.

Попав в лагерь, Тамар Корнфельд, спросила одного из начальников, можно ли ей не работать в Шаббат. Сам вопрос поверг нациста в неописуемую ярость — помимо брани он пообещал ей, что если она еще хоть раз заикнется о каком-то еврейском выходном, ее отправят в другой лагерь — в Германии, или того хуже — на Востоке, в Польше. Это означало не просто ухудшение условий, а неминуемую гибель. Но Тамар это не беспокоило: «Если там у меня будет хоть малейший шанс соблюдать Шаббат, я готова ехать в Германию». Нацист прорычал в ответ: «Иди собирай вещи!».

Через некоторое время Тамар Корнфельд стояла со скромным узелком личных вещей у ворот лагеря. И тут случилось невероятное! Подойдя к ней, тот самый нацист сказал: «Я вижу, что эта еврейская суббота и правда многое значит для тебя, раз ты готова пойти на такое… Иди назад в барак, я разрешаю тебе не работать в субботу…»

Через некоторое время Тамар и других узниц перевели с работы в лагере в швейный цех, который находился в Лионе. Условия работы были еще более ужасными, чем в лагере. Помимо того, что узниц постоянно избивали за малейшую провинность или за попытку заговорить, чтобы попасть в цех, им приходилось вставать в 4 утра и маршем идти на место работы. Сама работа продолжалась до поздней ночи, — после чего измученных женщин снова гнали в лагерь.

Но Всевышний опять показал, что именно Он правит миром, и никогда не оставляет тех, кто верен Ему. Однажды Тамар встретила свою бывшую одноклассницу-бельгийку! Та тоже вспомнила свою еврейскую подругу. Оказалась, что они с мужем переехали в Лион, и более того, ее муж — владелец текстильной фабрики, которая поставляет сырье в цех, в котором Тамар с утра до ночи шьет мундиры для немецкой армии.

Тамар рассказала подруге обо всем пережитом ужасе, и том, что творится в лагере. После чего та предложила ей сбежать! Но как бежать еврейской узнице? Подруга дала Тамар документы на свое имя и небольшую сумму денег. После окончания рабочей смены Тамар спряталась от охраны в цеху и поздно ночью тайком выбралась наружу.

На оставленные подругой деньги Тамар Корнфельд покупает билет до швейцарской границы. Б-жественное провидение не оставляет праведную девушку: с чужими документами швейцарские пограничники пропускают измученную еврейскую узницу через границу! Попав в Швейцарию, Тамар направляется к еще одной подруге своего детства и коллеге по работе в «Бнот Агудат Исраэль» — рабанит Рехе Штернбух, в город Монтра. Эта женщина самоотверженно помогала евреям со всей Европы спастись из огня Катастрофы, а также поддерживала со своим мужем равом Ицхаком еврейскую жизнь и изучающих Тору в Швейцарии.

Спустя многие годы, обосновавшись в Бней Браке, рабанит Тамар Штейнман смогла найти адрес своей бельгийской подруги и установить с ней связь. Рав Аарон Лейб говорил, что они постоянно переписывались, а рабанит Тамар была благодарна подруге за спасение.

Люди хеседа

Рав Ицхак (1895-1968) и Реха Штернбух (1905-1971) — это те, о ком рав Аарон Лейб спустя десятилетия после войны, говорил, что они — «уникальные люди, которые каждый день искали новые пути, чтобы делать хесед». Реха Штернбух была дочерью главного раввина Антверпена рава Мордехая Роттенберга, одного из основателей «Агудат Исраэль» и члена Совета великих мудрецов Торы. Она вышла замуж за рава Ицхака Штернбуха, который жил в Швейцарии. 

Рав Ицхак Штернбух владел фабрикой в Цюрихе, однако весь доход от бизнеса они с женой направляли на помощь евреям и укрепление Торы. Когда положение евреев в Европе стало катастрофическим, Штернбухи взялись за спасение еврейских беженцев. Формально нейтральная Швейцария не желала видеть на своей территории евреев, которые потоком потянулись сюда по мере усиления нацистских репрессий.

Уже к концу 1938 года Штернбухи смогли перевести через границу и разместить в Швейцарии более 800 еврейских беженцев. Рав Ицхак официально вел бизнес и регистрировал беженцев как работников своего предприятия, а его жена — переводила их через границу, обеспечивала документами с помощью швейцарского полицейского, симпатизировавшего евреям.

Не всем нравилась такая деятельность. На Реху Штернбух донесли, и в 1939 году она была арестована. Тюремное заключение привело к тому, что она потеряла ребенка. Судебный процесс и преследования продолжались до 1942 года. Однако, с Б-жьей помощью, все обвинения были сняты, Реха Штернбух была оправдана, а суд постановил также возместить ей все понесенные за время процесса расходы. Примечательно, что после оправдательного приговора, прокурор, который вел дело, попросил ее о личной встрече. На этой встрече он пожертвовал Штернбухам сумму денег и попросил ни в коем случае не прекращать деятельность по спасению еврейских беженцев.

Реха Штернбух продолжила свою нелегальную деятельность на границах. Невозможно себе представить, сколько сил было у этой женщины, которой приходилось зачастую в одиночку в лесу на границе доказывать нацистским солдатам, что задержанные ими евреи — на самом деле швейцарские граждане… Когда возможность оформлять беженцев на фабрике себя исчерпала, Штернбухи начали добывать им визы — китайские, южноамериканские. Любые документы — подлинные или нет — способные спасти человека, шли в дело. Если не удавалось поселить человека в Швейцарии, нужно было любой ценой направить его туда, где до него не доберутся нацистские убийцы.

Помимо спасения евреев, Штернбухи всеми силами поддерживали еврейскую жизнь в Швейцарии, и в частности — ешиву «Эц Хаим» в Монтре. Ученики ешивы также были вовлечены в дело спасения евреев. Рав Аарон Лейб вспоминал, как он сам неоднократно — в том числе в Шаббат или йом тов (ведь речь шла о спасении жизни) — ехал на границу или в тюрьму, куда попадали нелегальные еврейские беженцы, с документами и кашерной едой для них.

Всего за годы войны благодаря усилиям семьи Штернбух более 2000 евреев было спасено через Швейцарию (поселились там или получили транзитные визы). Кроме того, благодаря контактам Рехи Штернбух с «Ваад Ацала» (Комитетом по спасению евреев) и дипломатическими каналами удалось спасти еще не менее 15000 тысяч человек по всей Европе.

Одна из дочерей Штернбухов — рабанит Эстер Гутерман (супруга машгиаха ешивы Поневеж рава Йеуды Гутермана) — жила по соседству со Штейнманами. Несмотря на то, что во время войны Штернбухи часто «пользовались услугами» рава Аарона Лейба и его супруги, впоследствии они лишь обращались к нему за советом, не желая отрывать от изучения Торы и преподавания.

Одной из последних «операций спасения» уже после войны, которые пытались организовать Штернбухи, были переговоры с сирийскими властями о разрешении на выезд из Сирии для группы евреев. Операция не увенчалась успехом. И тогда Штернбухи обратились к раву Аарону Лейбу с вопросом, на что стоит потратить деньги, которые остались после этого. Рав Аарон Лейб сказал, что их стоит потратить на помощь изучающим Тору в Израиле. В то время (начало шестидесятых) кондиционеры стоили огромных денег, и даже обычный вентилятор — в тяжелое израильское лето — был далеко не у всех. Штернбухи купили несколько сотен вентиляторов и раздали их нуждающимся семьям в Бней Браке.

Несмотря на международную деятельность, Штернбухи всегда оставались очень скромным и Б-гобоязненным семейством. Они никогда не стремились к почету и публичному признанию собственных заслуг. Последние годы жизни они провели очень скромно и тихо, живя в Швейцарии.

Начало новой жизни

Реха Штернбух не только помогла своей подруге Тамар Корнфельд обосноваться в Швейцарии — для нее не было разницы, каких евреев спасать, – знакомых или нет. Именно она познакомила ее с будущим мужем — равом Аароном Лейбом.

Главной причиной того, что Тамар не желала выходить замуж, было то, что она искала супруга — настоящего бен Тора. Помимо этого, шла война, и ничего не было известно о судьбе других членов семьи, которые могли бы хоть как-то помочь со свадьбой.

Реха Штернбух взяла дело в свои руки. Зная о желании подруги найти настоящего мудреца Торы, она обратилась к главе ешивы «Эц Хаим», раву Элияу Бочко. Тот поговорил с равом Аароном Лейбом, описал ему душевные качества потенциальной невесты. Рав Штейнман согласился на встречу, которая, однако, не состоялась. Тамар Корнфельд хотела подождать до конца войны и надеялась, что ее родители живы и дадут ей благословение.

Реха Штернбух, хорошо понимавшая, что никакого благословения подруга может не получить, решила действовать в своей манере. «Встречу» она организовала так: однажды, когда ученики ешивы «Эц Хаим» учились на свежем воздухе, она взяла подругу на «прогулку».

Проходя мимо ешивы, она «невзначай» обратила внимание подруги: «Смотри, как учатся эти двое». Одним из «двоих» был как раз рав Аарон Лейб. И хотя его хаврута был старше и выглядел солиднее, «план» Рехи Штернбух с Б-жьей помощью, сработал. Увидев вживую, как рав Аарон Лейб учит Тору, Тамар согласилась на встречу с ним.

Однако это было не все. Реха Штернбух уговорила подругу на свадьбу во время войны, несмотря ни на какие тяготы: новая еврейская семья станет самой лучшей местью Гитлеру и его планам уничтожить наш народ. Рав Аарон Лейб и Тамар провели несколько встреч в доме Штернбухов, а затем объявили о помолвке.

Организовать свадьбу — непростое дело даже в мирное время. А если идет война, и у жениха и невесты нет никого, а сами они — беженцы? Штернбухи не были бедным семейством, но деньги в те дни шли на спасение евреев, на поддержание жизни тех, кого удалось спасти… Незадолго до свадьбы Реха Штернбух просто привела Тамар к себе домой, открыла все шкафы и сказала: «Мне доставит огромное удовольствие, если ты возьмешь отсюда все, что посчитаешь нужным. Я хочу помочь тебе так, как если бы это делала твоя мама». Увидев смущение подруги и поняв, что сама она ничего не возьмет, Реха Штернбух взяла ящики и начала в них складывать вещи.

Уже после войны, в Израиле, рабанит Тамар Штейнман поняла, что ее кашерный парик сильно выделяется из того, что носят женщины вокруг. Реха Штернбух дала ей очень дорогие вещи, которые мало кто мог себе позволить.

Помимо этого, Штернбухи оплатили жилье молодоженам после свадьбы в городе Лугано.

13 тевета 5704 (9 января 1944) года состоялась свадьба, на которой было всего 32 человека, и никто из них не был родственником жениха и невесты. Торжество было очень скромным, не было и трапез «Шева брахот» в последующие семь дней.

На пути к Земле Израиля

После свадьбы Штейнманы поселились в Лугано, где рав Аарон Лейб преподавал небольшой группе учащихся.

21 кислева 5705 (7 декабря 1944) года в Лугано прибыл великий мудрец Торы рав Йоэль Тейтельбойм из Сатмара, спасшийся от ужасов войны. Рабанит Тамар Штейнман пришла к нему просить благословение на рождение детей (на момент свадьбы раву Аарону Лейбу было 30, а рабанит Тамар — 35 лет).

Услышав, что Штейнманы собираются переехать в Израиль, ребе из Сатмара возразил: слишком многие, кто поступали так, перестают соблюдать Шаббат. Кроме того, известно было критическое отношение адмора к сионизму. Рабанит Тамар заверила ребе, что с ней и ее мужем подобного не случится. Они едут в Израиль, чтобы соблюдать заповеди Творца, и чтобы рав Аарон Лейб мог достичь еще больших высот в изучении Торы. Ребе из Сатмара попросил рабанит Тамар на следующий день прийти к нему с мужем.

В течение следующих нескольких дней рав Аарон Лейб по нескольку часов проводил у ребе из Сатмара, обсуждая с ним различные вопросы в Талмуде и Торе. Знания и личные качества рава Аарона Лейба произвели большое впечатление на адмора из Сатмара: вопреки своему обыкновению, он сам посоветовал Штейнманам переехать в Израиль. Ребе из Сатмара сказал впоследствии рабанит Тамар, что ее муж находится на столь высоком духовном уровне, что способен противостоять любым негативным влияниям.

Спустя много лет рав Аарон Лейб вспоминал, что получил огромное удовольствие от общения с ребе из Сатмара, обладавшим глубочайшими познаниями во всех частях Торы.

Штейнманы покинули Швейцарию после Шавуота (5705) 1945 года. Их путь пролегал через Францию, а оттуда — в Испанию, в Барселону. На протяжении всего путешествия Штейнманы питались только свежими овощами и фруктами, не имея возможности найти другой кашерной пищи. 9 тамуза 5705 (20 июня 1945) года они прибыли в Хайфу.

Первые шаги на новом месте

Первым местом жительства Штейнманов на Святой Земле стала Петах Тиква. Молодую пару приютила сестра рабанит Тамар — Рахель Огрель с мужем.

Рав Натан Огрель занимался алмазным бизнесом. Желая помочь Штейнманам, он пригласил рава Аарона Лейба к себе на работу, чтобы тот мог «присмотреться». Даже несмотря на тяжелые послевоенные годы, алмазы приносили немалый доход. Однако материальные блага в жизни рава Штейнмана уже тогда значили бесконечно мало по сравнению с заслугой от изучения Торы. Рав Аарон Лейб провел на «алмазной бирже» очень недолго, поблагодарил родственника за гостеприимство и помощь, — и ушел искать истинный и вечный «доход» в доме учения.

Рав Аарон Лейб некоторое время учился в одиночестве в местной синагоге. Несколько раз в неделю к нему приходил поучиться в хавруте рав Зэев Эйдельман — друг детства из Бриска.

В Петах Тикве был колель, который назывался «Торат Эрец Исраэль» под руководством рава Ицхака Каца. Среди учащихся этого колеля в разное время были выдающиеся знатоки Торы: легендарный глава ешивы Поневеж рав Шмуэль Розовский, рав Арье Лейб Померанчик (автор книг «Эмек Зраим», «Торат Зераим») и другие. Но из-за недостатка средств колель не принимал новых аврехов. Однако, поговорив с равом Аароном Лейбом, рав Кац сделал исключение — он был не первый и не последний, кого поражала глубина знаний рава Штейнмана.

Помимо колеля, несколько вечеров в неделю рав Аарон Лейб учился со своим старым другом — равом Моше Соловейчиком в ешиве Ломжа. Рав Моше на тот момент еще не был женат и жил в общежитии ешивы. Его соседом по комнате был еще один будущий глава нашего поколения — великий рав Хаим Каневский. Рав Хаим говорил, что хорошо запомнил первую встречу с равом Аароном Лейбом, когда тот пришел поучиться с равом Моше. Это было еще до того, как рав Хаим увидел рава Аарона Лейба в доме своего великого дяди Хазон Иша, и понял, что глава поколения по-особому относится к молодому и неизвестному авреху, видя в нем будущего великого мудреца Торы.

Продолжение следует


http://www.beerot.ru/?p=44481