Рав Авраам Йеошуа Эшель из Копичениц

Дата: | Автор материала: Рав Шломо Лоренц

1167

«Мой отец учил меня, что когда мы делаем какое-то дело, должны прежде всего представить себе, будто его фотографируют свыше»

Биография

Он родился в 5648 (1888) году в Гусятине, в Галиции. Его отец – адмор рав Ицхак Меир, потомок автора книги «Оэв Исраэль» из Апты. В 5669 (1909) году женился на дочери своего дяди, рава Моше Мордехая из Меджибожа.

Во время Первой мировой войны перебрался вместе с домом своего отца из Копичениц в Вену. Сразу же после приезда развернул там работу по помощи многочисленным беженцам, собравшимся там и лишенным всего. С тех пор пошла слава о его величии в благотворительности. После смерти отца в 5695 (1935) году он стал адмором (главой хасидского двора).

В 5699 (1939) году после многих страданий, причиненных нацистами, он эмигрировал в США. Там он также прославился великой щедростью – он не оставлял в своем доме на ночь денег, не розданных нуждающимся.

Рав Авраам Йеошуа многократно приезжал в Землю Израиля и раздавал огромные суммы денег на помощь бедным. Был одним из глав организации «Агудат Исраэль» и самоотверженно поддерживал сеть школ «а-Хинух а-Ацмаи» – «Независимой системы образования».

Он умер в Нью-Йорке 16-го Тамуза 5729 (1969) года и похоронен в Тверии.

Из больших адморов, с которыми мне довелось быть знакомым, особенно примечательна личность адмора из Копичениц, с которым у меня была тесная дружеская связь. Он удостоился уважения и высокой оценки великих мудрецов Торы своего поколения, принадлежавших к самым разным направлениям.

Когда рав Аарон говорит просто «Рав»

Рассказывал гаон рав Шнеур Котлер, что, когда его отец рав Аарон проходил курс лечения в больнице, он спросил, вспоминают ли о нем у «рава». Когда один из приближенных спросил его, какого «рава» он имеет в виду, он сразу же ответил: «Когда я говорю просто “рав” – я имею в виду рава из Копичениц».

И еще рассказывал рав Шнеур, что его отец, глава ешивы Лейквуд, посылал всех учеников перед свадьбой к адмору из Копичениц за благословением.

На одном из собраний великих мудрецов Торы, на котором присутствовали гаон рав Аарон Котлер и адмор из Копичениц, рав Аарон обратился к нему и спросил его мнения по обсуждавшемуся вопросу. Когда рава Аарона спросили потом, почему ему так важно мнение адмора из Копичениц, он ответил словами наших мудрецов: «”Тора дана для очищения Израиля”, а рав из Копичениц – очищен».

С равом из Поневежа

Я слышал от гаона из Поневежа, рава Йосефа Шломо Каанемана, что если он вдруг станет хасидом, то у него уже есть «ребе» – адмор из Копичениц.

Праведный рав Мешулам Зуся, сын адмора, рассказывал: «Во время первого визита рава из Поневежа в Соединенные Штаты положение ешивы было чрезвычайно тяжелым из-за долгов, связанных со строительством здания. После нескольких месяцев в США, так и не собрав нужной суммы денег, рав из Поневежа пришел попрощаться с адмором. Рав Авраам Йеошуа спросил его: “Какую сумму Вам удалось собрать?” Рав из Поневежа разразился плачем и ответил, что она не составляет даже малой доли того, что нужно, и он не знает, как будет справляться с тяжелым бременем долгов, лежащим на его плечах.

После того как рав Йосеф Шломо вышел из дома адмора, мой отец взялся за телефон, связался с разными людьми и собрал десять тысяч долларов – не знаю, в виде пожертвований или в долг, – и попросил меня ехать с ним туда, где остановился рав из Поневежа. Когда отец выложил перед ним эти деньги [по тем временам это была огромная сумма], рав из Поневежа вновь разразился плачем и сказал, что за все эти долгие месяцы в Соединенных Штатах он не смог собрать столько».

«На небесах фотографируют мои дела каждое мгновение»

Рассказывает рав Мордехай Ойербах, сын гаона рава Шломо Залмана Ойербаха и зять моего друга рава Аарона Ламбергера, зятя адмора: «Адмор из Копичениц специально прибыл из Соединенных Штатов на свадьбу своей внучки на Святой Земле. В один из дней своего визита он посетил свояка, гаона рава Шломо Залмана. Расставаясь, тот вышел с ним на улицу, но вызванное такси задерживалось. Рав Шломо Залман, который был моложе адмора лет на двадцать, хотел вынести ему стул. Однако тот отказался от этого, и сказал: “Мой отец учил меня, что перед каждым нашим поступком мы должны представить себе, что его сфотографируют сверху, с Небес. Все мои годы я трудился над тем, чтобы пробудить в себе ощущение этого. Как же будет выглядеть с Небес картина того, что я сижу, а рав Шломо Залман – стоит?”

Эти слова адмора произвели на моего отца такое сильное впечатление, что он при всякой возможности вновь и вновь рассказывал, что есть один еврей, который не отвлекается от мысли и ощущения, будто его все время фотографируют с Небес. Мой отец даже упрекал меня: почему я не публикую рассказы о своем деде-адморе? Разве это не была бы чудесная книга по мусару»?

«Я – не чудотворец…»

В 5698 (1938) году, незадолго до Второй Мировой Войны, один еврей прибыл из Австрии в Соединенные Штаты. Он приехал один и рассчитывал, что жена его приедет вслед за ним, после того как он оформит для нее требуемые документы. Но ему не удалось этого сделать, и она осталась в Европе.

Опасное положение, в котором оказалась жена, сильно подействовало на него; день за днем он погружался в депрессию. Он не скрывал от друзей, что больше не в состоянии терпеть и способен покончить с собой. И тогда его деловой компаньон сказал: «Послушайте меня! Есть один адмор, праведный и толковый. Поедем к нему и спросим совета, что делать!»

Они приехали к адмору из Копичениц. Еврей из Австрии разразился плачем и говорил в полной истерике. Он дошел до того, что сказал, что готов наложить на себя руки. Адмор выслушал его, помедлил несколько мгновений и сказал: «Я обещаю Вам, что Ваша жена будет здесь через две недели».

Тот еврей не был хасидом, но когда он услышал эти слова, они вошли в его сердце и влили в него новую жизнь. Он вышел от адмора с полной верой, что его жена действительно прибудет через две недели. Слова адмора исполнились: жена того еврея получила разрешение на въезд в Соединенные Штаты, и приехала в точности через две недели.

Компаньон того еврея, который, кстати, был хасидом Гур, был очень впечатлен этим необыкновенным случаем и осмелился попросить у адмора из Копичениц объяснить произошедшее. Рав Авраам Йеошуа ответил ему так: «Я – вообще не чудотворец, не могу делать таких вещей. Но вы спросите: если так, то как же я пообещал тому еврею, что его жена будет с ним через две недели?

Я увидел по лицу его, насколько он подавлен, и что его жизнь в опасности. Я подумал и пришел к выводу, что, поскольку речь идет о смертельной опасности, я обязан прежде всего спасти его. У меня не было никакой другой возможности вывести его из состояния отчаяния, кроме обещания, что его жена будет здесь через такое-то время. Я был вынужден пообещать, что она приедет благополучно.

После того как он, услышав мое обещание, оставил мой дом в радости, я взял книгу Теилим и стал плакать, говоря: “Властелин мира! Ты знаешь, что у меня не было никакой возможности спасти этого еврея от гибели, кроме обещания, которое я ему дал. И потому я прошу Тебя: не делай меня лжецом! Я буду молиться – читать псалмы, а Ты слушай – и услышь мою молитву! Ведь Ты – Всемогущий; так сделай же Ты то, что я пообещал, не имея возможности исполнить!”

Властелин мира сжалился надо мной. Он не хотел, чтобы рав из Копичениц прославился в обществе как лжец, дающий пустые обещания. Он услышал мою молитву… Но я – не чудотворец, и я не сделал ничего…»

Внук рава из Копичениц, адмор рав Ицхак Меир Флинтенштейн, рассказывал мне следующее. Когда по прошествии лет он посетил Антверпен, передал ему рав Хаим Мендл, из старейшин хасидов Гур, что он рассказал всю эту историю адмору из Гур, автору книги «Бейт Исраэль». Ребе из Гур был впечатлен, и через какое-то время попросил рава Хаима Менделя рассказать ему ее еще раз, а потом – еще и еще, на протяжении одного дня. Под вечер, придя, по своему обычаю, на молитву Минха в синагогу, где собирались гурские хасиды, он приказал раву Хаиму Менделю рассказать ее всем собравшимся. И сказал: «Вот это – история о раве!»

«Не знаю, что отвечать»

Рассказывал адмор из Цанза, благословенной памяти: «На церемонии ханукат а-байт[открытия] дома престарелых «Менухат Зкеним» я сидел рядом с адмором из Копичениц, преданным и любимым другом, который оказал нам уважение и украсил своим присутствием это мероприятие. Вдруг в самый разгар церемонии ко мне подходит какой-то человек и просит, чтобы я принял для него решение в связи с хирургической операцией. Я обратился к раву из Копичениц, чтобы он высказал свое мнение по этому вопросу, и добавил, что тот еврей знаком с адмором…

Рав из Копичениц ответил: “Я, из-за грехов моих, не знаю, что отвечать в таком деле. Когда ко мне обращаются с вопросами, я обращаюсь к Властелину мира, чтобы Он, в заслугу моих святых отцов, дал мне, по милости Своей, разумение ответить – и “да не будут пристыжены из-за меня надеющиеся на Тебя”… Все это – в случае, когда спрашивают меня самого. Но сейчас, когда спросили не меня, – откуда я могу знать, как отвечать? И потому лучше будет, если адмор из Цанза ответит сам, ибо в его руки вверяет спрашивающий душу свою”».

«Я знаю, что не в моих силах сделать что-либо»

Когда рав из Копичениц выдал одну из своих дочерей за жениха из Земли Израиля, он захотел, чтобы тот оставался возле него в первый год, чтобы изучить особые обычаи и правила, принятые у хасидов Копичениц. Рав попросил меня, чтобы я оформил для его зятя разрешение от военкомата на выезд из Израиля.

Я сказал адмору: «Это – дело невозможное». В тот период молодой человек, имевший статус занятого исключительно изучением Торы в ешиве, мог получить подобное разрешение лишь в исключительных случаях, например, из-за болезни. При случае я спросил у Бен Гуриона, тогда – премьер-министра и министра обороны, о смысле такого порядка вещей: «Учащиеся ешив ведь все равно не служат в армии?..», и он ответил: «Вы говорите, что изучение Торы защищает страну больше, чем армия, – так я хочу, чтобы они изучали ее здесь и защищали нашу страну, а не Соединенные Штаты!» И отсюда – его строжайшее указание: не позволять получившим освобождение от армии как занятым исключительно изучением Торы выезжать из страны.

Когда я сообщил об этом раву из Копичениц, он сказал: «Когда евреи приходят ко мне попросить о чем-нибудь, я ведь знаю, что ничего не могу сделать, и нет у меня сил что-либо сделать… Но я жалею евреев и не говорю им об этом, а принимаю их просьбу, после чего обращаюсь к Всевышнему и прошу Его, чтобы Он ее исполнил. Потому – не говорите, что ничего не можете! Действуйте, и если Всевышний захочет – поможет!» На это я ничего не мог ответить.

Я обратился к заведующему военкоматом и рассказал ему о разговоре с адмором. Я сказал ему: «Такова эта история. Это то, что сказал адмор. Я исполнил свой долг. Сделайте и Вы то, что в ваших силах». И добавил: «Я знаю, конечно, что у Вас нет полномочий что-либо сделать, но все же…»

История эта чрезвычайно понравилась заведующему. Он сказал: «Я действительно не могу ничего сделать – у меня нет таких полномочий. Но все же попытаюсь – а вдруг…»

Через несколько дней он позвонил мне и сказал, что просьба удовлетворена, и этот учащийся ешивы может подойти в военкомат и получить свое разрешение на отъезд. Он добавил: «Не спрашивайте меня, как я это устроил».

«То, чего не хватает Вам – немного веры и упования на Всевышнего»

Когда рав из Копичениц поселился в Соединенных Штатах, был в его ближнем кругу один одинокий молодой человек, выживший в Катастрофе после того, как потерял в ней большую часть своей семьи. Однажды, в минуту душевной горечи, он излил душу перед одним из членов семьи адмора и добавил, что не станет рассказывать всего этого самому раву Аврааму Йеошуа, чтобы не огорчать его.

Рассказ, однако, пробудил жалость у слушавшего, и тот передал его адмору, который, в свою очередь, пригласил молодого человека к себе. После того как адмор стал расспрашивать, того человека «прорвало», и он начал откровенно рассказывать о своих бедах и страданиях.

Спросил его адмор: «У Вас есть долги?» – и тот ответил, что у него нет никаких долгов. «Как у Вас со здоровьем?» – «Слава Б-гу, удовлетворительно». «Есть ли у Вас деньги на случай нужды?» – и тот ответил, что у него припасена какая-то сумма.

Затем адмор сказал: «Посмотрите, пожалуйста, каково мое финансовое положение». Он вынул из кармана листок со списком своих многочисленных долгов. Затем добавил: «Также и со здоровьем у меня похуже, чем у Вас. Таким образом, не с деньгами и не со здоровьем у Вас проблема. Вам только не хватает веры и упования на Всевышнего. Я даю Вам благословение на то, чтобы Всевышний помог Вам и в этом…»

Слабый должен остерегаться больше

Однажды рав из Копичениц участвовал в торжестве, на котором подавали водку с отметкой кашрута, но не самого несомненного и авторитетного, и отказался ее попробовать. Когда один из раввинов заметил ему, что нет никаких сомнений в имеющейся на бутылке печати, он ответил: «Человек, здоровый телом, не обращает особого внимания на то, что кладет в рот, тогда как больной чрезвычайно щепетилен в этом. Так и я: душа моя очень слаба, и я должен всячески оберегать ее. Поэтому я воздерживаюсь от всего, в отношении чего есть малейшее сомнение».

«Я – простой солдат»

По какому-то случаю я спросил адмора из Копичениц, почему он не участвует в работе Совета великих мудрецов Торы. Он ответил мне так: «Чтобы входить в Совет великих мудрецов Торы, человек должен быть мудрецом Торы».

В другой раз он ответил на тот же вопрос так: «Я – простой солдат! Я готов делать все, что требуется, – но устанавливать, что соответствует мнению Торы, я оставляю другим. И то, что они решают – я исполняю».

«Слово есть слово»

Рассказывает адмор из Тольно: «Я был на отдыхе, и в том же месте, на расстоянии получаса ходьбы, остановился святой адмор из Копичениц, и он пригласил меня на субботнюю трапезу за своим столом.

Вдруг утром в субботу пошел проливной дождь, из-за которого я не смог к нему прийти. Дождь шел долго, и я полагал, что адмор наверняка начнет трапезу, понимая, по какой причине меня нет. Я сделал Кидуш [освящение Субботы] над бокалом вина и омовение рук, чтобы начать трапезу. Когда дождь прекратился, я сразу же отправился к адмору. Войдя, я увидел, что он сидит и ждет… Я извинился за опоздание, а на мой вопрос, почему он не начал трапезу, ответил: “Слово есть слово!”

Из этого великого поступка я сделал вывод для себя, насколько нужно остерегаться того, что вышло из наших уст, – ведь даже в такой ситуации рав строго держался сказанного им».

«Невозможно без того, чтобы спать в сукке»

Рассказывал сын адмора, праведный рав Мешулам Зуся Эшель: «В последний год жизни нашего отца мы не хотели, чтобы он спал в сукке, из-за его слабого здоровья. Мы знали, что с ним ничего нельзя сделать, чтобы он ел в Йом Кипур, но что касается сна в сукке, думали, что есть какой-то шанс. Мой брат позвонил адмору из Сатмара и попросил, чтобы он позвонил отцу и убедил его не спать в сукке.

Услышав просьбу моего брата, адмор из Сатмара сказал: “Я к вам сейчас приду”. Наш отец, увидев его, очень обрадовался. Адмор начал говорить с ним о законах сукки. Когда они дошли до закона “Страдающий в сукке – свободен от заповеди [жить в ней]”, адмор из Сатмара сказал отцу, что сон в сукке может повредить его здоровью. Однако отец заявил, что для него это невозможно – не спать в сукке… Ведь он исполнял эту заповедь с девяти лет!

Адмор из Сатмара продолжал объяснять отцу, что он свободен от сна в сукке, пока отец не прервал его вопросом: “Рав из Сатмара! Я хочу Вас спросить: если бы это касалось Вас лично, Вы спали бы в сукке или нет?”

Тот улыбнулся, сказал: “Спокойной ночи”, и ушел».

Не оставлял на ночь в своем доме денег

Когда нацисты вошли в Вену, в которой рав Авраам Йеошуа жил до Второй Мировой Войны, он не хотел покидать находившихся там евреев. Лишь когда положение очень ухудшилось и власти запретили общественную молитву, он решил, по указанию своего дяди, адмора из Гусятина, ехать в Соединенные Штаты.

У него была некоторая сумма денег – такая, что ее с трудом могло хватить на дорогу. Но в ночь перед отъездом к нему обратились с делом о срочной помощи, необходимой кому-то, и он, во всем величии своей веры и упования на Всевышнего, отдал все деньги и остался без гроша. Назавтра это стало известно его хасидам, и к нему пришел рав Цви Блог с женой. Г-жа Блог положила на стол перед адмором свои украшения…

Святой адмор из Цанза рав Йекутиэль Йеуда Альберштам любил рассказывать эту необыкновенную историю. Он свидетельствовал о раве из Копичениц перед большим обществом: «Я был знаком в этом поколении с одним святым евреем, достигшим такой же ступени в самоотверженном исполнении заповеди о цдаке [помощи нуждающимся], какая была у автора книги “Диврей Хаим” [рава Хаима Альберштама, основателя Цанзского хасидского двора] в его время».

И еще рассказывал о подобном же деле адмор из Цанза: «Расскажу, как принято рассказывать об исполняющих заповеди, то, что говорил адмор из Копичениц, который был человеком истины, и у которого был обычай никогда не оставлять у себя денег на ночь. Обычай строго держаться этого правила он перенял в доме своих святых отцов в Апте, которые были привычны давать большую цдаку.

Когда гитлеровские войска вошли в Вену, у него было немного денег, и он не знал, раздать ли их все, как обычно. Ведь неизвестно, что принесет завтрашний день, и не случится ли так, что ему не с чем будет выйти на улицу, чтобы купить хлеба (как оно действительно и произошло), и лучше было бы что-то оставить себе. Но сердце его не позволило ему оставить что-либо себе (как он сам выразился), вопреки многолетнему обычаю… к вечеру он раздал все деньги бедным – и это было для меня весьма удивительно. В заслугу этого он спасся со всей своей семьей от всех бед».

Зореа цдакот – «сеющий благодеяния»

В 5696 (1936) году, который был первым годом деятельности рава Авраама Йеошуа в качестве адмора, он находился в городе Тернополе. Множество людей приходило получить его благословение. Приходившие оставляли на его столе деньги – пидьён [по хасидскому обычаю], и на столе собралось много денег.

Когда в комнату вошел габай рав Моше, ответственный за эти деньги, стол уже был совершенно пуст… Он спросил адмора: «Я знаю о тяжелом финансовом положении адмора и больших долгах. Почему рав не оставил что-нибудь на покрытие долгов?»

Рав выслушал вопрос, подумал несколько минут и ответил: «Если хочешь быть поэль йешуот – “творящим спасение” (Теилим, 74:12), ты должен быть прежде всего зореа цдакот – “сеющим благодеяния” (Йешаяу, 59:16)».

Шляпа для Будущего мира

Однажды рава Авраама Йеошуа навестили двое активистов и рассказали, что среди прочих беженцев прибыл важный рав, лишенный всего. Они старались достать для него достойную его чести одежду, и попросили у адмора дать им его старую шляпу.

Рав подошел к шкафу, достал из него новую шляпу и подал им. Просящие были смущены и сказали, что они имели в виду старую, которой адмор уже не пользуется… Он ответил им: «Одежды, которые человек надевает в Будущем мире – это заповеди и добрые дела, которые он сделал в этом мире. Вы хотите, чтобы я сидел там в старой шляпе?»

Перевод – рав П. Перлов


http://www.beerot.ru/?p=26440