Рав Моше Файнштейн — Мягок, как тростник…

Дата: | Автор материала: Рав Шломо Лоренц

1077
рав Моше Файнштейн

Глава 3. Мягок, как тростник, но несгибаем, как кедр

Твердость и напористость в том, что касается закона

Хотя наш учитель был известен своей великой любовью к народу Израиля, он не уклонялся от острого и последовательного противостояния с теми, кто «портит виноградник дома Израиля» (по Шир а-Ширим, 2:15). Это нашло свое ясное выражение в его известных постановлениях против реформистских и консервативных «рабаев», а также ортодоксальных организаций, подражающих их извращенным методам (Би-штей эйнаим – рав Моше Шерер).

Точно так же, когда речь шла об игнорировании закона, наш учитель высказывался остро и нелицеприятно.

Был однажды суд Торы между двумя братьями из родовитой семьи; наш учитель решил дело в пользу одной из сторон, и вторая отказалась принять это решение. Жена отказавшегося вошла в комнату рава Моше со всеми детьми и попыталась пробудить его жалость; она просила не писать против них ктав сирув – письмо, публично удостоверяющее факт отказа, которое повредит всем детям.

«Но это будет», – ответил наш учитель. – «Есть только одна возможность: принять решение суда!»

Когда рав Моше вынес решение, противоречащее мнению раби Акивы Эйгера, ему сделали замечание с указанием на это. Ответил наш учитель: «Я знаю; также и в мире истины я продолжу оспаривать его мнение в этом вопросе!»

Разрешающее мнение – сильнее

Наш учитель был известен своей силой выносить решение о разрешении по многим вопросам закона. Были такие, что удивлялись различным разрешениям, которые он давал, – например, устанавливать низкое ограждение высотой десять тефахов в качестве перегородки между отделениями для женщин и мужчин. Но тот, кто знаком с атмосферой, царившей в Америке в тот период, понимает величие рава Моше с его силой выносить разрешающее решение и удивляется его видению – глубокому, умеющему проникнуть вдаль.

В те времена Америка была духовной пустыней. Часть ортодоксальных общин находилась в опасности быть унесенной мутным потоком; они переходили одна за другой в руки консерваторов и реформистов. Наш учитель пытался спасти немногих евреев, оставшихся верными Всевышнему, – чтобы не был отвержен от Него [почти] отверженный и не погас, не да Б-г, последний уголек. Единственным путем спасения было разрешить им то, что можно разрешить согласно закону, чтобы уменьшить для этих евреев тяжесть их великих испытаний.

И действительно, рав Моше Файнштейн удостоился уберечь тот уголек, раздуть и усилить его пламя; все низкие перегородки с течением времени стали высокими и кашерными изначально и безусловно. Саженец нежный и слабый, посаженный в пустыне, стал могучим деревом с крепкими ветвями и сладкими плодами. В заслугу нашего учителя Америка удостоилась того, что в ней возникла большая община Б-гобоязненных евреев, изучающих Тору и исполняющих заповеди красиво и тщательно, от всего сердца и от всей душа.

Наш учитель шел путем Хазон Иша, который пользовался «силой разрешающего мнения» для восстановления основ еврейской жизни. Хазон Иш знал, что временами под прикрытием крайних требований скрывается желание привести к [чрезмерному] компромиссу, когда сами эти крайние требования служат «доказательством» того, что удовлетворить им нереально [и, следовательно, надо уйти в другую, противоположную крайность].

Когда Хазон Иш боролся за соблюдение заповеди шмиты [седьмого года] во всех ее деталях, нашлись отдельные раввины в Земле Израиля, которые не согласились с одним предложенным им облегчением и публично оспаривали его, – при том, что до этого они не были известны как сторонники устрожений. Были основания считать, что их целью было доказать, что в реалиях нашего времени невозможно соблюдать шмиту согласно требованиям закона, и нет другого выхода, как только разрешить пользоваться этер мехира [снятием запретов шмиты путем продажи земли на год нееврею].

Наш учитель Хазон Иш выразился по поводу этого резко отрицательно; он сказал: «В молитве Видуй [Исповедь] шель рабейну Нисим Гаон сказано: «В том, в чем Ты устрожал, – я облегчал, а в том, в чем Ты облегчал, – я устрожал». Кажется непонятным: чем согрешил человек, принимающий на себя устрожение в том, что разрешено ему по закону? … Здесь имеется в виду следующее: раввин, конечной целью которого является полное устранение запретов года шмиты посредством продажи земли нееврею, и в это самое время решительно выступает против всякого послабления соблюдающим законы шмиты, поскольку в глубине сердца он желает доказать, что нет возможности соблюдать шмиту как положено по закону и потому мы вынуждены продавать землю, – такой раввин, вне всякого сомнения, должен исповедаться и попросить прощение за грех «в том, в чем Ты облегчал, – я устрожал»».

Каким образом наш учитель обнаружил подделку

Рав Меир Злотович рассказывал, как однажды к нашему рав пришел раввин из Южной Африки. С ним была женщина, живущая там, и они рассказали нашему рав нечто необычное. Эта женщина получила разрешение вступить в брак после того, как была в положении агуна после Катастрофы [муж ее пропал, и те, которые дали ей разрешение вступить в новый брак, считали доказанным, что его нет в живых], – и она вышла замуж; но когда она уже собиралась женить своих детей – встретила первого мужа! Она пришла к раву Моше, крайне взволнованная, чтобы он обдумал и взвесил эту ситуацию.

Наш учитель попросил ее рассказать, как это все происходило. Она рассказала, что изложила свою историю после войны перед известным раввином из лагерей перемещенных лиц. Этот раввин, опираясь на свидетельства и доказательства, которые были в его распоряжении относительно смерти мужа, вынес решение освободить ее от статуса агуна. Он выдал ей документ, разрешающий ей выйти замуж за другого, но этот документ пропал в хаосе послевоенного времени в Европе. И раввин тот, добавила женщина, скончался вскоре после описанных событий.

Когда женщина закончила свой рассказ, наш учитель попросил ее повторить его, а потом попросил пересказать все то же в третий раз. Присутствующие недоумевали: как может быть, что рав не жалеет несчастную женщину и просит ее повторить рассказ еще и еще?

И вдруг он поднялся, склонился над столом и сказал той женщине, сам весь в трепете и волнении: «Не может быть! Я знал того раввина, о котором Вы говорите, – он был великий знаток Торы и праведник; я не дорос до его щиколотки в знании Торы! Я освободил от статуса агуна более двух тысяч женщин [на основании доказательств, что мужа нет в живых], – и ни разу не было, чтобы потом появился первый муж. А Вы рассказываете, что такой [тяжкий грех] случился с участием этого праведника? Невозможно! Просто невозможно!»

Присутствующие были потрясены реакцией нашего учителя. Он, известный своей мягкостью и милосердием к каждому, так разговаривает с женщиной в тяжелый для нее час?

Но не прошло и нескольких минут, как та женщина разразилась рыданиями и призналась, что все придумала. В свое время, по ее словам, она была уверена, что ее муж погиб, и когда услышала, что один очень уважаемый раввин умер, решила выдумать историю с выданным им разрешением, чтобы освободить себя от статуса агуна

Перевод – рав Пинхас Перлов


http://www.beerot.ru/?p=43599