Хатам Софер

Дата: | Автор материала: Рав Арье Кац

591
хатам софер

Один из величайших мудрецов своего поколения, выдающийся наставник нашего народа рав Моше Софер (известный, как Хатам Софер по названию одного из своих трудов) родился 7 Тишрея 5523 года во Франкфурте-на-Майне. Его отец, рав Шмуэль был учеником великого мудреца и каббалиста рава Натана Адлера. Задатки выдающегося мудреца рав Моше продемонстрировал в очень юном возрасте. Когда ему было всего три года, он своими вопросами ставил в неловкое положение меламедов в хедере. После того, как это дошло до рава Шмуэля, он представил своего не по годам развитого сына великому раву Адлеру. Тот, услышав, какие вопросы юный Моше задавал меламедам, потребовал от отца немедленно забрать мальчика из хедера и заняться его обучением самостоятельно. Глава поколения, несомненно, разглядел в Моше то, чего не увидели меламеды, и выбрал для него более квалифицированного наставника.

Рав Шмуэль понял, что ему предстоит подготовить будущего руководителя народа Израиля и вложил все силы в воспитание сына. Результат не заставил себя ждать – первые самостоятельные открытия в Торе юный рав Моше делал уже в возрасте семи лет.

Когда раву Моше исполнилось десять лет, с ним произошел инцидент, изменивший всю его жизнь. Он давал драшу в доме учения рава Адлера, где присутствовал сам глава поколения и множество других мудрецов Торы. В своем выступлении рав Моше оспорил одно из открытий, сделанное когда-то его собственным дедом, равом Шмуэлем Шоттеном (великим автором книги «Кос а-Йешуос»). Услышав это, рав Шмуэль настолько рассердился, что вскочил со своего места и дал сыну пощечину. После этого рав Натан Адлер передал раву Шмуэлю, что с этого момента берет на себя воспитание мальчика.

Под опекой рава Натана духовный уровень рава Моше необычайно вырос. К пятнадцати годам он завершил полный цикл изучения ШаСа, но для него самого гораздо важнее было то, что он учился у рава Адлера. Следуя своим словам, рав Натан всерьез взялся за воспитание величайшего мудреца. Рав Моше учился отдельно от прочих учеников ешивы, в особой комнатке, рядом с комнатой, в которой его наставник готовил уроки и отвечал на алахические вопросы. Их контакт был непрерывен – рав Моше буквально купался в Торе своего великого учителя, про него говорили, что он знает все открытия в Торе рава Адлера.

В 5542 (1782) году рав Натан Адлер был вынужден покинуть Франкфурт. Его занятия каббалой в то сложное время далеко не всем казались чем-то положительным. Тяжелейший удар, нанесенный нашему народу лжемессианским движением Шабтая Цви, которое якобы основывалось на каббале, еще не стерся из памяти. Рав Адлер принял пост раввина в моравском городе Босковице. Когда он вышел из своего дома учения, чтобы отправиться в путь в сопровождении многих жителей Франкфурта, рав Моше воскликнул: «Я хочу служить своему учителю и раву в Босковице!» Через мгновение рав Моше понял, что забыл добавить к своей, прозвучавшей вслух, мысли два слова: «бли недер» (без принятия обета). Он обратился к раву Натану и спросил, можно ли это считать недером (обетом). Рав Натан подтвердил подозрения ученика. Без малейшего колебания рав Моше отправился за повозкой своего наставника. Повозка была переполнена, но рав Адлер, видя месирут нефеш ученика, освободил для него место.

Через три года рав Натан Адлер вернулся во Франкфурт, однако рав Моше остался в Моравии и открыл небольшую ешиву. После свадьбы он поселился в городке Простице и преподавал там группе учеников.

Брат его жены, преуспевающий коммерсант, взял на себя содержание семьи рава Моше и позволил тому семь лет учиться и преподавать, не зная материальных тягот. Однако потом бизнес брата жены потерпел крах, и он сказал раву Моше: «Видимо с Небес вам дают понять, что стоит принять раввинский пост». Положение действительно было очень тяжелым. И после того, как великий мудрец увидел, как его супруга продает свои наряды ради того, чтобы купить вино для Кидуша, он принимает первый официальный пост – раввина в городке Дресниц.

Через пять лет большая и известная община города Матерсдорф в Венгрии приглашает великого мудреца стать раввином. Рав Моше согласился, но при условии, что община будет содержать также и учеников его ешивы.

Однажды к Хатам Соферу пришел богатый еврей, который пожаловался на неудачу в делах и попросил благословение у великого праведника. Хатам Софер сказал, что слышал о его проблемах, но также слышал и о том, что у этого богача есть брат, который живет в крайней бедности. Богач смутился: «Простите меня, раби. Но сейчас я не в том положении, чтобы ему помочь. Но как только я встану на ноги, то помогу ему».

Хатам Софера не устроил этот ответ, и он сказал: «В Торе написано (Ваэра, 6:5): “И также Я [Всевышний] услышал стенания сынов Израиля, которых порабощают египтяне, и вспомнил завет Мой”. Кто же еще услышал стенания народа Израиля, кроме Творца, ведь Тора говорит “И также Я”? Ответ в том, что, несмотря на страшное испытание, которое выпало на долю каждого еврея в Египте, они по-прежнему чувствовали боль своих собратьев и пытались помочь друг другу.

В заслугу того, что евреи слышали стенания ближнего и не оставались равнодушными, Всевышний услышал вопль своего народа и спас его.

Несмотря на тяжесть положения помочь своему брату вы вполне можете. И в заслугу этого Всевышний поможет вам».

Через четыре года пребывания в Матерсдорфе ешива Хатам Софера необычайно разрослась. Общине было тяжело поддерживать данное обещание, и рав Моше начал искать новое место. С этим не было затруднений – многие общины хотели видеть великого Хатам Софера на раввинском посту. Община города Нойштадта согласилась принять великого мудреца и его учеников (важно отметить, что поддержка учеников ешивы являлась обязательным условием для Хатам Софера, при том, что собственное жалование его вовсе не волновало).

Однако переезду на новое место не суждено было осуществиться. За неделю до дня отъезда в Матерсдорфе возник страшный пожар, разоривший общину и оставивший почти всех без крыши над головой. Пламя не пощадило ни дома богачей, ни жилища бедняков. В самый разгар страшного пожара люди, оплакивающие свое сгоревшее либо догоравшее имущество, увидели, что огонь до сих пор обходил один единственный дом. Это был дом великого Хатам Софера. Однако чуда могло и не произойти – огонь приближался. Ученики ешивы первыми сообразили, что необходимо спасти дом Хатам Софера – в нем были бесценные рукописи мудреца. Они нашли старый колодец позади дома наставника и преградили путь огню.

Понимая масштаб трагедии, Хатам Софер остался в Матерсдорфе и, несмотря на всю свою преданность ешиве и изучению Торы, приложил все усилия, чтобы возродить разрушенную общину.

Спасение дома раввина не только сохранило нашему народу его бесценное наследие. Благодаря исключительному авторитету Хатам Софера многие городские богачи хранили в его доме свои сбережения и ценные бумаги. Именно эти средства и положили начало восстановлению общины.

Хатам Софер организовал жилье для многочисленных семей, оставшихся без крова. Затем он написал и разослал во все крупные европейские общины письма с просьбой о помощи. Со всей Европы в Матерсдорф потекли деньги, еда и одежда.

Несмотря на то, что дом самого рава Моше уцелел, практически все время после пожара он жил в крайней нищете. Все средства, которые были у него на руках, он тратил на помощь пострадавшим. Ученики свидетельствовали, что в те дни у прославленного мудреца не было даже бумаги для записи собственных открытий в Торе – Хатам Софер записывал на полях и форзацах книг. Его внук, рав Шломо Софер вспоминал, что дед не спал в постели из сочувствия к страданиям евреев, оставшимся без крова.

Рав Моше Софер был предан своему народу всю жизнь. Это, несомненно, было одной из сторон его уникального величия в Торе.

Однажды власти арестовали нескольких руководителей небольшой еврейской общины, обвинив их в финансовых махинациях. Было сообщено, что эти люди будут освобождены,  если местный раввин даст присягу в том, что они невиновны. Однако тот раввин боялся присягать даже в том, что ему было абсолютно точно известно. За разрешением вопроса он отправился к Хатам Соферу.

Услышав историю, рав Моше вскочил со своего места и закричал: «Евреи брошены в тюрьму! Их семьи в слезах, лишенные кормильцев! А вы думаете о своем Будущем Мире?! Поверьте, в глазах Творца освобождение этих евреев из темницы намного ценнее, чем ваш Будущий Мир!»

После пожара в Матерсдорфе у многих девушек не осталось шансов на нахождение хорошей пары – многие осиротели в день пожара, а о приданом не было даже речи. Рав Моше подыскивал им пары, зачастую уговаривая собственных учеников, гарантируя приданое на свадьбу.

После того как последствия пожара были преодолены, рав Моше переезжает в Прессбург (ныне – Братислава). Община Прессбурга уже давно подыскивала себе раввина, но лидеры никак не могли прийти к общему мнению. Но когда возникла перспектива приглашения Хатам Софера, согласие было достигнуто сразу, в том числе, и с обязательным условием – содержание ешивы.

Однако далеко не всех порадовало это назначение. Отдельные члены общины Прессбурга, довольно крупного города, уже были отравлены ядом германского реформизма. Для них назначение Хатам Софера – яростного защитника Торы и обычаев отцов – не сулило ничего хорошего. Тем не менее, поначалу все, на что хватило ума у этих людей – послать раву Моше анонимное письмо с угрозами.

Для самого рав Моше письмо не меняло ничего. Он вступил в борьбу, которая уже велась во многих общинах, с верой и упованием на милость Творца.

Рав Моше Софер занимал пост рава Прессбурга 33 года. За это время его алахический авторитет распространился по всему еврейскому миру. Барон Ротшильд, осведомленный о необычайном авторитете Хатам Софера и его постановлений, пытался выдвинуть его на пост главного раввина Австро-Венгерской империи, однако рав Моше отказался.

После смерти первой жены Хатам Софер женится на Саре, дочери своего старшего товарища, великого рава Акивы Эйгера. Она родила ранее бездетному раву Моше десятерых детей (среди них – рав Авраам Шмуэль Биньямин Софер, известный, как автор книги «Ктав Софер»).

В Прессбурге Хатам Софер сосредоточил свои усилия на укреплении и расширении ешивы. Не будет преувеличением сказать, что следующее поколение мудрецов Торы в Западной Европе в значительной мере состояло из учеников той ешивы. Несмотря на строгие правила приема и дисциплины внутри ешивы, сам Хатам Софер был максимально открыт для учеников. Он заботился о них с подлинной любовью, и многие свидетельствуют, что никто из его учеников в будущем не оставил путей Торы.

Однажды рав Моше увидел, как группа учеников вышла из ешивы в неопрятной одежде и грязной обуви. Великий наставник вышел на улицу и догнал их. Остановившись перед учениками, он сказал: «Человек, который заботится о внешности и не заботится о душе, подобен мусорной яме, которую украсили розами. Но тот, кто заботится о душе, не думая о своей внешности, подобен прекрасному букету роз, который облили нечистотами. А видя нечистоты, человек, как правило, чувствует лишь отвращение…»

Хатам Софер вел непрерывную борьбу против разрушителей веры и реформистов. Он противостоял им и не уступал давлению. Оберегая обычаи отцов, он объявил войну новым веяниям. Его девизом было известная фраза: «Новое [нововведения в алахе и в обычаях народа] запрещено Торой!»

Одна богатая пара в Прессбурге пожелала поставить хупу по реформистскому «обычаю». Хатам Софер строго предупредил жениха и добавил, что если тот не поступит по обычаям отцов, то его дети перестанут быть евреями. Однако упрямство богача не дало ему услышать предупреждение великого мудреца. Меньше, чем через год та пара крестилась…

Ктав Софер, сын рава Моше Софера писал: «Это правда, что мой отец мог предсказывать будущее. В этом нет ничего сверхъестественного – это было проявление его мудрости. Отец хорошо понимал, что не окропление водой делает из еврея нееврея. Такое преобразование происходит от внутреннего отрицания собственной еврейской идентичности. Это не что иное, как подражание неевреям.

Несмотря на это отец со слезами молил Творца пожалеть Свой народ и привести отступников к раскаянию».

Однако противостояние с реформистами и просвещенцами было яростным, о чем свидетельствуют письма самого Хатам Софера: «Мои враги готовили мне засаду… Тем не менее, я не покидал дом учения, не отменил ни одного урока и не переставал делать ограду для закона. Но если бы Всевышний не помог мне, я бы был отправлен в тюрьму на всю жизнь».

Отступники использовали все мыслимые методы, чтобы подорвать благополучие ешивы и сместить ненавистного им Хатам Софера. Слава Б-гу, их усилия не увенчались успехом.

Помимо руководства общиной рав Моше способствовал заселению Земли Израиля евреями, верными Торе, и послал сюда группу учеников. Его любовь к Святой Земле проистекала, несомненно, из великой любви к Творцу и Его Торе.

Как руководитель колеля «Шомрей а-Хомот» имени раби Меира Бааль Анеса (эта организация существует по сей день) Хатам Софер прикладывал огромные усилия для помощи еврейству Торы на Святой Земле.

Один мудрец Торы жил в страшной бедности. Однажды Хатам Соферу выпала возможность навестить того мудреца. Когда рав Моше вошел в дом, хозяин был посреди трапезы. Хатам Софер был поражен бедностью: даже посуда, с которой ел хозяин, была грубо выстругана из дерева.

Рав Моше сел за стол, взял ложку и начал ее разглядывать. Хозяин дома, не понимая, что великий мудрец просто шокирован бедностью, подумал, что ложка чем-то привлекла его. Он начал опасаться, что Хатам Софер невзначай нарушит заповедь «Не возжелай» и сказал: «Я даю вам эту ложку в подарок с чистым сердцем».

Хатам Софер вспоминал эту историю, как пример исключительной праведности и чистоты мудреца Торы: «Ведь ему даже в голову не пришло, что я был просто поражен его бедностью!»

В Суккот 5600 (1839) года Хатам Софер заболел. Он лежал в кровати, которую просил перенести в сукку, не в состоянии пошевелиться. Тем не менее, в ночь на Ошана Раба, он преодолел боль и пошел учить Тору. Он даже начал молиться в синагоге, но боль победила его, и он вернулся в кровать.

На Симхат Тора миньян собрался в доме рава Моше. Он был вызван, как Хатан Тора, и говорил замечательные слова Торы, поражая учеников и врачей своей выносливостью.

25 Тишрея ситуация резко ухудшилась. Свидетельствуют, что, предвидя конец, Хатам Софер потребовал от коэнов покинуть помещение. Затем он сказал «Шма, Исраэль» и вернул свою чистую душу Создателю в окружении учеников и домочадцев. Народ Израиля потерял одного из величайших своих мудрецов, но его книги (сборник вопросов и ответов, открытия в ШаСе, книга «Хатам Софер» на Тору) будут вечно направлять и вдохновлять нас.


http://www.beerot.ru/?p=51908