Глава Трума — Чей капитал?

Дата: | Автор материала: рав Яаков Галинский | версия для печати версия для печати
чей капитал

Пишет «Бейт а-Леви»: «В Торе было сказано “возьмите Мне приношение”, а не “дайте Мне приношение”, поскольку настоящий капитал, который принадлежит человеку – это то, что он дает на цдаку. Тем более, что тот, у кого есть много денег, все это – не его, а лишь дано ему на хранение. Это похоже на кусок сахара, который лежит в закрытой коробке, и одна муха попала в эту коробку, ходит по сахару и лижет его. Может ли муха похваляться, что она – богата, и у нее есть много сахара? Ведь она тоже заперта вместе с сахаром в коробке, и не может забрать его себе. Так и богатство у человека – оно лишь лежит у него, но не является его собственностью, кроме тех сумм, которые он дает на цдаку. Это – действительно его».

Мальбим задает вопрос о сказанном в Теилим (49:18): «Ведь не возьмет все в смерти, не сойдет (в могилу) за ним почет его». А немного – может взять? Как известно, у савана нет карманов. Но те деньги, которые человек потратил на цдаку и на добрые дела, он возьмет с собой. Однако «не сойдет за ним почет его» – деньги, которые были у него при жизни и доставляли ему почет, останутся в этом мире…

Рассказывал Бен Иш Хай, что один отец задал задачку сыну: «Десять птиц сидели на крыше. Охотник выстрелил и убил одну. Сколько птиц осталось?» Ответил сын: «Одна». Очевидно, ребенок не понял. Спросим еще раз: «Десять птиц сидели, одну охотник застрелил, сколько осталось?» Сын стоит на своем: «Одна!»

«Как такое может быть? Было десять. Открой ладошки, вытяни десять пальчиков. Теперь – одну застрелили, согни один палец. Молодец. Сколько осталось?»

«Одна, папа! Та, которую застрелили. Остальные девять сразу улетели!»

Как же это верно! Деньги, которые мы дали на цдаку – остаются нашими, а остальные не зря называются на арамейском зузим, от слова лазуз (двигаться, перемещаться) – они все время перемещаются от одного к другому.

Рассказывают, что один бедняк сидел за субботним столом у богача и все время любовался огромным серебряным подсвечником, сиявшим субботними свечами. Просто глаз не мог отвести. Этот подсвечник был просто произведением искусства, и богач тоже умел его ценить:

— Ты не представляешь, сколько я за него заплатил! Бешеные деньги!

— Вот здорово, а мне он достался бесплатно! – усмехнулся бедняк.

Богач опешил.

— Достался бесплатно?! Что ты имеешь в виду?

— Он мой так же, как и твой, — объяснил бедняк, — ты им любуешься, и я им любуюсь!

— Но я могу взять его и закрыть в шкафу!

— Верно. Но тогда не только я не получу от него удовольствия, но и ты тоже. Ты, правда, можешь его продать и выручить его стоимость… Так что, он считается твоим потому, что ты можешь сделать его не своим?

Именно это ответил царь Монбаз своим братьям, которые укоряли его за то, что он растрачивал свои сокровища, кормя нищих в год засухи. Они говорили: «Твои отцы собирали сокровища, а ты разбазариваешь?» Ответил им: «Мои отцы собирали для других, а я собрал для себя!» (Бава Батра, 11а).

Широко известна также история о доне Ицхаке Абарбанеле, великом мудреце Торы и министре финансов при дворе короля Испании. Его ненавистники оклеветали его перед королем, утверждая, что он копит себе богатства, грабя казну. Королю посоветовали потребовать список имущества дона Абарбанеля, и тогда он сможет разобраться, откуда оно. Дон Ицхак Абарбанель попросил у короля несколько дней для подсчетов, и выдал ему итог: несколько десятков тысяч дукатов.

— Ага! – возмутился царь, — Теперь я понимаю, что они были правы! Да ведь я сам подарил тебе подарков на сумму, в десятки раз превышающую эту! Я конфискую у тебя все твое имущество, и будет произведена обширная проверка!

— Ваше величество, — ответил рав Абарбанель, — Вы просили узнать не то, какие суммы денег и какая недвижимость находятся в моем распоряжении, а каково мое личное имущество. Этот список и есть мое личное имущество – это деньги, которые я раздал на благотворительность и поддержку Торы. Они записаны Свыше на мой счет, и никто не может отнять их у меня. Ну а все остальное – не мое. Оно дано мне в руки, и я могу потерять его в любой момент. Например, как сейчас, когда вы конфисковали его…

Сказано в трактате Кидушин (32б): «Кто такой закен (старец, мудрец)? Лишь тот, кто приобрел мудрость. Потому что закен – это аббревиатура слов зэ кана (этот приобрел)». На первый взгляд, главное отсутствует – ведь само слово «мудрость» здесь не упоминается. Почему не говорится, что следует почитать того, кто приобрел имущество? Потому, что приобретение имущества – это лишь внешняя оболочка, имущество можно потерять. А мудрость — это настоящее приобретение. В «Мидраше Танхума» (2) рассказывается история об одном мудреце, который отправился в плаванье. На корабле вместе с ним были купцы. Они стали спрашивать его: «Где твой товар?» Он ответил: «Мой товар ценнее вашего!» Купцы стали искать на корабле и не нашли никакого товара. Стали они насмехаться над мудрецом. Тем временем к ним приблизился корабль морских пиратов. Они взяли пассажиров в плен, ограбили до нитки, а потом выбросили на берег. У купцов не осталось ни крошки хлеба, ни одежды. Мудрец же добрался до города, зашел в дом учения и дал урок. Местные жители увидели, что он – большой знаток Торы, отнеслись к нему с большим уважением и назначили его своим раввином. Тогда он попросил их пожалеть ограбленных купцов и дать им все необходимое. Когда купцы появились перед ним, он сказал им: «Не зря я сказал вам, что мой товар ценнее вашего. Ваш – потерян, а мой – остался при мне!»

Так что нет у нас никакой возможности сохранить свое имущество, кроме той его части, которую мы превратили в имущество вечное – посредством цдаки и поддержки Торы!

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

Добавить комментарий