Лакомства к субботнему столу — Короткие ворты на тему недельной главы Хаей Сара

В стихе (Берешит, 23:2) сказано: «И пришел Авраам, чтобы сказать траурные речи по Саре и оплакать ее». Здесь есть интересное явление: в слове «и оплакать ее» (ולבכתה) буква כ – маленькая, меньше, чем остальные буквы.

Объясняет Хатам Софер, что это намекает на то, что сказали наши мудрецы в трактате Бава Батра, комментируя стих (Берешит, 24:1) «И Всевышний благословил Авраама во всем (בכל – ба-коль)» – у Авраама была дочь, которую звали Баколь, но она умерла. Все время, пока Сара была жива, это притупляло боль потери дочери, поскольку Авраам не был один, и Сара его утешала. Но когда и она умерла, некому стало утешать, и боль потери нахлынула с новой силой, так что Авраам оплакивал не только Сару, но и умершую дочку. Маленькая буква כ показывает, что она как будто стерта из слова, так что вместо ולבכתה – «и оплакать ее», получается ולבתה – «и ее дочери», «… и пришел Авраам, чтобы сказать траурные речи по Саре и ее дочери».

Хатам Софер

 

В стихах (Берешит, 24:2-4) говорится: «И сказал Авраам Элиэзеру…И заклинаю тебя Всевышним…чтобы не брал ты жену сыну моему из дочерей кнаанейцев, среди которых я живу. А на мою родину пойдешь и возьмешь жену моему сыну, Ицхаку».

Спрашивает рав Авраам Бурнштейн из Сохачева (автор «Авней Незер»): ведь, в конце концов, земляки Авраама тоже были идолопоклонниками, как и жители земли Кнаан. Так чем же они лучше них? И отвечает: дело в том, что кнаанейцы были необычайно безнравственны, как об этом говорится в Торе: «мерзости [низменные душевные качества] земли Кнаан». Такие качества передаются от родителей к детям. В отличие от этого, на родине Авраама у людей не было «мерзости», хотя они и поклонялись идолам. Но идолопоклонство не передается от отцов к детям, поэтому если Ицхак возьмет себе жену с родины Авраама, его дети, если их правильно воспитать, вырастут достойными людьми (и так же объясняет Рамбан).

Рав Авраам Бурнштейн из Сохачева («Авней Незер»)

 

В стихах (Берешит, 24:12-14) говорится о том, как Элиэзер, раб Авраама, стоя у источника, к которому приходят девушки набрать воду, просит знак Свыше, чтобы понять, какая из них предназначена быть женой Ицхаку: «И будет, та из девушек, которой скажу: наклони, пожалуйста, твой кувшин, и я попью, а она ответит: пей, и верблюдов твоих я тоже напою, – она предназначена Тобою для раба Твоего Ицхака…».

Объясняет «Бейт а-Леви», что хотя Элиэзер просил о знаке с Небес, тем не менее, условия, которые он оговорил в своей просьбе, содержали определенную логику. Элиэзер хотел проверить, насколько хорош характер девушки и умна ли она. Во-первых, добра ли она по природе, настолько, что согласится начерпать воды для незнакомого взрослого и здорового человека. Во-вторых, даже если согласится, то из чего пить, ведь кружки у него нет, значит, нужно поить из своего кувшина, которым она черпает воду и в котором потом несет ее домой. Непонятно, согласится ли она на это – ведь это неприятно, что посторонний человек пьет из твой посуды. И, в-третьих, что делать с остатками воды в кувшине: нести их домой – противно, ведь оттуда пил чужой человек; вылить на землю – значит, опозорить того, кто пил. Поэтому Элиэзер попросил, чтобы она вышла из этой ситуации, сказав «и верблюдов твоих я тоже напою», и дала остатки воды верблюдам. Таким образом, будет понятно, что эта девушка добра, тактична и умна. Но все это само по себе еще не является доказательством того, что она достойна стать женой Ицхака, поэтому Элиэзер просил у Всевышнего, чтобы девушка сделала еще что-то, сверх тех условий, которые он поставил. И действительно, Ривка сказала ему (Берешит, 24:19): «Пей, и для верблюдов твоих я тоже начерпаю, пока не закончат пить». Она не остановилась на том, что вылила остатки воды верблюдам, а приносила им воду до тех пор, пока они не напились, из уважения к Элиэзеру, чтобы он не подумал, что выливание воды в верблюжью поилку – лишь уловка, чтобы избавиться от воды в кувшине, из которого он пил.

«Бейт а-Леви»

 

После того, как Элиэзер рассказал родственникам Ривки о тех знаках с Небес, которые были даны, говорится (Берешит, 24:50): «И ответил Лаван и Бетуэль, и сказали: от Всевышнего вышло это…»

«Мидраш Раба» говорит: «”От Всевышнего вышло это” – откуда вышло? Сказал раби Йеошуа бар Нехемия от имени раби Ханины бар Ицхака: ”вышло с горы Мориа”». Объясняет рав Шалом из Бельз: на горе Мориа, когда Авраам связал Ицхака на жертвеннике, Всевышний связал ангелов народов мира и бросил их перед Авраамом, в результате чего раскрылись источники огромной святости, и в мир пришла очень высокая душа – душа Ривки, духовной половины Ицхака.

Рав Шалом из Бельз

 

Вслед за сказанным выше (Берешит, 24:50-53) говорится: «Не можем мы сказать тебе ни плохого, ни хорошего. Вот Ривка перед тобой, возьми [ее] и иди, и будет она женой сыну твоего господина… И было, когда услышал раб Авраама их слова, поклонился до земли Всевышнему. И достал раб серебряные и золотые украшения и одежды, и дал Ривке, а ее брату и матери дал угощения».

Объясняет «Имрей Шеффер», что родственники Ривки сказали Элиэзеру: понятно, что не в наших силах запретить или разрешить Ривке стать женой Ицхака, но тогда – «вот Ривка перед тобой» – как есть, без приданого, «возьми и иди»! Услышав это, Элиэзер возблагодарил Всевышнего за их согласие, а потом «…достал раб серебряные и золотые украшения и одежды…» – нарядить в них невесту, показав тем самым, что его господин Авраам не придает значения, уступает и прощает в тех случаях, когда спор идет о материальных претензиях, как это было с царем Сдома (глава Лех Леха). А он, Элиэзер, – достойный ученик Авраама, привыкший за все благодарить Всевышнего и не сердиться на людей, даже если они ведут себя нечестно, поэтому даже родственники Ривки получили от него подарки. Из-за этого стих называет его здесь не по имени, а «раб Авраама».

«Имрей Шефер»

 

В стихах (Берешит, 24:63-65) описывается первая встреча Ицхака и Ривки: «И вышел Ицхак [чтобы молиться Всевышнему] в поле, [когда день] склонялся к вечеру, и поднял глаза, и увидел – и вот верблюды идут. И подняла Ривка глаза, и увидела Ицхака, и упала с верблюда. И сказала рабу: “Кто этот человек, идущий по полю навстречу нам?” и сказал раб: “Это мой господин”, и [тогда] взяла она шаль и закрылась [ею]».

Объясняет Нецив из Воложина: Ривка впервые увидела Ицхака еще в тот момент, когда он молился и был необычайно величествен и грозен, подобно ангелу Всевышнего. Поэтому от охватившего ее трепета и страха она упала с верблюда. А когда узнала, что этот человек и есть ее будущий муж, закрылась шалью от стыда, поскольку ей казалось, что она недостойна быть его женой. И с этого момента в ее сердце поселился страх и трепет перед ним, поэтому она не вела себя с Ицхаком, как Сара с Авраамом или Рахель с Яаковом, которые, если случалось, что сердились на своих мужей или были с ними в чем-то не согласны, без смущения об этом говорили. Но не так вела себя Ривка. Все это было предопределено Всевышним для того, чтобы в тот момент, когда Ицхак хотел благословить Эсава (глава Толдот), Ривка, несмотря на то, что была с этим не согласна, тем не менее не решилась спорить с мужем и рассказать ему о том, кто такой на самом деле Эсав, поэтому приказала Якову получить благословения отца под видом Эсава. Такова была воля Всевышнего, чтобы Яков был благословлен именно таким образом по причине, которая будет объяснена в комментарии к главе Толдот.

«а-Эмек Давар»

 

В конце нашей главы (Берешит, 25:12-16) перечисляются имена потомков Ишмаэля, а в стихе (Берешит, 25:18), завершающем главу, говорится: «И проживали [потомки Ишмаэля] от Хавила до Шур, который возле Египта… перед лицом всех его братьев упал [Ишмаэль]». Следующая же глава начинается словами: «А это потомки Ицхака…».

«Бааль а-Турим», комментируя это место, говорит: это пришло сказать, что когда в конце дней падет Ишмаэль, придет Машиах, который происходит из потомков Ицхака. Да произойдет это вскорости, в наши дни!

«Бааль а-Турим»

 

 


http://www.beerot.ru/?p=21411