Лакомства к субботнему столу — Недельная глава Шмот

Дата: | Автор материала: null

1528
каждый еврей

 Какие колена были порабощены?

«И говорил Г-сподь Моше и Аарону, и давал им повеления к сынам израилевым и к фараону, царю египетскому, чтобы вывести сынов израилевых из земли египетской» (Шмот, 6:13).

Существует общепринятое мнение, что порабощение не распространялось на колено Леви. Однако с этим мнением спорит рав Меир Симха из Двинска. Он утверждает, что на целых три колена не распространялось порабощение! И они были не просто свободными, а даже находились у власти, были министрами. В нашем стихе Всевышний передает повеление об освобождении сынов израилевых. К кому обращено это повеление? Из стиха следует, что не только к фараону, но и к евреям. Поясняет автор «Мешех Хохма», что среди свободных евреев колен Реувена, Шимона и Леви были и вельможи, и министры. Иногда в их владение попадали евреи других колен, переданные им за долги. К этим, устроенным евреям и было адресовано обращение Всевышнего.

Почему именно на эти три колена не распространялось порабощение египтян? От рабства их освободил сам Всевышний. Дело в том, что Яаков собрал своих сыновей и благословил их, и у этих трех колен благословения больше походят на проклятия. О Реувене сказано: «Стремительный, как вода, ты не будешь преимуществовать, ибо ты взошел на ложе отца твоего; ты осквернил тогда восходившего на постель мою» (Берешит, 49:4). А о Шимоне и Леви сказано еще резче: «Шимон и Леви братья, орудия хищничества свойственны им. В совет их да не войдет, душа моя, с собранием их не объединяйся, честь моя! Ибо они во гневе своем убили мужей и по их воле подрезали жилы вола. Проклят гнев их, ибо силен; и ярость их, ибо тяжела; разделю их в Яакове и рассею их в Израиле» (Берешит, 49:5-7). Было опасение, что после таких упреков Яакова, не имея мотивации на будущее, эти колена не выдержат рабства. И, чтобы они не ассимилировались, Всевышний оставил их вне власти египтян.

Но ничего не проходит бесследно, и за свободу от испытаний пришлось заплатить. Именно представители этих трех колен, не прошедшие духовной закалки под гнетом египтян, не давали спокойной жизни Моше. От колена Реувена немало досаждали Моше печально известные Датан и Авирам. Колено Шимона «отличилось» историей с Зимри бен Салу и Козби бат Цур. А из колена Леви выступили против Моше двести пятьдесят человек во главе с Корахом.

Результатом недостатка в духовной цельности была утрата права на обладание наделом в Святой земле. Колено Реувена соблазнилось сочными лугами за Ярденом. Колено Шимона не имело своего надела. А колену Леви смягчили наказание. За то, что они не учавствовали в создании золотого тельца, Всевышний сделал так, что Тора является их уделом. Но удела в Святой земле они все-же не получили.

 Причины антисемитизма

«И восстал новый царь над Египтом, который не знал Йосефа, и сказал народу своему: вот, народ сынов израилевых многочисленнее и сильнее нас. Давайте перехитрим его, чтобы он не размножался…» (Шмот, 1:8-10).

Пишет «Ор а-Хаим» (Берешит, 26:27), что всякая ненависть может пройти со временем, кроме той ненависти, причиной которой была зависть. Все время, что будет существовать зависть – будет жива и ненависть.

Почему фараон должен был убеждать свой народ выступить против евреев? Ведь обычно не требовалось больших усилий, чтобы поднять людей на еврейский погром, а тут царю пришлось убеждать. Дело в том, что естественного, природного антисемитизма, тогда еще не было. Он появился только после дарования Торы. Известен мидраш, как Всевышний предлагал Тору разным народам и как все от нее отказались. Отказались в силу своей испорченности, но каждый понимал, что отрекся от чего-то великого. Поэтому с момента дарования Торы зарождается зависть и ненависть к евреям за то, что они сумели преодолеть сомнения и принять на себя Тору, не зная в точности, что в ней написано. И с тех времен называется та гора Синай – потому что вместе с Торой с нее спустилась в этот мир сина (ненависть) к евреям.

Тогда же, до дарования Торы, врожденного антисемитизма еще не было, поэтому и пришлось фараону потрудиться, чтобы убедить свой народ в необходимости порабощения евреев.

Право на пожертвование

«И стала его сестра поодаль, чтобы узнать, что с ним будет» (Шмот, 2:4).

«Почему стала Мирьям поодаль? Потому что до этого она пророчествовала, говоря: “В будущем моя мама родит сына, который избавит народ Израиля” («Шмот Раба», 1:22).

Что хотела увидеть Мирьям? Утонет Моше или нет? Но ведь она знала из пророчества, что Свыше ему уготована участь быть избавителем народа Израиля. Тогда что ее интересовало? Поясняют, что Мирьям было интересно увидеть того египтянина, у которого хватит заслуг, чтобы воспитать Моше в своем доме.

Рав Каанаман, глава ешивы Поневеж, однажды услышал, что один американский еврей хочет пожертвовать огромную сумму на строительство здания в Израиле. Как он ни старался выйти на связь с тем евреем, не удалось. Спустя какое-то время рав Каанеман отправится за океан для сбора средств на ешиву. Когда все устроились на своих местах в самолете, у него с соседом завязалась беседа. И вдруг оказалось, что сосед рава — как раз тот еврей, которого он так долго искал. Но вслед за изумлением пришло и разочарование. Богатый еврей объяснил, что деньги уже пожертвованы на строительство стадиона в Тель Авиве. Тогда рав Каанеман пояснил попутчику: «А знаешь, почему я так старался, но не смог тебя найти? Потому что у тебя не было достаточно заслуг, чтобы пожертвовать деньги на святую ешиву».

Последние знамения

«И будет, если они не поверят тебе и не послушают голоса первого знамения, то поверят голосу знамения последнего» (Шмот, 4:8).

В эпоху Второго Храма пророчествовали три пророка: Хаггай, Захария и Малахи.

Возведение Второго Храма прекратилось также быстро, как и началось. Персидский царь Кореш, давший разрешение на возведение Храма, очень быстро отказался от этой идеи. Строительство было заморожено на восемнадцать лет; в конце этого периода пророки Хаггай и Захария начали побуждать народ к возобновлению строительства. Пророк Хаггай произносит пророчество, ставшее объектом пристального внимания толкователей многих религий: «Больше будет слава дома этого последнего, чем первого, – сказал Г-сподь Воинств» (2:9).

В сборнике «Вопросов и ответов Рашба» (ч. 4, §187) есть интересное обсуждение этого стиха. Там приводится ответ Рашба главам одной еврейской общины. Те, в свою очередь, просили найти ответ на вопрос одного мусульманского мудреца, неплохо разбиравшегося в еврейских текстах.

Пишет Рашба, что у него также был подобный спор с одним таким мудрецом. И вот что он сказал. В Танахе слово «последний» является понятием не абсолютным, а относительным. Слово «последний» указывает на последний пункт в приведенном перечислении. Но это не означает, что среди перечисленных объектов этот пункт является абсолютно последним. И вот пример из недельной главы Ваишлах. Сказано там: «И поставил рабынь и детей их впереди, а Лею и детей ее последними (אַחֲרֹנִ֔ים), и Рахель и Йосефа последними (אַחֲרֹנִ֔ים)» (Берешит, 33:2-3). Видно из этого стиха, что Лея и ее сыновья не были последними — ни по порядку, ни по возрасту, но Тора называет их последними! Но тот мудрец не отступал. Он ответил, что в этом стихе приводится ситуация, как она выглядит глазами людей. Ведь Эсав не знал, сколько сыновей родились у Яакова. Он вполне мог ошибиться, решив, что Лея с сыновьями действительно последние. Но по отношению к словам пророка Всевышнего такое утверждение неприемлемо. Ведь пророк знает о будущем! И если он назвал Второй Храм – последним, то это означает, что избавление уже пришло. А будущего, Третьего Храма, о котором вы так много рассказываете, – не будет.

Тогда привел Рашба победное доказательство. Есть стих в Торе, который не является заявлением простого смертного, и это даже не слова пророка. Это слова Самого Всевышнего. В главе Шмот Всевышний приказывает Моше возвращаться в Египет и вызволять евреев. Но Моше опасается, утверждая, что евреи не поверят ему. Тогда Всевышний дает Моше два знамения и добавляет: «И будет, если они не поверят тебе и не послушают голоса первого знамения, то поверят голосу знамения последнего. Если же не поверят и двум этим знамениям, и не послушают голоса твоего, то возьмешь воды из реки и выльешь на сушу…» (Шмот, 4:8-9). И это пример, где Всевышний называет знамение «последним», несмотря на то, что после него будут еще много других!

Благодарность и признание

«И восстал новый царь над Египтом, который не знал Йосефа» (Шмот, 1:8).

«”И восстал новый царь…”. Спор Рава и Шмуэля. Один говорит, что это был новый царь. Другой утверждает, что царь был тот же, а новыми были его приговоры. “Который не знал Йосефа” — повел (сделал) себя, как будто не знал Йосефа» (Раши).

В отличии от языков народов мира, в святом языке два разных понятия иногда могут выражаться одним и тем же словом. Так, например, «под одной крышей» оказались два не связанных, на первый взгляд, понятия. Одно – благодарность кому-то за оказанное в прошлом добро или услугу (להודות). Второе – признание вины, признание правоты другого или признание себе в чем-то (также להודות). Разумеется, одинаковое написание не является случайным, а указывает на существующую связь.

Поясняет рав Ицхак Гутнер, что в душе каждого человека сокрыто стремление к абсолютной самостоятельности и независимости. Когда человек вынужден благодарить другого за оказанную ему услугу, он подсознательно понимает, что был не в состоянии решить проблему. Получается, что в каждой благодарности за услугу скрывается признание своей беспомощности. И если такие ощущения пробуждаются в отношениях между людьми, то тем более – между человеком и Всевышним.

Сказано о человеке: «…подобным дикому ослу рождается человек» (Йов, 11:12). И эта дикая природа призывает человека провозгласить: «…сила моя и крепость руки моей доставили мне богатство это» (Дварим, 8:17). Но когда человек находит в себе силы вознести благодарность Всевышнему, в этот момент он признает и то, что без помощи Небес был бы не в состоянии ничего добиться. Поэтому каждая благодарность содержит в себе и признание этой не для всех приятной истины.

Неблагодарный человек не просто умышленно «забывает» сделанное ему добро. Чтобы не чувствовать себя ущербным, он выстраивает целую систему самоубеждений. И в результате этого он действительно чувствует, как будто другой не сделал ему ничего хорошего. Это и хочет пояснить нам Раши, когда подчеркивает, что фараон сделал так, как будто он не знал Йосефа.

Что сделал Йосеф для фараона и его народа? Спас их от голодной смерти. Сделал самого фараона богачом, которого доселе не видел мир. Его отец, Яаков, благословил фараона, чтобы Нил поднимался ему навстречу. Но если мы спросим фараона: «Что Йосеф сделал для тебя»? Он совершенно искренне ответит: «Абсолютно ничего. Одни только проблемы создал».

Наши мудрецы учат: тот, кто отказывается от признательности к другому, в конце концов придет к тому, что не будет испытывать благодарности к Всевышнему. И это произошло с фараоном. Он начал с того, что «не знал Йосефа», а закончил тем, что «сказал фараон: кто есть Г-сподь, чтобы я послушал голоса Его и отпустил Израиль?» (Шмот, 5:2).

Каждый еврей – звезда!

«Вот имена сыновей Израиля, пришедших с Яаковом в Египет; они прибыли вместе с Яаковом, каждый со своей семьей…» (Шмот, 1:1).

«Несмотря на то, что (Всевышний) перечислил их по именам при жизни, заново перечислил после смерти: показать Свою любовь к ним, приравнивая их к звездам, которые Он выводит и вводит по числу и по именам, как сказано: “выводящий их воинства по числу, каждого именем его назовет” (Йешаяу, 40:26)» (Раши).

Нужно понять, чем так уникальны звезды, что народ Израиля сравнивается с ними?

Комментируют наши мудрецы стих (Теилим, 147:4) «Звездам ведущий счет – всех их по имени назовет»: у каждой звезды ей свое уникальное название и функция, и, несмотря на то, что звезд – огромное количество, в любом случае «всех их по имени назовет». Если бы одна из звезд не выполнила свою функцию, в мире бы ощущался недостаток.

Точно так же и народ Израиля: каждый еврей – как звезда, у каждого есть его личная, особая роль, которую он должен выполнить. Каждый из них важен и уникален.

Вспоминала одна из слушательниц урока рава Ицхака Зильбера в Неве Яаков (район Иерусалима), что он в течение десяти лет, не меньше, ездил туда давать урок для женщин. На урок приходили три немолодые женщины. Со временем их осталось две.

Одна из них рассказывала: «Не понимаю, откуда у него время на нас – двух женщин… Для нас эти уроки – просто глоток жизни, только благодаря им мы еще держимся. Но ведь он так занят…»

А для рава Зильбера каждый человек был важным и ценным. Он не делал никаких расчетов, не раздумывал, в кого стоит вкладывать, а в кого – не очень. Ведь нам что кажется? Вот – молодой парень, в него стоит вложиться, а вот – пожилая женщина, зачем на нее тратить время? Мы живем в мире конкуренции. Люди решают о других: этот – более важен, тот – менее. Для рава Ицхака такого не существовало. Каждый человек в его глазах был бесконечно дорог. Так же, как он дорог Всевышнему.

Подготовили рав Нахум Шатхин и г-жа Лея Шухман


http://www.beerot.ru/?p=39739