Глава Тазриа — Кто кем управляет?

Дата: | Автор материала: рав Яаков Галинский

573
кто кем управляет
«Если у человека на коже появится опухоль, лишай или пятно, и на этом месте образуется язва (похожая на язву) цараат, то этого человека следует привести к Аарону-коэну» (Ваикра, 13:2).
Дальше сказано: «Если на теле человека будет язва цараат, его следует привести к коэну». И далее: «Вот закон о заболевшем цараат. В день очищения следует показать его коэну».

Известны слова рава Йерухама Лейвовича из ешивы Мир, что здесь и проявляется различие между больным цараат и назиром. О назире сказано: «И приведет его», и Раши комментирует, что он сам себя приводит. Потому, что он владеет собой, как сказано: «Праведники владеют своим сердцем». Поэтому он свят, корона Всевышнего на его голове. Не так больной цараат. Что в нечистоте, что в чистоте – его тянут: «И приведут его к коэну», он – под влиянием других, его ведут. То ли общество вокруг него, то ли его собственные желания и вожделения.

У нас в Новардоке воспитывали определенную дерзость – исполнять как следует сказанное в первом пункте «Шулхан Арух»: «И пусть не стыдится людей, насмехающихся над ним, когда он служит Всевышнему, благословен Он». Саба из Новардока обычно говорил, что мы похожи на кур, привязанных к столбу длинной веревкой, которая позволяет им ходить по всему двору и клевать зерна, сколько душа пожелает. Курицы радуются: повезло нам, мы совершенно свободны! Но как только попытаются выйти за пределы двора – веревка натянется и остановит их. Так и мы считаем, что мы – одни из тех, кто владеет своим сердцем (т. е. обладаем самодисциплиной – прим. пер.), и доказательство: встали, как львы, чтобы прочесть «Шма» утром! Но если мы, скажем, окажемся в поезде, и придет время утренней молитвы, то, вставая молиться, будем коситься направо и налево: как окружающие это воспринимают?

А ведь кто они такие для нас, разве их мнение имеет хоть какую-то важность?

И если во время молитвы (Амиды) пройдет мимо контролер, то по закону нам следует его проигнорировать — пусть вернется, когда закончим молитву. Но мы поспешим достать билет из кармана и предъявить его. Так что веревка, привязывающая нас к нашим слабостям, не такая уж и длинная…

Чего мы боимся? Что будут над нами насмехаться, что будут недоумевать по нашему поводу? А ведь в Мишне прямо сказано (Эдуйот, 5:6): «Лучше пусть меня всю жизнь называют сумасшедшим, чем хоть на один час стать злодеем перед Всевышним!»

Сказано в трактате Брахот (28б): «Учили наши мудрецы: входя (в бейт-мидраш), что следует говорить? “Да будет угодно Тебе, Г-сподь, Б-г мой, чтобы не оступились из-за меня, чтобы я не ошибся в законе, и мои друзья не радовались бы мне”». Комментирует Раши: чтобы я не ошибся в законе, и мои друзья не радовались бы моей неудаче. Ведь я приведу на них две беды, поскольку они будут наказаны из-за меня.

Кто-нибудь может это понять?

Почему Раши объясняет «пусть не радуются моей неудаче, чтобы я не стал причиной их наказания»? Почему он не объяснил по-простому: пусть не насмехаются надо мной, чтобы я не обиделся, чтобы не потерял уважение?

В Новардоке – прекрасно понимали это, и еще как!

Молиться, чтобы надо мной не насмехались? А какая мне разница – насмехаются или нет. Я должен молиться, чтобы не нарушить закон, и чтобы другие из-за меня не нарушили. Но молиться, чтобы не злорадствовали?

Ведь Рамбам просил (в своем письме раву Йосефу бен Гаваду из Багдада), чтобы не протестовали против выступающих против него и его трудов, и против желающих насмехаться над ним, наоборот: «Тот, для кого это приносит пользу, и нам это не повредит, – ведь человека заставляют преодолеть качество Сдома, когда один получает удовольствие, а другому это не наносит ущерб».

Хатам Софер писал, что поэтому рассказывает Гемара: когда раби Аба поднялся из Вавилона в Землю Израиля (а известно, что подход к учебе там был другим), он сказал: «Да будет угодно Всевышнему, чтобы мои слова были приняты другими». Когда он пришел в бейт-мидраш, обнаружил, что наши мудрецы Земли Израиля, раби Йоханан, раби Ханина и раби Зейра, учат одну алаху и затрудняются в ее понимании. Он объяснил им, и они стали смеяться над ним. Возмутился раби Аба: «Я что – вас ограбил, что вы насмехаетесь надо мной?» Они же продолжили смеяться. Гемара рассуждает, почему они не приняли его объяснение, и были ли правы. Ведь он сказал логичные вещи, и есть мнение, что был прав.

Хатам Софер спрашивает, зачем Гемара рассказывает нам об унижении раби Абы, ведь можно было просто изложить их спор, не рассказывая о насмешках. Но дело в том, что Гемара критикует молитву раби Абы: «Да будет угодно Тебе, чтобы мои слова были приняты». Ведь какая разница – будут приняты или нет? Ты говоришь то, что считаешь верным, ради Небес, и неважно, признают это или нет. А поскольку он просил, чтобы его слова восприняли с уважением, оступился в том, что над ним посмеялись. Это указывает, что он просил неверно.

В делах Небес нужна смелость, даже дерзость – не считаться с насмешниками, «будь дерзок, как тигр, выполняя волю твоего Небесного Отца».

Как писал Хатам Софер, евреи – самая дерзкая из наций, а ведь сказано: «Дерзкому — путь в Геином». Так циц, который был на лбу у Аарона а-коэна, искупал грех дерзости. Каким образом? На нем было написано: «Свят для Всевышнего». Это учит нас, что в том, что касается святости, есть обязанность вести себя дерзко.

И вообще – ну что нам считаться с тем, что другие говорят? Ведь известна история о человеке, который отправился в путь со своим сыном. Он ехал на осле, а сын шел рядом. Встретил его прохожий и сказал: «Тебе не стыдно! Какое каменное сердце, какая жестокость! Ты, полный сил, едешь на осле, а маленький сын должен идти пешком!» Прав он. Спешился отец, посадил сына на осла, и они пошли дальше.

Встретился им другой человек, и сказал: «Ну и времена настали! Сын едет на осле, как принц, а отец идет пешком!» Прав и он. Отец тоже сел на осла, и поехали вместе.

Прошел еще один прохожий, покачал головой: «Бедный осел! Вам его не жалко? Тора запрещает мучить животных!» И он прав. Спешились оба, пошли пешком, а осел рядом.

Прошли мимо люди и удивились: «Зачем вы взяли с собой осла, если идете пешком?» И это верно. Взяли отец с сыном осла и взвалили себе на плечи…

Каждому из нас стоит задуматься и проверить, сколько «ослов» он тащит на своих плечах из-за опасения «что скажут»…

Перевод: г-жа Лея Шухман

http://www.beerot.ru/?p=46091

Оставьте комментарий

Please enter your comment!
Please enter your name here