Среди своего народа я живу — Афтара недельной главы Ваера

Дата: | Автор материала: Рав Рафаэль Ойербах

283
книга рут с комментарием

«И было однажды, пришел он туда и поднялся в верхнюю комнату, и лег там. И сказал он Гехази, отроку своему: позови эту шунемитянку. И позвал тот ее, и она стала пред ним. И сказал он ему: “Скажи ей, прошу: вот, ты так заботилась о нас, что сделать для тебя? Не нужно ли поговорить о тебе с царем или с военачальником?” Но она сказала: “Среди своего народа я живу”» (Мелахим 2, 4:11-13).

Из рассказа мы можем почерпнуть то, насколько важна заповедь гостеприимства в своем доме, и то, как важно уметь быть благодарным за добро, сделанное тебе.

Радак понимает эти стихи дословно. Что пророк может замолвить слово о проблемах женщины перед царем Израиля. Но женщина отвечает, что есть у нее много родственников, которые, в случае возникновения серьезных проблем, всегда могут вступиться и помочь. Поэтому я не желаю утруждать пророка своими личными просьбами.

Однако в книге «Зоар» (глава Бешалах) говорится, что этот разговор произошел в преддверие Рош а-Шана.

Соответственно понимание стихов может быть двояким. Можно сказать, что у Элиши были связи при дворе царя, и он мог похлопотать за женщину. Но не менее правильно объяснить, что Элиша намекал женщине о том, что, будучи пророком, он имеет возможность походатайствовать за нее перед Всевышним — Царем всех царей. Пророк спрашивает желает ли она, чтобы перед Всевышним были лично упомянуты особые заслуги женщины. И тут великая женщина отвечает: «… Среди своего народа я живу…». Я не желаю, чтобы меня упоминали как об отдельном человеке. Я предпочитаю, чтобы в день суда, мои заслуги были упомянуты среди всех заслуг народа Израиля. Ведь если заслуги человека упоминаются особым способом, то это привлекает особое внимание, и тогда его проверяют более тщательно. Действительно ли этот еврей достоин такого внимания Свыше? Не числятся ли за ним какие-нибудь проступки?

Элиша посылает за женщиной своего ученика Гэхази и здесь, комментаторы обращают наше внимание на еще один особый момент в поведении пророка. Элиша как мог старался не вступать в разговоры с женщинами. Это хорошо видно из следующих стихов: «И позвал тот ее, и она стала перед ним». И вот женщина стоит перед пророком, и он лично может обратиться к ней, но написано: «И сказал он (Элиша) ему (Гехази): скажи ей, прошу…», и в еще одном стихе: «И сказал он: что же сделать для нее». Видно, что Элиша в разговоре с женщиной использует посредника. В мидраше «Пиркей де-раби Элиэзер», поясняется, что святость, которую излучал пророк, была настолько сильной, что просто могла причинить вред женщинам. И только когда ему нужно передать слова пророчества, он обращается лично к шунемитянке: «И сказал он: через год, в это же время, ты будешь обнимать сына».

 Слова пророка никогда не говорятся впустую

Шунемитянка отказывается от предложения пророка, но придет время, и ей придется воспользоваться знакомствами при дворе царя. И здесь стоит остановиться, и поподробнее рассмотреть один момент, на который обращает наше внимание Рамбан, в его комментарии на Тору. В конце книги Берешит Яаков благословляет сыновей Йосефа, и произносит следующие слова: «А теперь два сына твои, родившиеся у тебя в земле Египетской до прибытия моего к тебе в Египет, мои они; Эфраим и Менаше, как Реувэн и Шимон, будут мои. А дети твои, которых ты родил бы после них, будут твои. По имени братьев своих будут они именоваться в уделе своем» (Берешит, 48:5-6).

Из слов Яакова следует, что из сыновей Йосефа только Менаше и Эфраим получат статус отдельных колен Израилевых, наравне с сыновьями Яакова. Другие же сыновья Йосефа, если родятся, будут числиться среди своих старших братьев. То есть, они не получат статус отдельных колен, а будут числиться среди колен Менаше и Эфраима. И действительно, во время раздела Святой Земли, мы находим два колена из отпрысков Йосефа – Менаше и Эфраима, и больше никаких дополнительных имен.

Но зачем нужно было вносить в Тору слова о предостережении, которому не суждено было сбыться? Ведь у Йосефа не было больше сыновей, и Моше, записывая Тору, мог бы опустить эти слова Яакова?

И тут вмешивается Рамбан, поясняя, что если наш праотец, который был пророком, произнес слова предсказаний, то им непременно суждено сбыться. Значит, у Йосефа были еще сыновья, и они были причислены к коленам двух старших братьев, и Рамбан пытается привести этому некоторые доказательства.

Пророк Элиша также произносит слова, есть ли у женщины какая-то нужда в ходатайстве перед царем.

И он знает, что говорит, потому что он — пророк, не роняет слов попросту. И пусть шунемитянка вежливо отказывается, но придет день, и ей еще очень пригодится помощь Элиши. О чем идет речь? В начале восьмой главы рассказывается, что Элиша предупреждает шунемитянку, что в Земле Израиля будет голод семь лет, и что стоит оставить эти места до его окончания. Женщина слушается пророка, а когда возвращается по прошествии семи лет, то обнаруживает, что ее дом и поле занято другими. Женщина отправляется к царю в надежде получить справедливый суд. В это время в царских апартаментах находится Гехази, которого царь просит рассказать о чудесах пророка Элиши. Как только царь произнес свою просьбу, раздаются крики обобранной шунемитянки. И Гехази говорит царю: «…Господин мой царь! Это та самая женщина и тот самый сын ее, которого оживил Элиша» (8:5). И царь выслушивает просьбу женщины, после чего посылает с ней своего придворного, чтобы изгнать из ее владений чужаков.

Зачем мы привели здесь этот рассказ, не входящий в отрывок нашей афтары? Чтобы проиллюстрировать, то, насколько Всевышний готов выполнять слова своих праведников. И посмотрите то, как в точности сбылись все слова и Элиши, и шунемитянки. Что сказала шунемитянка? Пока я нахожусь среди своего народа, мне нечего опасаться. Как только она покидает свой народ (пусть и по приказу пророка), у нее начинаются проблемы. И теперь приходит время вступить в силу словам Элиши о его ходатайстве за женщину перед царем. Ни одно слово не было произнесено понапрасну. Ни слова праведной женщины, ни, тем более, слова великого пророка. В точности, как пояснил нам Рамбан слова Яакова.

«И дал ей царь одного из придворных, сказав: возвратить ей все, принадлежащее ей, и все доходы с поля, со дня, когда она оставила страну, поныне».

 Воскрешение из мертвых

После того, как Шунемитянка отказывается от предложения Элиши, пророк все же сообщает ей радостную весть, что через год у нее родится сын. Кто-то поясняет, что это было пророчество, а кто-то утверждает, что это произошло благодаря вышеописанной силе их благословения, данной пророкам Свыше. Но на удивление женщина с осторожностью воспринимает эту весть, и здесь вновь проявляется ее высокий духовный уровень. Из слов пророка: «…через год, в это же время, ты будешь обнимать сына», она понимает, что будет только обнимать его. Что получит его лишь на время. Что будет обнимать, но не воспитывать. И она не готова получить обещание в такой форме, что и становится причиной соответствующей реакции: «И сказала она: нет, господин мой, человек Б-жий, не разочаровывай рабы твоей».

И вот у шунемитянки рождается сын. Мальчик подрастает, и уже ходит в поле помогать отцу. Однажды ему стало плохо, его возвращают домой и там он умирает.

Женщина приходит к Элише с претензией. Я же не просила у тебя сына, хотя и могла. Это была твоя инициатива, и ты знаешь, что я хотела такое обещание, после которого в моей жизни будет радость и счастье. Разве не лучше бы было вообще не иметь ребенка, чем получить его ненадолго, и после потерять? Элиша понимает, что правда на ее стороне и предпринимает все усилия, чтобы вернуть шунемитянке ее сына.

Элиша посылает своего ученика Гехази, вложив в его руку свой посох. Он приказывает ему положить этот посох на тело умершего сына это то, что должно оживить мальчика. Рав Меир Симха из Двинска в книге «Мешех Хохма» приводит интересное пояснение, почему из всех предметов для оживления пророк выбрал именно свой посох.

На святом языке глагол леишаэн означает «опираться». Соответственно, существительное, им образовываемое, звучит, как мишэнет – «опора», а также «посох». И поясняет «Мешех Хохма», что Элиша не случайно послал Гехази оживлять мальчика посохом. Он был убежден, что если Всевышний и сделает такое великое чудо, то только за самые большие заслуги. Шунемитянка расширила свой дом и обустроила комнату только для того, чтобы пророк мог там останавливаться. Иными словами, Элиша опирался на поддержку шунемитянки. А если так, то он посылает свой посох (мишэнет), чтобы сделать ей чудо, взамен той опоры (мишэнет), которой она являлась для него долгое время.

По вине Гехази эта миссия не удалась. И тогда Элиша, чувствуя косвенную вину, и ощущая личный долг перед шунемитянкой, оживляет ее сына. «И вошел он (в комнату), и закрыл дверь за обоими, и помолился Г-споду. И поднялся, и лег на мальчика, и приложил уста свои к его устам, и глаза свои к его глазам, и ладони свои к его ладоням, и простерся на нем. И потеплело тело мальчика. И сошел он, и прошелся по дому раз туда и раз сюда, и поднялся, и простерся на нем. И чихнул отрок семь раз, и открыл отрок глаза свои. И позвал он Гехази, и сказал: позови эту шунемитянку. И тот позвал ее. Она пришла к нему, и он сказал: возьми сына своего. И подошла она, и упала ему в ноги, и поклонилась до земли. И взяла она сына своего, и вышла» (33-37).

Перевод: рав Нахум Шатхин


http://www.beerot.ru/?p=88166