Книга Эстер с комментарием Виленского Гаона — часть 4

золото, свинья

Основано на Комментарии Виленского Гаона

Глава 1

Стих 6

(ו) חוּר כַּרְפַּס וּתְכֵלֶת אָחוּז בְּחַבְלֵי בוּץ וְאַרְגָּמָן עַל גְּלִילֵי כֶסֶף וְעַמּוּדֵי שֵׁשׁ מִטּוֹת זָהָב וָכֶסֶף עַל רִצְפַת בַּהַט וָשֵׁשׁ וְדַר וְסֹחָרֶת:

(Покрывала) из белой шерсти, карпаса и бирюзы прошиты были шнурами тонкого льна и пурпурной шерсти на серебряных прутьях и на мраморных колоннах; золотые и серебряные ложа на полу из камней баат, и шеш, и дар, и сохарет.

Вечно растущие аппетиты

Описание пира Ахашвероша намекает на то, как дурное начало постепенно увеличивает потребности того, кто идет у него на поводу. Вначале, когда он еще ребенок, дурное начало заражает его страстью к еде и питью. Потом он требует дорогой одежды и роскошных покрывал. Потом вожделеет накопить побольше серебра и золота. Потом ищет драгоценные камни и алмазы. Но даже если ему удается приобрести все это, ему хочется, чтобы даже пол его дома был сделан из дорогих пород. Мудрецы сказали об этом («Коэлет Раба» 1, 13), что человек умирает, не удовлетворив даже половины своих вожделений.

«Дырявая» душа

По одному из мнений мудрецов (так объясняют Раши, Мааршо, «Тора Тмима»), используемое здесь слово חוּר означает, что Ахашверош украсил свой пир кружевами. Кружева характеризуются тем, что, в отличие от обыкновенной ткани, в них множество дыр [слово חוּר напоминает слово חוֹר, «отверстие»]. Это намекает на то, что дурное начало создает «отверстия» в душе. Каждый совершенный человеком грех оставляет в его душе пустоту, в которую поселяется чужое божество, не дай Б-г. Чем больше в душе дыр, заполненных скверной, тем тяжелее очистить душу и прийти к совершенству.

[Автор пишет, что на это намекает стих (Йехезкель, 21:30): «וְאַתָּה חָלָל רָשָׁע», «И ты, осквернившийся нечестивец». Одно из значений слова חָלָל — это «полость», другое — «скверна», «отсутствие святости». Это говорит о том, что в месте, из которого уходит святость, появляется скверна.

На это также намекает написанное в трактате Шаббат (22а) про стих (Берешит, 27:34): «А яма пуста, воды в ней нет» — «в ней нет воды, но в ней есть змеи и скорпионы». Душа, в которой нет вод Торы, заполняется силами нечистоты — «змеями и скорпионами».]

Белые покрывала

По другому мнению, значение слова חוּר — это покрывала из белой шерсти [от слова חִוֶר — белый]. Дурное начало старается завлечь человека, показывая ему красоту и сладость этого мира, как сказано (Мишлей, 5:3): «Сотовый мед источают уста чужой женщины, и глаже елея небо ее». Белый цвет намекает на то, что дурное начало не только старается привлечь человека материальными наслаждениями или обещаниями почестей и высокого общественного положения. Оно также прикрывается благими намерениями, убеждая человека, что его греховное поведение оправдано.

После того, как человек начинает грешить, при этом оправдывая свои деяния высоконравственными соображениями, у него развивается еще одно отрицательное качество: лицемерие. Даже сознательно потворствуя своим вожделениям, такой человек старается показать окружающим, что все его действия, даже еда и питье, — во имя Небес. Опираясь на слова наших мудрецов, мы можем понять, почему в эту эпоху, начавшуюся после того, как римляне разрушили Второй Храм, дурное начало с особенным рвением старается склонить нас к лицемерию и фальши.

Даниэль видел, что народ Израиля поработят четыре царства. Каждое из этих царств будет обладать своими индивидуальными характеристиками, и каждое из изгнаний будет отлично от других. Даниэль увидел эти четыре царства в виде четырех чудовищ (Даниэль, 7:3-18): «И четыре огромных зверя, непохожих друг на друга, вышли из моря. Первый как лев, но крылья у него орлиные; смотрел я, пока не были оборваны крылья у него. И поднят он был с земли, и поставлен на ноги, как человек, и сердце человеческое было дано ему. А вот другой зверь, второй, похожий на медведя. И стал он с одной стороны, и три ребра в пасти его, между зубами его, и сказано ему было так: “Встань, ешь мяса много!” После этого увидел я, что вот, еще один – как леопард, и четыре птичьих крыла на спине у него, и четыре головы у этого зверя, и дана ему власть. Потом увидел я в видении ночном, что вот, четвертый зверь – страшный и ужасный, и очень сильный, и большие железные зубы у него. Он пожирает и дробит, а остатки топчет ногами; и не похож он на всех тех зверей, что были до него, и десять рогов у него. Рассматривал я рога, и вот еще небольшой рог появился между ними, и из-за него выпали три прежних рога. В этом роге были глаза, подобные глазам человеческим, и уста, что говорили высокомерно… Эти звери огромные, которых четверо, – четыре царя встанут от земли. Затем примут царство святые Всевышнего и унаследуют царство навечно и во веки веков».

Известно, что четыре царства, описанные Даниэлем, — это Вавилон, Персия и Мидия (которые правили вместе), Греция и Рим. Мудрецы проводят параллель между четырьмя царствами и четырьмя животными.

Как известно, млекопитающие для того, чтобы Тора разрешила их в пищу, должны обладать двумя характеристиками: они должны жевать жвачку и иметь раздвоенные копыта (Ваикра, 11:3). Большинство млекопитающих обладает либо обеими характеристиками, либо не обладает ни одной из них. Тора (Ваикра, 11:4-7) называет лишь четыре вида животных, которые обладают только одной из этих характеристик. Верблюд, шофан и арневет жуют жвачку, но не имеют раздвоенных копыт. Свинья обладает раздвоенными копытами, но не жует жвачку. Таким образом, трое из этих видов животных откровенно демонстрируют свои ноги, показывая внешнему миру, что они некошерны. Признак кошерности они скрывают внутри. Свинья же, наоборот, выставляет на всеобщее созерцание признак своей кошерности, при этом сохраняя при себе характеристику, которая делает ее некошерной.

Виленский Гаон объясняет, в чем заключается принципиальное отличие, отделяющее свинью от других некошерных животных. Система пищеварения, необходимая для усвоения пищи, символизирует дурное начало, связанное с физическими вожделениями.

Свои копыта или когти животные используют как оружие. Для миролюбивых жвачных животных это оружие необходимо только для самозащиты. Но для хищников, коготь — это орудие нападения. Поэтому когти и копыта некошерных млекопитающих символизируют дурные наклонности, связанные с гневом. Кошерное животное является символом человека, который контролирует оба аспекта своего дурного начала — и стремление к физическим удовольствиям, и гордыня, которая толкает его на отрицательное отношение к другим и на гнев.

Мудрецы приводят, что четыре царства, поработившие народ Израиля, соответствуют четырем некошерным животным («Мидраш Танхума», гл. Шмини, 14). Верблюд — это Вавилон, арневет — это Мидия, шофан — Греция, а свинья — Рим. Изгнания, как и некошерных животных, можно отнести к двум категориям.

Талмуд (Йома, 9б; приводится согласно прочтению «Баит Хадаш») описывает разницу между поколением Первого Храма и поколением Второго Храма: «Из-за чего был разрушен Первый Храм? Из-за трех вещей, которые происходили в тот период: идолопоклонство, разврат и кровопролитие… Хоть они и были грешниками, но полагались на Всевышнего. А из-за чего был разрушен Второй Храм, в период которого люди занимались Торой, заповедями и благими деяниями? Из-за того, что в тот период была беспричинная ненависть. Из этого можно вывести, что беспричинная ненависть тяжка как идолопоклонство, разврат и кровопролитие вместе взятые… Раби Йоханан и раби Элазар сказали: “Так как грехи поколения Первого Храма были раскрыты, был раскрыт и конец их изгнания. Так же как грехи поколения Второго Храма были сокрыты, конец их изгнания не был раскрыт”. Сказал раби Йоханан: “Ноготь поколения Первого Храма лучше живота поколения Второго Храма”». [Смысл этих высказываний обсуждается ниже.]

Виленский Гаон подчеркивает, что основная и основополагающая разница между поколением Первого Храма и поколением Второго Храма заключается в том, что греховность более ранних поколений была внешней и проистекала из их погони за физическими удовольствиями. В тоже самое время их сердца оставались верными Творцу. Поэтому о них сказано, что «их грехи были раскрыты». При этом они «полагались на Всевышнего».

В противоположность этому, греховность более поздних поколений, хоть и оставалась скрытой их внешне праведным поведением, поразила их сердца. Это гораздо более опасно и разрушительно, чем внешнее разложение, которому подверглось поколение первого Храма.

Разрушение Первого Храма ассоциируется с тремя первыми царствами, подвергшими еврейский народ изгнанию. Животные, которые соответствуют этим царствам, открыто демонстрируют свою некошерную натуру, выставляя напоказ свои лишенные раздвоенных копыт ноги. В тоже самое время их внутренние органы обладают признаками кошерности. Это соответствует поколению первого Храма, грехи которого были раскрыты, но сердце которого сохраняло верность Творцу. Эту внешнюю греховность Талмуд называет «ногтем поколения Первого Храма».

Кошерные органы пищеварения первых трех животных говорят о том, что поколение Первого Храма гналось за материальными вожделениями, и это стремление стало причиной их греха. Хоть они и совершали серьезнейшие нарушения, они оставались верны Творцу, и благодаря этому также сохраняли хорошее отношение друг к другу. [См. Иерусалимский Талмуд, начало трактата Пеа, где приводится, что во времена царя Ахава, несмотря на то, что многие евреи служили идолам, они не злословили. И даже когда пророк Элияу всенародно объявил, что он единственный оставшийся пророк, никто не донес царю Ахаву, что его слуга Овадья скрывает в пещерах еще сто пророков, хоть это и было известно многим.]

Второй Храм был разрушен Римом, четвертым царством, подвергшим еврейский народ изгнанию. Этому царству соответствует четвертое некошерное животное — свинья.

Свинья отличается тем, что охотно демонстрирует всем желающим свои кошерные копыта. Однако в недрах ее тела — органы пищеварения, которые делают ее абсолютно трефной. Поколение Второго Храма внешне вело себя вполне праведно – оно было занято изучением Торы и выполнением заповедей. Но в сердцах людей таилась взаимная ненависть, которая не давала им по-настоящему служить Творцу. Об этом сказано «ноготь поколения Первого Храма лучше живота поколения Второго Храма». За скрытые грехи поколение Второго Храма потерпело очень строгое наказание — изгнание, которому не назначено конца.

Мудрецы объясняют, что слово карпас означает «шелковые подушки». Ахашверош, который символизирует дурное начало, расстилает перед человеком белые покрывала и шелковые подушки, чтобы привлечь его. Сладострастное влечение к физическим удовольствиям овладевает сердцем и не дает человеку искренне посвятить себя Торе и заповедям. Зов этого мира грозит превратить его в лицемера и лицедея, внешне выполняющего волю Творца, но внутренне, в сердце, заинтересованного только в материальных благах.

[В книге «Эвен Шлема» (3:2) приводится: «Все преступления и грехи происходят от вожделения (хемда), как сказали мудрецы (“Зоар” том. 2, 277а): “»не вожделей» включает в себя все десять речений и всю Тору”. А довольствование малым — противоположность вожделению — основа всей Торы. Это есть цельная вера, при которой человек не беспокоится о том, что будет завтра. Человек, в чьем сердце есть качество упования на Всевышнего, даже если он совершает тяжкие грехи, лучше того, у кого недостаточно упования, поскольку этот недостаток приводит его к зависти и ненависти (к другим людям). И это несмотря на то, что он занимается Торой и делает добрые дела, так как все это он делает только чтобы создать себе репутацию».

В книге «Эмуна ве-Ашгаха» (15) приводится, что беспричинная ненависть и зависть являются следствием недостатка упования. Если человек верит полной верой, что все, что у него есть — от Всевышнего, у него не возникает мысли, что у него что-либо забрали, или что он может по своей воли забрать у другого (по примечанию р. Шмуэля Малцана).]

Какое море напоминает бирюза?

В Талмуде (Сота, 17а; Менахот, 43б; Хулин, 89а) приводится: «Бирюза походит на море, море походит на небо, а небо походит на Трон Величия». Зачем же Ахашверош, символизирующий дурное начало, показывает нам бирюзу? Дело в том, что он пытается убедить нас, что все наслаждения этого мира существуют только для приближения человека к Создателю. Тот, кто по-настоящему стремится к раскаянию в своих грехах и к близости к Творцу, действительно получает поддержку от самого Трона Величия. Но дурное начало старается обмануть человека. Если оно сразу предложит ему совершить явный грех, тот, конечно же, откажется. Поэтому, вначале оно объясняет человеку, что существуют заповеди, которые можно выполнить именно посредством удовлетворения свои физиологических потребности. Например, у того, кто принял на себя обязательство принести Мирную жертву, есть заповедь это обязательство выполнить. После того, как жертва была принесена, у ее хозяина возникает еще одна обязанность — съесть ее мясо. Мало того, что он должен закончить поедание мяса до определенного времени, он должен есть его с радостью (основано на комментарии к Мишлей, 7:14)! [Мясо мирной жертвы ее хозяева едят в день принесения жертвы, всю следующую ночь, и весь следующий день. Мясо требуется съесть полностью, и существует запрет оставлять несъеденное мясо. То мясо, которое хозяину жертвы съесть все же не удалось, приобретает статус нотар (остатки) и требует сожжения.]

[В книге «Эвен Шлема» (4:4) приводится: «Не в обычае дурного начала начинать с уговоров совершить грех; сперва оно демонстрирует человеку свою любовь. И когда видит, что человек не борется с ним, а прилепляется к нему, тогда начинает затягивать человека в свои сети и подстрекает его делать заповеди, в которых есть удовольствие для тела, например, еда и радость, связанные с исполнением заповеди. Когда же человек привыкает к наслаждениям, связанным с заповедями, дурное начало начинает втягивать его в удовольствия материального мира, и говорит ему: “Потом ты раскаешься и вернешься из любви к Всевышнему (что является высшим уровнем тшувы), и твои преступления обратятся в заслуги (Йома 86б). Зачем же понапрасну оставлять удовольствия этого мира? Ведь Тору ты все равно не сможешь сейчас постичь, даже приложив великие усилия, как написано: “Царь и министры ее — среди народов; нет Торы” (Эйха 2:9), и заповеди сейчас тоже несовершенны”. (Ты пал так низко, ты уже не можешь изучать Тору и полноценно выполнять заповеди.) А после того, как дурное начало отстранит человека от Пути Жизни, больше нет нужды соблазнять его, так как тот идет за ним по своей воле. Когда же привыкнет человек идти по произволу своего сердца, он вожделеет и такие противоестественные вещи, как мужеложство, скотоложство и т. п.» (по примечанию р. Шмуэля Малцана).]

Увлечение материальными удовольствиями постепенно разрушает его характер, лишая его даже тех положительных качеств, которыми он обладал до того, как поддался на соблазн.

[Автор приводит, каким образом мудрецы намекают на это. В книге «Зоар» (Ноах 66б) приводится понятие «одежда мудрецов», намек на качества характера, в которые душа облачается в этом мире. В трактате Гитин (62а) приводится, что истинные цари — это мудрецы Торы. В трактате Брахот (56а) приводится история о том, как черви испортили царскую одежду. Червей Талмуд называет תיכלא, омоним слова «бирюза» в Святом языке. Таким образом, бирюза, которой дурное начало привлекает человека к удовольствиям этого мира, разрушает его хорошие качества, облачение его души.

В книге «Эвен Шлема» (2:6) приводится: «Тот, кто тянется к телесным наслаждениям, портит даже добрые качества, свойственные ему по природе (называемые “одеждой”); а стремящийся за вожделениями теряет хорошие качества, к которым он приучил себя с молодости (называемые “ногами”), поскольку влечение за ними не позволяет ему следить за собой, а тем более, заниматься самосовершенствованием» (по примечанию р. Шмуэля Малцана).]

Мнимые заповеди

Покрывала Ахашвероша были прошиты шнурами тонкого льна (автор ссылается на комментарий рава Овадьи из Бартенуры к трактату Йома, 3:4). Белая окраска льна напоминает нам о том, что дурное начало в первую очередь старается привлечь человека к греху, выдавая его за заповедь. На это есть намек в словах пророка Йешаяу (1:18): «Если будут грехи ваши … красны, как багрянец, то станут [белыми], как шерсть». Одна из уловок дурного начала — это окрасить грех в белый цвет заповеди.

Шнуры, которыми были прошиты покрывала Ахашвероша — это способ втянуть человека в грех с помощью ложных заповедей. На это тоже есть намек в словах Йешаяу (5:18): «Влекущие грех веревками суетности». Дурное начало соблазняет человека совершать заповеди не так, как этого требует закон и дух Торы.

Богатая жизнь праведников

Мудрецы («Шмот Раба», 49:2, см. Теилим, 68:28 и комм. Раши, второе объяснение слова רִגְמָתָם) приводят, что пурпурная шерсть, которой были прошиты покрывала Ахашвероша, намекает на богатые одежды. Праведные лидеры колена Йеуды обладали большим богатством, вызывающим всеобщую зависть. Это не мешало им быть Б-гобоязненными, праведными людьми, утверждает дурное начало. Ведь написано (Млахим 1, 5:5): «И сидели Йеуда и Израиль спокойно, каждый под виноградной лозой своей и под смоковницей своей, от Дана до Беэр-Шевы, все дни Шломо». Все правление царя Шломо народ наслаждался хорошей, богатой жизнью, и при этом не переставал служить Творцу. Кроме того, добавляет дурное начало, написано (Ирмияу, 22:15): «Ведь отец твой ел и пил, но творил суд и правду, и потому он благоденствовал». Благоденствие не мешало праведности царя Йеошияу, утверждает дурное начало. В действительности же человеку свойственно увлекаться своим материальным благополучием и благоустройством своей жизни, и забывать о необходимости быть постоянно занятым духовным самосовершенствованием. Кроме того, достаток в этом мире приходит за счет награды в грядущем мире, на что намекают следующие слова данного стиха.

Золото этого мира

Талмуд приводит: «Золотые и серебряные ложа. Об этом говорит барайта: раби Йеуда говорит: “Тот, кому полагалось серебряное ложе, возлежал на серебряном ложе. А тот, кому полагалось золотое ложе, возлежал на золотом ложе”. Сказал ему раби Нехемья: “Если так рассаживать гостей, ты провоцируешь зависть на пиру. В действительности слова “золотые и серебряные ложа” следует толковать иначе: они [сами ложа] были из серебра, а их ножки из золота”».

За этими на первый взгляд тривиальными высказываниями кроется более глубокий смысл. Раби Йеуда считает, что материальный достаток в этом мире предопределен для каждого человека, и не зависит от его действий. Каждый получает испытания, подходящие для его духовной конституции. Поэтому «тот, кому полагалось серебряное ложе, возлежал на серебряном ложе, а тот, кому полагалось золотое ложе, возлежал на золотом ложе».

Но раби Нехемья не принимает эту точку зрения. Успех и достаток злодеев в этом мире остро поднимает вопросы о смысле жизни, морали, награде и наказании. Все пророки затруднялись понять, почему нечестивцев преследует успех. Йов (21:7) сказал: «Отчего нечестивцы живут и старятся, скапливая роскошь?» И Асаф сказал (Теилим, 73:3): «Ибо позавидовал я беспутным, увидев благоденствие нечестивых». И действительно, в отношении мнения раби Йеуды возникает вопрос: в чем провинились те, кому суждено всю жизнь терпеть лишения и голод.

[В книге «Эвен Шлема» (3:5) приводится: «Человека, который был злодеем в первом воплощении, Всевышний спускает в этот мир при ущербе луны, и тогда он всю жизнь испытывает лишения, даже если он сейчас абсолютный праведник. Это тот случай, когда “праведнику плохо”, как написано в книге “Зоар” (“Тикуней Зоар”, 70). И об этом сказали: “Это зависит не от заслуг, а от судьбы” (Моэд Катан, 28а). Путь дурного начала — возбуждать в сердце такого человека зависть при виде людей своего круга, живущим в достатке в этом мире, и подбивать его отстраниться от изучения Торы и заняться коммерцией. И когда человек борется с ним, помня, что “лучше один час удовлетворения в Грядущем мире, чем вся жизнь этого мира” (Авот, 4:22), то дурное начало возражает словами мудрецов: “Тот, кто пользуется плодами своего труда, более велик, чем Б-гобоязненный” (Брахот, 8а). И вот человек слушает его [злого начала] совет и исполняет сказанное мудрецами (Нида, 706): “Что должен сделать человек, чтобы разбогатеть? Пусть увеличит торговлю и торгует честно”, и также много молится. При этом ничто не в состоянии помочь ему, поскольку родился он с несчастной судьбой, (как сказали в “Мидраше Танхума” [Матот] на стих “Ибо не от востока, и не от запада, и не от пустыни возвышение” — Теплим 75:7). В результате он остается ни с чем [без Торы и без денег]. Поэтому не следует прислушиваться к совету дурного начала и гнаться за удачей» (по примечанию р. Шмуэля Малцана).

В комментарии к книге Йоны автор также приводит, что некоторые вынуждены расплачиваться за грехи, совершенные в предыдущих воплощениях. См. там в начале 4 главы.]

Раби Нехемья дает происходящему другое объяснение: весь достаток и все удобства, которые человек получает в этом мире, достаются ему за счет награды в Грядущем Мире. Поэтому тяжелое материальное положение праведников — это великое добро. Они испытывают лишения в этом мире для того, чтобы получить полноценную награду за свои праведные дела в Грядущем Мире.

[Этот принцип несколько раз упоминается в Талмуде. Например, в трактате Брахот (61б): «Рова сказал: “Мир был создан только для полных злодеев или для полных праведников”… Сказал Рав: “Мир был создан только для Ахава бен Амри и раби Ханины бен Доса. Для Ахава бен Амри — этот мир, для раби Ханины бен Доса — Грядущий Мир”». Раши поясняет: «Для полных злодеев — этот мир, так в Грядущем Мире у них ничего нет. Поэтому им приходится получить награду здесь, как, например, произошло с [царем] Ахавом, который был чрезвычайно богат… Для полных праведников — Грядущий Мир, а в этом мире у них ничего нет, как, например, раби Ханина бен Доса, который всю неделю довольствовался мерой плодов рожкового дерева»

В книге «Эвен Шлема» (10:5) приводится: «Для праведников даже та часть награды, которая рассматривается как “плоды” их добрых дел [в отличие от основного вознаграждения, которое остается для Грядущего Мира] сохраняется для Грядущего мира для их же блага» (по примечанию р. Шмуэля Малцана).]

Поэтому сказано (Брахот, 17б) о великом праведнике раби Ханине: «Весь мир питается благодаря заслугам сына Моего, Ханины, а ему на всю неделю хватает лишь меры плодов рожкового дерева». Дело в том, что за все серебро, которое человек получает в этом мире, ему приходится платить золотом Грядущего Мира. Это ясно видно из того, что произошло с Раби Ханиной (Таанит, 25а).

Однажды жена Раби Ханины спросила его: «До каких пор мы будем так страдать?» Он спросил ее: «Что же мне делать?» Та ответила: «Проси милости у Всевышнего, чтобы дал тебе что-нибудь!» Раби Ханина произнес молитву, и тогда появилось подобие руки, которое протянуло ему ножку от золотого стола. Его жена увидела сон, в котором все праведники садились за столы с тремя ножками, и только ее муж садился за стол с двумя ножками. Она сказала: «Что же нам делать? Проси милости у Всевышнего, чтобы забрал у тебя эту ножку!» Раби Ханина помолился, и ножку забрали. [В книге «Эвен Шлема Тосфоэ» приводится: «Грядущий мир назван “ножкой”, так как он приходит в конце. На него также указывает слово “экев” (которое имеет значение “пята” и “за то что”), как сказано (Дварим, 7:12): “и за то, что будете слушаться”. (То есть тот, кто будет изучать Тору, удостоится награды в будущем мире, на которую и указывает слово “экев.) На это также есть намек в том, что Яаков при рождении держал пяту Эсава» (примечание р. Шмуэля Малцана).]

Именно на это намекают «золотые ножки» раби Нехемьи — за «серебряные ложа» в этом мире приходится платить «золотыми ножками» в Мире Грядущем.

[Это объяснение также разрешает затруднение, поднятое комментарием Тосафот. В предыдущем стихе написано «на садовом дворе царского дворца». Талмуд поясняет, что гости, заслуживающие сидеть в саду, сидели в саду, гости, заслуживающие сидеть во дворе, сидели во дворе, а гости, заслуживающие сидеть во дворце, сидели во дворце. Это объяснение должно было вызвать то же самое затруднение, которое вызвало объяснение данного стиха: если бы Ахашверош начал рассаживать людей в соответствии с их рангом, это вызвало бы зависть между ними. Но Талмуд почему-то этот вопрос не задает. Тосафот отвечают, что такое распределение гостей не вызывало зависти, так как гости, сидящие в разных местах, не видели друг друга. Гаон говорит, что по его объяснению это затруднение вообще не возникает. В данном стихе говорится о богатстве этого мира (которое не соответствует заслугам). В этом мире люди постоянно завидуют друг другу. Поэтому неравномерное распределение достатка вызывает завись. Предыдущий стих говорит о Грядущем Мире. Там каждый получает по заслугам, и между людьми нет никакой зависти. Наоборот, награда, получаемая другими людьми, приносит радость. Поэтому вопрос о зависти был бы неправомерен.]

Богатство достается тяжелым трудом

Тот, кто надеется уделять большую часть своего времени и сил духовному росту, изучению Торы и выполнению заповедей, но при этом хочет жить в достатке и роскоши, занимается самообманом. Мудрецы говорят, что название камней, которыми был вымощен пол на пиру Ахашвероша, намекают на это. Название «баат» намекает на слово «митхотетот», которое означает, что эти драгоценные камни обычно достаются хозяевам ценой долгих поисков и путешествий в далекие края. [Слово מִּתְחוֹטְטוֹת образуется из слова בַּהַט путем опускания первой буквы ב и замены корневой буквы ה на букву ח (эти буквы иногда взаимозаменяемы). Потом вторая буква корня חט удваивается, и получается глагол חטט.]

Мудрецы Талмуда (Мегила, 12а) говорят, что на смысл этого слова есть еще один намек. Написано (Захария, 9:16): «И спасет их Г-сподь, Б-г их, в день тот, как овец — народ Свой, как камни венца, вознесенные над землей Его». О камнях написано, что они «вознесены», «митносесот». Однокоренное этому слову слово «нисаен» означает «испытание». [Слово מִתְנוֹסְסוֹת и слово נִסָּיוֹן образуются от корня נס. В слове מִתְנוֹסְסוֹת вторая буква корня удваивается.] Это намекает, что богатство обычно достается людям ценой испытаний. Мало кто получает подарок с небес.

Накопление для греха и накопление грехов

Мудрецы Талмуда приводят три объяснения значений слов «и дар, и сохарет». Гаон показывает, как два из них намекают на стратегию дурного начала. По первому мнению, слово «дар» следует понимать как «дарей, дарей». По мнению комментария Раши это означает «ряды», а слово «сохарет» означает «вокруг». Такое словообразование намекает на то, что пишет пророк Ошеа (7:14): «Хлеб и вино накопили, против меня восстали». Раши комментирует: «Из-за того, что у них много складов хлеба и вина, они бунтуют против меня». Это также намекает на то, что пишет пророк Ирмияу (5:7): «Как же Я прощу тебе это? Сыны твои оставили Меня и клянутся небогами; и когда Я кормил их досыта, то они прелюбодействовали и ватагой ходили в дом развратницы». [Намек содержится в том, что данная интерпретация использует удвоенное слово דָּרֵי דָּרֵי. В двух приведенных Гаоном стихах также удваивается одна из букв, используемых в словах мудрецов, יִתְגּוֹרָרוּ и יִתְגֹּדָדוּ.]

Можно предположить, что данная интерпретация намекает на то, что дурное начало иногда прикрывается большим количеством чего-либо для свершения своих гнусных дел. В первом стихе идет речь о людях, которые полагаются на накопленное ими богатство, чтобы восстать против Всевышнего. Богатство ведет их к гордыне, и они перестают подчиняться воле Творца. Во втором случае, становясь частью толпы и оказывая поддержку друг другу в совершении греха, люди теряют стыд, и перестают видеть в своих развратных действиях что-либо зазорное.

Другое объяснение слов «дарей, дарей» — «из поколения в поколение». Это намекает на то, что потомки грешников не возвращаются к служению Творцу в течение многих поколений.

Другое объяснение слов «и дар, и сохарет»: Ахашверош провозгласил свободу всем торговцам, освободил их от налогов. [Это основано на созвучии слов דַר и דְּרוֹר — «свобода», и на созвучии слов סֹחָרֶת и סְחוֹרָה — «товар».] Эта интерпретация намекает на несколько иную свободу. Написано (Теилим, 88:6): «Среди мертвецов, свободный». Мудрецы объяснили смысл этого (Шаббат, 30а): после того, как человек умирает, он освобождается от заповедей. Речь идет о том, что мудрецы написали в другом месте (Брахот, 18б): «Грешники даже при жизни зовутся мертвыми». Это объясняется тем, что истинная жизнь — это жизнь бессмертной души. Грешники, которые питают и холят свое тело, при этом игнорируя духовные нужды, наслаждаются временной жизнью, отказываясь от жизни вечной. Кроме того, у человека, привыкшего к греховной жизни, часто появляется ощущения вседозволенности и безнаказанности.

Мудрецы также написали (Йома, 86б, 87а; Кидушин, 20а, 40а): «Для того, кто совершил нарушение и повторил его, запрет превращается в нечто дозволенное». Человек, который несколько раз совершает некое запретное и аморальное действие, полностью теряет чувствительность к тому, что он делает. То, что раньше вызывало у него ужас и отвращение, сегодня не возбуждает у него никаких отрицательных эмоций. Повторив грех несколько раз, он лишается эмоционального барьера, который охранял его от этого греха, и освобождается от рамок, которые помогали ему вести себя достойно. Именно на это намекает объяснение мудрецов — дурное начало «провозглашает свободу» вести себя непристойно.

Мудрецы написали (Эрувин, 55а): «Стих (Дварим, 30:12) “не за морем она [Тора]” означает, что ты не найдешь Тору среди торговцев и купцов, [которые совершают заморские путешествия]». Именно об этих торговцах и идет речь в данном стихе. [Слово סֹחָרֶת намекает на созвучное слово סחרנים, о которых написано, что среди них невозможно обнаружить знания Торы.] Они вкладывают все свои силы в коммерцию и перестают замечать, что на изучение Торы у них остается все меньше и меньше времени.

Подготовил Берл Набутовский


Редакция «Беерот Ицхак» выражает благодарность издательству «Кеилат Москва» за предоставленную ей возможность пользоваться переводом текста трактата Мегила на русский язык.

В основу цитат из книги «Эвен Шлема» взят перевод издательства «Швут Ами».

https://www.beerot.ru/?p=45662

Оставьте комментарий

Please enter your comment!
Please enter your name here