Во времена Матитьяу

Дата: | Автор материала: рав Яаков Галинский

706
матитьяу

У меня есть алахический вопрос: скажем, человек находится в палатке в пустыне. Освещает палатку керосиновая лампа. Кто видел, в таких лампах есть специальный вентиль, посредством которого можно выдвинуть часть фитиля, удлинив его и таким образом усилив пламя, либо наоборот – уменьшить его. Может ли он выполнить заповедь зажигания ханукальных свечей, если вытащит еще часть фитиля, и пламя увеличится? Если речь о Шаббате – конечно же, здесь будет запрет зажигания огня. Но что скажем о Хануке? Что должен зажечь отдельную свечу? Ведь мы знаем, что гость обязан зажигать свечи Хануки, но может купить часть масла хозяина, и тогда «выходит в исполнении заповеди» при зажигании свечей хозяином. А Рашба пишет, что может купить даже часть фитиля.

Если это верно, значит, у нас есть ханукальная свеча, светом которой можно пользоваться. Ведь в этой керосинке смешаны будничная свеча и свеча заповеди!

Вы спросите: с каких это пор я занимаюсь вынесением законодательных постановлений? Но разве у меня был выбор? Мы были в Сибири и там старались что-то сделать ради Торы…

Ну, это отдельная история. В общем, я попал в тюрьму. В одну камеру с восьмьюдесятью заключенными-неевреями. Воры и убийцы, самые отбросы общества. Они ко мне как раз относились уважительно. Видели, что я отказываюсь от определенной еды, что я погружен в свой мир, в молитву и учебу. Приходили посоветоваться и даже просили благословить. Наступил первый вечер Хануки. Вот тебе и «прославлять чудеса» на глазах у греков. Ни свечей, ни спичек, не было. Но большая камера освещалась одной-единственной керосиновой лампой, распространявшей тусклый свет. Никому и не приходило в голову усилить пламя, ведь тогда керосин закончился бы быстрее, и под утро мы остались бы в темноте.

Я сказал заключенным: «Я прошу вас, мне сегодня нужно выполнить религиозный ритуал: усилить пламя лампы на полчаса». Они согласились.

Один, здоровый такой мужик, посадил меня себе на плечи [рав Галинский был очень небольшого роста — прим. ред.], чтобы я смог достать до керосинки, висевшей под потолком. Я произнес три благословения и крутанул вентиль.

Но – как не повезло, я перепутал направление! Фитиль сократился, пламя погасло, и в камере воцарилась кромешная тьма. Тот заключенный быстро спустил меня на пол, и восемьдесят арестантов начали кричать: «Свет, свет!» Они стали стучать по стенам и железной двери, страх Б-жий! Дверь распахнулась, и в камеру ворвались охранники с оружием наготове и горящими фонарями: а вдруг это восстание заключенных? «Кто погасил лампу?» – заорали они и зажгли лампу заново.

«Он, он!», — ответили со всех концов. Еще этого им не хватало: групповое наказание. Я встал и признался: «Я!»

Им не нужно было даже и говорить, сколько тюремных постановлений я нарушил. «Три дня карцера!» – объявил начальник смены.

«Замечательно!» – обрадовался я.

«Что замечательного?» – удивился он.

Тот, кто сидел в карцере, содрогнется даже от одного этого слова. Даже я с моим ростом не мог лежать там, вытянув руки и ноги. Холодный каменный мешок. С трудом можно было там сидеть, подогнув колени. Не говоря уже о том, что пол там покрыт толстым слоем грязи и мусора, и мыши бегают стаями. Короче говоря, кошмар. А я радуюсь?!

А я говорю ему, с улыбкой: «Почему ты не спрашиваешь, зачем я это сделал?»

«Ну, зачем?» – до сих пор я вел себя тихо.

«Потому, что я хотел выполнить религиозный ритуал!»

Он наморщил лоб: «Религиозный ритуал – погасить лампу?»

«Нет, — говорю, да простит меня Всевышний, — попасть в карцер в эти дни! И я рад, что у меня получилось!»

Он вскипел, как самовар: «Еврейская наглость! Что бы мы – коммунисты, атеисты, позволили тебе выполнять религиозные ритуалы? Назло останешься в камере!» – и хлопнул дверью.

Ну, это было мое ханукальное чудо. Но все-таки… у меня там было время подумать, и я его использовал.

Что тут произошло? Я хотел выполнить заповедь, но вместо того, чтобы покрутить вентиль влево, крутанул вправо. Вместо того, чтобы усилить свет, полностью его погасил. Что мне нужно было сделать? Спросить заранее: как увеличивают пламя, куда крутят – влево или вправо…

А ведь это нам и сказано: «Не отступай от того, что скажут тебе (мудрецы), ни влево, ни вправо» (Дварим, 17).

И Раши там комментирует: «Даже если тебе скажут, что правое – это левое, а левое – это правое. И уж тем более – если о правом говорит правое, а о левом – левое». Ведь мы сами – как слепцы, не знаем, что правое, а что левое. Сколько раз нам кажется, что нужно было вести себя так-то и так-то, а выясняется, что нужно было по-другому. Кто был более велик в праведности, чем царь Шауль?! Он был уверен, что его деяния желанны Всевышнему, и встретил пророка Шмуэля словами: «Благословен ты Б-гу, я выполнил слова Б-га!» Как же так? Сказали наши мудрецы, что когда Всевышний сказал Шаулю: «Иди, и уничтожь Амалека», он сказал себе: «Если за одну душу Тора заповедует принести телицу эгла аруфа [искупление за неизвестно кем совершенное убийство], то за все эти души – тем более. Если люди грешили – грешили, но чем виноват скот? Если взрослые грешили, то дети чем грешили?» Раздался голос Свыше и сказал ему: «Не будь чрезмерно праведным!»

Намерение у него было правильное, но «покрутил» он не в ту сторону…

Поэтому в благословении «За чудеса» в Пурим мы произносим «Во времена Мордехая и Эстер», а в Хануку — «Во времена Матитьяу, сына Йоханана-первосвященника», поскольку они были главами поколения, и по их указаниям и под их руководством были совершены действия, благодаря которым пришло спасение. Как сказано в комментарии к словам (Ваикра, 26): «И когда они будут в стране их врагов, Я не стану презирать их…» – это во времена греков, когда Я дал им Матитьяу и его сыновей; «и не буду гнушаться ими, не истреблю их» – это времена Амана, когда Я дал им Мордехая и Эстер; «не нарушу Мой союз с ними» – в их изгнании, ведь Я дал им дом Раби (Йеуды а-Наси, кодифицировавшего свод Мишны) и мудрецов в каждом поколении, чтобы идти за ними.

И действительно, непродолжительное время Матитьяу стоял во главе восстания, а сразу же после его сын, Йеуда-маккавей взял управление в свои руки, одержал множество побед, и короновал себя первосвященником и царем, и его братья – за ним. Но в итоге все они погибли от меча.

Сказано у пророка Захарии: «И прогнал Я прочь трех пастухов за один месяц. И потеряла терпение с ними Моя душа, и также их душе Я опостылел».

«Мецудат Давид» комментирует этот стих так: «Это намек на трех приятных пастухов, сынов Матитьяу, сына Йоханана-первосвященника, которые служили тридцать лет, и были уничтожены. Йеуда служил шесть лет, Йеонатан шесть лет, Шимон – восемнадцать лет. Все вместе – тридцать лет. А поскольку в Торе года иногда называются днями, например: “Выкупить дом можно в течение дня” (имеются в виду – года; Ваикра, 25), то и здесь “один месяц”, тридцать дней, намекает на тридцать лет. И не упоминается Матитьяу, их старый отец, поскольку он служил лишь один год, да и то – с помощью своих сыновей, поскольку был очень стар».

Восстание хашмонаим засчитывается в заслугу Матитьяу, несмотря на то что он был уже очень стар и умер в начале восстания, а ему помогали его дети. Но все это делалось согласно мнению Торы, даат Тора.

А вот дети его все умерли от меча, и «потеряла терпение с ними Моя душа». Почему? Пишет Рамбан: «Это было наказание хашмонаим, которые царствовали во время второго Храма. Ведь они были величайшими праведниками, и если бы не они, Тора и заповеди забылись бы в народе Израиля. Но тем не менее они были сурово наказаны. Все сыны старого Матитьяу, благочестивые праведники, царствовавшие один за другим, несмотря на все свое мужество и свои успехи, пали от меча врагов, и наказание дошло до того, что (не осталось в живых ни одного из их потомков), как сказано в трактате Бава Батра: “Каждый, кто говорит, что он из дома Хашмонаев – раб, поскольку все они были уничтожены из-за того, что нарушили завещание старца” (нашего праотца Яакова, который сказал: “Не отойдет скипетр от колена Йеуды”, т. е. что еврейский царь обязательно должен быть из колена Йеуды, а хашмонаим были коэнами). И они получили наказание мера за меру: Всевышний поставил их рабов властвовать над ними, и те уничтожили их».

Рамбан подчеркивает, что они нарушили не заповедь Торы, а только «завещание старца», не следовали мнению мудрецов Торы.

Они добились успеха, когда послушались даат Тора своего праведного отца. Провал был связан с тем, что они впоследствии не послушались даат Тора нашего праотца Яакова.

А когда крутят вентиль в противоположную сторону, свет гаснет!

Перевод: г-жа Лея Шухман


https://www.beerot.ru/?p=48527