Секреты воспитания детей — Принятие правильных решений в процессе воспитания

Дата: | Автор материала: Рав Моше Айнхорн

1774

Воспитание детей – одна из тех сфер, где от принятия правильных и взвешенных решений зависит практически все. Когда я задаю вопрос своему разуму, то должен обращать внимание не на ответ, который он мне даст – поскольку он всегда будет правильным, а на сам вопрос. Таким образом, я смогу обнаружить обман самого себя. Но, прежде, я должен задать себе вопрос: что же я на самом деле спросил?

Простой пример. Каждая девушка, когда ищет себе мужа, хочет, чтобы он был человеком разумным, понимающим, чтобы с ним можно было разговаривать, советоваться, задавать вопросы и получать ответы. Я никогда не слышал, чтобы женщина согласилась выйти замуж за полного невежду или человека примитивного. То же самое верно и в отношении мужчины. Каждый мужчина ищет себе жену умную и понимающую, чтобы с ней можно было поговорить. Если так, объясните мне, как происходит такое чудо – когда муж и жена спорят, то всегда муж уверен, что он прав, а жена всегда уверена – что она права. Вы когда-нибудь слышали, чтобы во время спора муж сказал своей жене: «Ты права», а она в ответ: «Нет, ты прав». Можно задать вопрос жене: «Ты выбрала себе в супруги умного человека»? Она ответит: «Да». Как же может быть, что он не бывает прав? Неужели он настолько глуп? Какую же большую ошибку ты совершила! Или спросите у мужа: «Ты искал себе умную жену»? Да. Как же может быть такое, что она никогда не бывает права? Неужели ни разу она не была права? Разве ты всегда прав? Этот вопрос человек должен задать сам себе.

Как-то я давал лекции по шлом баиту – миру в семье. Это одна из самых популярных тем сегодня. Я спросил у собравшихся: «Может быть, одна из пар согласится стать добровольцами, чтобы наглядно показать нам, как проходит спор между мужем и женой»? Одна из пар дала свое согласие. Я посадил их с разных сторон стола и спросил: «О какой проблеме вы недавно спорили»? Муж рассказал о проблеме. Я попросил его объяснить свою точку зрения. Он сделал это. Попросил то же у жены, и она озвучила противоположное мнение. Я спросил мужа: «Как ты думаешь, кто прав»? Он сказал мне: «Я». Спросил у жены, и она тоже ответила: «Я». Все ясно. И тогда я сказал ему: «Если ты говоришь, что ты прав, это значит, что ты подумал над своими доводами и над доводами своей жены, и пришел к выводу, что ты прав». Он ответил: «Верно». Я казал: «Хорошо. Тогда приведи доводы своей жены». Я знал, чего я хочу добиться, но я даже представить себе не мог, какая помощь с Небес меня ждет. Итак, я попросил: «Приведи доводы своей жены». Муж обхватил голову и сказал: «Какие доводы у моей жены»? И еще раз повторил: «Какие доводы у моей жены»? Все смотрели на него с удивлением. А его жена рассмеялась. Я спросил ее: «Почему ты смеешься»? И она сразу же объяснила: «А я тоже не знаю, какие доводы у моего мужа». Вы видите, что происходит? Два человека спорят. Каждый из них прав, но никто из них даже не слышал доводы другого!

Это тем более верно в отношении детей. Если вы увидите, что ваши дети спорят, то попросите их привести доводы другой стороны. Никто вообще не слышал доводов второй стороны. И, поверьте, не стоит задавать им вопрос: «А как же вы тогда спорите»?! Такова реальность.

Я сам даю своему разуму данные, и главный вопрос: какие данные я ему передаю? Если я тщательно проверю, то увижу, что даю своему разуму только те данные, которые соответствуют моим желаниям. А другие данные, я (по какой-то причине) не слышал, не знаю, не подумал. Они для меня просто не существуют! Я хочу, чтобы мы хорошо поняли происхождение этой проблемы. То, чего мне недостает, я стремлюсь восполнить. Я вкладываю свои силы в то, к чему я стремлюсь, и от этого получаю удовольствие. Вот те данные, которые я потом передам разуму. Таким образом, мои мысли всегда будут соответствовать моим желаниям. Никогда между моими мыслями и желаниями не будет разногласий.

Рав Деслер в «Шореш а-мусар» говорит: «Тот, кто собирается измерить или взвесить в таком вопросе, где даже маленькая ошибка может привести к большой неточности, первым делом должен удостовериться в том, что его измерительный прибор точен».

Например, вы заходите в магазин, чтобы купить овощи. Наверняка вы согласитесь со мной, что если весы показывают на один, два и даже пять грамм неточно, то ни вы, ни продавец не станете придираться к этому, даже, если другая сторона при этом выиграет. Это означает, что весы в этом магазине пригодны для взвешивания помидоров или огурцов (хотя по закону Торы от продавца требуется позаботиться о максимальной точности).

А если я собираюсь взвешивать на весах бриллианты? Весы должны быть абсолютно точными, ведь даже сотые доли грамма существенно влияют на цену. Как-то один ювелир показал мне бриллиант и сказал: «Видишь этот бриллиант? Первый раз, когда его оценивали в Лондоне, то определили ему одну цену. Я сказал, что она мне не кажется верной, и я хочу провести еще одну оценку». Разница между первой и второй оценкой составила семьдесят тысяч долларов! Ни у кого не вызывает сомнений, что человек станет прилагать все усилия, чтобы весы были абсолютно точны, ведь он взвешивает не овощи, а бриллианты! Ему даже в голову не придет взвешивать бриллианты на магазинных весах.

Рав Деслер продолжает: «Человек всегда нуждается в размышлении, чтобы рассудить, что делать, а чего не делать [как поступить: так или иначе], чтобы прояснить путь своей жизни, остерегаясь смертельных ловушек [нужно оценивать свой путь и остерегаться разных ловушек, которые могут оказаться смертельными]. В связи с этим, нет сомнения, что сначала нужно узнать, что говорят его “весы” т.е. его разум, и правильны ли они, ведь если нет – как он может полагаться на их выводы [прежде всего, нужно проверить точны ли весы]?»

Вот пример того, как следует обдумывать свои поступки. Парень узнал, что его другу предложили шидух с девушкой, у двоюродного брата которой есть серьезная болезнь, возможно наследственная, и он колеблется, рассказать ли об этом другу. Что делать? Он отправился со своим вопросом к рав Шаху и спросил его, должен ли он рассказать об этой болезни другу или нет? Рав Шах обхватил голову руками: «Ой вей, ой вей, ой вей». Целых три раза. Парень не понял. Он задал вопрос по делу – нужно рассказывать другу или нет, а рав Шах схватился за голову. Сказал ему рав Шах: «Я объясню тебе, почему “ой, вей”. Я сам предложил этот шидух. И почему я сказал “ой, вей”? Как я могу теперь ответить на твой вопрос»? Посмотрите, как рассуждает большой человек! Он продолжил: «Если я решу, что ты должен рассказать об этой болезни, то, с точки зрения истины, возможно, нет необходимости рассказывать. Так почему же я скажу тебе все же рассказать? Потому что я боюсь, что если завтра случится что-то, то придут ко мне с претензиями – как я предложил им такой шидух? Если я решу, что ты не должен рассказывать, то может быть, что рассказать все-таки нужно. А почему я не сказал тебе “расскажи”? Потому что человек хочет, чтобы то, что он начал – закончилось хорошо. И поэтому я не знаю, что сказать тебе». Человек может проверить себя: у меня есть свой интерес и с одной стороны и с другой, и поэтому я не могу сказать тебе, что делать. И рав Шах добавил: «Иди, спроси у Стайплера, но не говори, что я послал тебя, чтобы его разум был чист, и он смог дать тебе правильный ответ». Так поступает по-настоящему великий в Торе человек, который взвешивает и обдумывает свои поступки!

Вот история, которую рассказывают про ребе из Коцка. В доме ребе из Коцка разбилась очень дорогая вещь и рабанит очень расстроилась. А когда она поняла, что ее муж совершенно не переживает из-за этого, почувствовала себя задетой: «Такая дорогая вещь разбилась, а тебе все равно»? Ребе промолчал. Через три месяца ребе из Коцка напомнил жене: «Ты помнишь ту вещь, что разбилась три месяца назад»? «Да», – ответила она. Ребе продолжил: «Ты помнишь, что она была дорогая? Такая дорогая вещь тогда разбилась и тебе все равно»?! Жена посмотрела на него с удивлением: чего он хочет, прошло уже три месяца! Но ребе объяснил: «Видишь разницу между нами? Тебе понадобились три месяца, чтобы твой взгляд на произошедшее изменился. Я же, в тот момент, когда эта вещь разбилась, представил себе, как я буду смотреть на это через три месяца. И, вот сейчас я это и делаю»! Вот так надо обдумывать свои поступки.

Не дай Б-г, у вас что-то испортится, или ребенок что-то разобьет. Но что вы скажете об этом через год? «Ну, что поделать». А почему не сказать это сразу? Зачем нужно ждать целый год? То есть, даже если вещь разбилась, ты можешь пережить это и продолжать жить, как будто все в порядке. Так представь себе сейчас, что ты будешь думать об этом через год – и думай сейчас! Это очень просто, и это необходимо, чтобы уравновесить чаши весов.

Сказал рав Деслер, что самый важный вопрос, который должен задавать себе человек: «Хорошо ли я обдумываю свои поступки»? Как же это проверить? Первый вопрос, который я должен себе задать – равны ли обе стороны в моих глазах? То есть, безразлично ли мне, какую сторону принять? Этот вопрос я всегда должен задавать себе вначале. Я должен чувствовать, что у меня действительно нет личной заинтересованности, какую из сторон предпочесть. В таком случае, я могу полагаться на свой разум, и спокойно принимать решение. Но, если я чувствую, что одна из сторон мне более интересна, одна из сторон имеет большую важность для меня, одна из сторон мне больше нравится, то, таким образом, я заранее знаю, что не смогу объективно оценить своим разумом с какой из сторон истина, что правильно и что стоит делать. Потому что естественным образом та сторона, к которой я больше склоняюсь, убедит меня, что именно она – правильна и истинна. В тот момент, когда я чувствую, что две стороны не равнозначны в моих глазах – я не способен правильно оценить ситуацию. И об этом написано: «Ибо подкуп ослепляет глаза мудрых и искажает слова праведных».

Гемара рассказывает о раби Ишмаэле, сыне раби Йоси и его работнике, который обрабатывал его поле и приносил ему в пятницу с его же поля корзину фруктов на Шаббат. Однажды работник принес ему корзину с фруктами в четверг. Раби Ишмаэль спросил его: «Почему ты принес мне корзину сегодня»? Тот ответил: «Поскольку у меня есть спор с другим евреем, который будет разбираться в суде, и я хотел бы, чтобы ты был одним из судей, то я решил принести корзину с фруктами уже сегодня». Раби Ишмаэль сказал: «Нет, это же подкуп! Я не возьму фрукты, поскольку ты дал мне это в качестве подкупа, а также я не буду разбирать твое дело в суде». Он пригласил других мудрецов, чтобы рассудить его дело, а сам остался снаружи. Раби Ишмаэль послушал, что говорит его работник и что говорит его оппонент и подумал: «Мой работник не самым лучшим образом излагает свое дело. Ему нужно было объяснить так-то и так-то, и это было бы более убедительно…». И вдруг раби Ишмаэль, который был одним из самых великих мудрецов-танаев, перед которым трепетал даже раби Йеуда а-Наси, схватился за голову и произнес: «Владыка мира, пусть сгинут принимающие подкуп! Ведь я, который не взял [не взял корзину моих фруктов с моего поля, которые мне принесли на день раньше] чувствую себя связанным с моим работником, тем более человек, который возьмет подкуп, – несомненно, ошибется в вынесении приговора».

Саба из Новардока задает вопрос: у тебя, раби Ишмаэль, может быть есть проблема с сопричастностью, проблема, что ты не можешь прийти к истине, но почему ты говоришь, что это относится ко всем, почему ты всех делаешь негодными для суда? Возможно, той проблемы, что есть у тебя, у других – нет. И Саба из Новардока просто замечательно на этот вопрос отвечает. Он говорит, что раби Ишмаэль почувствовал, что у человека, в случае, если у него есть связь с одной из сторон, нет свободы выбора, чтобы прийти к истине. У него нет свободы выбора! Таким человека создал Творец мира. Даже Моше Рабейну, со всем своим совершенством, если у него будет заинтересованность в одной из сторон, если будет душевная связь, – не сможет прийти к истинному решению.

А в чем же есть у человека свобода выбора? В том, чтобы осознать, что здесь у него есть заинтересованность, что он связан с одной из сторон, и поэтому объявить себя непригодным для суда: «я не могу судить, не могу принимать решение, поскольку уверен, что совершу ошибку в вынесении приговора».

Но ведь мы – судьи самим себе. И, если я – сам себе судья, то я могу понять проблему, если она имеется. Ведь, если одна из сторон мне нравится больше, то я автоматически выберу эту сторону, у меня не будет свободы выбора. У меня есть свобода выбора только в том, чтобы понять – в этом вопросе я заинтересован в одной из сторон, и поэтому мне нельзя принимать решение. Ведь то решение, которое я приму будет, по сути, неверным.

Посмотрите, что далее говорит рав Деслер: «Когда мы начнем разбираться в этом вопросе, то обнаружим важную основу – нет мысли без предварительного интереса [то есть все мои мысли – следствие моего интереса]. Тому, кто не коллекционирует, например, марки, и в голову не придет думать о них. Какие новости останутся в памяти человека, читающего газету? Те, которые заинтересовали его. А мимо того, что человека не интересует, он пройдет, не обратив внимания».

Вы знаете, в религиозных газетах справа есть колонка для поздравлений с помолвкой, а слева – список тех, кто покинул этот мир. Мы с женой, когда выписывали газеты, всегда смотрели эти колонки. Жена всегда говорила: «Ой, мазаль тов, у этой помолвка»! А я говорил: «Не дай нам Б-г, этот умер». Она: «У этой тоже помолвка»! Я: «И этот тоже умер». Я никогда не смотрел на список тех, у кого помолвка, ко мне это не имело отношения, а она никогда не замечала тех, кто умер. А ведь оба мы смотрели в одну и ту же газету, но видели там – разное. Что именно? То, что каждого из нас интересовало. А что интересно? То, чего мне недостает. То чего мне не хватает – меня интересует, и об этом я думаю. Я не могу думать о чем-то совершенно другом.

Моше Рабейну записывал Тору по повелению Всевышнего. Когда Всевышний подошел с ним к стиху «Сделаем человека по образу нашему, по подобию нашему», то Моше хотел записать его, но остановился. Почему? Говорят мудрецы, что Моше сказал: «Владыка мира, как я могу записать такое: “Сделаем человека по образу нашему, по подобию нашему”? Ведь это значит что, не дай Б-г, есть два Творца»! Они беседуют между собой, говоря: «Сделаем человека по образу нашему, по подобию нашему», получается, что есть два Творца! И сказал Моше Всевышнему: «Ты даешь повод отступникам сказать: в Торе написано что есть, не дай Б-г, два Творца»! Сказал Всевышний: «Ты – пиши»! Всевышний говорит далее: «…И тот, кто хочет ошибиться – ошибется». Ударение стоит на слове «хочет» – то есть это зависит от желания человека.

Сам стих не должен вызвать ошибки. Почему? Потому что этому стиху можно дать и другое объяснение, как сказали мудрецы: «Всевышний хочет научить судей, чтобы большой судья советовался с малым судьей». То есть, чтобы большой судья не был гордецом, чтобы не говорил «я знаю все», а советовался с малым судьей, который меньше его, так же как Всевышний советовался с ангелами.

Таким образом, стиху «Сделаем человека по образу нашему, по подобию нашему», может быть дано два объяснения. Одно объяснение – чтоб большой судья советовался с малым судьей, второе – что, не дай Б-г, есть два Творца. Как же узнать какое из объяснений правильное? Сразу же после этого написано: «И создал Г-сподь, Б-г человека по образу Своему, по подобию Своему», из чего видно, что, поскольку, здесь написано в единственном числе, то тому, что ранее написано во множественном числе нужно искать другое объяснение. А когда я буду искать другое объяснение, кроме того объяснения, что есть два Творца, то я приду к истинному объяснению, что здесь дан совет большому судье советоваться с малым. Таким образом, человеку как будто говорят: «Хочешь ошибиться? Ты можешь это сделать, но ты не обязан совершать ошибку. Все зависит от твоего желания»!

В недельной главе Ваеце мы читаем, что праотец Яаков любил Рахель очень сильно, такую любовь сегодня трудно найти. Вы видели в наши дни жениха, который готов работать за невесту семь лет? Семь лет за невесту – такая любовь была у праотца Яакова. Но из дальнейшего повествования мы видим, что человек, который так хотел жениться, даже не заметил, что в ночь свадьбы ему подменили жену. Вам не кажется это странным? Но еще более странным выглядит написанное в Торе: «И были они [годы] в его глазах как несколько дней, по любви его к ней». То есть, поскольку праотец Яаков любил Рахель, то эти семь лет были в его глазах, как несколько дней.

Рав Аарон Котлер задает вопрос: вы когда-нибудь слышали, чтобы невеста сказала: «Последний месяц перед свадьбой – я чувствую, что пролетает, как один день». Наоборот, один день – как семь лет! Посмотрите, как рав Аарон Котлер это прекрасно объясняет: когда речь идет о времени, то имеются в виду две его функции. Одна – количество времени, необходимое для достижения цели, другая – плата за достижение цели. Когда Тора говорит о праотце Яакове, что он собирается жениться на Рахель, то она говорит о времени не как о количестве, которое требуется чтобы достичь цели. Праотцу Яакову было не столь важно, когда он женится: сегодня, завтра или послезавтра, главное для него – родить сыновей, двенадцать колен Израиля. И доказательство этому – когда ему подменили жену, он не обратил внимания. Яаков как будто говорит: «Только это я должен заплатить за будущую мать еврейского народа»? Заплатить семь лет работы, чтобы получить будущую мать народа Израиля (праотец Яаков видел в Рахель все особые качества, необходимые для женщины, которая станет матерью народа Израиля) – это очень маленькая цена!

Но как человек может совершить ошибку? Он видит стих Торы «Сделаем человека по образу нашему, по подобию нашему» и делает свои выводы. И подобных стихов в Торе много. Всевышний сказал Моше: «Если человек хочет ошибиться – он ошибется. А если не хочет ошибиться, то не ошибется». А от чего зависит, хочет ли он ошибиться? От его сердца, от его желаний. Я стремлюсь к тому, чего мне не хватает. То, к чему я стремлюсь – от этого получаю удовольствие. Эти данные я передаю разуму, и, в соответствии с ними, я получу решение. Я не должен спрашивать свой разум, является ли это решение правильным, но я должен спросить – правильны ли те данные, которые я дал своему разуму.

Ученики 8 класса хедера, как известно, в следующем году переходят в ешиву ктану. Скажите мне, согласно каким критериям отец (обычно это решение принимает отец) решает, в какую ешиву отправить своего сына? Какую ешиву он выберет: где ребенок больше преуспеет, где ребенку будет хорошо или где учиться более почетно? Иногда отец выбирает свой почет. Таким образом, получается, что он готов сильно навредить, а иногда и духовно убить собственного сына ради почета. Конечно, есть и другие отцы, для которых самое важное – чтобы ребенку было хорошо, и он развивался и рос в Торе.

Часто я, как директор хедера, сидел напротив отца ученика и объяснял ему: «Подумай о благе своего сына, он ведь прекрасный мальчик, но вот такая-то ешива слишком сильная, там учатся очень способные мальчики и твоему сыну будет трудно учиться с ними. Отправь его в такую-то другую ешиву, он там расцветет, приобретет большие знания, станет мудрецом Торы. Пошли его в эту ешиву»! Но нередко отец отвечал: «Мой сын проучился у вас восемь лет, но вы совершенно не знаете его. Вы не знаете его, он – Стайплер следующего поколения. И я не преувеличиваю, он – Стайплер следующего поколения, просто вы не смогли распознать его». Папа знает кто он, а «вы не смогли распознать его». Восемь лет он учился в хедере, и никто из педагогов не распознал, кто он на самом деле. Ребенок обладает очень средними способностями, но папа уверен, что он – Стайплер следующего поколения. Не раз я звонил главе ешивы с просьбой: «Будь добр, не принимай сына такого-то человека. Ты нанесешь ему большой вред, он не справится с учебой в твоей ешиве». И я разрешал сказать отцу мальчика, что это я сказал не принимать его в ешиву. Я делал это ради блага мальчиков, ведь я знал, что отец может своим выбором ешивы духовно убить своего ребенка ради почета. Потом, когда отец все-таки посылал своего сына в ешиву, которую я ему и предлагал изначально, ребенок там просто расцветал. Но его отец становился моим врагом. «Ты посмотри, как преуспел твой сын»! – «Да, но если бы он учился в той ешиве, то преуспел бы еще больше». И иди, докажи ему, что это не так. А ведь что от него требовалось? Просто подумать о благе ребенка и дать ему учиться по его возможностям.

Было много случаев, когда родители не послушали моего совета и все же добились своего с помощью связей. Их сыновья – оказались на улице, и я знал, что такое случится. Из всех таких случаев только один отец пришел ко мне (через четыре года) и сказал: «Я виноват и я понесу наказание, что не послушался Вашего совета». Но все остальные отцы говорили: ешива – плохая, хаврута, напарник по учебе, – плохой, никто не обвинял самого себя. Как такое может быть? Потому что каждый человек дает себе только частичные данные. Это – один из аспектов того, как тенденциозность, источником которой является тяга к почету, влияет на принятие правильных решений в вопросах воспитания.

Подготовила Р. Гальчук


https://www.beerot.ru/?p=23675