Хаей Адам — Законы буднего дня — Законы, связанные с изучением Торы (начало)

Дата: | Автор материала: Рав Авраам Данциг

980

Глава 10. Законы, связанные с изучением Торы (начало)

1. Предписывающая заповедь Торы – изучать Тору, ведь о ее словах сказано: «И обучай им сынов своих» (Дварим, 6:7), а также: «И учите им сыновей ваших» (там же, 11:19). И еще сказано: «За то, что вы будете внимать (этим законам, и хранить их, и исполнять их, то хранить будет Г-сподь, Б-г твой, для тебя союз и милость, о которых Он поклялся отцам твоим)» (там же, 7:12), и других подобных строк в Торе множество (1). И поэтому каждый мужчина из народа Израиля обязан изучать Тору: как бедный, так и богатый, как крепкий телом, так и терзаемый болезнями, как юноша, так и глубокий старец. И даже нищий, просящий милостыню, и человек, обремененный большой семьей, обязаны выделять постоянное время для изучения Торы – и днем, и ночью, как сказано: «И занимайся ею (т.е. Торой) днями и ночами» (Йеошуа, 1:8) (2).

А тот, кто вообще не способен учиться, пусть обеспечивает учащихся всем необходимым – и ему будет засчитано, как будто он и сам учится. Человек может заключить соглашение со своим товарищем, что тот будет изучать Тору, а он – обеспечивать его всем необходимым, и они будут делить как заслуги одного из них за изучение Торы, так и получаемую другим прибыль (3).

2. До какого возраста обязаны изучать Тору? До дня смерти, как сказано: «(Только остерегись), …чтобы не ушло оно (т.е. знание Торы) из сердца твоего во все дни твоей жизни» (Дварим, 4:9) – а ведь во время, когда человек не занимается Торой, он лишь забывает.

3. Человек обязан каждый день изучать Письменную Тору – и это Танах, а также Устную Тору – Мишну, Гемару и книги законоучителей. А «домохозяева» (баалей-батим), которые учатся всего лишь три или четыре часа в день, не должны учить только Гемару, так как этого недостаточно (для того, чтобы прийти к точному выполнению законов Торы). Но им нужно изучать также книги законоучителей, каждому в соответствии с его уровнем понимания (Шах, «Йорэ Деа», 246) (4).

4. В связи с этим мудрецы установили, чтобы каждый человек произносил перед утренней молитвой отрывки о жертвоприношениях (парашат корбанот) как часть Письменной Торы, главку «Эйзе-у мекоман» («В каком месте») как часть Мишны и отрывок «Берайта де-раби Ишмаэль» («Изречение раби Ишмаэля») как часть Гемары. Благодаря этому, даже если человек будет чрезвычайно занят и вынужден по независящим от него обстоятельствам (пропустить свои обычные занятия Торой), он, во всяком случае, не упустит выполнение заповеди изучения Торы. [Но отрывки «Эйзе-у мекоман» и «Берайта де-раби Ишмаэль» могут быть засчитаны в качестве выполнения заповеди изучения Торы лишь тому, кто их понимает, – а иначе их прочтение в молитве не считается «изучением» («Мишна Брура», 50:2).]

Дополнительный комментарий

(1) «Постигать мудрость Торы»

Как поясняет Рамбам, эта заповедь заключается в том, чтобы «изучать Тору и обучать ей других». А слово «сынов» в стихе «И обучай им сынов своих» (Дварим, 6:7) подразумевает также «учеников», ведь ученики зовутся «сынами», как написано (Мелахим 2, 2:3): «И вышли к Элише ученики пророков (בְנֵי הַנְּבִיאִים – вней а-невиим; дословно «сыны пророков»)» («Сефер а-Мицвот», «Асе», 11). А в «Сефер а-Хинух» уточняется, что главный смысл этой заповеди «постигать мудрость Торы (хохмат а-Тора)», а затем обучать ей других. И «корень этой заповеди» – понимание «путей Б-га», отраженных в Его Торе и ее законах («Сефер а-Хинух», 419).

В мидраше переданы слова Творца, обращенные к Моше: «И не думай, что достаточно обучить людей словам Писания и законам, чтобы они их запомнили и могли повторить, – но необходимо разъяснять им смысл законов» (см. Раши к Шмот21:1). И эти слова относятся к каждому изучающему законы Торы. «Главное в познании Торы, – утверждает р. М. Винклер, автор книги «Левуш Мордехай», – это понимание высказываний мудрецов и законов, как написано: אגרא דשמעתא סברא («Награда за изучение – понимание») (Брахот, 6б). И если человек выучил какой-либо закон, но не понимает, как он установлен, и не чувствует его смысла, он не может сказать, что ему лишь немного недостает до полного постижения. Но он ничего не постиг, потому что главное в изучении – именно понимание» (Предисловие к комментарию на трактат Бава Кама; цит. по кн. «Бе-Торато ихйе» 1, 6:1:2).

А вратами к постижению мудрости Торы является шимуш талмидей-хахамим, т.е. изучение Талмуда под руководством серьезных знатоков Торы и в сообществе опытных, ищущих истину учеников (см. Раши к Брахот, 47б). И особенно это важно для баалей тшува, возвращающихся к соблюдению заповедей, ведь только таким путем человек сможет удостоиться «света Торы, возвращающего к добру» (см. «Эйха Раба»2). Такое изучение Талмуда под руководством серьезных талмидей-хахамим – их уроки, объяснения и ответы на мучающие вопросы – очищает сознание от всего чуждого и наносного, и постепенно, путем упорного труда, разум становится отточенным орудием постижения, способным воспринять глубинную мудрость Торы.

Важно подчеркнуть, что, хотя свет Б-жественной мудрости пронизывает все разделы Торы, тем не менее, путь, проложенный поколениями, лежит в первую очередь через постижение Талмуда. И, как отмечал мой наставник рав И. Полищук, далеко не случайно величайший каббалист р. М.-Х. Луцатто (Рамхаль) на вершине своего духовного подъема написал книгу «Дерех Твунот» («Путь понимания»), посвященную методам и правилам изучения Талмуда.

Вместе с тем необходимо осознавать, и особенно при изучении историй Танаха и преданий Талмуда, что Тора Всевышнего неисчерпаема и бездонна. В святой книге «Зоар» объяснено: «Истории Торы – это одеяния, и тот, кто думает, будто одеяния – это и есть сама Тора, а под одеяниями ничего не скрыто, …у того нет удела в Будущем мире. И поэтому царь Давид просил: «Открой мне глаза, чтобы я увидел чудесное в Твоей Торе» (Теилим, 119:18) – т.е. то, что под одеяниями Торы» («Зоар», Бе-аалотха, 152а).

И именно в углубленном изучении Торы человек может обрести ключ к пониманию себя и мира. В книге «Зоар» указано, что «нет ни одного явления во Вселенной, корень которого не был бы скрыт в Торе» («Зоар», Пинхас 221а). Ранее уже приводились слова Виленского Гаона о том, что в Торе «закодировано не только общее направление развития мира, но и частности, связанные с бытием каждого отдельного человека, – все, что с ним произойдет со дня рождения и до дня смерти, …и все это – в мельчайших подробностях и деталях» (комментарий к «Сифра де-Цниюта», гл. 5; цит. по кн. «Йефе Ноф», 1:2/2/).

«Но для того, чтобы в меру своих возможностей постичь подлинное значение слов Торы, необходимо изучать ее с предельной самоотдачей, – писал ближайший ученик Виленского Гаона, р. Хаим Воложинер. …И благодаря свету, который открывается в Торе, человек видит, что впереди его ждет еще более яркий свет, и так он проникает всё дальше и дальше. Шаг за шагом у него пробуждается страстное желание понять и постичь еще и еще. …Ведь, на самом деле, все тайны и секреты Торы выражены ясно и открыто – в буквальном смысле слова, но глаза наши не видят. …Однако у того, кто погружен в изучение Торы ради выполнения заповеди (ли-шма), Б-г снимает пелену с глаз. И об этом-то просил царь Давид: Открой мне глаза, чтобы я увидел чудесное в Твоей Торе» («Руах а-Хаим», 6:1).

(2) «Постоянное время для изучения Торы»

В сущности, «человек обязан учиться каждое мгновение, ведь написано (Йеошуа, 1:8): «Да не отходит эта книга Торы от твоих уст, и занимайся ею днями и ночами» (Тосафот, Брахот, 11б, «Ше-квар»). Но поскольку необходимо некоторое время для обеспечения материальных потребностей семьи, а также для отдыха, еды и т. п., мудрецы постановили, что человек «обязан выделить себе постоянное время для изучения Торы как днем, так и ночью» (Рамбам, «Илхот Талмуд Тора» 1:8). Например, «если он занимается своей профессиональной деятельностью три часа в день, то девять часов он должен посвятить Торе» (там же, 1:12). А те учащиеся ешивы или колеля, кого обеспечивают другие, получают возможность посвятить изучению Торы еще три часа, т.е. всего двенадцать, и при этом остается восемь часов для сна и четыре – для других дел («Бе-Торато ихйе» 1, 5:1:1/2/ от имени р. Я.-И. Каневского). Но понятно, что это лишь минимум, и помимо выделенного «постоянного времени для изучения» человек обязан посвящать занятиям Торой каждую свободную минуту («Мишна Брура», 155:4).

А тому, кто кормит семью трудом своих рук, посвящая ремеслу большую часть дня, необходимо правильно расставить жизненные приоритеты: сделать изучение Торы своим основным и постоянным занятием (кева), а ремесло – второстепенным и вспомогательным (арай) (Брахот, 35б; Рамбам, «Илхот Талмуд Тора», 3:7; «Шулхан Арух», «Орах Хаим», 156:1). При этом имеется в виду, что заниматься ремеслом не следует ради приобретения богатства и почета, но лишь для обеспечения необходимого семье прожиточного минимума (Рамо, «Йорэ Деа», 246:21; «Мишна Брура», 156:2). Причем эти жизненные потребности очень индивидуальны, и человек должен уберечь себя от соблазнов дурного влечения и верно определить, какие материальные блага являются для него и его семьи действительно жизненно необходимыми – до такой степени, что без них нельзя обойтись. Критерий может быть и таким: человеку следует рассчитать, сколько бы ему пришлось затрачивать, если бы он должен был содержать семью своего товарища с таким же количеством детей такого же возраста, – и установить полученную сумму как минимум для своей семьи («Мишна Брура», 156:2, «Шаар а-Циюн», 3).

И даже в те часы, которые он вынужден посвящать ремеслу, следует стараться по мере возможности не отвлекаться мыслями от Торы (если это, конечно, не наносит ущерб работе). Ведь повеление «Да не отходит эта книга Торы от твоих уст, занимайся ею (וְהָגִיתָ – ве-агита) днями и ночами» можно объяснить так: даже в часы, когда невозможно заниматься с книгами и произносить слова Торы, следует «размышлять о ней», так как, согласно объяснению Виленского Гаона, слово הָגִיתָ подразумевает молчаливое размышление («Маалот а-Тора»). И сам автор данной книги р. А. Данциг, который в течение долгих лет занимался коммерцией для обеспечения семьи, по его собственному признанию, постоянно размышлял на темы Торы, «отправляясь в дальние переезды и сидя в своем магазине, …и даже во время деловых операций» (Предисловие к кн. «Хохмат Адам»).

Только так – сделав Тору главным своим занятием, а ремесло – вспомогательным, – можно выполнить заповедь изучения Торы должным образом, то есть познать и понять все ее заповеди и законы, удостоившись «короны Торы» («Игрот Моше», «Йорэ Деа», 4:36/8/). А в наше время, согласно указаниям ведущих законоучителей поколения, верным путем, приводящим к достижению высот в постижении Торы, является полное отстранение от занятий ремеслом. Но для этого человеку необходимо найти подходящую общественную структуру, которая взяла бы на себя заботу об обеспечении его семьи, – например, колель («Бе-Торато ихйе» 1, 16:2:1/2/, 17:1:1).

В святой книге «Зоар» указано, что первым вопросом, который задают каждому на посмертном Суде, будет: «Установил ли ты постоянное время для изучения Торы?» («Зоар», Берешит 127б; см. также Шаббат, 31а). И соответственно, во всех названных случаях принципиально важно не пропускать установленное для занятий время, и даже если подвернулась сверхурочная работа или выгодная сделка, при которой он рассчитывает получить большую прибыль, – только тогда это считается «постоянным временем». А если обычное время было пропущено, то его необходимо наверстать, желательно, в тот же день («Арбаа Турим», «Орах Хаим», 155; «Шулхан Арух», «Орах Хаим», 155:1, «Мишна Брура», 4-5). Наш учитель р. Ицхак Зильбер так рассказывал о том периоде своей молодости в Советской России, когда он учился в Казанском Университете: «Свои занятия Торой я не прекращал ни на один день – отец еще в детстве приучил меня ежедневно по два часа учить Талмуд. А если, готовясь к университетским экзаменам, я был вынужден корпеть над учебниками до трех часов ночи, то с трех до пяти я занимался Талмудом. Когда же по каким-то причинам мне это не удавалось, я записывал свой долг в особую книжечку и восполнял пропущенное при первой же возможности» (И. Зильбер, «Пламя не спалит тебя», с. 8-9). И даже в сталинском лагере, где рав Ицхак был определен в водоносы, он выполнял свою работу бегом, чтобы выкроить по пятнадцать минут в час для занятий в полутемной кладовке, в которой у него были припрятаны Танах и Мишна. А поскольку он работал по четырнадцать часов в день, то выкраивалось три-три с половиной часа для Торы (см. р. И. Зильбер, «Чтобы ты остался евреем», с. 184).

И если человек не в состоянии выделить много времени для занятий, ему очень важно последовать совету отца рава Ицхака и установить определенные часы для ежедневного углубленного изучения Талмуда, чтобы этим проложить себе дорогу к мудрости Торы. Наш наставник р. И. Полищук рекомендует в таких случаях заниматься рано утром, перед работой, так как час учебы на свежую голову может быть гораздо более плодотворным, чем такой же или даже больший отрезок времени вечером, в состоянии усталости (см. также р. Ш. Лоренц, «Бе-мехицотам» 2, стр. 512). Кроме того, при многих видах работы есть возможность слушать аудио-уроки по Талмуду, алахе или мусару, и эти возможности нужно максимально использовать – если, конечно, это не вредит работе (ведь запрещено наносить ущерб работодателю или фирме).

В заключение важно подчеркнуть, что даже если человек никогда серьезно не изучал Тору и ему кажется, будто он не способен к учебе по своей природе, эти трудности преодолимы. Наши мудрецы утверждают, что «Тора является наследием всех сынов Израиля», ведь они изначально были сотворены в соответствии с ней. И поэтому «все сыны Израиля способны к изучению Торы» – только по отношению к некоторым из них необходимо проявить особый подход и исключительное терпение, подобно раву Прейде, который в случае необходимости объяснял своему ученику изучаемый материал до четырехсот раз подряд (Маарша, «Хидушей Агадот», Санедрин 91б, «Коль»). Но чтобы такой «рав Прейде» смог выполнить свою миссию, от ученика требуется, как минимум, готовность выслушать и понять. И опытные преподаватели Торы знают, что часто те, у кого вначале учеба не получалась, в дальнейшем достигали выдающихся успехов – в первую очередь, благодаря своему желанию познать мудрость Творца и бескомпромиссному постоянству.

(3) Соглашение Звулуна и Иссахара

В мидрашах рассказывается, что в период пребывания народа Израиля на святой земле колено Звулуна, занимающееся морской торговлей, полностью обеспечивало материальные потребности колена Иссахара, которое могло целиком посвятить свое время изучению Торы. На это намеком указывает стих «Радуйся, Звулун, выходу твоему (т.е. выходу в море, на морской промысел), а Иссахар – в шатрах своих (т.е. изучая Тору)» (Дварим, 33:18). И хотя Звулун был младше Иссахара, его имя поставлено в стихе первым, ведь без самоотверженной поддержки колена Звулуна непрерывные занятия Торой в шатрах Иссахара были бы невозможны («Мидраш Танхума», Ваехи 11; «Берешит Раба», 99:9; Бемидбар раба 13:17; Раши к Берешит, 49:13 и Дварим, 33:18).

Благодаря такому сотрудничеству в колене Иссахара было множество мудрецов, и именно к ним обращались все сыны Израиля с алахическими вопросами. Из этого колена вышло двести глав Санедрина (Йома, 26а; «Берешит Раба», 72:5; «Бемидбар Раба», 13:15-16). А колено Звулуна в заслугу своей самоотверженной помощи получало долю в награде колена Иссахара за изучение Торы («Ваикра Раба» 25:2; «Бемидбар Раба», 13:17). Ведь, как указывает р. М. Соловейчик, заповедь изучения Торы включает в себя также обязанность способствовать умножению знания Торы в мире – и именно эту часть заповеди выполняло колено Звулуна, и за это получало свою награду («Коль а-Тора», 39:19).

Раши рассказывает, что у раби Шимона, одного из мудрецов Мишны, был брат Азария, который занимался коммерцией и обеспечивал материальные нужды раби Шимона. Эти два брата заключили между собой договор, согласно которому Азария должен был получить часть награды раби Шимона за изучение Торы (Раши к Звахим, 2а).

И тот, кто совсем не имеет возможности учиться – либо из-за неумения, либо из-за полного отсутствия свободного времени, – может обеспечивать тех, кто занимается Торой, и ему будет засчитано, как будто он учится сам («Арбаа Турим», «Йорэ Деа», 246). Хафец Хаим поясняет: человек, у которого «полностью отсутствует свободное время», это тот, кто уже «погружен в крупные коммерческие дела, и ему тяжело сократить свой бизнес». Хотя понятно, что и такому человеку необходимо выделить для себя время для изучения практических законов, которые обязан выполнять каждый еврей («Шем Олам», «Шаар Итхазкут», 6).

Такой «Звулун» может «заключить со своим товарищем договор, согласно которому тот будет изучать Тору, а он – обеспечивать его всем необходимым, и они будут делить награду» (Рамо, «Йорэ Деа», 246:1) – при этом «и награда за Тору, и прибыль занимающегося бизнесом принадлежат обоим» («Сифтей Коэн», 2). И именно такое определение приводит составитель данной книги р. А. Данциг: партнеры «будут делить как заслуги одного из них за изучение Торы, так и получаемую другим прибыль».

Рав М. Файнштейн поясняет, что помощь, которую «звулун» оказывает «иссахару», не является благотворительностью, но это полноправное партнерство, и поэтому доходы делят, как при партнерстве – на равные доли («Игрот Моше», «Йорэ Деа», 4:37/1-2/). И именно поэтому составители кодексов «Арбаа Турим» и «Шулхан Арух» приводят закон о «договоре Звулуна и Иссахара» не в законах благотворительности, а в законах изучения Торы (и так же поступает автор данной книги р. А. Данциг). Ведь «иссахар» – совершенно не обязательно бедняк, имеющий право на получение цдаки, да и у колена Иссахара был свой надел в Земле Израиля, и оно могли кормиться с него, как все другие колена. К тому же, согласно законам благотворительности, человеку запрещено отдавать бедным более пятой части своих доходов – а здесь отдается половина. И вообще «звулуном» выполняется не заповедь о благотворительности, а именно заповедь об изучении Торы (там же, 37/3/). Используя определение, приведенное в кодексе «Арбаа Турим», «звулуну» будет засчитано «как будто он учится сам», так же как «иссахар (там же, 37/16/).

А если жертвователь не готов отделять половину своих доходов, но лишь треть или четверть, такая материальная помощь не считается партнерством Звулуна и Иссахара, и жертвователю, безусловно, не будет засчитано «как будто он учится сам», ведь такое соглашение выражало бы пренебрежение значимостью Торы (там же, 37/3-4/, /12/, /15/, /19/). Если же «звулун» очень богат, и половина его доходов намного превышает все потребности «иссахара», он может заключить подобное соглашение, например, с двадцатью знатоками Торы (там же, 37/6/). Вместе с тем «звулуну» не следует передавать «иссахару» более половины своих доходов (там же, 37/4/).

Законоучители подчеркивают, что «звулун» должен обеспечивать все потребности семьи «иссахара», включая расходы на свадьбы его детей («Шем Олам», «Шаар Итхазкут», 6; «Игрот Моше», «Йорэ Деа» 4:37/6/; «Бе-Торато ихйе» 3, 2:1:4). При этом необходимо поддерживать для семьи «иссахара», как минимум, средний уровень жизни, характерный для данной страны или города («Игрот Моше», «Йорэ Деа»,4:37/6/). А если половины доходов «звулуна» для этого недостаёт, то он может объединиться с еще одним или двумя «звулунами», чтобы в результате все потребности «иссахара» были бы обеспечены («Шем Олам», «Шаар Итхазкут», 6; «Игрот Моше», «Йорэ Деа», 4:37/12/). И если некий «звулун» обеспечивает лишь часть потребностей «иссахара» (например, действуя в сотрудничестве с другими «звулунами»), то он получает и соответственную часть награды за изучение Торы («Бе-Торато ихйе» 3, 2:2:5 от имени р. Х. Каневского).

Очень важно передавать «иссахару» его часть прибыли в такой форме, чтобы ему не приходилось просить о помощи, – «звулун» должен опередить просьбу. Ведь про отношения колен Звулуна и Иссахара в мидраше сказано, что Звулун не просто «кормил» мудрецов из колена Иссахара, но и «вкладывал Иссахару в рот» («Бемидбар Раба», 13:17; Раши к Дварим 33:18). Как считают некоторые законоучители, стороны могут договориться, что «звулун» будет отчислять определенную сумму каждый месяц («Бе-Торато ихйе» 3, 2:2:5/10/ от имени р. Э.-М. Шаха).

Что же касается духовного вознаграждения в Грядущем мире, то, согласно мнению р. М. Файнштейна, оно «разделяется между ними пополам, так же, как материальные доходы» («Игрот Моше», «Йорэ Деа», 4:37/16/). Однако р. Э.-М. Шах полагает, что награда «иссахара» от этого «раздела» не уменьшается, – но он получает полную награду за свое изучение Торы, и «звулун» получает такую же награду, как и он («Михтавим у-Маамарим», 3, с. 75-76; «Бе-Торато ихйе» 3, 2:3:1/5/).

Для того, чтобы «звулуну» было засчитано «как будто он учится сам», между двумя сторонами обязательно должен быть заключен договор – но достаточно сделать это в устной форме, и не нужны свидетели, а также нет необходимости совершать какой-либо акт заключения сделки (киньян) («Игрот Моше», «Йорэ Деа», 4:37/11/, /14/). Договор может быть заключен и на определенный срок: изначально лучше, как минимум, на три года, но уж, во всяком случае, не меньше, чем на год, – чтобы «иссахар» мог бы изучать Тору в покое (там же, 4:37/15/, /20/). Руководители колелей и ешив для старшего возраста (ешивот гдолот) могут заключать подобные договоры с жертвователями, чтобы каждый из них обеспечивал материальные потребности одного или нескольких учащихся – но подобный договор может быть заключен только с ведома каждого конкретного авреха или бахура (там же, 4:37/20/).

Необходимо отметить, что «звулуном» может стать только человек, беззаветно преданный Торе и готовый самоотверженно трудиться на протяжении долгих лет ради того, чтобы большие знатоки Торы сумели посвятить все свои силы ее изучению. Но если состоятельный человек готов содержать семью «иссахара» только потому, что тот его родственник или друг, а не из желания выполнить заповедь изучения Торы, то ему, безусловно, не будет засчитано «как будто он учится сам» (там же, 4:37/20/). И тем более понятно, что кандидат в «звулуны» должен со всей строгостью соблюдать Шабат, ведь иначе «иссахару» пришлось бы пользоваться «субботней прибылью», а это запрещено (там же, 4:37/17/).

Жена знатока Торы, которая обеспечивает семью, предоставляя мужу возможность без помех заниматься Торой, получает равную долю его награды – даже без предварительного «соглашения Звулуна и Иссахара» («Бе-Торато ихйе», 3, с. 132-133; см. также «Гешер а-Хаим», 2, 9:4/4/).

(4) Как распределить время занятий

В Талмуде предписано разделять время занятий Торой «на три части: треть для Писания, треть для Мишны и треть для Талмуда» (Кидушин, 30а, Тосафот «Ло цриха»; Авода Зара, 19б). Раши поясняет, что имеется в виду недельный цикл: два дня должны быть посвящены Писанию, два – Мишне и два – Талмуду (Раши к Авода Зара, 19б). Но составители Тосафот считают, что речь идет о разделении на три части каждого дня недели. Вместе с тем от имени рабейну Тама указывается, что в наше время придерживаться такого разделения не принято, но основное внимание уделяется изучению Вавилонского Талмуда, ибо он включает в себя и толкования стихов Писания, и разъяснения Мишны. И даже само название תלמודה של בבל (Талмуда шель Бавель –Вавилонский Талмуд) намекает на то, что в нем Мишна בלולה (блула – «соединена», буквально «перемешана») с Писанием и Гемарой (Тосафот, Кидушин 30а, Санедрин 24а и Авода зара 19б; см. также Рамо, «Йорэ Деа», 246:4).

А Рамбам разъясняет, что такое предписание разделять время занятий на три части относится только к начальному периоду обучения. Но когда человек уже приобрел знания и мудрость, ему достаточно отвести лишь сравнительно короткое время для повторения Писания и Мишны, чтобы они не забывались, – а основное время следует посвящать постижению Талмуда («Илхот Талмуд Тора», 1:12). И именно так определенаалаха в кодексе «Шулхан Арух» («Йорэ Деа», 246:4), и так принято поступать в наши дни.

Важно отметить, что понятие תלמוד (Талмуд) включает в себя изучение не только самих трактатов Вавилонского Талмуда, но и многочисленных комментариев к ним мудрецов разных поколений, а также сводов законов, установленных на основе Талмуда. И, конечно, занятие Талмудом предполагает обсуждение сложных вопросов и противоречивых мнений с хаврутой или в группе знатоков Торы – подобно тому, как это происходило в эпоху создания самого Вавилонского Талмуда (см. Раши к Брахот, 47б и Бава Меция, 33а). По определению составителя кодекса «Шулхан Арух», изучение Талмуда предусматривает «понимание и осмысление причинно-следственных связей (при установлении законов в соответствии со сказанным в Торе), выведение новых законодательных положений на основе аналогий с ситуациями, рассматриваемыми в Талмуде, а также освоение методов толкования Письменной Торы, чтобы изучающий понимал смысл заповедей и причины, по которым что-либо запрещено или разрешено» («Йорэ Деа», 246:4).

Однако «домохозяевам» (баалей-батим), сочетающим занятия Торой с ремеслом, не следует ограничиваться лишь изучением Вавилонского Талмуда, но им необходимо изучать также сборники практической алахи, чтобы знать, как точно выполнять заповеди. А слова рабейну Тама о том, что достаточно изучать только Вавилонский Талмуд, относятся в первую очередь к знатокам Торы, которые занимаются как минимум девять часов в день и располагают достаточным временем, чтобы изучать практические законы по самому Талмуду (Шах, Йорэ деа 246:5; «Мишна Брура», 155:3). И в наше время принято, что даже самые серьезные знатоки Торы посвящают часть своего времени изучению практической алахи по соответствующим законодательным сводам.

И даже те, кто на протяжении всего дня изучает Тору, обязаны выделить время для повторения недельной главы с переводом Ункелуса и комментариями Раши – при этом каждый пасук читают дважды на святом языке и один раз в арамейском переводе. И хотя по букве закона достаточно прочитать либо перевод Ункелуса, либо комментарий Раши, Б-гобоязненному человеку следует выучить и то, и другое («Шулхан Арух», «Орах Хаим», 285:1-2; «Игрот Моше», «Орах Хаим», 5:17). В кодексе «Мишна Брура»объяснено, что Таргум (т.е. перевод Ункелуса) читают потому, что в нем истолковано каждое слово Торы, причем именно так, как оно было объяснено Моше на горе Синай. А в комментарии Раши приведены основные толкования из Талмуда и мидрашей. Но если человек не в достаточной степени владеет святым языком, и тем более арамейским (т.е. языком Таргума), он может сопровождать чтение недельной главы комментариями на идиш (а также на русском, английском или другом понятном ему языке), построенными на объяснениях Раши и других классических комментаторов Торы. Однако простой перевод Пятикнижия на другой язык не заменяет Таргума или комментария Раши, потому что передает лишь значение слов, а не смысл написанного в Торе («Мишна Брура», 285:4-6).

При составлении программы занятий для баалей тшува, возвращающихся к соблюдению законов Торы, особенно важно прибегнуть к совету раввина. Опираясь на опыт многих успешных преподавателей, мой наставник р. И. Полищук подчеркивает, что с каждым из начинающих нужно заниматься в соответствии с глубиной его ума, но уже на первых шагах большинству подходит Гемара, в наилучшей степени развивающая мышление и открывающая путь к духовному свету Торы. Ведь только изучение с глубоким осмыслением и пониманием пробудит в человеке любовь к Торе и желание заниматься ею всё больше и больше. А любовь к Торе приведет его к подлинной вере и Бгобоязненности, а также к осознанию важности точного и скрупулезного выполнения заповедей. Ну, а тот, кто обретет веру и Б-гобоязненность, безусловно, найдет необходимое время и для изучения всех других необходимых разделов Торы, в частности, Пятикнижия, практических законов, а также Мишны, которая, особенно на первых порах, значительно расширяет общий кругозор и талмудическую эрудицию. А основополагающим принципом при построении программы занятий должны быть следующие слова Талмуда: «Пусть человек всегда изучает в Торе то, к чему влечет его сердце» (Авода Зара 19а, Раши).

И именно для баалей тшува особую важность имеет шимуш талмидей-хахамим – личная связь со знатоками Торы и занятия вместе с ними.

Перевод и комментарии – рав Александр Кац. Редакция «Беерот Ицхак» сердечно благодарит рава Моше Хенина и издательство «Тора Лишма» за право публиковать отрывки из готовящейся к выходу книги «Хаей Адам».


https://www.beerot.ru/?p=25985