Хаей Адам — Закон о том, кто достоин вести молитву — окончание

Дата: | Автор материала: Рав Авраам Данциг

1257
вести молитву

Глава 29. Законы, связанные с повторением молитвы ведущим, и закон о том, кто достоин вести молитву (окончание).

8. Ведущий молитвы должен быть достоин [этого назначения]. А кто является достойным?

Тот, кто чист от грехов, и не было о нем дурной молвы даже в юности. Он должен быть скромным и желанным для общины, чтобы люди были довольны его молитвой. У него должно быть обаяние, притягивающее к нему сердца, а также приятный голос. Он должен постоянно читать Тору, Книги Пророков и Писания. Но это [требования к ведущему молитву] в остальные дни года. А в общественные посты (например, назначаемые в засуху) он должен быть также привычен [к постам и особой молитве этого дня], чтобы не ошибиться. Он должен быть обременен маленькими детьми и не богат, и обременен трудом в поле – благодаря этому он будет молиться от всего сердца. И не должно быть грешников среди его детей и домочадцев, и всех его родных и близких к нему людей, но его дом должен быть чист от греха. И хорошо, чтобы он был уже стар. Желательно, чтобы у ведущего были длинные одежды, из-под которых не видны его ноги, и чтобы он приходил в Дом Молитвы первым, а уходил последним. И желательно, чтобы он был праведным сыном праведника, потому что молитва праведника, сына праведника, не похожа на молитву [праведника, у которого отец не был праведным]. (2) (3) И желательно, чтобы у него не было физических дефектов.

9. Если не находят такого, в ком бы были все эти качества, пусть выберут из общины того, кто отличается мудростью [в познании Торы] и добрыми делами.

И если есть невежественный человек (ам а-арец) с приятным голосом, которого предпочитает община, и тринадцатилетний юноша, понимающий то, что произносит в молитве, но он не отличается приятным голосом, следует предпочесть юношу.

10. Назначают ведущим молитву только того, у кого проросла борода.

И даже если у него не проросла борода, но видно, что он уже достиг возраста, когда отрастает борода, он пригоден. Поэтому двадцатилетнего человека назначают, даже если у него нет бороды. И даже восемнадцатилетний, у которого лишь начинает прорастать борода, пригоден. Всё это из уважения к общине. И даже если община желает поступиться своим почетом, изначально этого не следует делать [в кодексе «Мишна Брура» указано, что община не может поступиться своим почетом в этом отношении (53:23)]. А в общественные посты недостаточно того, что проросла борода, но у него должна быть, действительно, настоящая борода [в «Мишне Бруре» это устрожение не приведено].

Этим требованиям должен соответствовать постоянный ведущий или назначаемый в особые дни. Но в одноразовом порядке молитву может вести и юноша, достигший возраста тринадцати лет. И даже если община назначила его ведущим на случаи, когда в Доме Молитвы отсутствует постоянный ведущий (хазан), это не запрещено, ведь, возможно, что такой ситуации и не будет. И если среди молящихся нет никого, кто умел бы вести молитву, кроме юноши, которому уже исполнилось тринадцать лет, лучше уж пусть он будет ведущим, чем вся община будет лишена возможности слушать «Кдушу» и «Кадиш». Но тот, кому еще не исполнилось тринадцати лет, не должен вести общественную молитву ни в коем случае, даже вечернюю молитву. И даже если в Шаббат ему исполнится тринадцать лет, тем не менее, в случае, когда устраивают вечернюю молитву еще до наступления темноты, он еще не является тринадцатилетним до наступления ночи. Но если молятся ночью, ему разрешено [быть ведущим], поскольку уже начался его день рождения, и он уже считается достигшим тринадцати лет и одного дня. Однако есть места, где в этом отношении облегчают требования закона, назначая даже не достигшего тринадцати лет вести вечернюю молитву, поскольку вечером не повторяют молитву «Шмоне Эсре» и не произносят «Кдушу» [но изначально так поступать не следует («Мишна Брура», 53:30)].

11. Выше названы качества, без наличия которых не следует изначально назначать человека ведущим.

Но того, кто уже ведет молитву, не смещают из отсутствия таких качеств. Но когда о ведущем пошла дурная молва, которая не пресекается, то даже один из членов общины может потребовать, чтобы его сместили. [Имеется в виду, что в течении как минимум полутора дней об этом говорили все жители города – при этом у него нет в городе врагов и невозможно сказать, что они распустили слух. Но если известно, что кто-то один распустил слух, это не считается «молвой, которая не пресекается» («Беур Алаха», 53:25, «Им бау»).] А если человека сместили, и по решению общины он не вел молитвы в течение ряда дней или лет, а потом его вновь хотят назначить ведущим, то теперь его назначают как бы в первый раз, и даже небольшая часть общины может этому воспрепятствовать (там же).

12. Тому, кто ненамеренно согрешил, например, неумышленно убил человека, и раскаялся в своем прегрешении, разрешено быть ведущим молитву.

Выражение «его молитва неблагозвучна» (это выражение подразумевает, что он недостоин вести молитву) относится лишь к тому, кто постоянно совершает недостойные поступки. Но тот, кто невольно согрешил и раскаялся – это совершенный праведник во всех отношениях. А если человек согрешил умышленно, а потом раскаялся, то существуют разногласия между законоучителями по вопросу, относится ли к нему выражение «его молитва неблагозвучна». И Рамо пишет, что он непригоден. [В кодексе «Мишна Брура» указано, что такой человек может быть даже постоянным ведущим в обычные дни года, но на Дни Суда (Рош а-шана и Йом Кипур) и на общественные посты его изначально не назначают вести молитвы. А если он обычно ведет молитвы и в эти дни, то его не смещают – если он раскаялся в своих прегрешениях (53:22).] Но если человек был вынужден преступить закон под влиянием независящих от него обстоятельств, то, согласно всем мнениям, ему разрешено быть ведущим молитву.

13. Если ведущий растягивает молитву, чтобы продемонстрировать достоинства своего голоса, то это предосудительно.

Но если он делает это из-за того, что всем сердцем рад возможности прославить Всевышнего, он будет благословен – только пусть молится осмысленно, пребывая в страхе и трепете. И все же тот, кто чересчур растягивает молитву, поступает нехорошо, поскольку он задерживает общину (там же). И тем более, если хазан распевает и растягивает напевы – о таких сказано (Ирмияу, 12:8): «Голосил он передо Мной – за это Я его ненавижу».

14. Тот, чьи одежды разорваны и руки оголены, не должен вести молитву. [Такому человеку также не следует читать Тору по свитку для всей общины, так как в этом проявилось бы неуважение к Торе (53:40).] (4) Слепому, а также геру вести молитву разрешено.
15. Постоянный ведущий выходит вести молитву, не дожидаясь приглашения.

Но [если вызывают вести молитву того], кто не является постоянным ведущим, он должен немного поотказываться (т.е. показать, что считает себя не совсем достойным), но не чересчур. На первое предложение пусть откажется, на второе – пусть подготовится встать и выйти, а в третий раз – пусть выйдет к месту ведущего. А если тот, кто его вызывает, – большой человек, то вообще не нужно отказываться, так как большому человеку не отказывают.

16. Если ведущий ошибается и его должны заменить другим, тот, кого вызывают вместо него, отказываться не должен.
17. Постоянного ведущего смещают с его должности только в том случае, если за ним обнаружились неприглядные дела [если есть свидетели его дурных дел (53:74)] – и даже если он поклялся, что больше не будет ходить такими путями. [Его можно оставить только в том случае], когда он полностью раскаялся и возвратился к Творцу.

Его не смещают из-за простого слуха – например, прошел слух, что его застали с блудницей или что он на кого-то донес. Но, во всяком случае, суд мудрецов (бейт-дин) должен рассмотреть этот вопрос. Однако, если пришли свидетели, которые подтверждают это, его смещают.

Ведущий молитву, который является также шойхетом (резником), не должен вести молитву в испачканной нечистотами и дурно пахнущей одежде. И если он не желает менять одежду на время молитвы, его смещают. И хорошо, если бы он всегда менял свою одежду, когда ходит среди людей, – чтобы не вызывать презрения [к своему святому ремеслу].

Если постоянный ведущий сквернословит или распевает любовные песни, которые используются при служении идолам, его предостерегают, а если он не слушает, то смещают.

Если постоянный ведущий, которого назначили на всю его жизнь, состарился и желает назначить ведущим своего сына, чтобы тот его иногда заменял, то, даже если у сына не такой красивый голос, как у отца, все же сын имеет преимущество перед всеми другими людьми – кроме случая, когда у него дурной голос. И община не может отказать, ведь, очевидно, что ведущий был принят на подобном условии: если иногда он не сможет вести молитву, то назначит кого-то вместо себя. А если так, то его сыну отдается преимущество, ведь при всех подобных назначениях сыновья имеют преимущества – кроме сыновей мудреца, поставленного, чтобы преподавать Тору или судить.

18. Даже один член общины может воспрепятствовать и сказать: «Я не хочу, чтобы такой-то был ведущим молитву» – кроме случая, когда вначале он уже согласился с этой кандидатурой.

[Только если у него имеются веские аргументы, которые он предъявляет главам общины (Рамо, 53:19), и конечно, если у общины есть возможность пригласить другого хазана («Мишна Брура», 53:52).] И таков же закон в отношении всех назначений. Но если ведущего приняли на определенный срок, и этот срок уже завершился, не считается, что возражающий уже согласился с этой кандидатурой, ведь теперь – это новое назначение. И теперь следуют за большинством членов общины, которые платят установленные регулярные взносы – и даже если среди них близкие родственники этого человека. А есть места, где назначают одиннадцать или тринадцать выборщиков – в зависимости от того, как принято в данном месте.

Но автор комментария «Маген Авраам» пишет, что один член общины мог воспрепятствовать [назначению ведущего] лишь в те времена, когда ведущий выполнял обязанность молитвы для членов общины (так как многие члены общины не умели молиться сами), а человек не может стать посланцем других против их воли. Но в наше время каждый умеет молиться самостоятельно, а ведущий нужен в первую очередь для исполнения поэтических гимнов (пиютов). И хотя он произносит [для всей общины] «Кадиш» и «Барху», к этому особых требований не предъявляют. И даже согласно мнению тех, кто утверждает, что [и в наше время] один может воспрепятствовать, все же, если он утверждает, что у ведущего есть какой-то порок, он не может воспрепятствовать, поскольку есть опасение, что ведущий будет этим опорочен.

Дополнительный комментарий

(2) Посланец общины

Ведущего молитву принято называть ש»ץ (шац). Это аббревиатура слов שליח ציבור (шалиах цибур) – буквально «посланец общины».

Конечно, особенное значение ведущий молитву имел во времена Мишны, когда он не просто повторял вслух молитву «Шмоне Эсре», как это принято в наше время, но молился от имени всей общины, и его молитва засчитывалась всем остальным. С этой особой ролью ведущего и связаны те высочайшие требования, которые к нему предъявлялись. В Талмуде сказано, что «его дом должен быть чист от греха» (Таанит, 16б).

Но в наше время, когда каждый сам произносит молитву «Шмоне Эсре» шепотом, роль ведущего, на первый взгляд, утеряла свою прежнюю значимость. По выражению автора книги «Маген Авраам», в наши дни ведущий нужен, в первую очередь, для того, чтобы красиво исполнять пиюты (поэтические гимны), которые в ряде случаев вставляют в молитву. И хотя он по-прежнему произносит для общины «Кадиш» и «Барху», все равно к нему не предъявляют таких высочайших требований, как во времена Мишны и Талмуда («Маген Авраам», 53:2; см. «Хаей Адам», 29:18).

Вместе с тем, знатоки кабалы утверждают, что повторение ведущим молитвы «Шмоне Эсре» является не просто укоренившимся обычаем, но и целиком сохранило свою прежнюю важность. И во время этого повторения ведущий, как и в прежние времена, совершает очень важные тикуним – духовные исправления в высших мирах («Каф а-Хаим» от имени Аризаля). Кроме того, шац и в наше время молится от имени тех, кто не умеет молиться, в том числе, и не пришедших в Дом Молитвы. И наконец, его молитва задним числом засчитывается также и тем присутствующим, которые ошиблись в своей личной молитве и по какой-либо причине не повторили ее (р. Й. Чезнер, «Сиах Тфила», 7:1:11). В силу названных причин основные высочайшие требования к ведущему сохраняются и сегодня (см. «Арух а-Шулхан», 53:32).

(3) Кто достоин вести молитву?

Одно из требований, которое упоминает составитель книги «Хаей Адам», звучит так: желательно, чтобы ведущий «был праведным сыном праведника, потому что молитва праведника, сына праведника, не похожа на молитву [праведника, у которого отец не был праведным]».

Это требование восходит к рассказу Торы о том, что жена праотца Ицхака Ривка «была бесплодна, и Ицхак молился о ней Б-гу». А дальше в Торе написано: «Б-г ответил на его просьбу, и забеременела Ривка» (Берешит, 25:21). Раши, опираясь на сказанное в Талмуде (Йевамот, 64а), отмечает, что сама Ривка, безусловно, тоже молилась о своем исцелении, но Творец «ответил» все же Ицхаку, а не Ривке, потому что молитва праведника, сына праведника, несравнима с молитвой праведника в первом поколении (ведь Ривка происходила из семьи злодея Лавана).

Это требование приведено также в кодексе «Мишна Брура»: «Хорошо постараться, чтобы ведущий молитву был праведником, сыном праведника, поскольку молитва праведника, сына праведника, несопоставима с молитвой праведного сына нечестивца. А слова Роша о том, что достоинства ведущего не зависят от его происхождения, …подразумевают лишь случай, когда он не имеет знатного происхождения (от известных мудрецов Торы и праведников), но, во всяком случае, его отец не был нечестивцем» (53:13).

Кроме того, составитель книги «Хаей Адам» подчеркивает, что ведущий должен быть «чист от грехов» – до такой степени, чтобы о нем «не было дурной молвы даже в юности». Это требование приведено также в кодексе «Шулхан Арух» (53:4), а в книге «Мишна Брура» по этому поводу говорится: «Даже если нам известно, что еще тогда он раскаялся в совершенных им прегрешениях, все равно изначально не следует назначать его ведущим молитву» (53:16).

В этой связи возникает вопрос: разрешено ли людям, которые пришли в достаточно зрелом возрасте к соблюдению законов Торы (их принято называть баалей тшува), вести общественную молитву?

Один из величайших законоучителей последнего поколения р. Шмуэль Вознер разъясняет, что требование, чтобы о нем «не было дурной молвы даже в юности», относится только к евреям, выросшим в соблюдающих Тору семьях. Но те, кто были далеки от еврейства Торы, а затем сознательно пришли к соблюдению заповедей, «считаются совершенно новыми людьми». И, если теперь они ведут достойную жизнь, они, безусловно, могут вести молитву («Диршу», 53:22/31/).

И об этом же говорит другой выдающийся законоучитель р. М. Штернбух: требование, чтобы о нем «не было дурной молвы даже в юности», вообще не относится к людям, оторванным в детстве и юности от подлинного еврейства (такого человека принято называть тинок ше-нишба – «плененный ребенок»). Грехи таких людей, совершенные до того, как они пришли к соблюдению законов Торы, имеют статус шгага («невольные»), а не мезид («намеренные») – даже если в свое время они совершали эти поступки совершенно сознательно. Такие баалей тшува изначально могут вести любые общественные молитвы, и даже в посты, и в особые дни трепета – от Рош а-Шана до Йом Кипура («Тшувот ве-Анагот», 1, 99).

Важно добавить, что и родители таких баалей тшува в большинстве случаев также были оторваны от еврейства и тоже имеют статус «плененных детей», которых надо насколько это возможно приближать к Торе. Поэтому сын таких родителей, безусловно, не считается «сыном нечестивца», о котором говорится в книгах законоучителей. Дай Б-г, чтобы такие родители удостоились долголетия и всем сердцем возвратились к своему Творцу, обретя статус праведников.

Вместе с тем, ведущие законоучители отмечают, что «светские» евреи (хилоним), которые публично нарушают Шаббат и другие законы Торы, не должны вести общественные молитвы, даже в одноразовом порядке.

Молитва такого человека пробуждала бы не милосердие Небес к общине, а Меру Суда («Бина ве-Даат», 1:8; «Пискей Тшувот», 53:6; см. «Мишна Брура», 53:12 и 126:2). И если он просит, чтобы его назначили ведущим (например, в йорцайт), ему нужно тактично отказать, подобрав для этого благовидный предлог (р. М. Штернбух, «Тшувот ве-Анагот», 2, 76). Но если он, никого не спросив, уже начал вести молитву, его не игнорируют и отвечают «Амен» на его благословения, и произносят вслед за ним «Кдушу» – чтобы не вызывать вражды или ненависти («Рав Поалим», 3:12). Однако если он начал вести молитву силой, вопреки отказу габая и вопреки воле общины, на его благословения не отвечают («Пискей Тшувот», 53:6; см. Рамо, 53:22; «Мишна Брура», 126:2). И также не следует отвечать на благословение активных членов «консервативных» или «реформистских» общин, потому что такой человек имеет статус сознательного вероотступника – эпикореса, на благословения которого не отвечают («Игрот Моше», 2:50).

(4) Одежда ведущего

В кодексе «Шулхан Арух» указывается, что «похеах – т.е. человек, чьи одежды разорваны и руки оголены, не должен вести молитву» (53:13). И составитель книги «Хаей Адам» приводит этот закон практически дословно. А в кодексе «Мишна Брура» добавлено, что такого человека не следует вызывать и к чтению свитка Торы, так как в этом проявилось бы неуважение к Торе (53:40).

И хотя выше уже сказано, что каждому, кто собирается молиться, и особенно произносить «Шмоне Эсре», «следует одеться так, как он ходил бы в присутствии правителя, …ведь написано (Амос, 4:12): «Подготовь себя к встрече со своим Б-гом» (22:8), в приведенном выше постановлении из кодекса «Шулхан Арух» имеется в виду похеах – бедняк, у которого вообще нет другой одежды. Поэтому молиться ему разрешено в том, что у него есть – но не быть ведущим молитву, так как к одежде ведущего, представляющего всю общину перед Творцом, предъявляются особые требования (Бах, 53; «Диршу», 53:40/47/).

Многие авторитетные законоучители, опираясь на это постановление, считают, что запрещено вести молитву в рубашке с короткими рукавами, когда локти оголены («Диршу», 53:40/47/). И уж, во всяком случае, в общине, где принято молиться в верхней одежде – пиджаке и шляпе или в другом верхнем головном уборе, вести молитву в рубашке с короткими рукавами не следует. Но если человеку в такой одежде по какой-либо причине необходимо вести молитву, он может завернуться в талит, чтобы его руки оказались под ним («Алихот Шломо», 2:15:23; «Пискей Тшувот», 53:15). Однако в общинах, где принято ходить в рубашках с короткими рукавами (и в таком виде предстоят перед важными людьми), ведут молитву в таком виде («Бейт Барух», 29:36; «Ишей Исраэль», 14/27/).

Перевод и комментарии – рав Александр Кац. Редакция «Беерот Ицхак» сердечно благодарит рава Моше Хенина и издательство «Тора Лишма» за право публиковать отрывки из готовящейся к выходу книги ««Хаей Адам»».


https://www.beerot.ru/?p=36703