Кунтрес а-Хесед — Эссе о благодеянии — часть 2, глава 2

Дата: | Автор материала: Рав Элияу Элиэзер Деслер

536
благодеянии

Часть 2

Глава 2. Альтруизм ‒ необходимое условие для служения Творцу.

Тот, кто посвятил свою жизнь стяжательству, постоянно находится под властью эгоизма. Только любовь к себе диктует такому человеку, что он должен делать, как поступать. Если же он сделает что-либо для другого, то с самого начала просчитает, какую выгоду сможет извлечь из оказанной услуги. Даже выполнение заповедей и изучение Торы используется такими людьми только для того, чтобы добиться почтения к себе. А бывает, что дело обстоит еще хуже. Достигнув высокого положения и почета, эгоист начинает пользоваться своими знаниями и позицией, для того, чтобы притеснять других. Его нападки могут обернуться настоящим бичом для людей менее сведущих, чем он. Под властью своей гордыни он способен, не моргнув глазом, безжалостно растоптать ближнего.

И вот вывод, который мы вынуждены сделать: тот, кто во всех своих действиях преследует только собственную выгоду, может служить только самому себе! Служение Всевышнему, отказ от собственных желаний в пользу Его воли, любовь к Творцу ‒ все эти понятия абсолютно и безнадежно чужды эгоисту.

Конечно, эгоист никогда не признает этот факт перед другими людьми, а порой даже перед самим собой. Тем не менее,  заглянув в глубины его сердца, мы, к ужасу своему, обнаружим, что даже простая вера там отсутствует. Почему это так, мы уже объяснили в предыдущей главе. А если нет веры, о каком служении Творцу вообще может идти речь?

[Кратко напомним читателю, что автор говорил про веру. Все пристрастия, которые искажают наш взгляд на вещи, проистекают только из тенденции брать. С другой стороны, развитие склонности отдавать позволяет человеку избавиться от субъективных взглядов и приблизиться к истине. Человек верит только в то, что его сердцу представляется правильным. Поэтому, чем чище человек, тем яснее он видит и осознает истину, и тем больше его вера. Здесь и далее – примечания переводчика.]

[Следующий отрывок основан на том, что Талмуд рассказывает в трактате Шаббат (31а). Один нееврей пришел к Шамаю и сказал ему: «Я хочу стать гером (принять иудаизм), но только с условием, что ты мне объяснишь всю Тору за то время, что я могу простоять на одной ноге. Шамай прогнал его линейкой (она является намеком на качество суда – примечание главного редактора от имени гаона рава Моше Шапира), которую была у него в руке. Тогда этот нееврей пошел со своей просьбой к Гилелю. Гилель принял его  и сказал: «То, что тебе ненавистно, не делай другому. В этом заключается вся Тора, а остальное – объяснения, как это правило применять на деле. А теперь иди учиться!»]

Именно это сказал Гилель неееврею: «То, что тебе ненавистно, не делай ближнему своему. В этом заключается вся Тора, а остальное – объяснения, как это правило применять на деле. А теперь иди учиться!» Тот, кто изучает сложный материал без помощи комментариев и объяснений, может ошибиться. Тот, кто изучает только комментарии, не зная при этом, что они объясняют, вообще ничего не понимает! [Поэтому, Гилель сразу изложил нееврею, в чем заключается основополагающая идея Торы. Ведь тот, кто не знаком с принципом Гилеля, оказывается в ужасной ситуации…]

Чего стоят Тора и заповеди эгоиста? Ведь тот, кто полностью погружен в стяжательство, в глубине души отрицает веру. Поэтому все те действия, которые он совершает под видом выполнения заповедей, в действительности заповедями вовсе не являются! Все его поступки – это изучение комментариев человеком, который не имеет ни малейшего представления, что эти комментарии хотят объяснить. Такое изучение – одна гигантская ошибка. Ведь на самом деле этот несчастный вообще не знает, о чем идет речь!

Поэтому очень важно постоянно стараться развить в себе человеколюбие. Ведь нам совершенно необходимо научиться давать! Без этого мы не просто игнорируем выполнение какой-либо одной заповеди. Без этого вся наша Тора и все служение Всевышнему превращаются в бессмысленный фарс, не дай Б-г!

Глава 3. Духовный порыв как результат благодеяния.

Величайший мудрец Торы рав Шломо Ицхаки, более известный как Раши, писал (комментарий на трактат Шаббат, 127б): «Тот, кто сосредоточенно обдумывает слова произносимой им молитвы, делает добро, как сказано (Мишлей, 11:17): “Человек милосердный творит благо душе своей”». Первая реакция на эти слова Раши ‒ изумление. Как может человек сделать добро самому себе? [Ведь молитва, в первую очередь – личные просьбы человека]

На самом деле, в словах Раши, конечно же, кроется глубокий смысл. Тот, кто попытается проанализировать то, как человек мыслит, обнаружит, что не все мысли приходят к нам в голову в одной и той же форме. Те из них, которые отражают наши желания, говорят от первого лица: «Я хочу конфету!»; «мне это не нравится!» В этих мыслях мы ощущаем собственное «Я». С другой стороны, все, что связано с миром духовным, все, что требуют от нас самосознание и совесть, возникает в нашем сознании во втором лице: «Ты обязан поступить так-то!»; «ты же честный человек, тебе так делать запрещено!»

Мы уже говорили об этом в эссе о грехе первого человека Адама. [Это эссе находится во втором томе книги «Михтав ми-Элияу». Насколько известно редакции, его перевода на русский язык пока, к сожалению, не существует.] Там, в частности, объясняется, что Адам был сотворен праведным, без дурного начала. Зло, которое существовало в мире на момент испытания Адама, [которое заключалось в том, что бы не отведать от древа познания добра и зла] находилось вне него. Символ этого зла – это змей. Когда змею удалось ввести первого человека в грех, зло вошло в душу и тело Адама. Дурное начало стало частью человека. А доброе начало было как бы вытеснено наружу. В результате получилось, что добро и зло поменялись местами. Зло узурпировало наше «я», а добро превратилось в некую внешнюю силу, которая пытается наставить наше грешное сердце на правильный путь.

Хотя наше понимание тайного учения очень ограничено, мы можем теперь объяснить одно из утверждений кабалистов. Они писали, что три уровня души (нэфеш, руах и нешама) соответствуют трем местоимениям: «я», «ты», «он».

[См. книгу Рава Хаима из Воложина «Нэфеш а-Хаим», часть 1, гл. 15. Там объясняется, что нэфеш находится внутри человека и оживляет его тело; нешама находится в высоких духовных мирах, и никакой связи ни с чем материальным вообще не имеет; руах – это связующее звено между нешама и нэфеш. Находясь в промежуточной позиции между физическим и духовным, именно руах наделяет человека истинной свободой выбора. Только благодаря ему в душе человека происходит постоянная борьба между добром и злом.]

В свете того, что было сказано, становится понятно, что нэфеш ‒ это «я», со всеми своими материальными интересами. Духовный порыв, неожиданная жажда духовного – это уже относится к руах. Такой порыв всегда приходит к нам во втором лице – «Ты обязан». Нешама обитает в высших духовных мирах. Ее задача – донести до человека святость и чистоту духа. Она полностью духовна, вообще не имеет никакого отношения к плоти. Поэтому, несмотря на то, что она, несомненно, является составляющей нашей души, частью нас самих, мы ее вообще не ассоциируем со своим «я». С нашей точки зрения, нешама – это «она». Даже когда мы ощущаем ее призыв, ее требование отдалиться от материи, мы не чувствуем, что имеем дело с нашей собственной душой. Наше доброе начало как бы передает нам ее требования в третьем лице.

Получается, что человек, который полностью погружен в стяжательство, которого волнует только его собственная персона, а права других людей он попирает без малейших угрызений совести, ни за что не захочет внять зову духа. Ведь его собственные руах и нешама представляются ему чужими! Он будет уверен, что они хотят чего-то от него. Они же, конечно, хотят, чтобы он сделал добро для своей собственной пользы, ведь они ‒ это часть его самого! Но, к сожалению, эгоист не захочет к ним прислушаться, ведь он уже давно приучил себя игнорировать требования других. И это – то, что написал Рабейну Йона в книге «Шаарей Тшува» (врата Первые, гл. 10): «Отнесся я к душе своей великой с жестокостью». [Т.е. повел себя как жестокий человек, который не хочет или не может поставить себя на место другого и поэтому не способен ощутить его страдания и сжалиться над ним. Точно также эгоист не хочет понимать, что его нешама ‒ это часть его самого, и не желает удовлетворять ее духовные потребности. Это приводит эгоиста к тому, что он все больше и больше погружается в материальное.]

Получается, что без того, чтобы человек жалел свою нешаму и сочувствовал ей, он просто не способен последовать духовному порыву [который исходит от нее]. Он не может раскаяться в том, что творил в прошлом, и не может духовно расти в будущем.

Только тот, кто уже услышал клич нешамы и раскаялся, может почувствовать, что ее духовные нужды ‒ это его собственные потребности. Теперь понятны слова Раши, с которых мы начали эту главу. Только тот, кто привык делать добро; только тот, кому знакомо сочувствие несчастному, может придти к тому, чтобы сосредоточиться на молитве и вложить в нее душу и сердце. Получается, что духовный рост возможен только при условии, что человек привык с радостью давать другим и безропотно выполнять желания ближних. Иначе он никогда не последует призыву своего доброго начала, своей нешамы.

Перевод – рав Б. Набутовский.


https://www.beerot.ru/?p=37963