Орхот хаим – Пути жизни — Первый день — Часть 3

Дата: | Автор материала: Рабейну Ашер бен Йехиэль

130
путь к святости

Вот как человеку следует поступать, чтобы спастись от мучений после смерти и удостоиться света жизни:

1. Максимально отдалитесь от гордыни.

2. И также от лести.

3. И также от лжи и обмана.

4. И также от насмешек.

5. И также от сплетен.

6. И также от гнева.

7-8. Остерегайтесь принимать обеты и не обманывайте людей – ни словами, ни деньгами. Берегитесь людской зависти и ненависти.

9. Не давайте никому прозвищ и не называйте никого кличкой, которую дали ему другие – кроме случая, когда этого человека знают и почитают под таким именем.

10. Не злословьте и не верьте злословию других.

11. Не сидите вместе с бездельниками и не проводите время в кругу невежд, не изучающих Тору.

12. Не разглядывайте женщину, которая вам запрещена.

13. Не разговаривайте по завершении благословения Биркат а-мазон, пока не выпили бокал вина, на который произносят это благословение.

14. Не разговаривайте во время молитвы с момента, когда начали благословение Барух ше-амар, до конца произносимой шепотом молитвы Шмонэ-эсрэ, а также когда ведущий молитву повторяет Шмонэ-эсрэ вслух.

Это разрешено только, если нужно подсказать другому какой-то закон Торы или сказать нечто, необходимое для выполнения заповеди, или поздороваться.

15. Не разговаривайте во время Галеля и чтения Торы.

16. Не ешьте хлеб нееврея и даже испечённый в нееврейской пекарне – разве только в том случае, если невозможно достать хлеб, испечённый евреем.

Мудрецы запретили есть хлеб народов-идолопоклонников, чтобы не возникало брачных связей с ними. …Если человек будет есть домашний хлеб нееврея, то станет столоваться у него (а это может привести к излишнему сближению, а затем и к смешанным бракам) (Шулхан арух, Йорэ деа 112:1-2). Но «домашним» считается только хлеб, испеченный неевреями для себя. А если он испечен на продажу, то считается продуктом «нееврейской пекарни» (Рамо, там же).

Во многих общинах принято следовать в этом вопросе законоучителям, разрешающим употреблять кошерный хлеб из нееврейской пекарни даже в тех случаях, когда доступен хлеб, испеченный евреями (р. М. Штернбух; см. Шах и Баэр эйтев 112).

17. Не принимайте участия в трапезе, которая устраивается не в честь заповеди.

Запрет, о котором говорит здесь Рош, подразумевает не просто обычную еду с хлебом, но участие в  роскошных и торжественных трапезах, которые устраиваются не «в честь заповеди». И, как следует из приведенных здесь слов Талмуда, этот запрет относится именно к знатоку Торы (талмид-хахам) (р. М. Штернбух).

18. Не занимайтесь пустой болтовней. Постарайтесь изучать Тору и ночью, чтобы ложиться спать после занятий Торой, а не после болтовни.

Рош предостерегает от пустых разговоров перед сном, поскольку они продолжают свое действие и во сне. А если человек засыпает после изучения Торы, то его духовная работа подсознательно продолжится и во сне. Праведные люди совершали в часы сна духовный подъем, ведь, по свидетельству Виленского Гаона, во время сна человек способен постигнуть то, что недоступно для него в состоянии бодрствования (Ор Йехезкель, Эмуна с. 220; см. также Эвен шлема 8:20 – «Душа мудреца поднимается каждую ночь в Небесную Ешиву, чтобы постигать там то, что невозможно постичь наяву, и в этом вся цель сна»).

Ночные уроки

Стараясь посвятить как можно больше времени изучению Торы, Виленский Гаон спал не более двух часов в сутки – обычно по полчаса с перерывами в течение ночи и еще полчаса днем. Но и в эти полчаса, по свидетельству его сына, рава Авраама, уста дремлющего Гаона «продолжали шептать слова Торы» (Биур Агро, Акдама).

При этом в минуты сна душа Гаона возносилась к своему святому источнику, приобщаясь к самым сокровенным тайнам Торы. «Творец вложил в природу человека способность ко сну именно для того, что бы его душа поднималась в Небесную Ешиву и там ей открывались тайны Торы, – писал Гаон. – И то, что человек не способен постичь за семьдесят лет жизни здесь, открывается ему там за одну минуту. Однако за подобное постижение Торы человек не получает никакой награды – наоборот, такое постижение само по себе является наградой» (Агро, Мишлей 19:23).

По свидетельству близких учеников и родных Гаона, подобные уроки в Небесной Ешиве проходили у него каждую ночь – с тех пор, как он себя помнил (А-Гаон с. 139 и 821).

Два непутевых сына

Рав Пинхас Гурвиц (Бааль Афлаа) свел время своего сна до абсолютного минимума – в будние дни он вообще не ложился в кровать, а лишь изредка дремал, облокотившись рукою на стол. А его старший брат – рав Шмуэль-Шмелке – в будние дни вообще не ел трапезу с хлебом – он лишь наскоро перекусывал, не отрываясь от книг. Их мать с затаенной гордостью сетовала: «Двух сыновей даровал мне Б-г – один из них не благословляет Биркат а-мазон (молитву после еды с хлебом), а второй не произносит Шма аль а-мита («чтение Шма перед сном в кровати»)!» (Гдолей а-дорот; Сарей а-меа 1, 9).

Через окно

Выдающийся хасидкий наставник рав Сар-Шалом из Белза был прямым потомком прославленного кабалиста рава Элазара Рокеаха.

В годы молодости он жил в доме тестя. Каждый вечер он делал вид, что собирается спать, а затем вылезал через окно своей спальни и бежал в Дом Учения, где всю ночь занимался со своим наставником равом Шломо Фламом – а под утро он возвращался в свою комнату и ложился в кровать. Но как только он засыпал в комнату входил тесть и будил его, упрекая: «До каких пор ты будешь валяться в постели?!» После утренней молитвы он учился с тестем до вечера – а потом всё повторялось сначала. Лишь спустя несколько лет его родные узнали, что в течение всего этого периода – около тысячи ночей – рав Сар-Шалом обходился почти без сна, отдавая все свои силы углубленному изучению Торы (Гдолей а-дорот).

 «Быстро спать»

Рав Зундель из Саланта также использовал для изучения Торы не только всё свое свободное время днем, но и значительную часть ночи. Однажды у него спросили, как он может так мало спать. «У каждого человека свой темп жизни, – улыбаясь, объяснил он. – Есть люди, привыкшие ходить быстро: за час такой человек может пройти расстояние, на которое другому потребуется три часа. Есть люди, которые привыкли есть быстро, а есть привыкшие кушать медленно… Так вот, я привык быстро спать» (Сарей а-меа 2, 29).

19. В канун Субботы остерегитесь, чтобы все работы были завершены засветло. Научите своих домашних, как соблюдать Субботу. Молитесь «Минху» в пятницу раньше, чтобы принять на себя святость Субботы засветло.

«Возьми веник»

Один из посетителей пожаловался раву Я.-И. Каневскому (Стайплеру) на свою жену: она никогда заблаговременно не заканчивает приготовления к Субботе, и, хотя он ее постоянно за это упрекает, – ничего не помогает. «Так что же мне делать?!» – растерянно спросил посетитель. «Возьми веник и помоги ей», – ответил Стайплер (рассказ р. М. Гифтера).

20. Как только пришло время одной из трёх ежедневных молитв, отложите все свои дела и помолитесь.

Главное правило, чтобы уберечься от зла: не поедайте глазами то, что вам не принадлежит (т.е. не желайте чужого).

Не завидуя другим, человек проявляет веру в то, что Творец выделяет каждому его особую долю. И такую же веру проявляет человек, прерывая все свои дела ради молитвы – ведь его благосостояние зависит от Б-га, к Которому обращена молитва, а не от его «успехов» в делах (р. Б.-Й. Зильбер, Мекор а-хаим).

Перед Царем царей

Это произошло в 1856 году. Глава иерусалимской общины рав Йешая Бардки получил сообщение о том, что прибывший в город наследник австрийского престола эрцгерцог Максимилиан посетит его дом. К назначенному часу рав Йешая пригласил к себе всех руководителей еврейской общины. Однако августейший гость сильно задерживался – а тем временем наступил час, когда произносят послеполуденную молитву Минху. Но как только все собравшиеся погрузились в молитву, распахнулась дверь – и шамаш (служка) объявил, что кавалькада эрцгерцога приближается. Прервав молитву, руководители общины бросились навстречу августейшей особе, и лишь рав Йешая, помнивший, что он предстоит перед Царем царей – Творцом мира, с воодушевлением продолжал молиться. Вошедший гость с глубоким почтением наблюдал за молитвой седовласого мудреца. После завершения Минхи он поблагодарил рава Йешаю за доставленное ему духовное наслаждение и сказал, что никогда в жизни не забудет той святой и чистой молитвы, при которой ему довелось присутствовать (Гдолей а-дорот).

У автобусной остановки

В течение многих лет рав Ицхак Зильбер работал учителем математики в советских школах, и ему приходилось скрывать, что он соблюдает заповеди Торы.

Сначала он преподавал в сельской школе и жил в одной комнате с тремя своими учениками, поэтому для молитвы ему приходилось уходить далеко за село или запираться в школьной лаборатории. А порой он скрывался за широкой створкой школьных дверей.

Позднее, в Казани, основная проблема возникала с послеполуденной молитвой Минха, ведь солнце заходило около пяти, а очередной урок заканчивался без пятнадцати пять. Сразу после урока рав Зильбер выбегал к автобусной остановке, где на деревянном щите были расклеены газеты и театральные афиши. Он молился, делая вид, что внимательно читает «Правду» или «Известия». Когда же по ходу молитвы требовалось совершить четыре поклона, он наклонялся будто бы для того, чтобы разглядеть имена артистов на театральных афишах («Чтобы ты остался евреем» с. 159-160).

«Есть у него это…»

В сталинском лагере рав Зильбер молился рано утром, до начала работы.

Однажды, когда он стоял на молитве Шмонэ-эсрэ, его вызвали к начальнику лагеря. Он не шелохнулся.

За ним пришли еще раз, стали кричать.

Один из заключенных объяснил надзирателю: «Есть у него это – если он так стоит, убей – ничего не сделаешь» (там же с. 182).

Самолет идет на посадку

Однажды, уже после переезда в Израиль, рав Зильбер посетил Италию, чтобы принять участие в проводимом там семинаре для евреев из СССР.

Летели ночью. Самолет уже пошел на посадку, когда рав Ицхак увидел, что вскоре взойдет солнце. Как правило, он молился с восходом – поэтому и теперь он открыл портфель, вынул талит и тфилин и начал молитву.

Тем временем стюардесса обходила салон, проверяя, у всех ли застегнуты ремни. И вдруг, буквально за несколько секунд до приземления – точно в мгновение восхода солнца – рав Ицхак встал для Шмонэ-эсрэ. Стюардесса бросилась к нему и стала кричать, чтобы он сел. Но самолет уже приземлился – и рав Ицхак стоя молился, когда самолет коснулся земли (там же 408-409).

Редакция «Беерот Ицхак» выражает глубокую признательность переводчику раву Александру Кацу, редактору раву Цви Патласу и издательству «Пардес» за право пользоваться их переводом и комментарием к  книге «Орхот Хаим» на русском языке, готовящейся к выходу в свет. Желаем, чтобы новая книга нашла путь к сердцам читателей!


https://www.beerot.ru/?p=53352