Ховот а-Левавот. Врата отчета перед собой — Различные виды отчетов

Дата: | Автор материала: Рабейну Бахае бен Йосеф Ибн Пакуда

1191

РАЗДЕЛ ТРЕТИЙ (продолжение)

Автор продолжает разбирать различные виды отчетов перед собой

Восьмая [разновидность отчёта перед собой]: человек задумывается о том, в какой мере он исполняет свою обязанность всецело посвящать своё сердце Б-гу благословенному. В посвящении сердца есть две стороны. Первая из них – сосредоточенность сердца на единстве Б-га. Вторая сторона – сосредоточенность сердца на этом единстве в час, когда человек делает что-либо из относящегося к служению Г-споду, будь то нечто предписываемое Торой или разрешённое: оно должно быть исполняемо только во имя Б-га…

Обязанность веры в единство Б-га благословенного включает в себя несколько составляющих: чтобы не было у человека других богов; чтобы он не соотносил с Б-гом никакой формы, или изображения, или свойства и меры, или движения, или перемещения, или какого-либо определения из тех, которые применяют к материальным телам, или понятий из сферы сущностного и случайного. И чтобы верил человек, что ничто не предшествовало извечному бытию Его, и нет конца бытию Его; и чтобы знал человек, что Он – един, и нет другого, подобного Ему в единстве; и нет творца иного, кроме Него; и нет Созидающего, кроме Него; и то же самое следует сказать о прочих [возвещающих] добро именах Его и возвышенных качествах.

Обязанность посвящения сердца одному лишь Б-гу благословенному при исполнении дел, связанных со служением Ему, включает в себя несколько составляющих: направлять помыслы сердца своего в этих делах только на Его великое Имя, но не исполнять их ни из любви к людским похвалам, ни из ожидания от них каких-либо благ, ни из страха перед ними, ни ради извлечения пользы или предотвращения ущерба в этом мире или в мире Будущем, как сказали об этом наши мудрецы, будь благословенна их память: «Служите Всевышнему не как те рабы, которые служат хозяину ради награды, а как те рабы, которые служат ему не ради награды» (Пиркей Авот, 1:3).

Обрати внимание, брат мой, на то, как ведут себя люди, любящие друг друга. Когда один из них чувствует, что сердце любимого им человека не обращено к нему в полной мере, и тем более, когда речь идёт о господине и рабе, он приходит в гнев и не желает его услуг – даже если тот [раб] прикладывает старания и выглядит внешне вполне преданным ему, – и это так даже тогда, когда он нуждается в услугах и помощи другого. Тем более – Творец благословенный, притом, что все нужды творений Его возложены на Него, тогда как Он сам не нуждается в них и не извлекает из них пользы. Он взирает на их сердца и проницает сокрытые их тайны; так как же мы дерзнём вести себя перед Ним так, как не посмеем вести себя с товарищами и близкими друзьями, которые не видят ни лжи и обмана в наших сердцах, ни того, насколько мало мы преданы им!

И когда человек, наделённый разумением, вдумается во всё это, он устыдится перед Творцом превознесённым и исправит свою душу, и направит своё сердце к одному только Б-гу при исполнении всякой Его заповеди и при занятии любой частью Его Торы, с расторопностью и старанием, как сказал Давид, мир ему: «Дорогой заповедей Твоих поспешу, когда Ты дашь простор сердцу моему» (Теилим, 119:32).

Девятая [разновидность отчёта перед собой]: обдумывание того, насколько хорошо и с каким усердием он исполняет разные виды служения в соответствии с характером каждого из них, в сравнении с тем, как и с каким усердием он исполняет возлагаемое на него его [земным] царём. Если поручение таково, что оно должно исполняться физическими движениями тела, то он не пожалеет ни стараний своих, ни возможностей. А если эти поручения относятся к сфере умственных изысканий, то он обратит всё своё сердце, разумение, силу мысли и познания на то, чтобы [исполнить их] со старанием и чувством ответственности. Если же он приходит к [царю] для того, чтобы восхвалять и благодарить его за добро, которое тот ему сделал, или за милость, которую тот ему оказал, будь то в стихах или в прозе, письменно или устно, то он не пожалел бы ни возвышенных слов, ни красивых выражений, преувеличений и сравнений, слов правдивых и не обязательно правдивых – всё, что только он мог бы сказать о царе, было бы приготовлено для него и ему представлено. И если бы человек мог выразить перед царём [свои чувства к нему] посредством движений тела, показать ему их в душе своей, в тайниках её и в том, что открыто взору, то он сделал бы это. И если бы он мог возложить этот труд – благодарность и восхваление – на небеса, на землю и на всё, что их наполняет, чтобы показать царю те добрые чувства, которые он питает к нему в глубине своей души, то он бы сделал это; и всё это – ради человека, [как и он сам] слабого и ничтожного, чьи дни скоротечны…

Подобным же образом разумному человеку следовало бы вести себя в каждом деле, связанном со служением Б-гу превознесённому. Прежде всего, отметим, что всякое такое дело обязательно принадлежит к одному из трёх видов. К первому из них относятся обязанности, исполняемые только в сердце – те, которые мы намеревались объяснить в этой книге. Ко второму – обязанности, относящиеся как к телу, так и к сердцу, такие как молитва, изучение Торы, восхваление и прославление Б-га, постижение мудрости, наставление людей к совершению добрых и правильных дел, предостережение их от дурных дел и тому подобное. К третьему виду относятся обязанности, исполняемые посредством одного только тела; сердце никак не участвует в них, и лишь в начале действия оно предопределяет, что заповедь будет исполнена во имя Б-га. Примеры тому – заповеди суккилулава, кистей-цицитмезузы, соблюдения Субботы и праздников, помощи бедным и тому подобное; всё это – такого рода заповеди, что если человек отвлекается при их исполнении, это не снижает их ценность.

Однако при исполнении обязанностей сердца человек должен изгнать из него мысли о делах и заботах этого мира, посвящая в этот час его и весь свой внутренний мир одному только Б-гу. Рассказывают об одном из людей, отдаляющихся от дел этого мира, который говорил в своей молитве так: Б-же мой! Печаль моя [о моём служении] Тебе гонит от меня все прочие печали, а тревога моя [о том, что я столь далёк от Тебя] устраняет все прочие тревоги! И в заслугу этого Б-г принимает дела человека, и тот становится желанным Ему; и [в заслугу] таких людей может исполниться сказанное нашими мудрецами, будь благословенна их память: «Исполнение заповедей [такое, какое делает человека желанным Б-гу] требует намерения исполнить их [во имя Его]» (Рош а-Шана, 28б).

Когда человек приступает к тем своим обязанностям, которые исполняются совместно сердцем и органами тела, например, к молитве и восхвалению Б-га благословенного, он должен освободить [и отстранить] тело своё от всех дел, относящихся как к этому миру, так и к Будущему, освободить своё сердце от всех мыслей, отвлекающих его от молитвы. И это – после того, как он очистит себя и отмоется от всякой грязи, отдалится от места, где есть дурные запахи, и т. п. Затем он должен вспомнить, к кому он обращает свою молитву и чего он в ней просит, и в каких словах, достойных употребления в молитве, будет делать это перед своим Творцом.

И знай, что [произносимые] устами слова его будут подобны кожуре плода, а мысленное углубление в эти слова – самому плоду; [другими словами, произносимая устами] молитва подобна телу [человека], а сосредоточенное углубление в неё – душе его. И когда человек молится устами своими, а его сердце занято чем-то не относящимся к молитве, его молитва – как тело без души и как кожура, внутри которой нет плода, – потому, что тело его присутствует в час молитвы, но сердца нет с ним, и об этом сказано: «За то, что, когда подступал этот народ [ко Мне в молитве], устами своими чтил Меня, но сердцем был далёк от Меня; и стал их страх предо Мною как заповедь людей, исполняющих её заученно» (Йешаяу, 29:13).

И ещё приводят на эту тему притчу об одном рабе, в дом которого пришёл господин его. Этот раб приказал своей жене и домочадцам оказать ему почёт и делать для него всё необходимое, а сам ушёл развлекаться и веселиться, и не пожелал прислуживать своему господину сам, прилагать старания, чтобы уважить его и делать для него то, что подобает. И разгневался на него господин, не пожелал более почитания его и услуг, и бросил ему всё в лицо его. И у всякого молящегося, у которого сердце и душа пусты – нет в них того, о чём он молится, – не примет Б-г молитву, которая вся – лишь в движениях тела его и языка.

Вспомни, что мы говорим, когда заканчиваем молитву: «Да будут угодны речения уст моих и помыслы сердца моего пред Тобой». И если человек думает во время молитвы о каких бы то ни было делах этого мира, о разрешённом или о запретном, и после этого завершает свою молитву словами: «и помыслы сердца моего пред Тобой», то насколько же это постыдно для него! Он утверждает, что беседовал со своим Б-гом в сердце своём и душе, – но ведь сердце его не было с Б-гом! И после этого он ещё просит Б-га, чтобы Он принял у него эти «помыслы сердца», и чтобы они были желанными Ему, и это похоже на то, о чём сказано: «И ищут Меня они каждый день, и знать пути Мои желают – как народ, который творил справедливость и правосудия Б-жьего не оставлял» (Йешаяу, 58:2).

И сказали наши мудрецы, будь благословенна их память: «Человек должен проверить себя: если он может настроить своё сердце на молитву, пусть молится, а если нет – то нет». (Брахот, 30б). А вот что сказал раби Элиэзер в час своей смерти среди всего остального, что он завещал своим ученикам: «Когда вы молитесь – знайте, перед Кем вы молитесь» (там, 28б). Также сказано в Писании: «Приготовься предстать перед Б-гом своим, Израиль» (Амос, 4:12); и ещё сказали наши мудрецы: «Не делай свою молитву чем-то постоянным, но [пусть она будет искренней просьбой] о милосердии и мольбой, обращенной к Святому, будь Он благословен» (Пиркей Авот, 2:13). И ещё сказано в Писании: «Когда изнемогла во мне душа моя, вспомнил я Г-спода» (Йона, 2:8), и также сказано: «Вознесём сердце наше и руки к Б-гу в небесах» (Эйха, 3:41).

И должен ты знать, брат мой: единственное истинное устремление в молитве – это неудержимый порыв души к Б-гу и её смирение перед Ним, когда она превозносит Творца своего, восхваляет и благодарит Имя Его и возлагает на Него заботу обо всех своих нуждах.

И из-за того, что человеку трудно помнить обо всём этом без того, чтобы оно было точно сформулировано и приведено в систему, наши мудрецы, будь благословенна их память, составили молитву [Восемнадцать благословений], включив в неё вещи, важные и актуальные для большинства людей, в которых ярко проявляется зависимость людей от Б-га и из-за которых они смиряются перед Ним. [И всё это включено в молитву] в качестве тем [её благословений], в должном порядке и в верных формулировках, чтобы человек мог предстать с этим перед своим Творцом, не стыдясь своей молитвы, и чтобы в порядке и содержании молитвы сердца проявились смирение и приниженность его перед Б-гом.

И из-за того, что мысль человека переменчива и в ней нет постоянства из-за быстрой смены идей и впечатлений, ему было бы тяжело самому упорядочить содержание своей молитвы. Поэтому наши мудрецы составили правильный и выверенный текст молитвы, и человек должен произнести его своими устами – поскольку мысль человека устремляется за сказанным им, вслед произносимым словам.

В молитве есть [произносимые] слова и содержание, причём слова нуждаются в содержании, но содержание не обязательно должно быть изречённым, если можно дать ему должное выражение в сердце, ибо в нём – суть наших намерений и основа того, к чему мы стремимся в молитве. Этому можно найти подтверждение в сказанном нашими мудрецами о том, как поступает человек в затруднительных обстоятельствах: «Человек, нечистый от ночного случая, проговаривает мысленно, но не благословляет вслух ни перед [чтением “Шма, Исраэль”], ни после него» (Брахот, 3:4). [По законам Торы данная нечистота не запрещает ни молиться, ни изучать Тору, однако приведенная здесь мишна составлена согласно постановлению Эзры, запрещающему или ограничивающему указанные занятия до очищения. Это постановление не получило всеобщего распространения и впоследствии утратило силу, однако до сих пор ему следуют многие люди, стремящиеся к особой праведности.] Кроме этого, мудрецы разрешили [в определённых затруднительных обстоятельствах, например, в дороге, в случае опасности и т. п.] произносить сокращённый вариант молитвы «Восемнадцать благословений». Но если бы главным в молитве были [произносимые] слова, то мы никоим образом не могли бы что-либо пропускать.

Итак, брат мой, ты должен построить свою молитву – [то, как ты произносишь её] в своём сердце, чтобы это соответствовало тому, что ты произносишь устами твоими, чтобы и в том, и в том было одинаковое устремление к Б-гу. И уберегай тело своё от всех [лишних] движений, и обуздай свои чувства и мысль, оградив их от занятий какими-либо делами этого мира во время молитвы.

Представь себе, как ты ведёшь себя по отношению к твоему земному царю, когда благодаришь, восхваляешь его и рассказываешь о его доброте, – несмотря на то, что он не ведает глубин твоей души! Тем больше требуется от тебя [когда ты предстаёшь] перед Творцом превознесённым, Который видит в тебе открытое и скрытое, спрятанное внутри и видимое глазу!

[Поистине] достойно удивления то, что молитва у тебя – как знак доверия к тебе Творца и как драгоценный залог; ведь Он предал в твою руку всё связанное с ней и отдал её в твою власть, и никто не увидит её, кроме Него. И если будешь молиться так, как повелел Творец благословенный, то исполнишь свою обязанность, оправдывая оказанное доверие, и Он примет у тебя твою молитву. Но если не проявишь верности своей в отношении неё, сердцем твоим или устами, то окажешься среди обманувших доверие [Г-спода], о которых сказано: «Ибо поколение переменчивое они – сыны, в которых нет верности» (Дварим, 32:20). Сказано о людях, которые ведут себя по отношению к тому, что вверено им, согласно всем законам и установлениям: «Глаза мои устремлены на верных [из живущих] на земле, которым пребывать со Мной» (Теилим, 101:6).

А если тебе предстоит выполнить одну из заповедей, исполняемых телом – сукки,лулава или прочих, упомянутых выше и относящихся к данному разряду заповедей, – то ты должен, прежде всего, настроить своё сердце на то, что будешь делать это во имя Б-га, так, чтобы движущей силой того, что ты делаешь, было бы стремление исполнить повеление Творца, возвеличить и вознести Его, возблагодарить и восхвалить Его за великое добро и многие милости Его, дарованные Им тебе. Чтобы заповедь исполнялась во всей полноте её, в начале, в середине и в конце того, что ты делаешь, со страхом перед Б-гом, со стремлением исполнить Его волю и избежать Его гнева, как сказал Давид, мир ему: «Исполнить Твою волю, о Б-г мой, я желаю» (Теилим, 40:9).

И пусть будет во всём этом перед твоими глазами пример с царём, который мы приводили выше, в начале описания данной [девятой] разновидности отчёта перед собой, и пусть он остаётся перед тобой постоянно. И тогда, с Б-жьей помощью, твоё тело обретёт проворность и расторопность в делах служения, как сказано у Давида, мир ему, слова которого мы приводили выше, в начале этой части книги: «Обдумывал я пути мои и возвращал стопы мои к заповедям Твоим. Спешил я и не медлил хранить заповеди Твои» (Теилим, 119:59 – 60).

Десятая [разновидность отчёта перед собой]: человек размышляет о том, что Творец смотрит на всё открытое и сокрытое в нём, и Он видит его, и помнит все его дела, и знает все мысли его сердца, хорошие и дурные, – и потому человек будет постоянно бояться Творца и стараться исправить себя внешне и внутренне перед Б-гом благословенным.

И пусть он представит себе, что какой-то человек непрерывно наблюдает за ним и подстерегает все его движения. Правильным ли было бы тогда для него сделать нечто такое, что вызовет отвращение к нему у того человека? И тем более – если тот человек делал ему добро и оказывал ему милость; и тем более, если он – его господин… И тем более, если это – Творец его, глядящий на него; насколько же человек должен стыдиться Его и благоговеть перед Ним, остерегаться, чтобы не ослушаться Его, проявлять расторопность в служении Ему, искать Его любви и расположения!

И ещё: все мы знаем, насколько мы стараемся нарядиться и приукраситься, надевая лучшие одежды, насколько только возможно для каждого из нас, когда выходим навстречу царям, вельможам и великим людям поколения, ибо понимаем, что они смотрят на нашу внешность, как сказано: «Ибо нельзя появляться в воротах царских во вретище» (Эстер, 4:2), и также находим: «И послал фараон, и позвал Йосефа, и подняли его быстро из ямы, и он постригся, и переменил одежду свою, и пришёл к фараону» (Берешит, 41:14). Подобным же образом мы обязаны украшать себя перед Б-гом служением Ему – в видимом глазу и в сокрытом – потому что он взирает на нас постоянно, всегда с тем же вниманием. И если бы нам показалось, что [земной] царь так же смотрит на сокрытое в душах наших, как он смотрит на внешнее, материальное, то мы бы не замедлили украсить [также] и это сокрытое, как он того желает от нас.

Разве ты не видишь, что большинство людей обучаются мудрости сами и обучают ей других только ради того, чтобы возвеличиться в глазах царей? И то же самое относится ко многим законам и обычаям царства, поскольку всему народу предписано соблюдать постановления своего царя. Тем более подобает делать то же самое для Б-га благословенного! И тем более возлагается на нас обязанность украшать себя в служении Ему – в скрытом от глаз, в сердцах наших, и в открытых, материальных проявлениях [нашего служения – ведь мы знаем], что он взирает на всё и видит всё постоянно, и не отвлечёт его одна вещь от другой, как сказано в Писании: «Я – Г-сподь, исследующий сердце, испытующий почки, чтобы воздать каждому по путям его» (Ирмияу, 17:10), и также сказано: «Во всяком месте очи Г-спода взирают на дурных и на добрых» (Мишлей, 15:3), и также сказано: «Очи Г-спода странствуют по всей земле» (Зхария, 4:10). И также сказано в Писании о страхе перед всевидящим оком Творца: «Не торопи своих уст, и сердце твоё да не поспешит изречь слово перед Б-гом, ибо Б-г на небе, а ты на земле» (Коэлет, 5:1), и ещё сказано: «Г-сподь с небес взирает на сынов человеческих» (Теилим, 14:2).

И если человек веры будет постоянно возвращаться к мыслям об этом, обдумывая свои дела, то Творец будет с ним в тайниках его души. И тогда человек увидит Творца благословенного очами своего разума, и будет бояться Его постоянно, превозносить Его, проверять и взвешивать свои дела, будет исследовать дела Творца, то, как Он управляет делами своих творений, – деяния, возвещающие о Его величии и превознесённости, о мудрости и могуществе Его.

И если человек проявит в этом постоянство, то Творец избавит его от печали и страха, распахнёт перед ним врата познания, откроет ему тайны Своей мудрости и обратит очи Свои на него, чтобы наставлять и вести его; Он не оставит его одного с его [малыми силами] и возможностями, как сказал об этом Давид: «Псалом Давида. Г-сподь – пастырь мой; ни в чём не узнаю я нужды» и т. д. (Теилим, 23:1 до конца). Такой человек достигнет высшей ступени из всех, достигаемых благочестивыми, и самой большой высоты, какой достигают праведные; он будет видеть без [участия] глаз, и слышать не посредством уха, и говорить без помощи языка, и ощущать [духовные] реалии без органов чувств, и составлять себе о них представление без сравнения с чем-либо [чувственно ощутимым]. Он не гнушается ничем из посланного ему судьбой и не избирает себе ничего из того, что не избрал для него его Творец. Он желает того, что желанно Творцу, а любовь его – в согласии с Его любовью; он любит то, что любимо Творцом, и гнушается тем, что отвратительно Ему. О таком человеке сказал мудрец: «Счастлив удел человека, который слушается Меня, старается войти в двери Мои [приблизиться ко Мне] изо дня в день» (Мишлей, 8:34), и далее сказал: «Ибо нашедший Меня – нашёл жизнь, и одарён будет благоволением Г-спода» (там, 8:35).

Одиннадцатая [разновидность отчёта перед собой]: человек обдумывает всё, что происходило с ним в течение его жизни: посвящал ли он эти дни служению Б-гу своему – или служил своему дурному побуждению.

И пусть он представит себе, будто царь вручил ему некую сумму денег, поручив тратить их на определённые цели; при этом он предупредил, чтобы деньги не тратились ни на что постороннее, и известил, что по истечении года подведёт с ним итог, не допуская никакой поблажки [в случае недостачи]. Разве не следовало бы человеку в такой ситуации проявить расторопность и старательность, производя самостоятельно перерасчёт в конце каждого месяца в течение года, чтобы знать, сколько денег израсходовано и на какие цели, и быть осторожным с оставшимися деньгами в оставшееся время – чтобы не случилось так, что отчёт [перед царём] застанет его врасплох, и он не будет знать, сколько у него есть и сколько он должен.

И подобно тому, как описано в этом примере, ты, брат мой, должен проверять себя, если сумеешь, в каждый из дней своей жизни, подводя итог своего служения Б-гу и исходя при этом из того, что было на тебя возложено в этот день. И если ты уклонялся от этого [подведения итога] в прошедшие дни, то, по крайней мере, отчитайся перед самим собой в оставшиеся дни твои; не добавляй к уже свершившемуся неисполнению ещё одно [неисполнение своего долга], и к забрасыванию [обязанностей – прежнему] – новое подобное дело, ибо невозможно перед Г-сподом, Б-гом твоим, ни уклонение, ни неисполнение, и нет перед Ним забвения.

Говорят: дни – словно свитки; пишите на них то, что хотите, чтобы помнилось вам! Сказано: «Не будьте как конь, как мул неразумный» (Теилим, 32:9); и также сказано о том, кто долго уклонялся от обязанности отчёта перед собой: «Уж седина покрыла его – а он не ведал» (Ошеа, 7:9).

Двенадцатая [разновидность отчёта перед собой]: такой, который обязан делать человек, когда его сердце поглощено делами этого мира, – человек, отдающий этому всё своё старание, умение и способности. Он обязан сопоставить всё это со своим пренебрежением к тому, что ждёт его в будущем, с тем, как он уклоняется от служения своему Б-гу. Он обнаружит, что мысли его об этом мире – самые важные и значительные из всех его мыслей, и стремления его, связанные с этим миром – ведущие его стремления. Мало ему всех его приобретений в этом мире, ибо он подобен огню: добавление дров лишь увеличивает пламя, и все помыслы сердца и устремления его направлены к одной той цели днём и ночью. Он не подумает любить никого, кроме того, кто поможет ему во всём этом, и не станет ему верным другом никто, кроме того, кто направит его к достижению [предмета его вожделений]. Он выжидает время, когда выгодно скупить товар, и момент, когда выгодно его продать. Он следит за ценами – какие товары продаются дорого и какие дёшево, за тем, что дорожает и что дешевеет на всех краях земли, и не могут удержать его от того, чтобы пуститься в дальний путь, ни жар, ни холод, ни бури морские, ни долгие дороги пустынь… И всё это – в надежде насытить до конца [свою страсть к наживе] – но нет ей конца…

И вполне возможно, что усилия его будут впустую, и не достанется в удел ему ничего, кроме нескончаемых страданий, забот и трудов. А если даже он достигнет отчасти того, на что надеялся, – вполне возможно, что ему придётся лишь охранять [это богатство], управлять им и прятать его, оберегая его от ущерба, пока оно не попадёт к тому, кому предназначил его [Б-г], – при жизни [того, кто его накопил], как сказано: «В середине дней его оставит оно его» (Ирмияу, 17:11), или после его смерти, как сказано: «И оставили чужим своё богатство» (Теилим, 49:11).

Мудрец [царь Шломо] предостерегает нас от чрезмерного усердия и усилий в умножении богатства: «Не стремись разбогатеть; оставь эту мысль» (Мишлей, 23:4), и далее говорит о горестях, связанных с ним: «Устремишь глаза свои на него [богатство] – а его уже нет» (там, 23:5). Другой мудрец [царь Давид] учит и наставляет нас заботиться о пропитании, довольствуясь малым: «Если плоды трудов рук своих будешь есть – счастлив удел твой и благо тебе» (Теилим, 128:2).

Точно так же просит у Б-га своего праведник – дать ему пищи, сколько нужно, и удалить от него как богатство, приводящее к излишествам, так и бедность, которая [может] лишить человека нравственных основ и Торы, как сказано: «Двух вещей просил я у тебя… Нищеты и богатства не давай мне; питай меня хлебом насущным. Дабы не пресытился я и не отпирался, говоря: кто Г-сподь? И чтобы, обеднев, не воровал я» (Мишлей, 30:7). Подобное этому находим также в словах нашего праотца Яакова, мир ему, просившего у своего Б-га: «И даст мне [Б-г] хлеб, чтобы есть, и одежду, чтобы облачиться» (Берешит, 28:20).

Пробудись же, брат мой, и пойми, какой ущерб ты причиняешь себе тем, что расточаешь такие старания [сверх необходимого] и являешь такую расторопность ради поддержания естественных функций своего тела, с которым тебе не вечно быть вместе, но лишь короткое время! И нет конца страданиям, и не уйти от всего, что причиняет ему вред, пока вы остаётесь вместе! Когда человек переедает – тело болеет, а когда недоедает – оно ослабевает; если он одевается теплее, чем нужно, – его мучит жара, а если недостаточно – оно страдает от холода… К тому же его здоровье и болезни, жизнь и смерть не зависят от его воли и не находятся в его власти, ибо всё это – в ведении Творца превознесённого!

И где же превосходство твоей души над телом и преимущество мира её над его миром? Возвышенности её – над низостью его; духовности её – над материальностью его? Нетленности её – над бренностью его; вечности её – над смертностью его? Простоты её – над сложностью устройства его; утончённости её – над грубой материальностью его? Способности её к разумению – над животной тупостью его; собрания в ней качеств и наклонностей добрых – над собранием в нём качеств и наклонностей дурных?

И если ты проявляешь такое рвение и усердие для обеспечения потребностей тела, при всей его низости и дурных наклонностях, а также при всей слабости возможностей и способностей твоих отвращать от него вред и ущерб и делать что-либо ему на пользу, то насколько же больше ты обязан стараться и усердствовать ради своей души, столь важной тебе, которую ты не теряешь со смертью, о которой повелел тебе [Творец] – вести её дела и заботиться о нуждах её, помогая ей обрести мудрость и разумение, как сказано: «Обрети истину и не продавай мудрости» (Мишлей, 23:23), и также сказано: «Приобретай мудрость, приобретай разумение» (там, 4:5), и также сказано: «Приобрести мудрость – насколько же лучше, чем злато» (там, 16:16), и ещё сказано: «Таково знание мудрости для души твоей: если нашёл [её] – есть [у тебя] будущее» (там, 24:14). И ещё сказано: «Если ты обрёл мудрость – для себя ты обрёл её» (там, 9:12); другими словами, духовные приобретения – твои, и никто не отнимет их у тебя, как это случается с материальными приобретениями.

Смотри же, брат мой, сколь велика разница между этими двумя вещами [телом твоим и душой] и этими двумя делами [заботой о том и о другом]! Отвернись от излишеств этого мира и направь твои старания на то, в чём ты нуждаешься ради своего будущего! И не говори так: пусть постигнет меня то же, что постигает глупца. Ведь спрос с тебя будет по твоему разумению, и наказание твоё будет суровее, чем его; и расчёт с тобой за уклонение от служения будет более строгим. И не рассчитывай на поблажки, на которые у тебя нет права, и не утешайся надеждами на то, что в итоге обернётся к обвинению твоему, а не к оправданию!

Можно было бы ещё долго говорить на эту тему, чтобы полностью завершить её, но пусть для тебя будет достаточно того, на что я уже обратил твоё внимание и о чём дал тебе наставление по мере разумения твоего. Постарайся же уразуметь сказанное мной и понять мои намёки! Исследуй, что говорится об этих предметах в книге Б-жественной Торы и что сказали о них наши мудрецы, будь благословенна их память, и они станут ясными тебе и из письменной Торы, и из устной Торы, и из доводов здравого смысла.

Тринадцатая [разновидность отчёта перед собой]: тот, который человек обязан делать в связи с тем, что дела его не достигают требуемого от него в соответствии с его познаниями, усердие его в служении Творцу меньше того, которое подобало бы ему при его понимании, а то, как он исполняет свой долг перед Творцом в благодарность за блага, которые от Него получает, не соответствует его возможностям.

И объяснить это можно притчей об одном рабе, которому царь дал участок земли и семена – столько, сколько нужно, чтобы его засеять. Тот раб посеял лишь часть семян, а остальные потратил на свои нужды. И когда его господин осмотрел землю и обнаружил, что часть её не засеяна, он спросил раба об этом, и тот признался, что выполнил приказ не полностью. Тогда царь сделал вместе с ним расчёт, сколько, по его словам, посеяно, и проверил эти посевы, и сделал на основании этого полный расчёт. И он взыскал с раба семена, которые не были посеяны, и обязал его также возместить всё, что должно было вырасти на той части земли, которая осталась незасеянной, и оттого ещё большим было горе того раба, и усилилась его беда.

И потому, брат мой, ты должен подумать том, чем одарил тебя Б-г: какое понимание дано тебе в вещах, связанных с Б-гом и Его Торой, какие Он дал тебе силы и возможности выплачивать Ему свой долг. Разберись, в какой мере ты действительно исполняешь его, и тебе станет очевидно, что от тебя требуется исполнение всего этого, – и с тебя спросят отчёт, тем более – с учётом благ, которыми непрерывно одаривал тебя Творец.

Тебе следует приложить все свои силы и старания и потрудиться, используя все свои возможности, над тем, чтобы выплатить свой долг. Так, чтобы твои дела были под стать твоим познаниям, а усердие твоё – разумению; и не жалей никаких усилий для того, чтобы действия твои пришли в согласие с твоей мудростью. И не предавайся излишествам в потреблении благ этого мира, ибо тогда окажешься не в состоянии выплачивать долг, налагаемый на тебя твоей Торой. Ведь Б-г превознесённый дал человеку столько сил, сколько ему нужно для исполнения Торы его и ведения дел в этом мире, и тому, кто тратит часть своих сил на излишества, без которых можно обойтись, обнаружит однажды, что ему не хватает сил на нечто необходимое.

И не ставь условий, увязывая своё служение с разными «если бы» да «кабы», говоря: «если бы я достиг таких-то и таких-то высот в богатстве и мудрости, то я платил бы сполна свой долг в служении Творцу превознесённому» и тому подобные слова, ибо всё это – обман; тот, кто связывается с этим, впадает в ошибку, и тот, кто оправдывается этим, обречён на неудачу. В этом – величайшая ошибка людей…

Берегись же, чтобы не пользоваться подобного рода вещами для самооправдания, ибо в этом ты не отличаешься от всякого грешника, изыскивающего себе оправдание, и мы знаем, что оно не спасает их, как сказал Шломо, мир ему, о воре: «Не станут презирать вора, который украл, чтобы насытиться, так как он голоден. Но когда попадётся – заплатит он всемеро [то есть многократно], всё добро дома своего отдаст» (Мишлей, 6:30 – 31). [Согласно законам Торы, если вор возвращает или возмещает краденое добровольно, нет никого штрафа. Однако после того, как оно найдено у него, он платит вдвое, а за скот, если зарезал или продал его, – вчетверо за мелкий скот и впятеро за крупный.] Это означает: то, что его тяжёлое положение очевидно и лишь нужда заставляет его взять чужое, не спасает его от наказания и двойного платежа; тем более – в других грехах [которые нельзя оправдать нуждой].

Итак, постарайся использовать отсрочку, которая дана тебе [для исправления], чтобы выплачивать свои долги Творцу изо дня в день. И не откладывай того, что нужно сделать сегодня, на завтра; ведь может случиться, что завтра тебе будет тяжело сделать это, даже если доживёшь до завтрашнего дня. Возможно и худшее, – если придёт твой смертный час, и доводы твои потеряют силу, и речи оправдательные смолкнут. Ведь этот мир похож на ярмарку, на которую люди сходятся – и спустя какое-то время расходятся; и тогда тот, кто по итогам торговли своей остался в выигрыше, – радуется, а тот, кто потерял, – раскаивается. И потому сказал мудрец: «Помни Создателя твоего в дни юности своей, пока не пришли злые дни» (Коэлет, 12:1).

Продолжение следует…

Перевод – рав П. Перлов, приведено с сокращениями. Редакция «Беерот Ицхак» благодарит рава Моше Хенина и издательство «Тора Лишма» за разрешение использовать их материалы.

 


https://www.beerot.ru/?p=27107