Трактат Шаббат — Глава седьмая — Мишна первая

Дата: | Автор материала: Рав Александр Кац

592
трактат шаббат, трактат шабат

Трактат Шаббат. Глава седьмая. Мишна первая

Дорогие читатели! После перерыва мы возвращаемся к публикации трактата Шаббат.

Предисловие

В мишне обсуждается, сколько грехоочистительных жертв следует приносить за многократное неумышленное нарушение запретов Торы, связанных с Шаббатом.

כְּלָל גָּדוֹל אָמְרוּ בַשַּׁבָּת. כָּל הַשּׁוֹכֵחַ עִקַּר שַׁבָּת וְעָשָׂה מְלָאכוֹת הַרְבֵּה בְּשַׁבָּתוֹת הַרְבֵּה, אֵינוֹ חַיָּב אֶלָּא חַטָּאת אֶחָת. הַיּוֹדֵעַ עִקַּר שַׁבָּת וְעָשָׂה מְלָאכוֹת הַרְבֵּה בְּשַׁבָּתוֹת הַרְבֵּה, חַיָּב עַל כָּל שַׁבָּת וְשַׁבָּת. הַיּוֹדֵעַ שֶׁהוּא שַׁבָּת וְעָשָׂה מְלָאכוֹת הַרְבֵּה בְּשַׁבָּתוֹת הַרְבֵּה, חַיָּב עַל כָּל אַב מְלָאכָה וּמְלָאכָה. הָעוֹשֶׂה מְלָאכוֹת הַרְבֵּה מֵעֵין מְלָאכָה אַחַת, אֵינוֹ חַיָּב אֶלָּא חַטָּאת אֶחָת:

Великий принцип сформулирован по отношению к Шаббату: всякий, кто забыл главный принцип Шаббата – запрет работ – и сделал много работ за много Шаббатов, обязан принести только одну грехоочистительную жертву.

Тот, кто знает главный принцип Шаббата, но сделал много работ за много Шаббатов, обязан принести жертву за каждый Шаббат.

Тот, кто знал, в какой день Шаббат, но сделал много работ за много Шаббатов, обязан принести жертву за каждую основную работу ав мелаха. Сделал много работ, производных от одной основной, обязан принести лишь одну грехоочистительную жертву.

Комментарий рава Овадьи из Бартенуры

Великий принцип (1) …забыл главный принцип Шаббата, т.е. полагает, что в Торе не сказано о дне покоя – Шаббате. И даже если раньше он слышал об этом, то сейчас забыл. (2)(3)(4) Обязан принести только одну грехоочистительную жертву (хатат) (5) за все Шаббаты, которые осквернил, ведь всё это было одним забвением. Ведь написано: «Субботы Мои храните» (Шмот, 31:13) – подразумевается одно «хранение» для многих Шаббатов (6).

Тот, кто знает главный принцип Шаббата – что в Торе сказано о Шаббате и запрещено выполнять различные работы, – но сделал много работ за много Шаббатов – неумышленно, не зная, что в тот день был Шаббат – обязан принести одну грехоочистительную жертву за каждый Шаббат. Об этом сказано: «И чтобы хранили Субботу сыны Израиля» (там же, 31:16) – подразумевается «охрана» для каждого из Шаббатов. Иными словами, он обязан принести грехоочистительную жертву за каждый Шаббат (7). И хотя в промежутках [между этими Шаббатами] ему не стало известно, [что он осквернил Шаббат], и всё это было одним забвением, тем не менее, мы считаем, что в промежутке [между Шаббатами] все же произошло осознание. Ведь невозможно, чтобы в промежутке ему не стало известно, что тот день был Шаббатом, но он лишь не вспомнил о работах, которые в тот день сделал. Поэтому в каждый Шаббат было одно забвение (8).

Тот, кто знал, в какой день Шаббат, но сделал много работ, поскольку не знал, что эти работы запрещены – и сделал их несколько раз в разные Шаббаты, обязан принести по одной грехоочистительной жертве за каждую основную работу (ав мелаха). И хотя он повторил это нарушение и в другие Шаббаты, каждая основная работа была порождена одним и тем же забвением, ведь в промежутке ему не стало известно, [что эта работа запрещена] (9). Тут, в отличие от предыдущего случая, невозможно утверждать, будто в промежутке осознание все же произошло. Ведь в будние дни, прошедшие между этими Шаббатами, он мог бы узнать, какая работа запрещена, а какая разрешена, только если бы сидел перед мудрецами и изучал под их руководством законы Шаббата (10).

И также, если он сделал две работы, производные (толадот) от двух разных основных работ, он обязан принести по одной грехоочистительной жертве за каждую [из этих двух производных работ]. Но если он сделал основную работу и производную от нее или две производные работы, относящиеся к одной основной, он обязан принести лишь одну [грехоочистительную жертву], как и написано в завершающей части этой мишны: «Сделал много работ, производных от одной основной, обязан принести лишь одну грехоочистительную жертву». К примеру, он сделал две производные работы, относящиеся к одной основной (11) – ведь это подобно многократному выполнению одной работы в одном забвении. А за совершенное в одном забвении не приносят нескольких жертв. Но несколько грехоочистительных жертв приносят только в тех случаях, когда были совершены разные основные работы или когда он сделал работы в разные Шаббаты, не зная, что был Шаббат (12)(13).

Комментарий «Дополнительная душа»

(1) Великий принцип

В этой мишне обсуждается, какое искупление необходимо тому, кто несколько раз совершил запрещенную Торой работу в один и тот же Шаббат или за несколько Шаббатов.

Почему же приведенный в мишне закон назван «великим принципом»?

В Гемаре объяснено, что запреты, связанные с Шаббатом, обладают особой строгостью, и за их нарушение полагается очень серьезное наказание (Шаббат, 68а). Напомним, что, если человек умышленно совершил запрещенную Торой работу при двух (и более) свидетелях, которые предупредили его, что эта работа запрещена из Торы, он подлежит смерти по приговору суда, как написано: «День седьмой пусть будет свят для вас – …всякий, кто делает в этот день работу, будет предан смерти» (Шмот, 35:2). А если свидетелей не было, то нарушитель закона Торы карается «от рук Небес». Это наказание называется «карет» («отсечение души»), как сказано (Шмот, 31:14): «Душа каждого, кто работает (в Шаббат), будет отсечена от своего народа» (Рамбам, Шаббат, 1:1). В первую очередь, это наказание проявляется после смерти, когда душа человека «отсекается» от жизни в Грядущем мире (Рамбам, «Тшува» 8:5; «Мишна Брура», 257:49). А в земном мире карет может выразиться в том, что человек остается бездетным (Ваикра, 20:20, Йевамот, 55а) или не доживает до шестидесяти лет (Моэд Катан, 28а).

В период, когда нет Храма и Санедрина, который бы мог вынести смертный приговор, основным наказанием за умышленное совершение запрещенной Торой работы, остается «карет». Но, вместе с тем, в Талмуде указано, что и в этот период казни за нарушения запретов Торы «не отменяются», но они приходят к согрешившему иными путями. Например, тот, кто подлежит за свое преступление побиению камнями, гибнет при подобных обстоятельствах – например, падает с крыши и разбивается или становится жертвой хищного зверя (Ктубот, 30а-б).

Во всяком случае, очевидно, что строгость предусмотренных наказаний указывает на особенную важность самих запретов. И именно поэтому принцип, связанный с нарушением запретов Шаббата, назван в мишне «великим» (Рамбам, «Перуш а-Мишнайот» 7:1; «Тиферет Исраэль», Яхин 1).

В Гемаре приведено еще несколько причин. В частности, этот «принцип», связанный с запретом работ в Шаббат, назван «великим» (גָּדוֹל – гадоль), также и потому, что к каждой из запрещенных основных работ (авот мелахот) относится множество производных работа (толадот) (Шаббат, 68а), как это будет дальше разъяснено.

(2) Знал, но забыл

В этой мишне рассмотрено несколько возможных случаев, при которых запреты Шаббата нарушаются неумышленно.

Первый из них – человек «забыл главный принцип Шаббата» – запрет работ, и поэтому он «сделал много запрещенных Торой работ за много Шаббатов».

В Гемаре приведены три подобные ситуации.

Первая из них – еврей, действительно, совершенно забыл, что в Торе существуют заповедь прекращать работы в Шаббат. Ведь слово «забыл», употребленное в мишне, указывает на то, что когда-то он об этом знал и помнил (Шаббат, 68а-б, Рашба; Рамбам, «Перуш а-Мишнайот», 7:1).

Представить такую ситуацию трудновато. Говоря о реалиях нашего времени, можно представить нестандартную ситуацию, при которой молодой еврей, выросший в совершенно светской среде (например, в российской глубинке) и вообще ничего не знающий об еврействе, внезапно попадает на семинар, где евреев приближают к Торе. За день или два ему рассказали о многих заповедях, но он запомнил только часть из них (и даже стал выполнять), а некоторые совершенно забыл – в том числе и заповедь о Шаббате. Это и есть еврей, который «забыл главный принцип Шаббата» (р. А. Куперман, «Мехазе Авраам», Шаббат, 67б).

(3) Украденный ребенок

Вторая ситуация, которая рассмотрена в Гемаре – это тинок ше-нишба, т. е. «плененный младенец» (Шаббат, 68а-б). Имеется в виду еврей, который в раннем детстве попал в плен к иноплеменникам и вырос среди них. В результате он вообще не знает, что он еврей или, во всяком случае, не слышал, что евреям заповедан субботний покой. По определению Раши, это человек, который «никогда не знал о Шаббате» (Раши, 68а; см. Рамбам, «Шгагот», 2:6).

При таком прочтении мишны слово «забыл» понимается в расширенном смысле: забыл или вообще никогда не знал, что в Торе есть заповедь о Шаббате («Тиферет Исраэль», Яхин 2).

Некоторые законоучители полагают, что и евреи, выросшие среди евреев, ничего не знающих о Торе и ее заповедях, тоже относятся к категории «украденных детей» (р. Ш. Вознер, «Шевет а-Леви», 8, 165/1/; «Бина ве-Даат», с. 22). Рассказывают, что, когда выдающийся хасидский наставник р. Аарон Рокеах (Белзер Ребе), который после чудесного спасения из огня Катастрофы временно поселился в Тель-Авиве, слышал, как в Субботу кто-то проезжал на машине, он с горечью говорил: «Вот об этом мы учили в мишне: “всякий, кто забыл главный принцип Шаббата”» («Мехазе Авраам», Шаббат, 67б).

Глава нашего поколения р. Х. Каневский также свидетельствует, что великий наставник прошлого поколения Хазон Иш «уже определил сегодняшних светских евреев как “украденных детей”, но оговорил: кроме Бен-Гуриона» («Маасе Иш» 5, с. 32). Имеется в виду, что люди самого старшего поколения, которые в юности обучались Торе, а потом от нее отстранились, к этой категории не относятся («Толдот Яаков» от имени р. Х. Каневского; «Бина ве-Даат», с. 30).

И выдающийся законоучитель р. Н. Карелиц также указывает, что светские евреи, воспитанные так с детства, имеют статус «украденных детей», хотя они и знают о существовании евреев, соблюдающих заповеди, – и необходимо приближать их к Торе («Хут Шани», Шаббат, 40).

(4) Гер, ничего не слышавший о Шаббате

И, наконец, последняя ситуация, рассмотренная в Гемаре – иноплеменник принял еврейство в нееврейском окружении (Шаббат, 68а-б). И хотя при его гиюре, безусловно, присутствовали три еврея, составивших необходимый для этого суд (бейт дин), они не известили его, что в Торе есть заповедь о Шаббате (Тосафот и Рашба, Шаббат, 68а). Ведь несмотря на то, что при прохождении гиюра судьи обязаны познакомить гера с заповедями, которые ему предстоит выполнять, они не обязаны обучать его всем заповедям (Рамбан, Шаббат, 68а; Ритва, Йевамот, 47а). Очевидно, и в данном случае три еврея, составлявшие суд, по забывчивости или неопытности не познакомили его с заповедью о Шаббате. А потом он остался жить среди иноземцев, и до определенного времени так и не узнал о Шаббате. Однако если бы иноплеменник «принял еврейство» сам по себе, без еврейского суда, состоящего как минимум из трех судей, он по-прежнему остался бы неевреем (Йевамот, 46б-47а), который не должен соблюдать законы Шаббата (ему это запрещено) и, соответственно, не приносит искупительные жертвы за их нарушение (Тосафот и Рашба, Шаббат, 68а).

Согласно другому объяснению, в Гемаре подразумевается совсем маленький ребенок, которому проводят гиюр по решению суда (т. е. суд как бы заменяет ему родителей; см. Ктубот, 11а, Ритва; Рамбам, «Исурей бия» 13:17, «Магид Мишнэ»). Такого малыша еще невозможно обучать заповедям. А потом получилось так, что он остался жить среди иноплеменников и вырос, ничего не зная о законах Шаббата (Рамбам, «Шгагот» 7:2, «Кесеф Мишнэ» и «Лехем Мишнэ»; Ритва, Шаббат, 68а).

(5) Жертвоприношение «хатат»

Если человек ненамеренно, по незнанию или по недосмотру, совершил в Шаббат работу, запрещенную Торой, он обязан принести грехоочистительную жертву – חַיָּב חַטָּאת (хаяв хатат; Рамбам, «Шгагот», 1:1). Нарушение считается ненамеренным (шогег), если в момент его совершения человек не знал, что данное действие запрещено Торой или что тот день – Суббота, или если он не знал, что за это нарушение полагается столь строгое наказание (см. Раши, Шаббат, 30а).

Во всех мишнах этого трактата, где написано, что нарушитель закона «хаяв», подразумевается ненамеренное нарушение закона Торы. И когда в мишне написано простоחייב (хаяв – «обязан») – без указания того, какую именно жертву должен принести нарушитель запрета Торы, как правило, имеется в виду, что он «обязан принести грехоочистительную жертву» (обычно это слово так и переведено).

Грехоочистительная жертва приносится за неумышленное нарушение только тех запретов Торы, за умышленное нарушение которых полагается наказание карет (Рамбам, «Шгагот» 1:1; см. выше коммент. 1). В жертву хатат приносили овцу или козу. Кровью жертвы окропляли с четырех сторон жертвенник во дворе Храма. Определенные части жертвы воскуряли на самом жертвеннике, а остальное мясо съедали коэны во дворе Храма, и это тоже способствовало искуплению (см. Зевахим, 52б-53а).

В период, когда нет Храма, совершивший неумышленное нарушение запрета Торы, не может искупить свое прегрешение грехоочистительной жертвой, и основным путем искупления является для него тшува – искреннее раскаяние и возвращение к Творцу (Рамбам, «Тшува», 1:3). Кроме того, совершившему тшуву следует углубленно изучать законы Шаббата, чтобы более не оступиться и не нарушить их. И тогда его искупление станет полным и совершенным («Маор а-Шаббат», 1, 1:13/30-31/).

(6) Одно неведение и одно забвение

В мишне указано, что, если человек «забыл главный принцип Шаббата» – запрет работ, и поэтому «сделал много работ за много Шаббатов», то после того, как ему стало известно об особой святости Шаббата и о законах этого дня, он «обязан принести только одну грехоочистительную жертву хатат» за все свои нарушения. Ведь, поскольку он полностью забыл или вообще не знал о том, что евреям заповедано соблюдать Шаббат, все его нарушения были вызваны одним и тем же неведением или одним забвением. А когда существует общая причина всех его нарушений – «одно забвение», то и искупительная жертва необходима только одна (Раши, Шаббат, 67б; Рамбам, «Шгагот», 7:2).

Такое понимание опирается на стих Торы: «Субботы Мои храните» (Шмот, 31:12; см. Ваикра, 19:3) – для многих «Суббот» необходимо одно «хранение» (Шаббат, 69б; см. комментарий р. Овадьи из Бартануры). А человек, вообще не знавший или вообще не помнивший о законах Шаббата, это предписание Торы нарушил: по одной и той же причине, в «одном забвении», он совершил «много запрещенных работ за много Шаббатов». И в этом смысле «украденный ребенок» и «гер, принявший еврейство в нееврейском окружении», о которых говорится в Гемаре, совершенно подобны тому, кто когда-то знал о Шаббате, но затем полностью забыл (Шаббат, 68б).

(7) С караваном через пустыню

Во втором фрагменте этой мишне рассмотрена ситуация, когда человек, который вообще-то «знает главный принцип Шаббата» (т. е. знает, что в Шаббат запрещено выполнять определенные работы), тем не менее, потерял счет дней и неумышленно «сделал много работ за много Шаббатов». Например, он шел с караваном через пустыню или находился на корабле в дальнем плавании и ошибся при подсчете дней – тот день, на который на самом деле приходился Шаббат, он считал будним днем и совершал запрещенные работы. Так повторялось несколько Шаббатов.

Причем, в промежутках между Шаббатами, он возможно, даже узнавал верный календарь (например, караван достигал оазиса, где были люди, или корабль останавливался в далеком порту), но потом снова сбивался со счета. Однако он так и не вспоминал, что в прошлые Шаббаты совершил «много работ».

После того, как он вспомнил о совершенных работах, этот человек «обязан за каждый Шаббат принести жертву». Ведь все работы, сделанные им в каждый из оскверненных Шаббатов, были порождены одной ошибкой – он не знал, что в тот день Шаббат (Раши, Шаббат, 67б; см. Шаббат, 70а).

Такой закон мудрецы Талмуда выводят из стиха Торы: «И чтобы хранили Субботу сыны Израиля» (Шмот, 31:16) – подразумевается, что для каждого Шаббата необходимо особое «хранение» (Шаббат, 69б; см. комментарий р. Овадьи из Бартануры).

(8) В промежутке между Шаббатами

Раши, вероятно, считает, что, если бы в промежутке между Шаббатами нарушитель так бы и не узнал, что ошибся при подсчете дней, то все его нарушения во все эти Шаббаты были бы продиктованы «единым забвением» – одной ошибкой. И поэтому в таком случае он должен бы был принести одну искупительную жертву за все эти Шаббаты, как и человек, который «вообще забыл, что существует Шаббат». Поэтому Раши вынужден объяснить, что в промежутке между Шаббатами нарушитель все же узнал о своей ошибке – «ведь невозможно, чтобы в промежутке ему не стало известно, что тот день был Шаббатом». Но «он лишь не вспомнил о работах, которые в тот день сделал». А затем, на следующей неделе, всё повторилось вновь. И лишь после целой череды Шаббатов он вспомнил обо всех нарушениях сразу. Поэтому каждый Шаббат засчитывается ему как одно невольное нарушение (Раши, Шаббат, 67б; см. комментарий р. Овадьи из Бартануры).

И возможно, Раши не настаивает на том, что невольный нарушитель действительно узнал, когда был Шаббат, – достаточно того, что он мог об этом узнать (см. Раши, Критот, 16а-б; Рамбан, Шаббат, 67б).

Но оппоненты Раши в этом вопросе указывают, что для того, чтобы работы каждого Шаббата считались отдельным нарушением, необходимо, чтобы в промежутках между Шаббатами нарушитель вспоминал, какие именно запрещенные работы он сделал в прошлый Шаббат. А в данном случае этого нет. Поэтому, исходя из ряда дополнительных аргументов, эти комментаторы полагают, что закон, приведенный во второй части этой мишны – это установление самой Торы (гзерат а-Катув), содержащееся в стихе «И чтобы хранили Субботу сыны Израиля» (Шмот, 31:16). Ведь сами будние дни отделяют Шаббаты друг от друга, и даже в том случае, когда в промежутках между несколькими Шаббатами нарушитель так и не узнал, о том, что осквернил предыдущие Шаббаты, – достаточно того, что он «знает главный принцип Шаббата» (см. Тосафот, Рашба и Ритва, Шаббат, 67б; «Тосафот раби Акива Эйгер»).

(9) «За каждую основную работу»

В третьей части этой мишны рассмотрена ситуация с человеком, который желает выполнять заповедь о Шаббате, но он крайне несведущ в законах Торы. Он «знал, что тот день Шаббат», и, тем не менее, «сделал много работ», потому что не знал, что эти работы запрещены. Так повторилось и в следующий Шаббат, а затем еще много раз. Наконец, ему стало известно, что «за много Шаббатов» он многократно нарушил запреты Торы.

Такой человек «обязан принести» лишь одну грехоочистительную «жертву за каждую основную работу», которую он по неведению совершал – и даже если он совершал ту же работу много раз на протяжении многих Шаббатов. Ведь, поскольку на протяжении всего этого периода он не знал, что та или иная работа запрещена, многократное выполнение одной и той же работы было вызвано одним неведением. А для искупления нарушений, совершенных из-за «одного неведения», достаточно одной грехоочистительной жертвы. Но для искупления другой основной работы нужно принести дополнительную жертву, поскольку ее выполнение было связано с другим «неведением» – он не знал, что и эта работа тоже запрещена. И так в отношении каждой основной работы, совершенной один или много раз – он «обязан принести жертву за каждую основную работу» (Раши, Шаббат, 67б; см. комментарий р. Овадьи из Бартануры). И если он таким образом совершил все тридцать девять запрещенных в Шаббат работ, он должен принести тридцать девять искупительных жертв (Рамбам, «Шгагот», 7:3).

В следующей мишне (7:2) будут названы и разъяснены все тридцать девять видов основных работ – авот мелахот (буквально «отцов работ»).

(10) Осознания не произошло

В предыдущем случае, когда нарушитель знал, какие работы запрещены, но не знал, что дни, в которые он совершал эти работы, были Шаббатами, Раши утверждал, что будние дни, разделяющие Шаббаты между собой, заставляют рассматривать осквернение каждого Шаббата как отдельное неумышленное нарушение. Ведь за будние дни человек наверняка мог узнать, что ошибся в своем подсчете, и тот день был Шаббатом. Поэтому в том случае жертвы приносятся «за каждый Шаббат» отдельно.

Но если человек «знал, что тот день Шаббат», но не знал, что совершаемые им работы запрещены, невозможно утверждать, будто в будние дни он узнал о своей ошибке. Ведь он мог узнать об этом только в том случае, если бы изучал под руководством мудрецов законы Шаббата, а он этим, очевидно, не занимался. И поскольку в промежутке между Шаббатами осознания ошибки не произошло, он приносит по одной искупительной жертве «за каждую основную работу», совершенную на протяжении ряда Шаббатов.

(11) Производные работы

В завершающем фрагменте этой мишны рассмотрена ситуация, когда человек, зная, что этот день Шаббат, тем не менее, «сделал много работ, производных от одной основной».

К каждой из 39 основных работ (авот мелахот) относится целый ряд подобных им работ, которые называются «производными» – толадот (см. Шаббат, 49б). Подобие авот и толдот может проявляться либо в цели выполняемой работы, либо в способе ее выполнения. Например, «полив» (ашкаа) является производной работой от основной работы «сеять» (зореа), ведь и то, и другое способствует росту растения (Рамбам, Шаббат, 8:2). А измельчение овощей является производной работой от основной работы «молоть» (тохен), так как в обоих случаях некий продукт измельчается на мелкие части (там же, 8:15).

Но с точки зрения запрета между авот и толдот не существует никакой разницы. И основная, и производная от нее работа в равной мере запрещены из Торы, и за совершение производной работы нарушитель ответственен в той же мере, как и за совершение основной: за умышленное нарушение он карается смертной казнью или каретом, а в случае неумышленного – должен принести искупительную жертву (хатат).

Единственное практическое различие заключается в следующем. Если человек неумышленно сделал две основные работы в один Шаббат (или две производные, относящиеся к двум разным основным), он обязан принести две грехочистительные жертвы. Но если он неумышленно выполнил основную работу и еще одну работу, производную от нее (или много производных работ, относящихся к одной основной), – он «обязан принести лишь одну грехоочистительную жертву» (Шаббат, 68а, Раши; Бава Кама 2а; Рамбам, Шаббат, 7:7-9, «Шгагот», 7:5). И точно так же, если в ряд следующих друг за другом Шаббатов он «сделал много работ, производных от одной основной», а в промежутке между Шаббатами так и не узнал, что эти производные работы запрещены, все они рассматриваются как единое нарушение, вызванное одним незнанием закона – непониманием сути основной работы (ав мелаха). Это непонимание проявилось в том, что он не знал, что совершенные им производные работы запрещены. И поскольку он «сделал много работ, производных от одной основной», по одной и той же причине – в «одном неведении», он обязан принести в искупление «лишь одну грехоочистительную жертву»

(12) Записная книжка раби Ишмаэля

Уже упоминалось, что в наше время, когда еще не возведен Храм, совершенные невольные прегрешения невозможно искупить жертвами. Но и в наши дни совершённые невольные прегрешения должны фиксироваться, а, по ряду мнений, даже записываться (а для этого нужно различать, сколько именно нарушений совершено).

Выше уже рассказывалось, как однажды выдающийся мудрец Мишны раби Ишмаэль бен Элиша нарушил постановление мудрецов, которые запретили читать в Шаббат «при свете светильника» (см. мишна, 1:3). В ту эпоху для освещения использовали плошки с маслом, в верхнее отверстие которых вставляли фитиль, а когда свет ослабевал, плошку иногда наклоняли так, чтобы остатки масла стекали к фитилю. Поэтому-то мудрецы запретили читать в Шаббат при таком светильнике – чтобы человек по привычке не наклонил его. Ведь увеличение огня является одной из 39 запрещенных в Шаббат работ – разжиганием (мавъир). Но раби Ишмаэль бен Элиша решил: «А я буду читать и не притронусь к светильнику» – очевидно, он полагал, что этот запрет мудрецов относится только к обычным людям, которые часто действуют машинально. Но такой человек как он, привыкший действовать осознано, не оступится. И, тем не менее, однажды, когда он читал в Шаббат, он, забывшись, схватился за светильник, чтобы поправить. Раби Ишмаэль сказал: «Как велики слова мудрецов, повелевших, чтобы человек не читал в Шаббат при свете масленого светильника». После Шаббата он сделал пометку в своей записной книжке: «Я, Ишмаэль бен Элиша, читал в Шаббат и наклонил светильник – и когда будет вновь возведен Храм, я принесу упитанное животное в грехоочистительную жертву – хатат» (Шаббат, 12б).

В талмудическом трактате Йома также указано, что человеку следует точно и детально записывать совершенные невольные прегрешения, чтобы, когда будет возведен Храм (ведь, возможно, это произойдет при его жизни), суд мудрецов помог бы ему разобраться, какие жертвы следует принести (см. Йома, 80а, Раши).

И хотя в плане практического закона, вести такие записи не обязаны, возможно, они помогли бы человеку быть более внимательным, чтобы в дальнейшем избежать даже неумышленного осквернения Шаббата. Кроме того, подобные записи помогли бы ему не забыть о своих грехах и полностью раскаяться в них, в частности, в Йом-Кипур.

(13) Вместо жертвоприношений

Важно отметить, что и в наше время существует особый способ искупления конкретных неумышленных прегрешений – наряду с тшувой, полным раскаянием, о котором было сказано выше (см. коммент. 5). Этот дополнительный путь – углубленное изучение законов жертвы хатат.

В Талмуде рассказывается, что наш праотец Авраам спросил у Творца: «Владыка Вселенной! Как мои потомки, сыны Израиля, смогут искупить свои невольные прегрешения, если Храм будет разрушен и невозможно станет приносить жертвы?» Всевышний ответил: «Я установлю, чтобы они читали в молитве «Порядок жертвоприношений», и когда они будут произносить передо Мной эти слова, Я засчитаю им, как будто они приносят Мне жертвы, и Я прощу им все их грехи» (Таанит, 27б).

В мидраше также рассказывается: «Всевышний сказал народу Израиля: несмотря на то, что Храм будет разрушен и невозможно станет приносить жертвы, не забывайте порядок жертвоприношений, но произносите его и изучайте его. И если вы будете заниматься этим, Я засчитаю вам, будто вы занимаетесь принесением самих жертв» («Танхума», Цав, 14).

В соответствии с этим принято произносить в начале утренней молитвы парашат корбанот – отрывки из Торы, Мишны и Талмуда, в которых рассказывается о порядке принесения жертв (см. «Шулхан Арух», «Орах Хаим» 1:5-9, «Беур Алаха», «Уфарашат Ола»). И если человек совершил неумышленный грех, за который он должен принести грехоочистительную жертву, то, по ряду авторитетных мнений, произнесение установленного отрывка о жертве хатат засчитывается ему в качестве принесения самой этой жертвы в соответствии со всеми ее уставами и законами (Таз, «Орах Хаим», 1:7). Причем, отрывок о жертве хатат следует произносить с раскаянием и сокрушенным сердцем, подразумевая совершенное прегрешение («Алихот Шломо», «Тфила», 6:8, «Двар Алаха», 12). И только если молящийся не знает за собой определенного греха, за который полагается жертва хатат, он произносит этот отрывок просто как человек, читающий и изучающий Тору («Игрот Моше», «Орах Хаим», 4:1).

Однако произнесение «Порядка жертвоприношений» засчитывается в качестве принесения жертв только в том случае, если человек понимает то, что он произносит. В этой связи Хафец Хаим писал: «Я считаю очевидным, что на человека, умеющего учиться, возложена заповедь изучать этот отрывок (о жертвоприношениях), …чтобы понимать то, что он произносит. Ведь благодаря этому, произнесение этих законов будет засчитано ему в качестве воскурения [жертвы]. Ведь, по мнению мудрецов, в словах Талмуда «каждый, кто занимается законами жертвы всесожжения, как будто приносит жертву всесожжения…», имеется в виду, что человек стремится постичь эти законы, а не просто произносит слова» («Мишна Брура», 48:1).

Перевод и комментарий: рав Александр Кац


https://www.beerot.ru/?p=71686