Рав Шломо Лоренц о раве Йерухаме а-Леви Лейвовице

Дата: | Автор материала: Рав Шломо Лоренц

143
Рав Йерухам а-Леви Лейвовиц

Вводное слово

В 5769 (2009) году мы выпустили в свет русский перевод первого тома широко известной в еврейском мире книги рава Шломо Лоренца «В кругу великих», в которой автор рассказывает о трех величайших мудрецах Торы последних поколений: Хазон Ише, раве из Бриска и раве Шахе, в непосредственной близости и тесной связи с которыми ему выпала честь находиться на протяжении долгих десятилетий. Во втором томе этой книги, публикацию перевода отрывков из которой мы начинаем в нашем еженедельнике, автор рассказывает о двадцати шести других великих мудрецах Торы, хорошо знакомых ему.
Как пишет автор в Предисловии ко второму тому, его отличие от первого тома состоит в том, что мудрецы, о которых идет речь, – главы ешив вместе с адморами, законоучители вместе с наставниками мусара – представляют разные общины и течения – литовские, хасидские… Тем самым они представляют разные пути служения Всевышнему, составляющие, тем не менее, одно целое, подобно двенадцати коленам Израиля. И когда они все вместе, «как одно сердце», то удостаиваются того, что Шехина поселяется между ними, как сказано: «И был в Йешуруне Царь при собрании глав народа, вместе – колен Израиля».

(Эксклюзивный перевод второй части книги «В кругу великих» рава Шломо Лоренца)

Глава Первая. Воспитание: чтобы стали великими

Мое поступление в ешиву Мир в Литве

Уже при первой встрече с раби Йерухамом мне довелось соприкоснуться с его системой воспитания.

В Рош ходеш (новомесячье) месяца мархешван 5696 (1935) года я прибыл в ешиву Мир из ешивы «Папо», находившейся в Венгрии, и сразу же пошел к главе ешивы, нашему учителю гаону Элиэзеру Юдлу Финкелю. Мы обсудили одну тему из изучаемого материала, и он направил меня к машгиаху (духовному наставнику ешивы) – раби Йерухаму.

Раби побеседовал со мной около получаса и задал несколько вопросов о ешивах в Венгрии. Особенно его интересовали методы учебы и атмосфера Б-гобоязненности в этих ешивах. Он рассказал, что, будучи на отдыхе в городе Мариенбаде, ему довелось убедиться, что венгерские евреи в духовном и моральном отношении стоят на особой высоте, и добавил: «Если бы ученики, которые приходят сюда, были на ступени молодых учащихся венгерских ешив, я мог бы больше преуспеть в построении их личности и в том, чтобы вырастить их великими. К сожалению, молодые люди, поступающие в наши ешивы, приходят из домов проблематичных и простых, и я должен вкладывать в них много сил, чтобы они продвигались вперед».

После беседы раби спросил: «Как ты собираешься устроиться с учебой?» «Думаю взять себе “рава” (наставника из старших учащихся) на пару часов в день, как принято у новых учеников, приехавших из-за границы». Раби сказал на это: «Ты не нуждаешься в “раве”! Зачем он тебе?»

Я ответил, что поскольку я приехал учиться и усвоить для себя особые методы учебы этой ешивы, чувствую себя обязанным учиться с одним из старших учащихся, который поможет мне достичь желаемой цели.

Раби повторил решительным тоном: «Тебе не нужен “рав”! Не бери его, а учись с хеврутой (напарником), как все. Что же касается освоения методов учебы, то ты, надо думать, справишься с этим сам!»

Эти слова удивили меня – я не понимал, почему он так противится моей идее. Даже если нет у меня такой нужды, и он прав, и не будет в этом пользы, но ведь и вреда тоже не будет!

Ясно, что я не осмелился расспрашивать и поступил по его указанию. И только впоследствии я сумел понять его до конца, но об этом – после.

Взгляд, проникающий в самую душу его учеников

По окончании нашей беседы меня не покидало удивление. Я рассказал обо всем друзьям и спросил: как раби может давать советы тому, кого он совершенно не знает? Ведь он видит меня впервые, и между нами ничего не было, кроме короткого разговора! Ответ был таков: «Побудешь здесь какое-то время и убедишься, насколько раби понимает каждого и проникает в душевные качества ученика за самое короткое время!»

Учащиеся рассказали мне, что во время Первой мировой войны раби отсутствовал в ешиве несколько лет. Он был тогда духовным руководителем другой ешивы – Слободка. Когда он вернулся в 5683 (1923) году, застал в ней примерно триста учеников, большинство которых пришли, пока его не было. И ему хватило трех месяцев, чтобы изучить их всех! По истечении этого времени он говорил близким ему людям, что уже знаком с хорошими качествами всех! У некоторых – успел познакомиться и с их отрицательными качествами…В этом была его особенная сила.

«И потому», – закончили свой рассказ старожилы ешивы, – «не удивляйся, что раби успел узнать тебя в ходе получасовой беседы и смог посоветовать, что тебе надо делать».

Через достаточно короткое время я убедился, что раби действительно знает каждого из четырехсот учащихся. Я видел, сколько сил он вкладывает в каждого, чтобы дать ему то, чего ему недостает, и построить его личность в соответствии с его характером.

Более того, свидетельствует о нем гаон рав Давид Поварский, глава ешивы Поневеж в Бней Браке («Ишмеру даат», стр. 165), что, когда раби выступал перед публикой, он моментально определял, кто слушает и воспринимает его слова, а кто нет.

«Что означает “быть великим”?» – спрашивал он, и отвечал: «Обслуживать малых!» И это был его путь. Он носил каждого из своих учеников в своем сердце, как носят младенца – с мудростью, преданностью и бесконечным терпением, сообразно духу каждого, пока он не сбросит с себя прежнее свое обличье и не предстанет в облике истинного «человека Торы» (рав Шломо Вольбе, «а-Адам Бикар»).

Цель воспитания бен Тора – самореализация

Следующая история, приводимая в книге «Раби Яаков» от имени великого мудреца Торы рава Яакова Каменецкого, наглядно представляет нам методы воспитания Сабы из Слободки. И мне кажется, что наш учитель, который был его учеником, шел тем же путем – но еще более энергично и последовательно.

Как-то раби Йерухам прибыл на несколько дней в ешиву Слободка навестить своего учителя. С первой беседы Саба говорил с ним в тоне резкого порицания, горячо, так, что было слышно в зале ешивы (гаон рав Яаков-Ицхак Рудерман, глава ешивы «Нер Исраэль» в Балтиморе, сказал об этой беседе, что, если бы он обращался сегодня подобным образом к молодым ученикам, их не осталось бы в ешиве ни одного…) И такого рода упреки и нравоучения продолжались день за днем, почти всю неделю.

Почему же Саба считал необходимым упрекать таким образом своего великого ученика? Что его так волновало и беспокоило?

Он опасался, что личное обаяние раби Йерухама может превратить учеников ешивы Мир в его «хасидов», и каждый из них будет стремиться походить на своего великого учителя вместо того, чтобы развивать в себе собственные индивидуальные духовные качества, которые отличают его.

В действительности, взгляды и пути воспитания нашего раби были устремлены к той же цели, и рассказ о моей первой беседе с ним показывает самым наглядным образом, как он углубленно исследовал личность каждого из учеников, чтобы найти пути реализации заключенных в нем душевных сил и способностей, в соответствии с внутренней сутью каждого. И я стал размышлять: почему же раби Йерухам принимал упреки и поучения с таким смирением, как ученик, стоящий перед своим учителем? Возможно, что это было проявлением качества дерех эрец, которое не позволяет спорить со своим учителем… Но, по моему мнению, главным было желание укрепиться и получить поддержку на том пути, который он также и сам избрал для себя, и убедиться, что путь этот – верный.

И действительно, подход нашего учителя в этом вопросе хорошо разъяснен в его книгах: каждый должен быть самостоятельным, раскрыть то, что заложено в нем, и ни в коем случае не копировать других. Он внедрял в сознание своих учеников мысль о том, что каждый человек, полностью используя свои способности, может достичь совершенства и стать великим. Раби сформулировал это в виде афоризма: «Только не одолженные одежды!» («Даат, Хохма у-Мусар», ч. 2, стр. 55).

В другом эпизоде он сказал, что всякий, кто ведет себя не в соответствии с той ступенью, на которой находится, похож на человека, надевающего цилиндр (головной убор людей очень важных) – и при этом ходящего босиком…

В книге «Даат Тора» (Берешит, с. 275) он приводит стих из главы Вайехи: «Орудия похищенные – мечи их»:

Беседуя как-то с одним человеком и наблюдая за всеми его движениями, я вспомнил другого – с такими же движениями. Спросил, знает ли он его, и тот ответил: «Конечно! Мы с ним буквально как братья!» Я был изумлен… Теперь я знаю, сколько у человека сил, которые в действительности не его, а есть и такие, у которых все силы – не свои, все взято у других! Это просто поразительно!

В этой же книге («Даат Тора», Дварим, ч. 1, стр. 99) сказано:

Также и на очень высоких ступенях все еще не достигается желанная цель. Помимо всех видов величия, которые обретает человек своим трудом, есть корона выше этого: тайна личного «Я». Это – внутреннее содержание человека, Б-жий образ в нем. Все премудрости и все познания – в полном смысле ничто перед ним, перед тем, что он есть сам по себе. В этом – тайна величия личности! И вопреки всем своим достижениям и приобретениям, в которые вложено столько трудов, человек все еще обязан работать всеми силами своими и всей душой, чтобы раскрыть свое «Я».

Ясно, что для самореализации человек должен знать и о недостатках своих, и о достоинствах. В книге «Алей Шур» (ч. 1, стр. 169) приведено от имени раби: «Горе тому, кто не знает о собственных недостатках, поскольку не знает, что ему нужно исправить; но еще хуже тому, кто не знает своих достоинств, ибо даже своих “рабочих инструментов” он не знает».

Его великий ученик гаон рав Давид Поварский рассказывал моему сыну раву Ицхаку: «Раби Йерухам приезжал временами в город, где жили мои родители, и находился там какое-то время. Однажды он открыл мне тайну этих поездок: там жили сыновья его брата, и он хотел присмотреться к их качествам и таким путем лучше узнать самого себя. Другими словами, он хотел, наблюдая за другими ветвями дерева, лучше узнать корень, из которого произошел он сам».

Почему наш учитель запретил мне учиться с «равом»?

В начале этой главы я писал о моей первой встрече с раби Йерухамом и моем удивлении: почему он так противится моему плану заниматься со старшим учеником? Ведь это, если и не поможет, то наверняка и не повредит! Но после того, как я провел некоторое время вблизи него и послушал его уроки, я понял: ему не хотелось, чтобы я попал под чье-то слишком сильное влияние. Он опасался, что, если у меня будет «рав» (а это всегда был кто-нибудь из выдающихся учеников), это принесет ущерб моему «Я» и моей внутренней сути. Он хотел, чтобы я пошел более трудным путем и приобрел то, что должен был приобрести (как методы учебы, так и остальное) своими силами.

Раби, который был великим воспитателем, понял и принял как истину то, что каждый человек, даже не обладающий особыми способностями, может и обязан развить и довести себя до совершенства.. Известен рассказ о раби Нафтали Амстердаме, который сказал своему учителю, раби Исраэлю Салантеру: «Если бы я удостоился иметь голову, как у автора «Шаагат Арье» (рав Арье-Лейб Гинзбург), сердце, как у автора «Йесод ве-Шореш а-Авода» (рав Александр Зискинд) и душевные качества, как у нашего учителя, то я был бы способен стать истинным служителем Всевышнего…». Раби Исраэль ответил ему: «Нафтали! С Вашей головой, и Вашим сердцем, и Вашими душевными качествами Вы будете истинным служителем!»

Раби Йерухам объясняет ответ раби Исраэля следующим образом («Даат, Хохма у-Мусар», ч. 2, стр. 55): каждый человек со своей головой, своим сердцем и своими душевными качествами может стать великим служителем Всевышнему, ибо силы человека отвечают определению «Шехина (Б-жественное Присутствие) “в сжатии”» (на темы, связанные с этим понятием, наш учитель дал немало уроков). «Человек должен понять, что у него есть все; так пусть он очертит круг вокруг себя и знает, что в этом – секрет успеха».

Сейчас, через семьдесят лет после моего пребывания в ешиве, я верю, что если мне удалось развить, с Б-жьей помощью, в какой-то мере свое «Я», роль раби в этом был определяющей.

Он открывал каждому из своих учеников положительные и особенные черты и свойства его. Однажды он подошел к моему другу раву Симхе Каплану и сказал: «Есть у меня в ешиве сто пятьдесят глав ешив, но раввинов, которые могли бы выносить решения во всех областях Торы, нет. Я вижу, что Вы можете быть раввином и судьей в Израиле». Пророчествовал и знал, о чем пророчествует: прошло время, и рав Симха Каплан стал раввином в городе Цфат.

Однажды открылось ему, что много лет назад он по ошибке не оценил одного из учащихся так, как следовало бы. Он сказал тогда, что если бы был моложе, должен был бы уйти со своей должности из-за такой ошибки, и добавил, что если бы об этом узнал его учитель, Саба из Слободки, он сурово отчитал бы его.

Перевод – рав П. Перлов.


https://www.beerot.ru/?p=51914