Глава Беаалотха — О чем плач?

Дата: | Автор материала: Рав Яаков Галинский

557

«Собравшиеся среди них страстно возжелали (мяса). (Вместе с ними) заплакали и сыны Израиля, говоря: “Кто накормит нас мясом?”» (Бемидбар, 11:4).

Раши комментирует: «Собравшиеся – это эрев рав, присоединившиеся к ним при выходе из Египта». Это одно мнение мидраша. Но есть и другое мнение, что «собравшиеся» – это Санедрин, как сказано в нашей же главе: «Собери мне семьдесят человек из мудрецов Израиля». Это странно на первый взгляд: чтобы у мудрецов Санедрина появились такие плотские желания?

Чтобы понять это, вспомним, что написал Ктав Софер от имени своего отца, Хатам Софера, по поводу комментария Раши к стиху «Помни день субботний, чтобы освятить его». Раши пишет: «Постарайтесь всем сердцем всегда помнить Шаббат, например, если тебе попалась какая-то хорошая вещь, оставь ее на Шаббат». Рамбан удивляется этому: в Гемаре (Бейца, 16а) рассказывается, что мудрец Шамай всю свою жизнь ел ради Шаббата. Каким образом? Он находил хорошего быка, покупал его и говорил: «Это будет на Шаббат». Если на следующий день находил лучшего, то оставлял его на Шаббат, а первого зарезал и ел. Однако мудрец Илель вел себя по-другому [т. е. не оставлял лучшее на Шаббат], все его деяния были ради Небес, как сказано: «Благословен Г-сподь! Изо дня в день осыпает (щедротами) нас» (Теилим, 68). Почему же Раши здесь постановляет в соответствии с подходом Шамая, а не Илеля?

Объясняет Рамбан, что, поскольку все деяния Илеля были ради Небес, то и в будни он ел с такой же святостью, как и в Шаббат.

А Шамай и его ученики не были уверены, что они едят только ради Небес, поэтому оставляли с будней на Шаббат. А уж тем более нам следует в этом случае вести себя так же, как дом Шамая.

Ктав Софер пишет в связи со словами Рамбана, что перепелки там были в небольшом количестве, и «возможно, что великие собирали их, или они попадались самым благочестивым из них, а молодые сильно желали их и ощущали голод», пока не возжелали их в нашей главе, и тогда уже они появились в огромном количестве.

Перепелок давали именно самым великим и благочестивым, поскольку все, что они ели – ели в святости (как сказано в «Пути праведных», что еда праведников подобна принесению жертвы, а питье – подобно возлиянию на жертвенник). Поэтому-то Всевышний и сказал тем, кто так сильно желал: «Освятите себя на завтра, и будете есть мясо».

Если они освятят себя, подобно великим и благочестивым праведникам, будут есть его в святости. А если нет, не дай Б-г, то подвергнут себя опасности, как пишет Раши.

Теперь можно понять слова Мидраша, что «собравшиеся» – это члены Санедрина, которые ели в святости, чья еда была подобна принесению жертв, и они желали пищу, чтобы исправить ее, т. е. обратить ее в духовное наилучшим образом (Автор «Атерет Цви» желал выяснить, какое благословение нужно произносить на ман. Великий каббалист рав Исраэль Дов ответил ему, что смысл благословения — извлечь из еды искры святости и поднять их в духовные миры. Ман же был небесным хлебом, полностью исправленным, и не нуждался в благословении.)

Но если так, то возникает вопрос: если эти «собравшиеся» были эрев рав, и страстно возжелали мяса, то продолжение понятно: «(Вместе с ними) заплакали и сыны Израиля, говоря: “Кто накормит нас мясом?”». Т. е. эрев рав внедрили эту страсть и в сынов Израиля. Однако, если мы будем следовать логике комментария, что это были члены Санедрина, и желали они есть в святости, как едят самые святые жертвы, то как весь народ мог подняться до такого уровня, что они стали плакать вслед за ними?

Сказано в трактате Брахот, что каждый день голос Свыше провозглашает: «Весь мир получает пропитание ради Моего сына Ханины, а ему самому достаточно одной меры плодов рожкового дерева от Шаббата до Шаббата».

Это означает, что каждый день в наш мир Свыше приходит огромное и великое изобилие — ради праведников, благодаря их служению Всевышнему. Однако, поскольку им достаточно «меры плодов рожкового дерева», весь мир питается в их заслугу. Как сказано у пророка Йешаяу: «Скажите о праведнике, что благо (таким, как он), ибо плоды деяний (праведников) вкушают (все жители мира)». А если «праведник насытит свою душу», то «животу злодеев будет недоставать» (Мишлей, 13), ведь откуда тогда возьмется изобилие для них?

Однажды я был в Антверпене и зашел к одному состоятельному человеку, очень уважительно относящемуся к Торе. Он дал мне приличную сумму, а потом спросил: «Раби Яаков, вот вы ведь по всему миру ездите, собирая деньги на поддержку Торы. Скажите: кто самый щедрый филантроп в мире?» «Я вам отвечу, — сказал я. — Самые большие филантропы – это аврехи, которые учат Тору в колелях и получают крошечные стипендии!»

Он удивился, а я объяснил: «Ведь все изобилие приходит в мир, благодаря им. В Мишне приводятся несколько заповедей, плоды которых человек пожинает в этом мире, в отличие от других заповедей, о которых сказано: “Награда за заповедь – в будущем мире”. Так вот, там сказано, что изучение Торы – равно всем этим заповедям, вместе взятым. В трактате Авода Зара приводятся цитаты из Пятикнижия, Пророков и Писаний, где сказано, что у того, кто занимается Торой, имущество процветает. А поскольку им самим достаточно “меры плодов рожкового дерева”, это изобилие нисходит на весь мир. Ну, есть ли кто-то щедрее них?»

А потом я рассказал ему известную историю, произошедшую в Польше до войны.

Антисемитизм тогда настолько усилился, что в больницах не хотели лечить евреев, и многие евреи оказывались просто в безвыходном положении. Попечители общины собрались, чтобы организовать строительство еврейской больницы. На собрании присутствовали самые состоятельные члены общины, а во главе их – Хафец Хаим. Каждый из богачей говорил, сколько «коек» он готов пожертвовать. Один сказал – он берет на себя пять коек, (т. е. содержание пяти больных), другой – десять, третий – еще десять… Неожиданно послышался стук в дверь, и в комнату, где проходило собрание, вошел молодой аврех в потрепанной одежде.

«Я очень извиняюсь, — сказал он, — если можно, у меня тут есть вопрос к раву… Я не очень понял один комментарий Тосафот…» К удивлению, если не сказать возмущению присутствовавших, Хафец Хаим радостно ответил ему: «Конечно-конечно, в чем вопрос?» И оба тут же погрузились в оживленное обсуждение, которое большинству членов собрания казалось китайским языком…

Через какое-то время один из богачей не выдержал и спросил Хафец Хаима: «Скажите, рав, а этот… сколько коек он пожертвовал?» Хафец Хаим отреагировал неожиданно: «Он? Он пожертвовал как минимум двадцать коек!» Богач смутился: молодой аврех в заношенном пиджаке никак не походил на того, кто способен пожертвовать такую сумму.

«Я объясню, — сказал Хафец Хаим, — очень просто: своей учебой он защищает евреев, так, что десятки из них не заболеют, и им просто не потребуются койки…». Это истинная правда, и об этом прямо сказано в Торе: «Прощу всему этому месту ради них» (Берешит, 18; речь идет о Содоме и Аморе, когда Всевышний был готов пощадить эти города, если там найдутся праведники – прим. пер.).

Но более того: капитал этого миллионера, его возможность пожертвовать десять коек – тоже в силу заслуг изучающих Тору!

Тот напыщенный богатей этого не знал, но люди поколения Знания – еще как знали. Когда они услышали, что праведники просят изобилия для себя, даже если для самой возвышенной цели, они стали плакать: «Кто накормит нас мясом?», откуда теперь у нас будет изобилие, где мы его возьмем?

Об этом и сказано: «Радуйся, Звулун, при выходе твоем, а Иссахар – в шатре своем». Если изучающие Тору сидят в шатрах и учатся, бизнесмены будут радоваться успеху своих дел, поскольку изобилие, которое приносит изучение Торы, будет направлено и на них и насытит их добром.

Но пусть хотя бы будут благодарны за это и позаботятся о «мере плодов рожкового дерева»!

Перевод: г-жа Лея Шухман


https://www.beerot.ru/?p=51598