Толдот — Колодцы Ицхака

Недельная глава Толдот

Сказано в трактате Авот (6:3): «Тот, кто выучил у другого (хотя бы) одну букву, должен относиться к нему почтительно». Одна буква в Торе – это целый мир. Когда раби Меир рассказал раби Ишмаэлю, что он софер – пишет свитки Торы, раби Ишмаэль сказал ему: «Сынок, будь очень осторожен в своей работе, ведь эта работа – служение Небесам. Если ты пропустишь одну букву или добавишь одну лишнюю – окажется, что ты разрушил весь мир!» (Эрувин, 13а).

Рассказывается, что один человек, который назван в Талмуде «великим мира», желал убрать одну букву из Торы. Тора поднялась на Небеса, пала ниц перед Всевышним и сказала: «Владыка мира! Ты ведь написал в Своей Торе, что если убирают хоть чуть-чуть из документа – он уже становится недействительным. А этот человек хочет убрать из меня букву йуд!» Ответил ей Всевышний: «Пусть уберут его и еще тысячу таких, как он, а у тебя ничего не будет недоставать!» (Иерусалимский Талмуд, Санедрин, конец 2 гл.)

Если не хватает одной буквы – даже буквы йуд, самой маленькой буквы алфавита, свиток Торы уже считается некошерным. То же самое, если есть лишняя буква.

А в нашей главе Тора распространяется на целый абзац, описывая, как филистимляне засыпали все колодцы, которые выкопал наш праотец Авраам, и как наш праотец Ицхак выкопал их заново, «и дал им те же имена, которыми их назвал его отец». Тора здесь не экономит слова. Значит, зачем-то нам нужно это знать. Что это нам дает, чему нас учит?

Что ж, объясним, и осветим свои глаза знанием.

Наш праотец Авраам был столпом добра, хеседа, «хесед — Аврааму», а праотец Ицхак – столпом Б-гобоязненности, правосудия, «страх Ицхака». Вы считаете, что это противоположности? Ничего подобного! Конечно, они обладали разными качествами, но «Вот родословная Ицхака, сына Авраама: Авраам родил Ицхака». Наш праотец Ицхак полностью следует своему отцу Аврааму и его пути, а Авраам – все его помыслы заняты воспитанием сына: «Я полюбил его (Авраама), потому что он заповедает своим сынам и потомкам следовать путями Г-спода, творить добро (хесед) и правосудие (дин)» (Берешит, 18).

Одна линия, один путь – с разными оттенками. Наш праотец Ицхак не роет новые ямы, не ищет новых колодцев. Те же самые ямы и те же самые колодцы. Даже имена – те же.

Таков путь народа Израиля из поколения в поколение: «Деяния отцов – знак для детей» («Мидраш Танхума», Лех Леха, 9). Сказано в Шир а-Ширим (1:8): «Если не будешь знать (куда идти), красивейшая из женщин, иди по стопам овец, и паси ягнят своих возле пристанищ тех пастухов». Комментирует Раши: изучи пути своих первых праотцов и иди по ним. Эта же идея заложена в словах мудрецов («Пиркей де-раби Элиезер», 30), что Моше рабейну, идя избавлять народ Израиля от египетского рабства, посадил своих домочадцев на «того самого осла». Это тот осел, на котором ехал Авраам, когда собирался приносить в жертву Ицхака, он же был создан в канун Шаббата в сумерки, и на этом же осле приедет Машиах бен Давид, как сказано: «Ликуй изо всех сил, дочь Циона, победно труби, дочь Иерусалима! Вот, твой царь придет к тебе – праведник он и спасенный, бедняк он и едет верхом на осле» (Зехария, 9:9).

Что наши мудрецы хотят сказать? Что тот осел жил более двух тысяч лет от творения мира до жертвоприношения Ицхака, потом четыреста лет до выхода из Египта, и прожил еще три тысячи триста с лишним лет до ближайшего Избавления? Кроме того, спрашивает Маараль: «Какая нам разница, тот же самый это осел или какой-то другой?»

Однако здесь заложена очень глубокая идея! Люди покупают машину, гордятся ею, получают от нее удовольствие, она верно служит им, не ломается, не дымит, все в порядке. И вдруг – меняют ее на другую. Что случилось, что с ней не так? А, модель устарела, как говорится: «Будете избавляться от старого урожая, чтобы освободить место для нового».

Я как-то раз ехал на урок, едем спокойно, и вдруг – водитель побагровел и прорезал воздух пронзительным гудком: «Каков нахал, а?! Семьдесят восьмая обгоняет восемьдесят шестую!» Что ж, «их ненависть и зависть уже потеряны» (Коэлет, 9) – уже и семьдесят восьмая, и восемьдесят шестая модели давно на свалке. А что им не хватало, что было плохого? Но так уж устроен мир – особенно современный мир. Невестка восстает против свекрови, сын – против отца, ведь они тоже – «устаревшая модель». Может, и их надо заменить, не дай Б-г? Даже имена уже изменились. В шестидесятых называли «Нимрод», «Агарь», а сейчас – Таль и Гай. Или это уже тоже устарело?

Нет, наш путь не таков. Кто говорит о машинах, давайте начнем с осла. Осла тоже не будем менять. Тот самый древний осел, первый осел в мире – на нем ехал наш праотец Авраам, на нем же – Моше рабейну, и на нем же приедет Машиах, да произойдет это вскорости, в наши дни.

Потому что мы не гонимся за новинками и не следим за меняющейся модой!

Те же самые колодцы, с теми же именами!

Перевод: г-жа Лея Шухман


https://www.beerot.ru/?p=88233