Хукат — Тора — Излечение от дурного начала

Дата: | Автор материала: Рав Реувен Куклин

2767

Сказано в недельной главе (Бемидбар, 19:14): « Это Тора – когда человек умрёт в шатре». По мнению наших мудрецов (Брахот, 63б) этот стих намекает на то, что изучение Торы удаётся только такому человеку, который «умерщвляет» себя во имя Торы. В словах Рамбама в «Законах Изучения Торы» (3:12) мы видим пояснение этому изречению. Он пишет: «Не даётся изучение Торы ни тем, кто расслабляется в её изучении, ни тем, кто, изучая её, услаждает себя физическими удовольствиями, но только тем, кто «умерщвляет” себя во время учения, стремится ограничить потребности тела и не смыкает глаз. Объясняют мудрецы намёк, содержащийся в отрывке “вот Тора – когда человек умрёт в шатре…” – Тора даётся только тем, кто “умерщвляет” себя в шатрах мудрецов». Из этих слов мы видим, что, говоря об “умерщвлении”, мудрецы имеют в виду изучение Торы всеми силами.

Однако слова Рамбама требуют разъяснения: почему слова Торы не даются тем, «кто, изучая их, услаждает себя физическими удовольствиями», ведь мы видим, что в изучении других наук различные удовольствия только помогают человеку усвоить их с большей лёгкостью.

Чтобы ответить на этот вопрос, приведём отрывок из Талмуда в трактате Санедрин (35а). Талмуд утверждает, что Санедрину запрещено вести обсуждение смертного приговора в пятницу. Причина этого заключается в том, что, поскольку смертный приговор судьи не смогут вынести до воскресенья (по законам Торы запрещено заканчивать суд в тот же день, в Субботу же запрещено судить), есть опасение, что до дня вынесения приговора судьи забудут обсуждения, которые велись позавчера. Добавляет Талмуд, что, несмотря на то, что писари записывают весь ход обсуждения, этого не достаточно, поскольку сердце судьи не помнит глубокого смысла дискуссий.

Из этого видно, что, поскольку слова Торы – Б-жественные, они требуют изучения не только разумом, но и всем сердцем. А это возможно, только когда человек полностью концентрируется на её словах, не оставляя в своём сознании места для различных удовольствий.

Не каждый человек может достичь таких высот в изучении Торы, как мудрецы Санедрина, однако, если еврей, тяжело добывая свой хлеб (или если голова его заполнена различными делами и заботами), находит время для серьезного изучения Торы и в это время он всеми силами старается сконцентрироваться на её словах и приблизить их к своему сердцу, то он также считается «умерщвляющим» себя во имя Торы.

Это помогает нам понять слова Талмуда в трактате Хагига (15б). Там приводится история о том, что Шмуэль как-то встретил своего ученика, рава Йеуду, когда тот плакал. Спросил его Шмуэль: «Почему ты плачешь?» На что рав Йеуда ответил, что его мучает страшная мысль, ведь сказано в мишне (Санедрин, 90а), что Доэг и Ахитофель, которые были большими мудрецами Торы, не удостоятся удела в будущем мире. «Если возможно, что даже такие большие мудрецы Торы, как Доэг и Ахитофель, не удостоятся удела в будущем мире, то что же будет с нами?»

Проясним этот вопрос. В Талмуде (Кидушин, 30б) сказано: «Я (Творец) создал дурное начало и создал средство против него – Тору». То есть Создатель, создавший дурное начало в человеке, создал также и Тору, которая является лекарством от него. Рамхаль в книге «Месилат Йешарим» (5-ая часть) уточняет из этих слов мудрецов, что Тора – это единственное лекарство от дурного начала. И так пишет он: «очевидно, что если Создатель сотворил против этой напасти только одно средство, то излечиться от неё человеку без этого лекарства невозможно никаким образом. А тот, кто думает спастись иным образом, ошибается и увидит свою ошибку в конце, когда погибнет в грехе». Поэтому и плакал рав Йеуда. Если даже уникально лекарство, специально созданное для борьбы с дурным началом, не помогает (если есть люди, которые, несмотря на свои познания в Торе, могут получить страшное наказание – лишение удела в будущем мире), то каким образом можно быть уверенным, что это лекарство поможет людям, не настолько великим в изучении Торы?

Приводится в Талмуде, что Шмуэль успокоил его: «не плачь – мы учили, что была у них нечистота на сердце», т.е. изучение Торы для них было чем-то внешним, они не брали слова Торы «на сердце» (не принимали близко к сердцу). Подобным образом определяет раби Ами в трактате Санедрин (106 б) их изучение Торы: «вся Тора Доэга и Ахитофеля – из уст и наружу». Как мы видели выше: основное влияние Торы – когда человек приближает Тору к своему сердцу, «живёт» ею. Тора, которая «из уст и наружу», не могла повлиять на них и привести их в будущий мир.

В трактате Кидушин говорится, что Тора является полноценным исцелением от греха. Это утверждение мудрецы учат из стиха в главе Экев (Дварим, 11:18): «и положите эти Мои слова (слова Торы) на своё сердце». Слово «положите» (שמתם — самтем) можно читать также как «полноценное излечение» (סם תם – сам там). Когда изучение Торы является полноценным излечением? Когда кладут его на сердце, как говорит стих: «и положите Мои слова на своё сердце». И так мы говорим в утренней молитве: «Блажен человек, который прислушается к Твоим заповедям и слова Торы положит на своё сердце».

И в этом заключается утешение Шмуэля: достаточно человеку хоть немного приблизить Тору к своему сознанию, положить ее «на своё сердце», и она сможет оберечь человека от греха и привести его в Будущий мир.


https://www.beerot.ru/?p=2732