Эффект родительской любви

Дата: | Автор материала: Рав Барух Фрухтер

471
родительской любви

Любовь к детям

В Торе есть рассказ о разведчиках, которые пошли смотреть Землю Израиля. Моше Рабейну, посылая их, не был уверен в том, как они себя поведут и что с ними произойдет. И из всех этих разведчиков было только два человека, близких к Моше: Ошеа бин Нун, который был его учеником, и Калев бен Йефунэ, который был мужем его сестры Мирьям. Что сказано про Ошеа бин Нуна? Моше лично молится за него, благословляет его и меняет ему имя – вместо Ошеа называет Йеошуа, добавляя к его имени букву «йуд», которая является частью имени Всевышнего. И все это для того, чтобы он благополучно справился с испытанием. Калеву, казалось бы, Моше ничем не помогает – не благословляет и не молится за него. Про Калева сказано, что он пошел на могилы праотцов в Хевроне и молился за себя – но Моше ему не помогал! Спрашивает Хафец Хаим: почему Моше так помогал Ошеа и совсем не помогал Калеву? По простому пониманию Калев должен был бы быть намного ближе к Моше: все-таки он родственник, муж его сестры. Мирьям, как известно, сделала все, чтобы младенец Моше остался в живых: присматривала за ним, пока он был в колыбельке в реке, устроила его во дворец к дочери фараона, договорилась о том, чтобы его собственная мать вскормила его – почему же такая разница в отношении Моше к Ошеа и к Калеву?

Есть такое объяснение: существует два типа людей. Первый – закрытый, которые ничем ни с кем не делятся (эмоционально), а второй – открытый, когда все, что есть у человека на душе – он изливает на окружающих. И Ошеа по такому разделению относится к открытому типу, а Калев – к закрытому.

Вернемся к разведчикам. Изначально мы рассматриваем общество остальных разведчиков как дурную компанию с потенциально негативным влиянием. В таком обществе большей опасности подвергается человек открытого типа, который непосредственно делится своими мыслями с окружающими. Если бы Ошеа начал открыто выражать несогласие перед лицом других разведчиков, то, очевидно, они тут же попытались бы его переубедить. Таким образом, в бесконечных спорах с убедительными аргументами (не стоит забывать, что разведчикам назначили наиболее выдающихся представителей общины), велика была вероятность и опасность того, что они склонили бы Йеошуа на свою сторону.

Закрытого же человека (такого, как Калев) практически невозможно переубедить и изменить, так как он вообще ни с кем не общается, и неизвестно, что у него в голове и на душе. Итак, мы видим, что дело было не в большей или меньшей протекции, а в том, что Моше должен был молиться за Йеошуа, чтобы помочь ему не стать жертвой ложных убеждений, тогда как Калеву такая помощь вообще не требовалась. Отсюда мы учим базовый принцип отношений: каждому человеку нужно помогать в соответствии с его типом и потребностями.

Нет такого принципа: «я помогаю всем!»; помогать можно каждому отдельно взятому человеку в соответствии с его сущностью и запросами. Если мы возьмемся оказывать одинаковую помощь двум разным людям, то вполне возможно, что для одного это будет благо, а для другого – в лучшем случае, бесполезно.

Часто мы слышим или читаем различные идеи по воспитанию детей, безотносительно к конкретному случаю. Но нужно знать, что настоящее воспитание детей начинается с поиска соответствия методов воспитания конкретному типу ребенка. Кому-то больше подходит строгость, кому-то мягкость, кого-то нужно оставить в покое, а к кому-то проявить повышенное внимание. Но если мы ошибаемся в выборе правильной стратегии, то вместо того, чтобы помочь ребенку, мы можем ему, не дай Б-г, навредить. Итак, первое правило в воспитании детей: правильно определить тип и сущность ребенка.

Кроме того, что есть индивидуальные особенности, есть также и универсальные аспекты воспитания, которые можно применить ко всем детям. Например, мы хотим, чтобы ребенок заинтересовался учебой. В некоторых случаях, если мы будем хвалить его, дарить подарки, восхищаться – это поможет, но иногда и нет! Он примет подарки, но никак не продвинется в учебе! Иногда противоположный подход: угроза наказания, страх перед насмешками одноклассников – оказываются намного более эффективным. Эти различия невозможно правильно определить, если мы не владеем универсальными инструментами, первый из которых – прочная эмоциональная связь между родителями и детьми. Нет более сильного и эффективного фактора в воспитании, чем эмоциональная связь родителей с детьми. Всевышний так создал ребенка, заложив в нем потребность в получении эмоций. И такой эмоциональный контакт настолько важен для ребенка, что недостаток этого может вызвать проблемы даже с физическим здоровьем. Это еще важнее для эмоционального здоровья: ребенок, выросший в любящей семье, во взрослой жизни будет более успешным, уверенным в себе, чем ребенок, недополучивший любви и эмоционального контакта с родителями в детстве. И самое важное время для работы над установлением крепкой эмоциональной связи с ребенком и закладки прочного эмоционального фундамента уверенности в себе – от рождения и до 5 лет; усилия, вложенные родителями в область чувств в этот период, окупаются стопроцентно на протяжении всей жизни ребенка, даже когда он уже взрослый.

Есть мишна в трактате Шабат, в которой говорится следующее: разрешено человеку взять на руки ребенка (в Шабат), даже если у ребенка в руках камень (который запрещен к перемещению в Шабат из-за статуса мукце). Почему же мишна прямо разрешает нам такое действие? Написано там же, что у ребенка есть эмоциональная потребность в том, чтобы папа взял его на руки. Комментирует Раши, что такое страстное желание быть близким к папе настолько важно, что если его не реализовать, это угрожает болезнью! И получается, что мудрецы сделали исключение из строгого запрета мукцэ, если есть подозрение на то, что в противном случае ребенок заболеет. Заметим, что здесь не применяется термин пикуах нефеш (опасность для жизни), потому что в случае с пикуах нефеш безусловно разрешается нарушить Шабат. Однако опасность чувственного отторжения для ребенка не несет опасности для жизни, и запрет перемещения мукце является запретом мудрецов, а не прямым запретом из Торы.

Представим, что такого места в Гемаре не было бы. Приходит человек к раввину с вопросом: рав, ребенок требует в Шабат, чтобы я нес его на руках, но у него в руке камень, что мне делать? Скорее всего, рав ответит: скажи сыну, чтобы он выбросил камень, и тогда уже бери его на руки! Почему же мудрецы не дали такой простой ответ, а, наоборот, сделали исключение из запрета мукцэ, кажущееся таким нелогичным с точки зрения законов Шабата? Очевидно, мудрецы хотели нас чему-то научить, то есть, сказать сыну: «Выброси камень, и тогда я возьму тебя на руки» – это как будто дать ему понять: «Я тебя люблю, но при одном условии». А самая важная вещь в общении с детьми – дать ребенку уверенность, что мы его любим вне зависимости ни от чего! Очень важно ребенку все время чувствовать, что он любим, и расти с уверенностью: ничто в мире не может поколебать эту безусловную родительскую любовь.

Обратимся вновь к Торе. Написано о человеке, который убил другого по неосторожности, что он должен бежать в город-убежище и находиться там. И написано про такие города, что там проживают левиты (семьи, происходящие из колена Леви), и никто другой. Объясняет «Сефер а-Хинух», почему там должны жить именно левиты? Напомним, что в Торе нет наказаний, целью которых является само наказание. Любое наказание в Торе преследует цель исправления и воспитания. В городах-убежищах живут левиты, целью которых является воспитать и исправить человека, который убил по неосторожности. Спрашивает «Сефер а-Хинух»: если человек убил чьего-то отца, неужели его сын сможет его воспитать? Все, что он чувствует – это злоба и жажда мести, такой человек никак не может воспитать или помочь нечаянному убийце собственного отца. И написано про колено Леви, что его представители обладают уникальной способностью, которая помогает «отодвинуть» любовь родителей и детей, если перед ними стоит задача воспитания. Именно поэтому лишь в городе-убежище, населенном левитами, возможно истинное исправление преступника и воспитание его к добру.

Нет родителя, который бы не любил своих детей. Однако в нашей повседневной жизни мы можем встретить достаточно людей, которые ведут себя так, как будто совершенно не любят своих детей. Как же это сочетается с написанным в «Сефер а-Хинух», что у родителей есть естественная любовь к своим детям? В объяснение этого можно привести две основные причины. Первая: родители любят своих детей, но не знают и не умеют проявить свою любовь должным образом. Вторая: родители сами в детстве недополучили родительской любви, и выросли эмоциональными инвалидами, и у них попросту отсутствует такой «орган», который отвечает за любовь к детям. Сразу оговоримся: это, в отличие от отсутствия ноги или руки (не дай Б-г!), исправимо, и дальше мы поговорим о том, как это исправить.

Есть два вида любви (мы об этом говорили в предыдущих публикациях): любовь между родителями и детьми, и любовь между супругами. В чем разница? Любовь родителей к детям заложена в природе, а любовь к супругу следует построить. Никто не любит супруга лишь потому, что он родился с такой любовью. Построение любви к супругу происходит посредством определенных действий, но такая любовь ни в коем случае не приходит сама по себе. Шир а-Ширим сравнивает любовь к Всевышнему с любовью к супругу, так как, подобно супружеской любви, любовь к Всевышнему также не является природной данностью, и ее следует построить. Между мужчиной и женщиной существует изначально лишь влечение – и это то природное, что заложил в нас Всевышний. Но это лишь помогает построить любовь, но никак не может ее заменить. Один из мудрецов как-то сказал, что связь между мужчиной и женщиной может происходить из двух источников: либо любовь, либо похоть. Причем разница лишь в одном моменте: любовь дает, а похоть получает. То есть, любовь приходит через силу самоотдачи. Настоящая любовь – это то, что нужно построить, над чем нужно работать всю жизнь.

Однако любовь родителей к детям безусловна, с этой любовью рождаются. Что же можно сказать о людях, которые, вроде бы, не любят своих детей? На самом деле они, конечно же, любят, просто проявление этой любви зачастую близко к нулю – но при этом никогда не ноль! Например: малыш просыпается ночью десять раз, у него болят зубы. Если это не наш ребенок – мы не встаем и не подходим к нему, а если наш, то, конечно же, встаем, берем на руки, успокаиваем и т.д. Откуда берутся силы заставить себя встать? Исключительно из встроенной в каждого родителя силы любви к собственному ребенку. С взрослением ребенка такая отзывчивость родителя (если он не обучен проявлять достаточно любви) может уменьшиться, и тут важно не упустить момент и заставить себя уже не только просыпаться ночью на плач ребенка, но и «будить» себя в ответ на изменившиеся запросы. Стоит как можно чаще напоминать себе, что ребенок, недополучивший любви в детстве и выросший в «холодном» доме, проносит через всю сознательную жизнь недостаток уверенности в себе и эмоциональной чувствительности.

Недостаток эмоциональной чувствительности мы рассматривали в предыдущем номере, стоит здесь лишь еще раз подчеркнуть, что это – одна из тяжелейших для исправления вещей, и один из серьезнейших недостатков, особенно в семейной жизни. Откуда берется такая эмоциональная недостаточность? Из детства, когда ребенок недополучает родительской любви.

Наше влияние на детей, то, что мы можем им передать, напрямую зависит от эмоциональной связи, которую мы смогли с ребенком выстроить. Чем крепче связь, тем лучше ребенок может воспринять от родителей правильное поведение, воспитание, верные социальные навыки и т.п. Ребенок постарается ни за что в жизни не совершить поступков, которые могут расстроить его родителей, если у них имеется крепкая эмоциональная связь.

Эффект родительской любви особенно ярко проявляется в критических ситуациях, когда цена вопроса действительно высока. Например, когда речь идет о выборе спутника жизни или профессии, часто мы можем столкнуться с бунтом и решением «наоборот», с готовностью сделать хуже себе, только бы не послушаться родителей – в семьях, где был дефицит положительных эмоций. Однако в семьях, в которых присутствует постоянный контакт, где родители любят и умеют проявить свою любовь, ситуация совсем другая. Даже когда все говорит за то, что ребенок сделал правильный выбор, однако родителям видится, что это не совсем так – чаще всего, безграничное доверие к родителям перевешивает личную выгоду (зачастую, надо заметить, лишь кажущуюся).

Как сказал один юноша, когда родители высказались против его потенциальной спутницы жизни (у которой не было недостатков, могущих оказать влияние на семейное счастье пары): «Я так люблю своих родителей, они столько сделали для меня, были ко мне так добры всю мою жизнь, я на 100% уверен, что они желают мне только хорошего. Пусть я даже не понимаю их позицию, но я ни в коем случае не могу допустить, чтобы они испытали из-за меня разочарование».

Да удостоимся мы воспитать не менее праведных и правильных детей!

(Продолжение, с Б-жьей помощью, следует)

Подготовила А. Швальб.


http://www.beerot.ru/?p=37922