Хаей Адам — Законы о молитве «Шмоне Эсре»

Дата: | Автор материала: Рав Авраам Данциг | версия для печати версия для печати

Глава 24. Законы о молитве «Шмоне Эсре», об упоминании «Машив а-руах» и «Таль у-матар», а также «Яалэ ве-яво»

1. Перед молитвой нужно произнести стих ה’ שְׂפָתַי תִּפְתָּח («Г-сподь, мои уста открой…») (Теилим, 51:17). И запрещено прерываться для произнесения других стихов, которые приведены в Сидуре, например, כִּי שֵׁם ה’ אֶקְרָא («Когда Имя Г-спода произносить буду…») (Дварим, 32:3). Даже произнести этот стих перед «Г-сподь, мои уста…» нельзя, так как запрещено прерываться между благословением «Гааль Исраэль» («Спасший Израиль») и началом молитвы «Шмоне Эсре». (1)(2)(3)

Но в молитвах «Мусаф» и «Минха» произносить другие стихи перед «Г-сподь, мои уста…» разрешено, ведь этот стих относится к самой молитве «Шмоне Эсре» (гл. 111). (4)

2. Первое благословение называется «Авот» («Праотцы»), потому что в нем упоминаются праотцы. Нужно обратить особое внимание на то, чтобы при его произнесении осознавать смысл слов. Ведь по букве закона, если человек не имел нужного мысленного настроя при произнесении благословения «Авот», он должен начинать молитву сначала. Но в наше время, по великим нашим грехам, он и во второй раз произнесет без должного мысленного настроя, и поэтому не повторяют. Во всяком случае, ясно, насколько велика его обязанность. (5)

И, во всяком случае, как мне кажется, если человек [прочел это благословение без должного мысленного настроя и] спохватился еще до того, как произнес בָּרוּךְ אַתָּה ה’ («Благословен Ты, Г-сподь») в конце благословения, пусть снова начнет со слов אֱ-לֹהֵי אַבְרָהָם («Б-г Авраама»). [В кодексе «Мишна Брура» приведена такая рекомендация: если человек произнес первое благословение без необходимого мысленного настроя и спохватился еще до того, как начал второе благословение, он может подождать до того, как ведущий начнет первое благословение при повторении молитвы вслух. И тогда следует с необходимым мысленным настроем (каваной) выслушать это благословение из уст ведущего – а затем уже шепотом продолжить свою молитву («Беур алаха», 101:1, Ве-а-идна).]

В десять дней раскаяния следует сказать זָכְרֵנוּ («Вспомни нас…»). А если не сказал и уже завершил благословение, то не нужно повторять его вновь.

3. Второе благословение называется «Гвурот» («Могущество»), ведь в нем упоминается могущество Святого, благословен Он, Который оживляет мертвых и т.п. Поэтому установили, чтобы в период дождей в этом благословении произносили מַשִּׁיב הָרוּחַ וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («Посылающий ветер и проливающий дождь»), ведь дождь – это тоже проявление могущества Святого, благословен Он. Эту вставку произносят, начиная с молитвы «Мусаф» праздника Шмини Ацерет и до молитвы «Минха» первого праздничного дня Песаха. А ведущий молитву прекращает уже в «Мусаф».

В десять дней раскаяния следует произнести מִי כָמוֹךָ («Кто подобен Тебе»), но если не произнес, то благословение не повторяют.

Если человек ошибся в своей индивидуальной молитве и не упомянул [вставку מַשִּׁיב הָרוּחַ וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («Посылающий ветер и проливающий дождь»)] в молитве «Мусаф» праздника Песах, то повторять молитву не нужно (ведь, по мнению автора книги «Бейт Йосеф», даже изначально эту вставку не упоминают). [И также не нужно повторять в вечерней и утренней молитве («Мишна Брура» 114:3).] И если человек задержался со своей индивидуальной молитвой до того, как ведущий уже повторил вслух Мусаф, он не должен произносить вставку מַשִּׁיב הָרוּחַ («Посылающий ветер») («Маген Авраам», 488).

4. Запрещено произносить вставку о дожде до того, как перед молитвой ведущий провозгласит: מַשִּׁיב הָרוּחַ וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («Посылающий ветер и проливающий дождь»). Но не так, как это делают некоторые, которые провозглашают только מַשִּׁיב הָרוּחַ («Посылающий ветер») – это «провозглашением» не называется, ведь в некоторых местах и в летний период тоже добавляют מַשִּׁיב הָרוּחַ («Посылающий ветер»). И если эти слова не провозгласили, то членам общины запрещено произносить их [в индивидуальной молитве, читаемой шепотом] до тех пор, пока ведущий не произнесет их при повторении молитвы вслух. И мне представляется, что, если один из молящихся во время [своей индивидуальной] молитвы громко произнес וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («…и проливающий дождь»), то, хотя так делать запрещено, ведь он не слышал [эту вставку] из уст ведущего, тем не менее, услышавшим [вставку из уст этого человека] разрешено произносить ее в своей молитве. [Но и тот, кто не упомянул вставку о дожде в этой молитве, возвращаться не должен («Мишна Брура», 114:4).]

5. Даже те, кто молятся у себя дома или в небольших поселениях [где нет миньяна], должны подождать до времени, когда ведущие молитву уже наверняка провозгласили [эту вставку] в больших общинах.

А тот, кто пришел в синагогу и застал общину во время молитвы [«Шмоне Эсре»], пусть молится и упоминает [вставку], несмотря на то, что он не слышал, как ее провозглашали, так как очевидно, что ее уже провозгласили.

6. В нашей стране в летний период не произносятמַשִּׁיב הָרוּחַ («Посылающий ветер и т.д.»). (6) А если человек по ошибке упомянул это, но не добавил וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («…и проливающий дождь»), [как в сезон дождей], то не надо возвращаться [к началу благословения]. Но если добавил וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («…и проливающий дождь»), то пусть вернется [к началу этого благословения] – к словам אַתָּה גִּבּוֹר («Ты Могуч»). (Мне видится, что, если он уже начал произносить רַב לְהוֹשִׁיעַ מְכַלְכֵּל חַיִּים – «великий Избавитель, питающий живых» – то возвращаться не надо; а если он уже завершил это благословение, то должен возвратиться к началу молитвы). И даже если в тот период была засуха во всей той стране, и все молятся и постятся ради того, чтобы пошли дожди, все равно он должен возвратиться [к началу благословения], ведь невозможно прославлять Всевышнего за то, что является проклятием для других мест. (7)

 

 

Дополнительный комментарий

(1) Молитва ««Шмоне Эсре»»

Молитва «Шмоне Эсре» («Восемнадцать») является центральной частью всего молитвенного служения. Эти восемнадцать благословений были составлены мудрецами Великого Собрания, среди которых были последние пророки – Хаггай и Захарья (Мегила, 17б; «Арбаа Турим», 112).

Уже после разрушения Второго Храма р. Шимон А-Пакули установил ту редакцию и тот порядок этих благословений, которым следуют и сегодня. В тот же период мудрец по имени Шмуэль А-Катан составил еще одно, девятнадцатое, благословение, направленное против еретиков и изменников (Брахот28б, р. Йона). Но название «Восемнадцать» – «Шмоне Эсре» – тем не менее, осталось.

В Талмуде и во многих законодательных источниках молитва «Шмоне Эсре» обычно именуется просто тфила («молитва»). Так, данная глава книги р. А. Данцига начинается словами «Перед молитвой нужно произнести стих…» – а имеется в виду «перед “Шмоне Эсре”».

Еще одно распространенное название этой молитвы – «Амида» («Стояние»), поскольку ее произносят стоя.

 

(2) От прошлого избавления – к будущему

Рав А. Данциг подчеркивает, что «запрещено прерываться между благословением “Гааль Исраэль” (“Спасший Израиль”) и началом молитвы “Шмоне Эсре”».

В утренней молитве словами גָּאַל יִשְׂרָאֵל («Спасший Израиль») завершается благословение после чтения «Шма Исраэль» («Слушай, Израиль»). Сам глагол גָּאַל («Спасший») стоит в прошедшем времени (буквально «спас»), так как речь идет об избавлении из рабства в Египте. И поскольку Творец спас наших предков в прошлом, то мы просим в молитве «Шмоне Эсре», чтобы Он избавил нас и в ближайшем будущем («Мишна Брура», 66:33).

В этом смысле молитва «Шмоне Эсре» является прямым продолжением предыдущего благословения, и в этом одна из причин, по которым совмещают заключительные слова этого благословения с молитвой «Шмоне Эсре». По словам мудрецов, совмещающий геулу (т.е. слова גָּאַל יִשְׂרָאֵל – «Спасший Израиль») с тфилой (с молитвой «Шмоне Эсре»)«приводит в мир избавление» («Авода ше-ба-лев»).

 

(3) Чтобы не было перерыва

В промежутке между благословением גָּאַל יִשְׂרָאֵל («Спасший Израиль») и началом молитвы «Шмоне Эсре» запрещено не только произносить дополнительные стихи Танаха, как об этом говорит здесь р. А. Данциг, но даже отвечать на «Кадиш» или «Кдушу».

В этой связи в законодательной литературе обсуждается вопрос: должны ли молящиеся отвечать Амен на благословение ведущего после слов גָּאַל יִשְׂרָאֵל. По мнению составителя кодекса «Шулхан Арух», произнесение Амен в этом месте тоже считается «перерывом» (66:7 и 101:1). Но другие законоучители полагают, что Амен отвечают, так как он является как бы частью самого благословения (Рамо, 66:7 и 101:1).

Для того чтобы учесть оба мнения, следует постараться завершить слова גָּאַל יִשְׂרָאֵל («Спасший Исраэль») одновременно с ведущим или начать стих ה’ שְׂפָתַי תִּפְתָּח («Г-сподь, мои уста открой…»), произносимый перед молитвой «Шмоне Эсре», немного раньше, чем ведущий завершит слова גָּאַל יִשְׂרָאֵל (но не следует начинать само первое благословение «Шмоне Эсре») («Мишна Брура», 66:35).

Наряду с этим, во многих ашкеназских общинах принято, чтобы ведущий завершал слова גָּאַל יִשְׂרָאֵל шепотом – и тогда община, не слышавшая завершения благословения, не отвечает Амен. Но ряд авторитетных законоучителей, в числе которых и р. Ш.-З. Ойербах, считают, что ведущий обязан завершить и это благословение в полный голос («Ишей Исраэль», 17:24/83/; «Алихот Шломо», 7:19/28/).

Во всяком случае, изначально следует остеречься, чтобы между благословением גָּאַל יִשְׂרָאֵל («Спасший Израиль») и началом молитвы «Шмоне Эсре» не было даже минимальной паузы, превышающей время, за которое можно произнести короткую фразу Шалом алейхем раби у-мори («Мишна Брура», 111:2).

 

(4) «Мои уста открой»

Мудрецы Великого Собрания установили, что молитву «Шмоне Эсре» следует начинать со строки псалма (Теилим, 51:17): «Г-сподь, мои уста открой, и мой рот восславит Тебя» («Шулхан Арух», 111:1).

Рав Хаим Воложинер поясняет, что, приступая к молитве «Шмоне Эсре», праведники прошлых поколений достигали высочайшего духовного состояния, близкого к пророческому, – их душа поднималась к своему Источнику, а тело становилось безжизненным. Такой человек не мог разомкнуть уста, но просил Творца, чтобы Он раскрыл его уста для молитвы («Нефеш а-Хаим», 2:18).

Вместе с тем, этот стих выражает просьбу каждого молящегося. Ведь человек, понимающий, что сейчас предстоит обратиться к Творцу Вселенной, не способен раскрыть рот от трепета, страха и стыда. И он просит, чтобы Творец вложил в его уста слова молитвы («Сидур Каванат а-лев»).

 

(5) Мысленный настрой в первом благословении

При произнесении всех благословений, включенных в молитву «Шмоне Эсре», человеку необходимо осознавать, что он «стоит перед Шехиной», т.е. обращается с молитвой к Творцу Вселенной (Рамбам, «Тфила», 4:16). Кроме того, молящийся обязан понимать смысл произносимых им слов («Шулхан Арух», 98:1). Поэтому было бы верным предварительно изучить всю молитву «Шмоне Эсре», чтобы понимать каждое ее слово («Мишна Брура», 101:2). Ведь, хотя разрешено произносить «Шмоне Эсре» на любом языке (см. «Шулхан Арух», 101:4), тем не менее, предпочтительно молиться именно на святом языке Торы («Мишна Брура», 101:13).

Верный мысленный настрой является «живою душой» молитвы, ведь мудрецы Талмуда называют ее «служением сердца» – авода ше-ба-лев (Таанит, 2а). И еще в Талмуде сказано: Всевышний «требует сердце» (Санедрин, 106б). «Сердце» в данном контексте – это мысленный и эмоциональный настрой (на святом языке его называют словом кавана от лекавен – «направлять»).

Творец требует от нас не просто механического выполнения Его приказов, а «сердца» – осмысленной духовной работы. Рамбам прямо утверждает, что «молитва без каваны – не молитва» (Рамбам, «Тфила», 4:15). И еще мудрецы говорят: молитва без каваны – как тело без души (см. Абарбанель, Авот, 2:13; «Шней Лухот а-Брит», 1, 249б). А значит, именно кавана – осознанная духовная работа – делает молитву живой и действенной.

Но если человек не в состоянии осмысленно произносить всю молитву «Шмоне Эсре», он обязан с полным пониманием прочитать хотя бы первое благословение «Авот» («Праотцы») (Брахот, 34б; «Шулхан Арух», 101:1) – ведь в нем прославляют Творца («Мишна Брура» 101:3).

В кодексе «Шулхан Арух» указано, что, если человек прочел первое благословение «Авот» без должного осмысления (даже если всю остальную молитву «Шмоне Эсре» он произнес с пониманием), ему следует прочитать всю молитву еще раз (101:1). Но Рамо оговаривает, что в связи с падением духовного уровня поколений (йеридат а-дорот), в наше время молитву не повторяют, так как «при повторении человек, скорее всего, вновь отвлечется и произнесет слова без должного осмысления – а раз так, то для чего повторять?!» (там же). Это послабление связано с тем, что в последних поколениях многие люди постоянно погружены в свои мысли, воспоминания и грезы. Их сознание заморочено стремительно сменяющимися событиями, и поэтому у них, как правило, не бывает должной концентрации при молитве («Шулхан Арух», 70:3, 98:2; р. Э. Деслер, «Михтав ме-Элияу» т. 2, с. 193, т. 4, с. 361-362).

Тем не менее, каждому человеку, безусловно, необходимо постараться приблизиться к осмысленной и сосредоточенной молитве. Ведь к тому, кто проявляет искреннее стремление, приходит щедрая помощь с Неба.

И хотя в наше время молитву не повторяют, все же, если была какая-то конкретная помеха, которая помешала человеку сосредоточиться на благословении «Авот» (например, посторонний предмет в руке или крик ребенка), а теперь помеха устранена, то и в наше время следует повторить молитву («Мишна Брура» 96:2, «Шаар а-Циюн», 2). Однако и здесь имеется в виду человек, который, как правило, молится осмысленно, но лишь на этот раз из-за помехи ему не удалось сосредоточиться на словах молитвы. А человек, и без всяких помех произносящий слова молитвы без осмысления, не повторяет (р. Й. Чезнер, «Сиах Тфила» 3:2:4).

Однако, если еще до завершения благословения «Авот» (т.е. до того, как произнесено имя Творца в конце этого благословения) человек спохватился и поймал себя на том, что механически произносит слова молитвы, ему следует возвратиться к словам אֱ-לֹהֵי אַבְרָהָם («Б-г Авраама») в начале благословения («Мишна Брура», 101:4). А тому, кто спохватился уже после того, как первое благословение завершено, стоит повторить его мысленно – и это тоже способствует исправлению («Сиах Тфила», 3:2:6 от имени Хазон Иша и р. Ш.-З. Ойербаха).

Если же по ходу самой молитвы «Шмоне Эсре» человек заметил, что к ней примешиваются посторонние мысли, ему следует ненадолго остановиться и продолжить после того, как посторонняя мысль уйдет («Шулхан Арух», 98:1). При этом предпочтительнее не бороться с самой мешающей его мыслью, а переключить сознание на слова молитвы и их значение («Тфила ке-Илхата», 5:25/50).

 

(6) В летний период

В земле Израиля дожди идут, как правило, только в зимний период – от праздника Шмини Ацерет (Симхат Тора) до Песаха. В течение всего этого периода во второе благословение молитвы «Шмоне Эсре» добавляют особую вставку מַשִּׁיב הָרוּחַ וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («Посылающий ветер и проливающий дождь») (Таанит, 2а). Так поступают и в ашкеназских и в сефардских общинах.

Но в отношения летнего периода существовали разные обычаи. В некоторых сефардских общинах было принято произносить вставкуמַשִּׁיב הָרוּחַ וּמוֹרִיד הַטָּל («Посылающий ветер и опускающий росу»), а в большинстве других только – מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу») («Каф а-Хаим», 114:17). Однако в ашкеназских общинах в летний период вообще не произносили никакой вставки (Рамо, 114:3, «Мишна Брура», 3, 6, 13-14 и 23; см. «Хаей Адам», 24:6). И все же в самых последних поколениях во многих ашкеназских общинах (и в первую очередь, в Земле Израиля) распространился обычай добавлять летом вставку מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу») («Мишна Брура», «Шаар а-Циюн», 114:16). Эту вставку начинают произносить с молитвы Мусаф первого дня праздника Песах (вместо зимней вставки, посвященной дождю). Но в некоторых местах вне Земли Израиля эту вставку по-прежнему не произносят («Ишей Исраэль», 23:26; «Тфила ке-Илхата», 12:27-29/68/). В этих общинах зимнюю вставку произносят не до Мусафа, а «до молитвы Минха первого праздничного дня Песаха», как и указывает р. А. Данциг в книге «Хаей Адам» (24:3; «Сиах Тфила», 20:8:3).

Эта различие в обычаях в ряде случаев приводит к разным законодательным выводам, которые проявляются, в том числе, и в зимний период.

Так, если в сезон дождей человек по ошибке произнес летнюю вставку מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу») и спохватился уже после того, как начал следующее благословение אַתָּה קָדוֹשׁ («Ты свят»), то возвращаться назад не нужно. Ведь слова «Опускающий росу» тоже являются прославление Б-га, а роса бывает в Земле Израиля не только летом, но и зимой («Шулхан Арух», 114:5-6, «Баэр Эйтев», 9, «Беур Алаха», «Эйн»). Однако в общинах, где летнюю вставку не произносят, человек, который в сезон дождей забыл произнести вставку о дожде и уже перешел к следующему благословению, должен вернуться к самому началу молитвы.

К тому же, если человек не помнит, произнес ли он в сезон дождей вставку о дожде, то в местах, где летом говорят מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу»), продолжают молитву дальше (ведь задним числом этой вставки достаточно и зимой). Но в местах, где летом вставку не произносят, там в течение первых тридцати дней с добавления зимней вставки, возвращаются к самому началу молитвы (Рамо, 114:8), ведь там человек, скорее всего, никакой вставки не произнес, как привык делать летом (см. «Хаей Адам» 24:9; «Сиах Тфила», 20:9:5).

А если в летний период человек по ошибке начал произносить зимнюю вставку, но успел сказать толькоמַשִּׁיב הָרוּחַ («Посылающий ветер») и еще не упомянул дождь, то в общинах, где произносят מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу»), можно сразу же добавить וּמוֹרִיד הַטָּל («…и опускающий росу»). В этом нет никакой проблемы, ведь и летом можно прославить Творца за то, что он «посылает ветер».

И если в общине, где произносят летнюю вставку, человек пропустил её, ему не нужно возвращаться назад, ведь произносить эту вставку – только обычай, и есть общины, в которых ее не произносят. Но все же, если он еще не сказал בָּרוּךְ אַתָּה ה’ («Благословен Ты, Г-сподь») в конце благословения, лучше вставку произнести, чтобы не изменять обычаю, принятому в данной общине («Сиах Тфила», 20:8:5-6).

Если житель Земли Израиля, где произносят вставку מוֹרִיד הַטָּל («Опускающий росу»), выехал в летний период заграницу, где летней вставки не произносят, он может по-прежнему следовать своему обычаю. Но если он становится ведущим молитву, он должен говорить так, как принято в той общине. И точно так же, когда житель другой страны, где вставку не произносят, приезжает летом в Землю Израиля, он может следовать там своему обычаю, кроме случая, когда он ведет общественную молитву. А если он хочет, то может, пока он в Земле Израиля, добавлять эту вставку и во все свои индивидуальные молитвы («Алихот Шломо», «Тфила», 8:10).

 

(7) Летние дожди

Как уже упоминалось, в Земле Израиля дожди бывают, как правило, только в зимний период – до праздника Песах. И если в летний период человек по ошибке произнес зимнюю вставку וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («…и проливающий дождь»), он обязан вернуться назад, чтобы исправить свою ошибку – даже если в его стране царит засуха, и «все молятся и постятся ради того, чтобы пошли дожди» («Шулхан Арух», 114:4, «Мишна Брура», 22; «Хаей Адам», 24:6).

Этот закон связан со словами Мишны о том, что, если в Земле Израиля «дожди пошли уже после того, как завершился месяц Нисан (т.е. началось лето) – это знак проклятия (симан клала)». Это подтверждается словами пророка Шмуэля (1, 12:17), который сказал народу Израиля, просившему поставить над собой царя: «Ведь ныне жатва пшеницы, а я воззову к Б-гу, и даст Он гром и дождь, и вы узнаете и увидите, как велико ваше зло, совершенное перед Б-гом, когда вы просили себе царя» (Таанит, 12б). Из этих слов Шмуэля очевидно, что дождь летом, в пору жатвы и сбора урожая, считается наказанием. Ведь дождь побивает созревшие колосья и способствует загниванию зерна.

В связи с этим Раши так и объясняет: «Дожди летом являются знаком проклятия из-за жатвы» – поэтому «молящийся о дожде летом поступает неверно, и он должен вернуться к началу молитвы» (Раши, Таанит, 3б; см. Раши, Шмуэль, 1, 12:17; «Даат Зкеним», Дварим, 11:14). Именно это и имел в виду р. А. Данциг, говоря, что «невозможно прославлять Всевышнего за то, что является проклятием для других мест (т.е. для Земли Израиля)».

Особый вопрос возникает в отношении тех еврейских общин, которые расположены в южном полушарии, где лето совпадает по времени с сезоном дождей в Земле Израиля. В большинстве из этих мест (в Южной Америке, Южной Африке и Австралии) дожди бывают в течение всего года, но большинство дождей – именно летом, когда пора дождей и в Израиле. В наши дни в большинстве еврейских общин этих стран принято, что зимнюю вставку וּמוֹרִיד הַגָּשֶּׁם («…и проливающий дождь») произносят там, как и в северном полушарии, от Суккота до Песаха – т.е., когда в этих странах лето. Но в некоторых сефардских общинах эту вставку не произносят вообще, так как летом, как некоторые считают, дожди в этих странах приводят к болезням и вредят урожаю, а зимой они не нужны в Земле Израиля, где в это время летний период («Пискей Тшувот», 114:7). А некоторые законоучители считают, что в этих странах следует произносить в течение всего года только вставку о росе – чтобы не входить в сомнительную ситуацию, связанную с произнесением зимней вставки «…и проливающий дождь» в летний период («Минхат Ицхак» 6, 171; «Диршу», 114/23/).

В заключение важно отметить, что, согласно мнению, приведенному в Иерусалимском Талмуде, летние дожди в Земле Израиля служат «знаком проклятия» только в тех случаях, если их вообще не было вовремя, в период дождей. Но если дожди уже шли зимой, то и летом они тоже «знак благословения» – симан браха (см. Риф, Таанит, 5б; «Тосафот Йом-Тов», Таанит, 1:7; «Шулхан Арух», 575:7).

Продолжение следует

Перевод и комментарии – рав Александр Кац. Редакция «Беерот Ицхак» сердечно благодарит рава Моше Хенина и издательство «Тора Лишма» за право публиковать отрывки из готовящейся к выходу книги «Хаей Адам».

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

Добавить комментарий