Хафец Хаим — Законы лашон а-ра и рехилут — 6 — Введение — Повелительные Заповеди — Часть 3

Дата: | Автор материала: Хафец Хаим

1142

Повелительные заповеди (продолжение)

(7) Все сказанное выше верно даже относительно разговоров вне Дома учения. Но если человек злословит и говорит рехилут в Доме учения или Доме молитвы, то он преступает также повелительную заповедь (Ваикра, 19:30): «И Святилища Моего бойтесь», ведь наш Дом учения тоже имеет статус Святилища, как это объясняют наши законоучители. И этот стих Торы повелевает нам бояться Того, Кто обитает в Святилище. И потому не ведут там расчетов, кроме связанных с заповедью, например, с кассой пожертвований на бедных и т. п., и тем более запрещены там насмешки и пустые разговоры, и не помогает никакое условие, как сказано в Шульхан Арух (Орах Хаим, 151:11). [Примеч. ред. То есть невозможно обусловить заранее, при строительстве синагоги, что в ней будут разрешены упомянутые разговоры]. И тем более запрещены злоязычие и рехилут – из великого страха перед Всевышним, обитающим там, – помимо отдельного сурового запрета на эти вещи. Ведь если человек ведет такие разговоры, то он показывает этим свое неверие, что Всевышний водворяет Свою Шехину в этом доме, и потому он набирается наглости говорить в доме Царя против желания Царя.

[Примечание автора. И вот что пишет об этом святая книга Зоар, гл Трума: «Горе тому, кто в Доме молитвы говорит о будничных вещах. Горе ему, что показывает он разделение [отрицает единство Творца]. Горе ему, что наносит ущерб вере. Горе ему, что нет у него удела в Б-ге Израиля, – ведь он показывает, что нет Б-га и не пребывает Он там, и нет у него в Б-ге удела. И не боится он Его, и пренебрегает исправлением Высших миров» (совершаемого молитвами)].

И хотя тем, кто постоянно учится в Доме учения, разрешается есть и пить там, как говорится в Орах Хаим, 151:1. Тем не менее, если они оступаются в запрете насмешек, легкомысленных разговоров, злоязычия и рехилута в Доме учения, то преступают повелительную заповедь: «И Святилища Моего бойтесь», помимо запрета на сами эти вещи. Пишет «Маген Авраам» (151:2): «Разве тем, кто учится там, не заповедано быть в страхе перед Святилищем? И разрешено им только есть и пить там в силу необходимости: ведь они учатся там, и если должны будут уходить для еды и питья в другое место, это нанесет ущерб учебе» (см. там). А по поводу обычных разговоров, без насмешек, мудрецов Торы в Доме учения, см. то, что говорится у нас в 3-й части.

[Примч. автора. Поскольку мы говорим сейчас о суровом запрете пустых разговоров в Доме молитвы, добавлю, в чем заключается здесь суть опасности. Бывает, из-за многих наших грехов, что человек начинает говорить о своих делах перед чтением Торы, перемежая этот рассказ, от начала его до конца, злословием и рехилутом. Но до того как он закончит, начинается чтение Торы, и дурное побуждение соблазняет человека не прерываться и закончить злословие посреди чтения Торы. А нередко он сам при этом – уважаемый человек, место которого – впереди, и прегрешение его видно всем. И этим он оскверняет имя Всевышнего при многих, то есть перед десятью и более евреями, и грех его намного больше, чем при обычном осквернении имени, как это объясняется в «Сефер а-Мицвот» Рамбама (Ло Таасе 3, см. там). И также преступает он запрет (Ваикра, 32:22): «Не оскверняйте Мое святое имя».

А теперь посмотрим, сколько же запретов нарушил этот человек.

а) Запрет на злоязычие и рехилут, что само по себе уже включает в себя нарушение немалого числа запретительных и повелительных заповедей.

б) Запрет: «Не оскверняйте Мое святое имя» – перед десятью или более евреями. в) Пропуск чтения Торы. Даже если упустил из-за своих разговоров один-единственный стих или одно-единственное слово – это великий и непростительный грех. Ведь даже о том, кто выходит во время чтения, говорится в Писании (Йешаяу, 1:28): «И оставившие Г-спода сгинут», как сказали наши мудрецы (см. Брахот, 8а). Тем более это относится к тому, кто находится в Доме молитвы, но пустые речи его и злоязычие притягательнее для него, чем слова Б-га живого].

И сколько раз происходит такое в субботу, и грех тогда гораздо больше, чем в будние дни, как объясняют это в наших святых книгах. И много раз происходит подобное этому с людьми, привыкшими разговаривать в Доме молитвы или Доме учения – заканчивать свои истории так же и тогда, когда говорят кадиш, и человек лишает себя тем самым возможности сказать Амен! Йеэ шмей раба… А ведь это – слова чрезвычайно возвышенные, как сказано в Гемаре (Шаббат, 119б): «Даже если есть у (человека) в небольшой мере апикорсут (отрицание основ веры) – прощают ему (на Небесах)». И если человек отвечает не в должное время, а с задержкой, то Амен его называется «Амен-сирота» [оторванный от благословения, на которое он сказан], и от этого будут дети его, не дай Б-г, сиротами. И вот, даже если Амен его задержится только из-за лени, постигнет его это проклятие, как это следует из слов законоучителей И тем более постигнет оно того, кто упустил время сказать Амен! Йеэ шмей раба… из-за злословия или рехилута.

В любом случае человек преступает в это время также четвертый запрет – пустых разговоров в Доме молитвы и в Доме учения. Это великий запрет, описываемый в Шулхан Арухе, как было сказано выше. И еще хуже – в случае злословия и рехилута. Горе и тому, кто говорит, и тому, кто слушает, и Виленский Гаон писал в своем святом послании «Алим ли-труфа» (приведенном полностью в русском переводе книги р. Х. Фридлендера «О воспитании в еврейской традиции», издательство «Беерот Ицхак»), что за каждое высказывание, подпадающее под этот запрет, спускается человек глубоко-глубоко в геином (ад). И невозможно представить себе, какие великие страдания и бедствия претерпевает он за каждое такое высказывание, и ни одно из них не пропадет [не останется без наказания].

Перевод – рав П. Перлов.


http://www.beerot.ru/?p=3850