Врата веры — Десятый и одиннадцатый принципы

Дата: | Автор материала: Рав Шимшон Довид Пинкус

246
смиряющие сердце

Десятый и одиннадцатый принципы

Принцип десятый. Провидение

Провозглашение веры: я верю полной верой, что Творец, благословлено Имя Его, знает все действия людей, и все их мысли, как сказано (Теилим, 33:15): «Создающий сердца всех их, понимающий все дела их».

Принцип одиннадцатый. Награда и наказание

Провозглашение веры: я верю полной верой, что Творец, благословенно Имя Его, делает добро тем, кто выполняет Его заповеди, и наказывает тех, кто нарушает Его заповеди.

Знание и выбор

Десятый принцип заключается в том, что «Творец, благословлено Имя Его, знает все действия людей, и все их мысли, как сказано (Теилим, 33:15): “создающий сердца всех их, понимающий все дела их”». Одна из основ веры — это знание того, что Всевышний знает все наши мысли и все наши деяния.

Необходимо отметить, что это единственный принцип, в провозглашении которого в качестве доказательства цитируется стих из Писания. Я слышал, что это из-за того, что, на первый взгляд, эта основа — то, что Всевышний знает все наши мысли и все наши действия, противоречит следующей основе — «Всевышний делает добро тем, кто выполняет Его заповеди, и наказывает тех, кто нарушает Его заповеди». Она противоречит существованию награды и наказания.

И это хорошо известный вопрос знания и выбора.

Наша вера основана на том, что у человека есть выбор, что человек управляет своими действиями, будь они хорошими или плохими. Он может быть праведником как Моше; с другой стороны, он может быть злодеем как Йеровам бен Нават. То есть, человек может избрать свой путь в жизни. Ведь иначе (как пишет Рамбам в конце «Шмоне Праким»), если бы не было свободы выбора, не могло быть понятия награды и наказания (это одиннадцатая основа). Но в свете десятой основы, возникает вопрос: если Всевышний знает абсолютно всё, включая то, что произойдет в будущем, тогда Он знает, что некто будет праведником. Если так, как у него может быть свобода выбора стать злодеем?

Нет смысла задавать вопросы о вещах, о которых у нас нет представления

Тема, которую мы подняли, — это один из глубочайших философских вопросов. Ответ на него — это то, что пишет Рамбам («Йад а-Хазака», «Законы тшувы», 2:5): «Всевышний не знает знанием, которое существует отдельно от Него, как люди, которые отделены от своего знания; Он же и знание Его едины; и не может человеческий разум постичь это ясно».

То есть, в соответствии с нашими понятиями, знание и выбор действительно противоречат друг другу. По нашим представлениям, понятие «знания» действительно полностью противоречит выбору. Но знание Всевышнего — это знание совершенно другого толка. Всевышний и Его знание едины; Он знает знанием, и это знание — это Он Сам. И, обладая этим совершенством, Он может поступать по Своей воле. Так как знание Всевышнего — это что-то полностью отличное от нашего представления о знании, у нас нет возможности задавать вопросы, связанные с этим знанием. Как можно полагать что А противоречит Б, когда мы не знаем, ни что такое А, ни что такое Б?

Объясним слова Рамбама более простым языком. Знание и выбор противоречат друг другу. Если я точно знаю, что ты сейчас сделаешь, это означает, что у тебя нет выбора. Это противоречие! Но Раавад (великий мудрец и старший современник Рамбама, который написал комментарий к его работе) намекает, что возможно нет противоречия между этими двумя понятиями. Он пытается найти решение этой проблеме. Но Рамбам, который был великим философом, утверждает, что выбор и знание полностью противоречат друг другу.

Рав из Бриска (комментарии к Торе, 47) объясняет стих «Я знаю, что не даст вам царь египетский уйти» (Шмот, 3:19). Знание и выбор действительно противоречат друг другу, как написал Рамбам. Но Всевышний и Его знание едины — и человек не может ясно понять это. В свете этого, стих этот следует понимать следующим образом: «Я знаю» — это Моё знание, знание Всевышнего, «что … не даст вам уйти». Но это не отрицает выбор, ибо это знание, которым может обладать только Всевышний. Если же это будет известно тебе, это уже противоречит свободе выбора. Но знание Всевышнего — это знание совершенно другого рода. Поэтому оно не противоречит свободе выбора.

И это то, что говорит Рамбам. Мы уже объяснили, что знание Всевышнего — это что-то совершенно иное. Следовательно, нет проблемы противоречия между свободой выбора и знанием.

И на этом основывается десятый принцип — «я верю полной верой, что Всевышний … знает все мысли». Это знание наших деяний и мыслей — это не то знание, которое нам знакомо. Это знание «Создавшего сердца всех их, Понимающего все деяния их» (Теилим, 33:15). Это то знание, о котором написано в этом стихе! Это знание Всевышнего, благословен Он, которая радикально отличается от нашего знания. Это знание, основанное на том, что Он сотворил людей и понимает все их деяния.

Нам хватает наших понятий для того, чтобы понять все основы веры. Когда мы говорим, что Он — Творец, мы подразумеваем то, как человек воспринимает понятие «творец». Когда мы сказали, что у Него нет тела и никакого подобия телу, — это тоже каким-то образом воспринимается нами как отрицание тела, подобного нашему телу. Но здесь это не так. Его знание принципиально отличается от нашего, человеческого знания. Ведь если бы Его знание было как наше знание, это противоречило бы следующему принципу — существованию награды и наказания.

Награда и наказание — тоже выше нашего понимания

Даже тот факт, что Всевышний «делает добро тем, кто выполняет Его заповеди, и наказывает тех, кто нарушает Его заповеди» невозможно измерить человеческими мерками. Мудрецы (Бава Кама, 50а) высказывают это очень коротко: «Каждый, кто утверждает, что Всевышний уступчив, уступит свою жизнь» (Раши комментирует: «его жизнь и его тело [как будто бы] станут бесхозными»). Того, кто утверждает, что Всевышний игнорирует хоть малейшую деталь, ожидает наказание, отмеренное мерками Всевышнего. Таково объяснение слов «делает добро тем, кто выполняет Его заповеди, и наказывает тех, кто нарушает Его заповеди». Мы всецело верим в этот принцип.

Когда Всевышний делает добро, то отмеряет его Своей мерой. Однажды Всевышний как будто бы поцеловал нас — «Пусть поцелует меня поцелуями уст своих» (Шир а-Ширим, 1:2 [Как целовал меня прежде — комм. Раши]). Речь идёт о даровании Торы на горе Синай (как объясняет «Мидраш Раба»). И что же мы получили в результате этого поцелуя Всевышнего? «В сиянии лика Своего даровал нам Тору жизни и любовь к милосердию» (молитва «Шмоне Эсре»). Дарование Торы на горе Синай произошло один единственный раз, и не более того. Мы получили «Тору жизни и любовь к добру, и благосклонность, и благословение, и милость, и жизнь, и мир» — а это вечность! Был лишь один поцелуй, но этот поцелуй на веки вечные оделил нас великими дарами.

Но с другой стороны — Всевышний также и наказывает по Своей мере. Попытаемся описать, что такое наказание по меркам Всевышнего. Представим себе отца, бьющего своего сына. Насколько больно от такого удара? Всё зависит от размера и силы руки, которой бьют. Шлепок гиганта Ога, царя Башана — и от сына и мокрого места не останется. А когда Великий делает выговор раз в тысячу лет — это называется «инквизиция», это называется «катастрофа». Понятно, что и долготерпение Его измеряется Его мерками.

Мера за меру

Мудрецы сказали: «У всех евреев есть удел в Грядущем мире… А у этих нет удела в Грядущем Мире: у того, кто утверждает, что в Торе не указано оживление мертвых… Почему же такое [строгое наказание]? Он отрицает оживление мертвых, следовательно у него не будет удела в оживлении мертвых, ибо Всевышний всегда воздаёт по принципу “мера за меру”» (Санедрин, 90а).

Почему все воздаяния Всевышнего следуют принципу «мера за меру»? Что в этом такого особенного?

Принцип «мера за меру» обнаруживается во многих местах. Когда Йитро пришел к Моше и услышал обо всем, что Всевышний сделал для Своего народа, он сказал: «Теперь узнал я, что Г-сподь выше всех богов в том самом, что они злоумышляли против них» (Шмот, 18:11) [т. е., они были наказаны в соответствии с тем, что они замыслили]. Раши объясняет: «думали уничтожить их в воде, и сами погибли в воде». Почему Йитро увидел какое-то особенное достоинство в том, что Всевышний отомстил египтянам именно «мера за меру», причем, в такой степени, что сказал «Теперь узнал я, что Г-сподь выше всех Б-гов»? Именно сейчас он узнал о величии и единстве Всевышнего что-то такое, что до сих пор ему было неизвестно.

Природа вещей такова, что каждый объект действует в предназначенной для него точке. Ко мне обратился один еврей, у которого была определенная проблема. Я сказал ему: я раввин, я не психолог. Я могу ответить тебе по тому, что я знаю. Так Всевышний создаёт вещи: каждую на своём уникальном месте. То, что уникально для Всевышнего — это то, что он единственный; кроме него нет ничего.

Возьмем, например, Амана. Если бы нас спросили, что стоит сделать с Аманом, мы бы сказали: отрубить ему голову! А Всевышний борется с Аманом Своим способом — своим единством. Другими словами, если Аман имеет дело с обыкновенным противником, то у каждой стороны всегда есть своё воинство. Но когда речь идёт о Всевышним, с Его качеством единства, Он не стреляет в Амана. Он воюет с Аманом его (Амана) собственными силами! Ибо Всевышний един, нет никого другого.

И поэтому сам Аман привел Эстер к Ахашверошу — ведь именно он сказал, что следует казнить Вашти. Он сам сделал столб [для Мордехая], на котором его самого потом повесили. Он сам разослал письма, в которых приказал подданным империи приготовиться к этому дню [13 Адара]. И на основании этих писем была провозглашена война с ненавистниками евреев. И то же самое произошло с Фараоном. Фараон собственноручно вырастил у себя дома избавителя Израиля. Он даже платил его кормилицам.

Это и есть единство. Всё принадлежит Ему!

И в этом заключается уникальность качества «мера за меру». Это вещь, которую ни один судья не может сделать. Ибо то, что я сделал тебе, я сделал своими силами, а то, что ты делаешь мне, ты делаешь своими силами. Например, против того, чья сила — это вода, я буду бороться с помощью огня. Я вооружен огнём, он — водой. Но когда речь идёт о Всевышнем, если некто выступает против Него вооруженный водой, Всевышний борется с ним водой, а против вооруженного огнем Он воюет огнем. Благодаря Своему единству, Всевышний борется с обладателем какой-либо силы его же силой.

Всевышний не использует какую-либо другую силу. Ведь если ли Он так поступал, можно было бы подумать, что у кого-то есть сила воды, а у Всевышнего сила огня. Когда мы видим, что «Г-сподь выше всех богов» (Шмот, 18:11)? Когда Он использует ту же силу, что и Его противник.

Трепет перед Всевышним

Как было сказано выше, одна из основ веры — это «каждый, кто утверждает, что Всевышний уступчив, уступит свою жизнь». Всевышний не делает никаких уступок. На любую вещь, даже самую незначительную, даже на одну миллионную часть самой незначительной вещи, есть реакция, соответствующая меркам Всевышнего. И это на самом деле вызывает изумление. Почему настолько важно то, что Всевышний не уступает? А что бы было если бы Он уступал? Как это определяется?

Более конкретно этот вопрос можно сформулировать следующим образом. Известно, что есть несколько образов правления, посредством которых Всевышний управляет миром. На первый взгляд, некоторые из них подразумевают, что происходят уступки. Например, «прощу, кого прощу, и помилую, кого помилую» (Шмот, 33:19). Иными словами, помилование будет даровано даже тому, кто его не заслуживает. Разве это не противоречит тому, что Всевышний ничего не уступает?

Для того, чтобы объяснить это, надо в первую очередь отметить, что есть качество добра и есть качество суда. Авраам был олицетворением качества добра. Ицхак был олицетворением качества суда. Конечно, мы не можем понять своих великих праотцов, но всё же попытаемся объяснить это своими словами. Авраам смотрел на мир, и видел мир добра. Сколько добра делается каждому человеку! От скольких болезней его спасает Всевышний. Его тело функционирует бесперебойно, и он здоров. Воздух, солнце, еда, глаза, уши — всё это нескончаемое добро!

В нашей повседневной жизни миллиарды триллионов деталей милосердия. Как мы произносим в молитве «Нишмат Коль Хай»: «Если бы рот наш был полон песней как море водами, а наш язык — ликованием, как бесчисленны волны морские, а наши уста восхвалением, как ширь небосвода, и наши глаза сияли бы, как солнце и как луна, и будь наши руки распростерты как орлы в небесах, а наши ноги легки, как лани — мы все же не сумели бы возблагодарить Тебя, Г-сподь, Б-г наш и Б-г наших отцов, и благословить имя Твое за одну тысячную долю из тысяч и тысяч несчетного множества раз, когда Ты благотворил нашим отцам и нам». Так Авраам видел мир, и так он сам жил. Он шел по миру, наполненному песнью добра. В каждой вещи он видел добро Всевышнего.

В противоположность этому, Ицхак видел мир совершенно иначе! Он видел мир, с его законами природы, не как инструмент милосердия. К примеру, возьмем стол. Стол начинается в середине комнаты и доходит до стены. Там он заканчивается. Стол собран из множества частей, дерева, клея, болтов. Он покрыт пластиком и покрашен краской. Каждая часть состоит и несметного количества элементов. Что удерживает, что упорядочивает все эти элементы? Авраам, глядя на всё это, видел во всем бесконечное добро. А Ицхак задался вопросом — что удерживает их?

Ответ: трепет перед Небесами. Как сказали мудрецы (Хагига 12а): «Когда Всевышний создавал мир, он расширялся и расширялся как две катушки (которые разматываются и раскатываются в разные стороны) пока Всевышний не осадил и не остановил его. Об этом сказано: “Сотрясаются опоры небес и ужасаются от угрозы Его” (Ийов 26:11)».

«В начале создал Элоким (Б-г)». «Элоким» — это качество суда, качество трепета.

Весь мир существует только благодаря трепету перед Небесами. Мудрецы говорят («Йелкут Шимони», гл. Аазину, пункт 942): «Всевышний сказал Моше: скажи народу Израиля, посмотрите на небо, которое Я создал для вашей пользы. Разве там что-нибудь изменилось? Разве солнце взошло на западе? Ведь сказано (Коэлет, 1:5): “и взошло солнце, и село солнце”. Посмотрите на Землю, которую Я создал… Разве она изменилась в размере? Или может быть вы посеяли пшеницу и сжали рожь?» То, что заставляет солнце ежедневно следовать одной и той же траектории, то, что заставляет все бесчисленные элементы, составляющие наш мир, следовать законам природы, то, что заставляет яблоню выращивать именно яблоки, а не груши, — это трепет перед Небесами. Весь мир держится на трепете перед Небесами. В той же степени, что мир заявляет о добре, он заявляет и о трепете.

Продолжение следует


http://www.beerot.ru/?p=88217