Ценность Торы

Дата: | Автор материала: Рав Гершон Эдельштейн

445
ценность Торы

Миновал Шавуот, однако нам следует сохранить тот духовный подъем, которого мы достигли в Торе, чтобы он продолжался и далее. Для этого надо осознать ценность Торы, прилепиться к которой (то, что называется двейкут ба-Тора) есть высшая ступень, которой может достичь человек, так как Тора важнее всех заповедей.

В главе Насо разъясняются законы назира – это человек, который дал обет не пить вина. Тем самым он приобретает особую святость, так что ему становится запрещено оскверняться тумой мертвых. И даже если он захочет ограничиться только запретом на вино, это невозможно: как только он принимает обет не пить вина, он приобретает такую святость, что теперь ему запрещено оскверняться тумой мертвых.

Уровень его святости подобен уровню Первосвященника, который не может хоронить даже семерых ближайших родственников. Получается, что у человека есть возможность, приняв на себя обет не пить вина и не стричься, приобрести святость назира, сравнимую со святостью Первосвященника. Всего этого он может удостоиться даже без изучения Торы.

Однако человек, занимающийся Торой, стоит на еще более высокой ступени – он важнее самого Первосвященника! Мы находим это в словах мудрецов (Орайот 13а): «Мамзер – если он талмид хахам, то он важнее неграмотного Первосвященника». Потому что талмид хахам стоит на более высокой ступени, чем Первосвященник, и святость Торы выше святости священников. И так во всех областях – двейкут ба-Тора является наивысшей ступенью.

Раши, комментируя главу Беаалотха, приводит рассказ Мидраша о том, что Аарон а-коэн расстроился оттого, что не участвовал с князьями колен Израиля в праздничных жертвоприношениях по случаю освящения Мишкана. Он переживал – почему ему не довелось постичь с помощью руах а-кодеш (особое духовное постижение, на ступень ниже пророчества – прим. пер.) то, что смогли постичь князья, и подобрать жертвы, угодные Всевышнему по этому случаю. Всевышний утешил его: «Жизнью твоей клянусь – ты удостоишься большего, чем они, ведь ты будешь чистить и зажигать светильник», из этого следует, что зажигание светильника – более важная заповедь, чем жертвоприношения князей.

Рамбан спрашивает: почему Всевышний, утешая Аарона, называет ему не самое важное из того, что делал Первосвященник – не воскурения, не служение в Йом Кипур, а только зажигание светильника. Тем более что, как известно, зажигание Меноры не было прерогативой Первосвященника, это мог делать любой коэн. Также требует объяснения и то, что зажигание светильника важнее жертвоприношения князей.

Ответ Рамбан находит в мидрашах, которые объясняют, что Всевышний говорил Аарону не только о заслуге зажигания Меноры в Храме – речь шла также и о свечах Хануки. То есть, в будущем, когда греки запретят учить Тору, намереваясь заставить евреев забыть ее, в заслугу самоотверженности, проявленной домом Хасмонеев, потомков Аарона, Тора сохранится в народе Израиля. Получается, заслуга сохранения Торы восходит к святости Аарона-Первосвященника, о котором говорил пророк Малахи (2:7): «Уста коэна хранят знание, и из уст его будут просить Тору».

Свечи Хануки намекают на Тору, как сказано в Мишлей (6:23): «Ведь свеча – заповедь, а Тора – свет». Можно понимать это так: «свеча» – это подсвечник, или масло в нем, а «свет» – это огонь, который распространяет свет.

Таковы и отношения Торы с заповедями: заповеди подобны светильнику, Тора же сама – огонь, так как она важнее всех заповедей (см. «Нефеш а-Хаим», ч. 4, гл. 30). Поэтому Всевышний и сказал Аарону: «ты удостоишься большего, чем князья» – то есть, свечей Хануки. В этом состоит ответ на вопрос Рамбана: Всевышний утешил Аарона, обещав ему: ты удостоишься того, что с тобой будет связана заслуга сохранения Торы в народе Израиля – а это важнее, чем даже все служение священников в Храме, и важнее, чем приношения князей.

Колено Леви

В конце Законов о шмите и юбилейном годе Рамбам разбирает вопрос, почему левиты не получили надела в Земле Израиля подобно остальным коленам. И объясняет: «потому что они избраны для того, чтобы служить Всевышнему: выполнять различные работы в Храме, наставлять людей на Его праведный путь и учить их Его справедливым Законам, как сказано: «Будут обучать <детей> Яакова Законам Твоим и Израиль – Торе Твоей». Для этого они освобождены от мирских дел, не идут вместе со всем Израилем на войну, не наследуют и не приобретают себе сами ничего. Ведь они – армия Всевышнего, благословен Он, как сказано «Благослови, Всевышний, его (Леви) достаток» (здесь слово хейль используется в значении «достаток», но оно же означает и «войско» – прим. пер.). То есть, Всевышний обеспечивает им пропитание, как сказано: ”Я – твоя доля и твой удел”».

И в этом смысле они подобны солдатам царского войска, которое получает содержание из царской казны, в отличие от обычных людей, вынужденных тяжело работать, чтобы прокормить себя, как сказано: «В поте лица своего будешь есть свой хлеб». Мало того, даже во время отпуска солдаты царя находятся на казенном содержании и не должны заботиться о пропитании. Так и колено Леви: будучи служителями Всевышнего, они находятся у Него на содержании и не должны иметь материальных забот. «Называются ли они Его сыновьями, или только слугами» – Он, благословенный, обеспечит им все необходимое.

Далее пишет Рамбам так: «И не только одно колено Леви, но и любой человек из приходящих в этот мир, которого подвиг дух его и умудрило сознание его отделиться, чтобы стоять пред Всевышним и служить Ему… познавать Всевышнего; [если он] шел путем прямым, как его создал Всевышний, и сбросил с шеи своей ярмо множества расчетов, которыми [обычно] занимаются люди, – такой человек освящается, и становится святым из святых. И будет Всевышний долей его и уделом его навсегда и во веки вечные, и даст ему в этом мире достаточно, как дал Он коэнам и левитам. Ведь Давид, мир ему, говорит: “Господь – доля моя и чаша (участь) моя…”».

То, что пишет Рамбам в этом параграфе, можно ясно увидеть в Талмуде и Мидрашах. Например, то, что он написал «любой человек из приходящих в этот мир, которого подвиг дух его… – такой человек освящается, и становится святым из святых…», разъяснено в трактате Бава Кама (38а), где сказано, что даже нееврей, занимающийся Торой, подобен Первосвященнику. А о его святости написано в Диврей а-Ямим I (23:13): «И отделен был Аарон, чтоб освятить его святостью святости» – и этой ступени святости может удостоиться даже потомок Ноаха, если займется Торой, которая разрешена ему, например, изучением Законов бней Ноах. Вот какова сила святости Торы!

И еще мы находим в трактате Брахот (8а): «С тех пор, как разрушен Храм, нет у Всевышнего в этом мире ничего, кроме «четырех локтей» Закона», то есть, Шхина присутствует только там, где заняты изучением Торы. Получается, что человек, занимающийся Торой, удостаивается присутствия Всевышнего, как это было в Храме! И так писали мудрецы в Трактате Авот (3:6): «Десятеро, которые сидят и занимаются Торой – Шхина находится среди них, как сказано «Б-г является в заседании суда (где мудрецы обсуждают Закон – прим. пер.)»… а откуда мы учим, что даже один, <занимаясь Торой, удостаивается присутствия Б-га> – из сказанного “В любом месте, где упомянут Имя Мое, приду и благословлю тебя…”». Однако мы не находим упоминаний о том, чтобы Шхина являлась человеку во время исполнения заповеди – потому что Тора важнее всех заповедей.

Обязанности сердец

Чтобы использовать преимущества изучения Торы, требуется непрерывность. Ведь все время, что человек занят изучением Торы, он как будто находится в Храме, и Шхина покоится на нем. Однако, когда он прерывает свою учебу, в это время он как будто покидает и Храм, а святость покидает его. Тем не менее, существует возможность не расставаться со святостью, если в то время, когда человек будет заниматься своими материальными потребностями, он станет делать это не ради того, чтобы просто удовлетворить свои нужды, а ради того, чтобы иметь силы учить Тору, – и тогда ее святость будет оставаться с ним постоянно.

Например, приниматься за еду человек должен не потому, что ему захотелось получить от нее удовольствие, а потому что Тора велит ему питаться, чтобы у него были силы изучать и выполнять ее. Однажды некий человек, достигший высокого уровня понимания этих вещей, сидел за трапезой, и кто-то пожелал ему «Приятного аппетита!». «Разве я животное, – отвечал тот, – чтобы есть «для аппетита»? Это лошадь ест для утоления аппетита, мы же едим, чтобы у нас были силы учить и исполнять Тору, а не потому, что нам захотелось».

Настоящая причина, почему надо есть – потому что мы слуги Святого, благословен Он, а слуги царя должны есть, чтобы иметь силы служить ему. Более того, если слуга царя не ест, тем самым он восстает против своего господина – ведь если у него не будет сил, как он будет выполнять его повеления? В советской армии во время второй мировой войны приключилась подобная история – один еврей отказывался есть некошерную пищу, и чуть не был отдан под суд за саботаж. Чтобы отвести от себя обвинения, ему пришлось доказывать, что он все еще полон сил.

Тем более бней Тора должны есть не для удовольствия, а чтобы иметь силы для занятий Торой. И хотя это выглядит противоестественным (ведь в природе человека стремиться к удовольствиям), если вдуматься в вышесказанное еще и еще, постепенно можно будет привыкнуть относиться к еде иначе, а привычка станет уже и натурой.

До сих пор мы говорили о заповедях из разряда «делай», однако в тех случаях, когда имеет место принцип «отдались от зла», как сказано: «Отдаляйся от зла и делай добро» (Теилим, 34:15) – прежде, чем мы обратимся к совершению добра, следует проверить, отдалились ли мы от зла на самом деле. Ведь есть множество грехов, которые легко совершить, оступившись (см. видуй, который мы читаем в Йом Кипур). Кроме того, существует еще и возможность по ошибке совершить поступок, о котором даже не знаешь, что это грех.

Рассказывают, что рав Саадья Гаон часто подвергал себя истязаниям. Когда его спросили, почему он это делает, рав ответил: «Хоть я и не грешил явно, все равно следует делать тшуву». И привел пример – представьте себе человека, который принимает гостя, относясь к нему, как к обычному человеку. И вдруг назавтра он узнает, что принимал на самом деле очень важного человека, – он пойдет к нему просить прощения за то, что не оказал ему соответствующий почет, хоть и получилось это просто потому, что он не знал, кого принимает. Так и в наших отношениях с Творцом – каждый день человек поднимается на более высокую ступень постижения величия Творца. Соответственно, он понимает, что вчера почитал Всевышнего лишь в соответствии с тем пониманием, которое было вчера – то есть недостаточно, и раскаивается в этом.

Нет предела уровням веры и ощущения собственного долга перед Всевышним, и об этом подробно написано в книге «Ховот а-Левавот», в разделах «Бхина» и «Аводат Элоким». В последнем (гл. 5), в частности, написано, что наша душа находится как будто в закладе у Всевышнего за все добро, что Он совершает с ней постоянно. Ведь все силы человека – от Б-га, и каждый вздох делается под Его наблюдением, поэтому душа должна быть готова отдать Ему все, что у нее есть – такова наша вера.

Автор «Ховот а-Левавот» требует от человека высокого уровня чувства веры, однако не зря книга названа «Обязанности сердец» – в ней описаны обязанности нашей души и сердца, так же как в Шулхан Арухе перечислены наши обязанности в области поступков. Известно, что однажды рабби Хаим Соловейчик застал своего сына, рава Ицхака Зеэва, за изучением этой книги, и сказал ему: «Продолжай изучать ее, ведь «Ховот а-Левавот» – это Шулхан Арух идишкайта (настоящего еврейского поведения)».

Но и Шулхан Арух в первой же главе раздела Орах Хаим предписывает человеку собраться с силами, подобно льву, чтобы встать утром для служения Творцу, проявив качество зризут (расторопность). А Рамо там же приводит слова Рамбама из книги «Путеводитель заблудших» о том, что человек должен постоянно осознавать, что находится в присутствии Царя, который видит все его поступки, слышит его слова и даже мысли. Тогда и поведение такого человека будет иным, равно как и его мысли и речи.

Однако постоянно думать только о заповедях, так, чтобы не возникало пустых мыслей, нелегко, и человек может подумать, что эта задача невыполнима, и отчаяться. Но отчаиваться нельзя, ведь только этого и добивается дурное начало, а на самом деле у каждого человека всегда есть возможность повышать свой духовный уровень еще и еще, ступень за ступенью. Каждая хорошая мысль – это уже продвижение вперед, и даже если она кратковременна, она уже освящает того, кто подумал о чем-то угодном Всевышнему.

Это и есть наша жизнь: с одной стороны, мы можем удостоиться великих заслуг, когда занимаемся Торой, и наслаждаемся присутствием Шхины, с другой – на нас возложены и обязанности. Следует радоваться тому, чего мы уже достигли, и надеяться, что мы удостоимся продвинуться дальше в служении Всевышнему. Ведь нет человека, который бы не мог продвигаться вперед и повышать свой духовный уровень, и возраст здесь совершенно не играет роли – даже начав духовную работу в преклонном возрасте, человек может подняться на высокую ступень служения. Любая наша мысль может поменять наш духовный уровень, и нам следует удерживаться от падения и стремиться вверх. И поскольку ни от кого не требуется ничего такого, что превышало бы его возможности, каждый, кто делает все, что ему по силам, – уже достиг совершенства. Мы должны быть счастливы, что понимаем все это и можем выполнить!

Перевод – рав О. Климовский


http://www.beerot.ru/?p=39954