Насо — Да благословит тебя Г-сподь и охранит тебя!

Дата: | Автор материала: Рав Ш. М. Валлах

820
Один юноша подошел к своему духовному наставнику, раву Элияу Лопьяну, и сказал: «Я прошу разрешения начать учиться ремеслу». Специальность он выбрал, связанную со святостью: писать свитки Торы, тфилин, мезузы.

«Зачем?» – спросил рав.

«Я надеюсь вскоре обручиться, — ответил юноша, — женюсь, в добрый час, и мне придется обеспечивать семью, которая вырастет со временем. Хотелось бы иметь профессию, которая будет приносить заработок».

Рав стал допытываться: «А кто тебе сказал, что ты вскоре обручишься? Может, останешься неженатым и сможешь продолжать спокойно учиться?»

Юноша встрепенулся: «Как это? Сказано в Торе: “От Б-га жена – мужу”. Всевышний заранее составляет пары».

«Да, — сказал рав, — но кто сказал, что семья вырастет и у тебя будут дети? Может, вы, не дай Б-г, останетесь бездетными, и тогда тебе будет достаточно стипендии колеля на жизнь?»

Юноша еще больше встревожился: почему это рав «пророчит» ему такое будущее? Ответил: «Ну, Всевышний поможет, и у нас будут дети, зачем думать по-другому?» И добавил: «Я вас прошу, рав: не открывайте рот сатану (не наговаривайте)».

«Все верно, — согласился рав, — но кто сказал, что специальность, которой ты обучишься, будет достаточно доходной? Неужели мало безработных в мире?»

Юноша уже был близок к сердечному приступу: «Зачем так думать, Всевышний поможет, чтобы и заработок был!»

Рав улыбнулся: «Пусть твои уши услышат, что говорят твои уста! Тебе нужна помощь Всевышнего, чтобы найти свою суженую, чтобы родились дети, чтобы найти место работы. И здоровье, и счастье, и что только ни нужно! Но вот именно в том, какой вид заработка выбрать, ты хочешь Ему помочь, хочешь пойти учить именно эту специальность! Лучше продолжай усердно учиться, тем самым привлечешь к себе благословение Свыше, и Он поможет тебе из Своей широкой ладони!»

Это реальная история, и даже конец ее известен: юноша вернулся на учебную скамью, Всевышний помог ему, и он обручился, Всевышний помог – и он женился, Всевышний помог – и у него родились дети, Всевышний помог – и сейчас он занимает важную должность, связанную с преподаванием Торы, и его очень ценят его ученики и члены общины!

Вернемся от истории того юноши к нам. Приведем еще историю. Произошло это лет двести назад. Группа хасидов объединилась, чтобы поехать к праведнику раву Мордехаю из Чернобыля, провести у него Шаббат. Они договорились с евреем-извозчиком, что он отвезет их и привезет. У него только был вопрос: «А где я буду ночевать в Шаббат?» – «Ничего, найдем тебе ночлег», — ответили хасиды. «А где я буду есть?» – «Вместе с нами, за нашим столом!»

Он согласился, приехали в Чернобыль, и все ему было непривычно: вдохновенные молитвы, субботний стол с ребе, удивительная атмосфера третьей трапезы… Сразу после Авдалы он начал торопить своих пассажиров: «Ну, давайте в путь!»

«Подожди, — ответили они ему, — наберись терпения! Теперь мы должны по одному зайти к ребе, чтобы проститься с ним и получить его благословение перед дорогой».

Извозчик вздохнул, делать нечего. «Знаешь, — добавил один хасид, — люди приезжают издалека, чтобы получить благословение. Если ты уже тут, почему бы тебе тоже не зайти к ребе?»

Ну, почему бы и нет? Хасиды объяснили ему, как написать записку ребе, и он тоже встал в очередь.

В итоге все получили благословение, собрались, сели в коляску и отправились в пусть. Извозчик правил лошадьми, а хасиды обменивались впечатлениями. Один восхищался услышанными словами Торы, повторял их, и другие добавляли. Другой вспомнил новую мелодию, и все вместе напевали ее. Третий рассказал, что сказал ему ребе при личной встрече… В общем, каждый со своими воспоминаниями.

Неожиданно послышался голос извозчика: «Хасиды! То, что я получил – никто из вас не получил!»

Пассажиры удивились. А тот стал рассказывать: «Когда я вошел к ребе, я представился: “Я не хасид. Я — извозчик”.

“Хорошо, — сказал ребе, — расскажи мне о своем распорядке дня”.

“Когда у меня есть поездка, или когда нет?” – спрашиваю.

“Когда нет поездки”.

Я отвечаю: “Когда нет поездки, я иду в синагогу, молюсь в миньяне, потом остаюсь после молитвы читать Теилим, ведь у меня есть время. Еще я учу главу Мишны. Потом иду домой завтракать. После этого я иду на рынок – может, попадется какая-нибудь короткая поездка и заработаю пару копеек. Если попалась – хорошо, если нет – я возвращаюсь в синагогу на Минху, Аравит и урок Торы, а потом иду домой – кушать и спать. Вот так я провожу день, когда нет поездки”.

“А когда есть поездка?” – продолжил расспрашивать ребе.

“Ну, это совсем другое дело! Я встаю затемно, чтобы смазать колеса, приготовить себе еду в дорогу и сено лошадям. С первым лучом солнца я уже у заказчика, и мы выезжаем. Когда я останавливаюсь, чтобы покормить лошадей, я бегом молюсь утреннюю молитву, а уж Минху молюсь по пути. Когда я возвращаюсь вечером, я молюсь Аравит, ем и иду спать”.

“Ты мне все рассказал?” – спрашивает ребе.

“Ну да”, — говорю.

“Странно, — говорит ребе, — встает еврей утром, и не говорит Модэ Ани…”

“Ну конечно говорю! И Модэ Ани, и омываю руки, и утренние благословения… Это даже и упоминать не надо!”

“… И еврей идет спать, не сказав а-Мапиль (благословение перед сном)”.

“Говорю, говорю, что я – не еврей?” – я даже обиделся.

“Вот как… Ну, послушай, расскажу тебе одну историю. Был один бедняк, назовем его Мойше, у которого была большая семья. Зарабатывал своим ремеслом копейки, порой приходилось немного брать в долг, с трудом справлялся…”

“Ну, точно как я, ребе!” – воскликнул я.

Он же как будто не услышал и продолжил: “Подросла старшая дочь, и Мойше говорит жене: слушай, скоро сваты будут обращаться, а у нас ни копейки нет дать в приданое…”

“О! Я то же самое жене сказал!” – не выдержал я.

А ребе продолжает: “Жена ему ответила: я уже давно об этом думаю, сердце болит. Что уж сыпать соль на раны… Муж ей: “Не дай Б-г! Я вот, что думаю. Если ты согласишься, я похожу по городам, соберу денег, чтобы выдать дочку замуж…”

“Ни в коем случае!” – ответила жена.

“Почему?”

“Еще мне не хватало: ты себе выйдешь в мир и забудешь, что у тебя есть жена и дети! Дочку пора будет замуж выдавать, а отец – пропал!”

“Не волнуйся, — сказал муж, — я поеду ненадолго. Через год вернусь!”

Жена согласилась. Он отправился в путь, стал собирать деньги. Нелегкое это дело, но люди помогали. Постепенно стала собираться приличная сумма. Мойше стал менять медные монеты на серебряные, серебряные – на золотые, пока у него не собралось три мешочка: один – с золотом, другой – с серебром, а третий – с медными копейками. Тем временем прошел уже почти год, и Мойше направился в сторону своего родного города. В канун Шаббата, за два дня до назначенного срока, он оказался уже в ближайшем к своему городе. Спросил местных евреев, где может провести Шаббат, и ему ответили: “Такой-то богач принимает гостей самым лучшим образом! У него есть специальные комнаты для гостей, и он оказывает им царский почет!” Мойше обратился к этому богачу, и тот радостно встретил его. Проводил в комнату: “Чувствуйте себя как дома!” Мойше остался один, вытянул усталые ноги и хотел было вздремнуть перед началом Шаббата. Но вдруг вскочил, как ужаленный: что делать с деньгами? Он всегда носил мешочки с собой, а по Шаббатам прятал в укромных местах. Но сейчас он в чужом доме. Слуги крутятся везде, другие гости… Никому нельзя доверять! Отправился он к хозяину и спросил, можно ли отдать ему деньги на Шаббат. “С радостью! – ответил хозяин, — я положу их в свой сейф!”

Мойше передал ему свои мешочки и почувствовал, что камень с сердца скатился.

Наступил Шаббат, и он пошел вместе с хозяином в синагогу. Лицо хозяина сияло от радости: святая Суббота пришла! Однако во время молитвы Мойше пришла в голову мысль: а только ли из-за Шаббата хозяин так сияет? Что он натворил, какую глупость совершил! Целый год ходил, собирал копейку к копейке, будущее его дочери на весах, и вдруг – отдал все деньги чужому человеку, и даже расписку не взял! Какое непростительное легкомыслие! Кто бы не радовался, если бы получил в руки такое богатство, не прилагая ни малейших усилий! Мойше уже не мог сосредоточиться на молитве, Кидуш слушал рассеянно, и во время трапезы еда застревала у него в горле. Весь день он был озабочен, и как только Шаббат закончился, поспешил к хозяину: “Можно получить мои деньги?”

То, чего он так боялся, и случилось. Хозяин увильнул: “Ну зачем так торопиться? Давайте сделаем Авдалу, отведаем Мелаве Малка…”

Гость сидел как на иголках. Еле-еле съел кусок хлеба, чтобы выполнить заповедь Мелаве Малка. После Биркат а-Мазон снова спросил: “Э-э-э… деньги можно получить?”

К его удивлению, хозяин ответил: “Конечно! Сейчас принесу!”

Неужели принесет? Хозяин вернулся и протянул ему три мешочка. Мойше облегченно вздохнул. Минутку, а не подменил ли хозяин содержимое мешочков? Дрожащими руками он открыл один за другим, и успокоился: в одном сияли золотые монеты, в другом сверкали серебряные, в третьем блестели медные. Все в порядке.

И тут он понял!

Если бы хозяин отрицал, что получил деньги, Мойше бы такой шум поднял! Весь город бы услышал, что хозяин – вор! Как же он может так рисковать своим добрым именем? Если бы он подменил золотые монеты на медные, гость тоже сразу бы заметил. Так что он сделал? Взял пару монет из одного мешочка, еще горсть – из другого… И думал, что Мойше заметит это только потом, когда уже отправится в путь. Но Мойше его перехитрил! Он точно знает, сколько монет было в каждом мешочке. Он взял мешочек с золотом и высыпал на стол – на глазах у хозяина, чтобы тот не смог отрицать. Лихорадочно пересчитал – все монеты на месте. Ну, слава Б-гу. Теперь высыпал серебряные – пересчитал, тоже все в порядке. Потянулся за третьим мешочком – и почувствовал удар по руке.

Хозяин решительно сказал: “Простите, дорогой гость, хватит!”

Мойше растерянно посмотрел на него, а хозяин продолжил: “Вы думаете – у меня глаз нет? Я ничего не замечаю? Я не видел, что во время молитвы вы не могли сосредоточиться, и во время трапез были озабочены, и не чувствовал, с какой дрожью вы попросили вернуть деньги после Шаббата? Есть тут только одно объяснение: вы подозревали меня в воровстве! Нет-нет, не отрицайте. Но я вас не судил. Эти деньги вам достались большим трудом, и меня вы не знаете, как вы можете мне доверять? Когда я отдал вам мешочки, и вы стали лихорадочно их открывать – я вас понял. Даже когда вы стали срочно пересчитывать золотые монеты у меня на глазах, я не обиделся. Я вас понял. Имеете право успокоить свои опасения. Стали пересчитывать серебро – хорошо. Но мелочь пересчитывать – это уже недостойно! Неужели вы думаете, что если я не тронул ни золота, ни серебра, то я украду у вас пару медяков?!”

“Ну, как ты считаешь, – обратился ко мне ребе, — прав хозяин?”

“Конечно, прав, — говорю, — он же уже доказал, что он желает только добра гостю, что он праведен и честен! Теперь подозревать его – это просто подлость, а уж делать это на его глазах – это задевать его честь!”

“Что ж, — сказал ребе, — давай-ка проверим. Каждый вечер в молитве перед сном ты говоришь: “В руки Твои я вкладываю свой дух”. В руки Творца ты вкладываешь самое дороге – свою жизнь. Потом ты встаешь утром и благодаришь: “Благодарю я Тебя, Царь живой и сущий, за то, что Ты вернул мне мою душу”. Золото тебе вернули в целости и сохранности. Теперь ты начинаешь считать серебро: “Благословен Ты, дарующий зрение слепым” – слава Б-гу, зрение в порядке. “Благословен Ты… освобождающий узников… распрямляющий согбенных… направляющий шаги человека…” – все прекрасно, все работает. Серебряные монеты тоже все на месте. А когда речь доходит до заработка, до “медяков” – тут ты на Него не полагаешься. Не можешь молиться в миньяне и читать Теилим после молитвы, потому что заработок убежит. Обязательно нужно отправляться в путь на заре, молиться как попало по пути… Наши мудрецы сказали: “Тот, Кто дает жизнь – дает и пропитание”. А ты неспокоен: жизнь дал, а пропитание – кто его знает…”

“Так что я пообещал раву, — продолжил извозчик, — что каждый день буду молиться в миньяне! Ну, скажите, верно, что я получил больше всех?”»

Именно эту идею подчеркивает благословение коэнов: знание, что «Я благословлю вас»: «Да благословит тебя Г-сподь и сохранит тебя! Да озарит тебя Г-сподь сиянием Своего лика и помилует тебя! Да обратит к тебе Г-сподь Свой лик и даст тебе мир!»

В этом и заключается различие между благословением Эсаву и благословением Яакову. Эсаву сказано: «Твоей обителью будет плодородная земля, орошаемая небесной росой». Будет – сама по себе, без упоминания Всевышнего. А в благословении Яакову сказано: «Да пошлет тебе Б-г небесную росу и плодородную землю» – знай, что Он посылает! И уж точно не обидит нас, если мы спокойно помолимся в миньяне и добавим в придачу урок Торы!

Перевод: г-жа Лея Шухман


http://www.beerot.ru/?p=51158