Чего боялся Яаков?

Дата: | Автор материала: Рав Игаль Полищук

326
эмет

Когда родился Йосеф, который имел силу побороть Эйсава, Яаков, полагаясь на Творца, был готов немедленно вернуться в Эрец Исраэль. Возвращаясь в Эрец Исраэль, Яаков посылает посланников с дарами Эйсаву. В Мидраш Раба (в самом начале) приводится несколько точек зрения мудрецов (и так же – в святой книге «Зоар») с осуждением нашего праотца Яакова. На языке наших мудрецов эта претензия звучит, буквально, как «потащить собаку за уши». Эйсав спокойно шел своей дорогой и никого не трогал, зачем надо было посылать к нему посланников и напоминать о каких-то давних неразрешенных конфликтах?

Говорится, что Ривка послала Двору, чтобы сообщить Яакову о том, что можно вернуться. Всевышний обещал Яакову изгнание, но обещал также и то, что будет построен Храм; так почему же Всевышний Сам не сообщает Яакову о том, что можно вернуться? Тут есть один из важнейших жизненных вопросов: где граница того, где заканчивается битахон – безусловное упование на Всевышнего, и начинается иштадлут – наши личные попытки спастись от опасности, заработать денег, принять важное решение? В этом вопросе – также претензия наших мудрецов к Яакову: не нужно было посылать посланников к Эйсаву! Нужно было полностью полагаться на Всевышнего, и не делать ничего, пока Эйсав сам бы не пошел к нему навстречу.

Сказал пророк Хавакук: «Праведник верой своей будет жить». У этого стиха есть несколько пониманий. Простое понимание – слово «хаим» означает «жизнь вечную», и, согласно этому объяснению, праведник благодаря своей вере удостоится Будущего мира.

Второе объяснение вытекает из первого, дополняя его: благодаря своей вере праведник удостоится не только вечной жизни в Будущем мире, но и будет жить в нашем мире. Поскольку вера связывает верующего с Творцом, а Он – источник жизни, то праведник удостоится жизни во всех смыслах.

Есть и третье понимание. О фразе «цадик беэмунато ихье» говорит Талмуд в трактате Макот, что Хавакук поставил все 613 заповедей на одну основу: «Цадик верой своей будет жить». Это ни в коем случае не отменяет исполнение всех заповедей! Но основой жизни по Торе должна стать вера праведника – глубокая и абсолютная. Жизнь праведника – следствие его веры. Вера – источник жизни, а жизнь по вере – это основа Торы. Жизнь по вере – это мидат а-битахон, уверенность в Творце (Виленский Гаон). Хазон Иш в книге «Эмуна у-Битахон» пишет о том, что вера – это теория, Тора, а битахон – это практика, то, как человек живет в своей повседневной жизни. В этом видится смысл слов Хавакука: праведник будет жить своей верой – в своей повседневной жизни он будет руководствоваться верой в Творца и Торой.

Тут мы сталкиваемся с очень непонятным моментом. Наши мудрецы высказывают свою претензию Яакову, «избраннейшему из праотцев», в том, что у него недостаточно развит мидат а-битахон! Сказано также: «и убоялся Яаков очень сильно». Чего он боялся? За свою жизнь? А как же безграничная вера во Всевышнего, который его охраняет? Объясняют наши мудрецы, что люди предыдущих поколений, несмотря на обещание жизни вечной, очень и очень ценили земную жизнь: таких возможностей влиять на миры, таких возможностей исправления, как в нашей жизни, ни в какой другой жизни не может представиться! Яакову было чего и за что бояться – у него была совершенно бесценная жизнь! Однако какие были основания у Яакова бояться – ведь Всевышний обещал, что он вернется домой! В трактате Брахот Талмуд отвечает на этот вопрос: грех, пусть даже непреднамеренный, может привести к тому, что обещание не исполнится!

Всевышний обещает хранить и заботиться, но при одном «условии»: если человек отходит от Его воли, то и Его обещание теряет свою силу! Величайший праведник Яаков боялся, не нарушил ли он ненароком, не дай Б-г, волю Всевышнего, даже в самой малости, и не потерял ли он из-за этого охрану Творца!

У нас сейчас нет ни малейшего представления о том, на что была похожа боязнь Яакова, что он что-то нарушил. Для того, чтобы понять это, нам следует открыть книгу «Месилат Йешарим» («Путь праведных»), и почитать в конце книги главы об уровне, который называется «Ират хет» (боязнь греха). Прочитав это, мы лишь немного поймем уровень трепета, о котором идет речь в истории с нашим праотцем Яаковом.

Рав Ицхак-Зеев Соловейчик, Брискер Ров, был известен как величайший праведник – прежде всего, своей Б-гобоязненностью. Он жил в постоянном душевном напряжении, каждую минуту проверяя, не нарушает ли он, не дай Б-г, какую-либо заповедь, и как можно наилучшим образом служить Творцу. Однажды какой-то человек спросил у него: «Почему вы так волнуетесь? Все годы вы прекрасно исполняли заповеди, не оступаясь, практически идеально – почему же вы до сих пор волнуетесь о том, как бы ее не нарушить?» Рав из Бриска спросил на это: «Скажите, вы спите на кровати с бортиком или без?» Тот ответил: «Конечно же без! Я же не могу упасть!» Тогда Брискер Ров спросил: «Скажите, а если бы кровать стояла на краю обрыва, вам был бы нужен бортик?» Ответил человек: «Конечно! Как бы то ни было, а на краю обрыва стоит подстраховаться!» Тогда Брискер Ров сказал: «Для тебя исполнение Торы – как спать на кровати на обычном полу. Для меня же ежедневное исполнение Торы – это все равно, что спать на кровати на краю обрыва».

Также и наш праотец Яаков – находился в постоянном напряжении и самоконтроле. Он боялся, что где-то, на уровне его постижения и осторожности, при всем своем величии, отступил от воли Творца – и сразу потерял все то, что ему обещано. Эта вещь – принципиальная для нас, и нам всем стоит в этом укрепиться.

Есть тяжелые времена, которые свидетельствуют о скором освобождении и приходе Машиаха, которые на языке наших мудрецов называются «хевлей Машиах», буквально – «родовые схватки» перед приходом Машиаха, и это сказано про весь мир! Написано у наших мудрецов, что период этот – очень тяжелый, и нам стоит молиться о том, чтобы для нас он не был очень уж тяжелым. Сказано также о том, как человек может уберечь себя от хевлей Машиах – Торой и гмилут хасадим, то есть изучением Торы и совершением добрых дел. Сказал один из мудрецов в Санедрине: «пусть приходит (Машиах), я не хочу видеть, как он придет». Он боялся этих самых хевлей Машиах! Казалось бы, у этого мудреца есть «гарантия» того, что его не коснутся несчастья – и Тора, и добрые дела, чего ему бояться? Оказывается, он сказал «Я боюсь греха!» Можно сказать, что все то, что человек «зарабатывает» Торой и добрыми делами – это его защита, но если он грешит, то теряет защиту.

Это – тема нашей главы Ваишлах: при всех своих достоинствах, со всей Торой, которую учил Яаков, и при всем том, что он делал – он очень боялся, что какой-то сдвиг, грех приведет к тому, что он потеряет все то, что ему обещано.

Вернемся немного назад в событиях главы. Яаков посылает гонцов к Эйсаву, и говорит им, что надо ему сказать: «С Лаваном я жил (гарти)». Слово гарти (жил) по гематрии равно 613, как количество заповедей Торы, и даже написано теми же самыми буквами. Раши объясняет это так: Яаков сказал тем самым Эйсаву – я жил с Лаваном и исполнял всю Тору, все 613 заповедей (Эйсав, при всех его недостатках, был все же сыном Ицхака, и прекрасно понимал намеки)! Я иду с силой Торы, и тебе стоит меня опасаться – а не наоборот. Лаван – это изгнание Яакова. Яаков посылает Эйсаву сообщение: я выхожу сейчас из галута с исполнением всей Торы! И при всем этом, Яаков все же боялся, что за какой-то грех он потеряет все свои заслуги.

Над словами «им Лаван гарти» можно задуматься еще много раз. Возникает новый вопрос: как такое возможно, что Яаков исполнял все 613 заповедей? Ведь у Лавана у него не было ни Храма, ни Святой Земли, ни других объективно необходимых для исполнения всех заповедей вещей? Более того, прямым текстом мы можем сказать: тем, что Яаков женился на двух сестрах – он нарушил Тору! На второй вопрос у нас есть готовый ответ: поскольку это происходило до получения Торы на горе Синай, и это было действие, угодное Б-гу, то в этом нет проблемы для Яакова. Но как же быть с 613 заповедями, как он мог исполнять их?

Один из ответов – в том, что есть «сила Торы». Есть такие слова: нешальма парим сфатейну – на русском языке можно отразить лишь общий их смысл: у нас есть долги перед Всевышним в отношении жертвоприношений, и мы можем их «выплатить» только устами – тем, что мы будем изучать главы о жертвоприношениях. У каждой заповеди есть два аспекта, и один из них – это Тора: заповедь можно изучать всегда, в любом месте и во все времена. По большому счету, именно «Тора» заповеди – это ее основа, ведь что такое заповедь? Открытие воли Всевышнего, Который заповедовал нам делать так, а не иначе. У нас есть возможность даже сейчас, в наши дни, исполнить всю Тору – тем, что мы принимаем на себя все то, что в ней сказано, даже если сегодня напрямую нас это не касается. Полноценное принятие на себя всех заповедей равноценно их исполнению (Рабейну Йона в книге «Шаарей Тшува»)!

Второе – изучение заповедей равноценно тому, что человек их исполнил.

Третье – со слов Виленского Гаона – эмуна, вера – это основа, и в ней заложены все заповеди Торы. Жизнь по вере, принятие на себя обязанности исполнять волю Творца – это основа всей Торы и эквивалент всей Торы: изучая Тору и принимая на себя ее исполнение, человек как бы фактически исполняет всю Тору. По этому пониманию мы можем по-новому взглянуть на факт того, что Яаков женился на двух сестрах. Зная Закон, но понимая, что Дарование Торы еще не произошло и что Закон еще не имеет обязательной силы, но видя общую идею Торы и стремясь проникнуть как можно глубже в понимание воли Творца, Яаков знал, что для вещей основных, угодных Всевышнему, в данной конкретной ситуации можно и нужно было отодвинуть простое понимание Закона. Именно взвесив на весах Торы, которую он постиг, Яаков смог принять верное решение – и это засчиталось ему равным исполнению всей Торы.

И при всем том, что Яаков шел к Эйсаву с заслугой изучения всей Торы в галуте, он все же боялся того, что какой-нибудь, даже неизвестный ему грех, помешает. Для нас это актуально, как никогда: в нашем поколении множество людей делают множество хороших вещей. Слава Б-гу, мы учимся, делаем добрые дела, помогаем другим! Вопрос только в том, как у нас обстоят дела с опасением согрешить? Например, по Закону, нет запрета прикасаться к мукце (запрещенной для использования вещи) в Шаббат. И при этом разрешении, сказано про Виленского Гаона, что один раз (!!!) он прикоснулся к мукце в Шаббат – и потерял сознание от страха.

Весь окружающий мир оставляет на нас тяжелейший отпечаток – мы привыкли видеть нарушение Торы, и мы видим, что можно жить, и многие люди как бы неплохо живут, совершенно не соблюдая Тору. На этом фоне, может возникнуть ощущение, что жизнь по Торе – это некий мидат хасидут, нечто, что выглядит красивее, лучше, достойнее, но не выглядит необходимым!

Ежедневно читая «Шма», мы напоминаем себе (во второй главе) о том, к чему приводит, не дай Б-г, отход от Торы. Нам всем нужно научиться у Яакова той боязни, которая должна присутствовать в каждом здравомыслящем человеке: чтобы не дай Б-г во все наши добрые дела и изучение Торы не прокрался грех.

Подготовила А. Швальб.


http://www.beerot.ru/?p=51678