Колодец Мирьям в Европе
Рав Шломо Левинштейн
«Властители выкопали ей колодец» (21:18)
В пасхальной Агаде под названием «В шатрах праведников» рассказывается о чудесном появлении колодца, который удостоились увидеть прошедшие концлагеря.
Дело было в конце войны, и даже в лагеря смерти стали проникать слухи, что война заканчивается, и гром пушек, слышавшийся все ближе, разжигал надежду в измученных сердцах.
Люди размышляли, через сколько часов солдаты союзников придут, чтобы освободить их, и смогут ли они дожить до этого счастливого момента. Однако нацисты не желали оставлять свои жертвы. Был отдан приказ выстроиться в колонны, и строй сразу же стал двигаться в противоположном направлении.
Этот поход, который позднее удостоился печального названия «поход смерти», выжимал последние капли жизни из полуживых узников. Они шли часами без пищи и воды, в того, кто падал, немедленно стреляли.
Когда сами немцы устали идти, они объявили остановку на отдых. Вокруг были расставлены охранники, и тысячи изнеможденных евреев упали на землю в абсолютном бессилии. Самой страшной была невероятная жажда. Пересушенный язык почти не поворачивался во рту, в окаменевших головах билась одна мысль: вода, вода, вода…
Одним из узников был человек, который прошел вместе с ними все мучения, но остался не просто человеком – остался святым и возвышенным ангелом: рабби из Цанз-Клойзенбург. «Рабби, — шептали человеческие тени, — мы больше не можем… Нужна вода… Если мы не попьем, не сможем идти дальше, и тогда всех перестреляют… Что делать, рабби?» Рабби услышал это и велел им… начать копать землю. «Это единственные усилия, которые мы можем приложить сейчас», — сказал он людям, которые не поняли, что именно рабби пытается найти в этой сухой, изожженной земле. Сам рабби стал копать слабыми руками, остальные тоже стали помогать ему из последних сил – и произошло чудо! Земля стала влажной, заблестели капли воды. Родник в поле! С удвоенной силой люди продолжили копать, и вскоре все смогли выпить чистой освежающей воды, немного приободриться для продолжения пути.
«Я уверен, — рассказывал рабби позднее, — что в этот тяжкий час нам раскрылся колодец Мирьям».
Перевод: Л. Шухман
