Жизнь продолжается — Факты, послания, свидетельства и чудеса при трагедии в Ар Нофе — Часть 11

Дата: | Автор материала: Рав Даниэль Яаков Травис

1157

Факты, послания и свидетельства очевидцев, а также все те чудеса, которые мы можем осознать после трагедии в Ар Нофе.

Рав Кальман Зеев Левин

Эвед Ашем

Рабанит Хая Левин

У моего мужа была единственная цель в жизни – приблизиться к Творцу и, соблюдая Его заповеди и изучая Его Тору, наполнить наш мир Его светом и любовью.

Мой муж учил меня, что в каждом человеке заложены огромные возможности принести в мир добро, любовь и свет Творца. Всевышний наделил каждого человека способностями, внутренними силами и талантами, свойственными только ему. И задача человека – развивать качества, которые Творец вложил в каждого из нас.

Многие слишком быстро отчаиваются, обращая внимание лишь на собственные недостатки и недостатки окружающих. Часто нам кажется, что необходимо приложить слишком большие усилия, чтобы изменить что-то значительное в нас самих и в нашем мире. Мы не понимаем, что именно наши правильные, пусть и небольшие поступки – это самое важное, то, что меняет наш мир.

Мой муж никогда не сдавался, не отчаивался, он просто продолжал. Один из его друзей сказал о нем: «Мы ведь сидели рядом, на одной скамье в одном бейт-мидраше. Как же он смог настолько обогнать меня…?» Просто он постоянно продвигался вперед, медленно, маленькими шажками, каждый день: еще один лист Талмуда, еще час напряженной внутренней работы над какой-то чертой характера. Если он решал, что должен что-то исправить в своем служении – например, молитву, или произнесение благословений, он сначала как бы разбивал это на множество деталей, и начинал работать над каждой в отдельности. И ему было неважно, сколько времени это могло у него занять, дни или месяцы, пока он не добивался в этом абсолютного совершенства. Только тогда он переходил к следующей детали, к следующему шагу. Он укреплял себя в этой работе, читая книги и статьи на нужную тему, конспектируя их для себя. Он постоянно записывал свое продвижение от одной цели к другой. Мы вместе с ним «разрабатывали» такие проекты – в области еврейского закона и мировоззрения. Он считал, что даже если что-то не получается, нужно продолжать, и тогда ты обязательно достигнешь своей цели. Этот принцип он почерпнул из книг рава Вольбе, которые он регулярно изучал по четвергам.

Один из самых больших подарков, которыми Творец наградил нас – это речь, способность говорить. Речь – это облеченная в физическую форму мысль или чувство, то есть это перевод на материальный уровень нашей духовной жизни. И это создает в нашем мире определенные силы, которые могут быть использованы для положительных целей – для созидания и объединения, или же для отрицательных целей – для разрушения и разделения. В наших силах строить или же разрушать наш мир.

Для моего мужа самым главным аспектом речи была молитва, возможность обращения к Творцу этого мира, а также совместная с товарищем учеба Торы. Для него молитва была удивительной возможностью говорить с Создателем, с Отцом, который так любит нас и ждет, когда же мы обратимся к Нему. Если вам чего-то не хватает в жизни, Кто, как не Всемогущий Повелитель и Царь, может вам в этом помочь? Для Творца нет ничего невозможного, и поэтому мой муж каждый раз обращался с молитвой к Создателю за помощью – и в очень важных вопросах, и в, казалось бы, мелочах. И если все шло как надо, он всегда говорил: оду ла-а-Шем ки-тов – «Благодарите Творца, потому что Он добр».

Если же у него возникала какая-либо проблема, или же он должен был принять какое-то важное решение, он всегда начинал молиться – или своими словами, или читал псалмы царя Давида – Теилим. Если, не дай Б-г, приходила беда, он молился. И если случалось что-то радостное – он тоже молился! Если мимо него проезжал автомобиль «скорой помощи», если кто-то делился с ним своим горем, и он физически никак не мог в этом помочь, он тут же обращался к Творцу с молитвой. Я сама сорок дней ходила к Стене Плача, чтобы вымолить у Творца заслугу выйти замуж за такого праведника, как он!

Он всегда уделял большое внимание сосредоточенному произнесению благословений (с каваной). Что бы он ни делал, он обязательно останавливался и, держа еду в правой руке, начинал произносить благословение, стараясь медленно и сосредоточенно произнести святое Имя Творца и последующие слова Мелех а-Олам – Царь мира. Он действительно испытывал благодарность Творцу за все, что Он нам дает. Он произносил благословение «Ашер Яцар», глядя в молитвенник. И этим он как бы делал необходимое усилие для поддержания своего здоровья. Каждая его молитва также была вот таким усилием.

Рав Левин считал, что речь должна сближать людей, помогать человеку строить себя, поэтому он всегда старался говорить с окружающими доброжелательно и приветливо, и никогда не обрывал никого на полуслове, никогда его слова никого не унижали и не обижали. Он очень не любил, когда людям давали клички, никогда не позволял себе острить, отпускать шутки о каком-то человеке или же об определенной группе людей. Он всегда говорил о людях только хорошее и отказывался слушать, когда начинали рассказывать о других плохое. Он настолько приучил себя говорить только о хорошем, что это стало частью его положительного взгляда на мир, его мышления. Он был таким, потому что он знал, что все мы созданы по образу и подобию Творца, и в каждом человеке живет это внутреннее стремление к добру, только иногда человек запутывается и теряет дорогу. Рав Левин верил в силу добра, он никогда не отчаивался в людях, никогда не переставал доверять своим ученикам, детям и вообще всем вокруг.

Он постоянно повторял законы о злословии (алахот лашон а-ра, изложенные в книге Хафец Хаима) и хотел, чтобы и мы делали то же самое. Он никогда не повторял услышанные от кого-то новости, но только в том случае, если в них было что-то радостное. Он обращался к любому человеку с улыбкой. Он очень следил за своей речью и никогда не отклонялся от правды. Никогда он не открывал секретов, которые кто-то доверил ему. Он вообще никогда никого не обсуждал.

И, наконец, третье, для чего рав Левин использовал свою речь, это изучение Торы. Тора связывала его с Творцом и с его учениками. Тора помогала ему внести ясность в наш мир, приблизить его к Творцу. Все, кто были в Симхат Тора в синагоге «Кеилат Бней Тора», конечно, помнят, с каким воодушевлением он танцевал, помнят его радостное лицо, он был так счастлив и благодарен Творцу за возможность учить Тору, служить Творцу, за счастье жить в нашем прекрасном мире, за все, что Творец дает нам! Все это было для него источником радости. Наверное, неслучайно новомесячье Кислева пришлось на один из дней недели траура, когда мы сидели по нему шива, а Шлошимвыпало на праздник Ханука.

Его Тора и служение Творцу вносили в наш мир свет и радовали всех, кто знал его. И никто и ничто не может погасить тот свет, которым осветили мир рав Левин и другие погибшие праведники. Этот свет принадлежит нашему народу и Машиаху, чтобы он поскорее пришел, в наши дни. Давайте постараемся сделать этот свет еще ярче своими добрыми делами, пусть каждый постарается взять на себя эту особенную заповедь для возвышения души моего мужа: постараемся внести в наш мир еще больше света, исполняя законы правильной речи.

Пусть каждый возьмет на себя что-то конкретное, любую заповедь, которая осветит наш мир после ухода из него моего мужа – рава Левина, да будет имя праведника благословенно.

Жизнь, полностью посвященная служению Творцу

Эспед рава Пелковича

Я бы хотел вам рассказать о том, как я провел «грозные дни» от Рош а-Шана до Йом-Кипура с моим тестем равом Кальманом Левиным. В Йом Кипур мы обычно вместе молились самую раннюю молитву. В этот Йом Кипур я случайно поставил будильник на час раньше, и вместо 4-х часов он разбудил меня в 3. Я решил сразу пойти в синагогу, чтобы не заснуть и не пропустить наш ранний миньян. Я пришел в синагогу за час до того, как началась молитва. Но я не был там первым – меня встретил рав Кальман, который пришел туда до меня.

Меня всегда поражала его молитва в «грозные дни». В Рош а-Шана и Йом Кипур он обычно молился молитву Амида не меньше полутора часов. Рав Элефант, который дает уроки в ешиве Мир в Иерусалиме и живет в Ар-Нофе, сказал, что рав Левин молился в Йом Кипур, как нефеш бли гуф, то есть всей душой – как будто у него вообще не было физического тела. Когда он произносил Видуй – исповедь – он заглядывал в многочисленные молитвенники [в них подробно разобраны разные аспекты нарушений], чтобы исповедь была максимально цельной и подробной.

В прошлом году он сказал мне, что во время Слихот (молитв о прощении) он решил произносить вместе со всеми только один пиют, и потом присоединяться к общей молитве только во время произнесения 13 качеств милосердия Творца, и таким образом выполнить то, что написано в Шулхан Арухе: «лучше молиться меньше, но скаваной, чем больше без каваны».

У рава Кальмана была удивительная способность видеть в людях только хорошее. Он всегда находил, за что похвалить любого человека. Я говорил в шутку, что из его слов невозможно понять, кто в ешиве был студентом, а кто преподавателем, кто из его друзей были обычными аврехим, а кто давал уроки, – настолько искренне он всегда и всеми восхищался. Например, когда в Песах у него сломался холодильник, он вызвал мастера починить его, а затем он перечислил нам целый список достоинств этого мастера: насколько он был точен, и как хорошо он знал свою работу, и как мало он взял за нее денег, и какой он настоящий бен Тора, и т. д.

Стоит также упомянуть, насколько он полностью доверял и подчинялся авторитету мудрецов. Все мы знали, насколько точно он выполнял то, что говорили ему раввины. После его смерти некоторые считали, что его надо хоронить отдельно, а другие с этим не соглашались. Спор закончился тем, что один из сыновей сказал, что папа бы точно сделал так, как решил бы рав Рубин.

Когда у меня родился первый сын, я спросил у рава Каневского, да продлит Б-г его годы, как мне назвать ребенка. Когда я рассказал раву Кальману о том, что рав Хаим выбрал имя нашему сыну, он так обрадовался, что потом две недели рассказывал всем, что «урим ве-тумим» (т.е. Святой Дух постижения) назвали его внука.

Еще одно замечательное воспоминание есть у меня о раве Кальмане. Всегда во время Пуримской трапезы, за десять минут до захода солнца, вся семья читала Теилим. Это время считается особенно благоприятным для молитвы, и после этого рав Кальман обычно молился за больных людей и за девушек, которые не могли найти себе пару.

Вся его жизнь была удивительным сочетанием служения Творцу и любви к народу Израиля. Пусть память о нем поможет каждому из нас выполнить наше предназначение в этом мире.

«И будет это знаком…»

Рав Моше Михаэль Цорен

Недавно мы беседовали с детьми рава Кальмана Левина, жертвы трагедии, которая произошла в Ар-Нофе, да будет имя праведника благословенно. Его второй взрослый сын, свадьба которого была всего пять месяцев назад, рассказал нам удивительную историю:

«В Шамгаре [в Иерусалиме – место, где готовят умерших к погребению] после того, как я опознал тело отца, ко мне подошли люди, которые занимались папой до того, как я приехал, и сказали мне, что у них есть для меня сюрприз. Я не понял, о чем они говорят. Тогда один из них протянул мне пакет, в котором были тфилин отца.

“Тфилин всех остальных жертв пришлось хоронить вместе с убитыми, так как они были в крови, но тфилин твоего отца остались чистыми, целыми и невредимыми, на них не было ни капельки крови”».

Ремешки пришлось похоронить, но сами тфилин остались незапятнанными.

Сыновья рава Левина рассказали, что их папа, рав Кальман, говорил, что он никогда не говорил о будничных делах в тфилин: «Он вообще почти никогда не говорил о будничном, а тем более, когда он накладывал тфилин!»

Перевод – Н. Патлас


http://www.beerot.ru/?p=14090