Жизнь продолжается — Факты, послания, свидетельства и чудеса при трагедии в Ар Нофе — Часть 9

Дата: | Автор материала: Рав Даниэль Яаков Травис

1171

Факты, послания и свидетельства очевидцев, а также все те чудеса, которые мы можем осознать после трагедии в Ар Нофе. Рав Кальман Зэев Левин, благословенна память о праведнике. Молитва, достойная подражания

Рав Азриэль Ойербах

В это трагическое утро мы потеряли четыре праведные души, которые были выдающимися во всем: и в Торе, и в молитве, и в милосердии. Наши мудрецы учат нас, что когда душа покидает тело, раздается звук, который слышен во всем мире, от одного его конца до другого. Рассказывает мидраш, что однажды один из амораим сказал своим друзьям: «Вы слышали этот звук? Это мой брат Пинхас поднялся в будущий мир!»

Когда душа покидает наш мир, этот звук проникает в самое сердце. Насколько же глубоко ранил наши сердца уход этих четырех святых праведников?! Народ Израиля еще не пришел в себя от этой ужасной трагедии! В тот день содрогнулась вся земля Израиля, даже если мы не почувствовали, не поняли в тот момент, кого мы на самом деле потеряли. Теперь, когда уже прошло несколько недель, мы начали понимать, насколько тяжела наша утрата, какие драгоценные души покинули наш мир.

Спрашивают мудрецы: «Кого можно назвать бен олам а-ба?» И отвечают, что мы можем узнать это по тому, что говорят о человеке после его смерти (Шаббат, 153а, и Раши там). Теперь, когда мы узнали так много удивительных вещей о жизни этих четырех праведников, мы понимаем, насколько выдающимися людьми они были, и у нас нет сомнения, что это были бней олам а-ба, то есть те, кто удостоился жизни в будущем мире.

Рассказывают наши мудрецы (Мидраш Кала Рабати, 6), что пророк Йешаяу говорил о том, что праведники страдают за грехи своего поколения. А рав Йоси добавляет, что люди этого поколения говорят, что праведник поплатился за свои собственные грехи. Но пророк Йешаяу настаивает на том, что это неправда, ведь на самом деле праведники берут на себя грехи всего поколения.

«Хидушей а-Рим» (рав Ицхак Меир Алтер из Гур) так объясняет слова пророка Йешаяу: «Ушел праведник, и никто не обратил на это внимания». Если люди считают, что он умер за свои собственные грехи, то его уход – это настоящая потеря для всего народа. Но если мы можем многому научиться у этого праведника, и понимаем, что его забрали из этого мира за наши грехи, то его уход – это не только потеря, но и возможность для нас по-настоящему раскаяться и приблизиться к Творцу.

Написано в Торе (Дварим, 28:15-68), что среди 98 ужасных наказаний, которыми Творец может наказать народ Израиля за его грехи, есть и такое: Ве-ифла Ашем эт макотеха – «И обрушит Б-г на тебя удары великие, страшные и непостижимые» (там же, 28:59).

Объясняет Нецив из Воложина (рав Нафтали Цви Йеуда Берлин), что каждое наказание, которым Творец наказывает нас, – на самом деле это добро, это Его урок «мера за меру», это Он сам говорит с нами, и Его слова мы должны понять и исполнить. Очень грустно, когда случается что-то, и мы не понимаем, почему это произошло, ведь пути Творца скрыты от нас. Слово ифла подразумевает, что после того, как сбудутся все эти ужасные проклятия, мы так и не поймем, почему это случилось, и что нам нужно делать, – то есть это для нас останется тайной – пеле.

Говорит пророк Йешаяу (29:14): «Я поражу их афлей вафеле». Это сказано о смерти праведников. Много лет спустя пророк Ирмияу употребит слово с тем же корнем, описывая разрушение Иерусалимского Храма (Эйха, 1:9): ва-тейред пелаим – «[город] пал чудесным образом». Почему пророк Йешаяу описывает смерть праведников словами афлей вафеле, используя корень пеле дважды, тогда как пророк Ирмияу использует слово с тем же корнем только один раз для описания разрушения Храма?

Нецмв объясняет, что, используя выражение афлей вафеле, пророк Йешаяу имел в виду, что пеле (тайна), связанное со смертью праведников, – еще больше, чем пеле, которое происходит при разрушении Храма. Сейчас мы были свидетелями самого большого пеле – на нас обрушилось несколько смертей, и мы не в состоянии это понять. Значение этой трагедии скрыто, спрятано от нас за семью замками – и мы не можем выучить урок «мера за меру», который Творец послал нам.

Именно об этом говорил пророк Йешаяу (29:13-14): «Народ этот устами своими и губами своими чтил Меня, а сердце свое отдалил от Меня. Поэтому Я опять накажу его афлей вафеле (совершенно необъяснимым образом)». Мы недостаточно ценили этих праведников при их жизни, мы не учились у них, пока они были живы, поэтому теперь мы должны учиться у них после их смерти. Но настоящее, глубинное значение этого наказания останется от нас совершенно скрытым.

Однако все-таки какие-то моменты мы можем понять. Если мы глубже всмотримся в эту ужасную трагедию и попытаемся представить себе, как это произошло, возможно, мы сможем осознать то, что Творец хотел нам этим сказать, хотя, конечно же, не до конца. Эта трагедия затронула не только одного человека, или же одну семью – это было трагедией для всех нас, для всего нашего народа во всем мире. Этих святых праведников любили все, они были выдающимися людьми, настоящими еврейскими мудрецами, наполненными Торой и трепетом перед Творцом.

Это ужасное событие произошло во время молитвы. Давайте попытаемся рассмотреть происшедшее, и как с этим связана личность рава Кальмана Зэева Левина. Он был олицетворением слов Царя Давида «Я – молитва» (Теилим, 109:4). Он был человеком молитвы. Он просто был не в состоянии молиться Шмоне Эсре меньше получаса, у него была особенная связь с молитвой.

Наши мудрецы осуждают тех, кто не придает должного значения молитве, ведь молитва – это высший уровень мироздания. Для рава Кальмана Зэева молитва была способом приближения к Создателю, она связывала его с Творцом.

Может быть, именно этого хочет от нас Творец: чтобы мы услышали звук выходящей из тела души, звук, который раздается от одного конца мира до другого, и чтобы этот звук пробудил наши души, и мы почувствовали, что такое настоящая молитва, молитва рава Кальмана Зэева Левина.

Он был человеком, очень тесно связанным с Торой, всегда стремился учиться, но и молился он так, что было видно, как изливается его сердце перед Творцом.

Написано в «Нефеш а-Хаим» (2:1), что слова бехоль левавхем у-вехоль нафшехем («всем сердцем и всей душой») относятся к молитве, потому что молитва – это и служение сердцем, и служение душой – готовность посвятить всего себя, без остатка, Творцу. Недостаточно вкладывать сердце в молитву – мы должны попытаться вложить в молитву Творцу и нашу душу, то есть всю нашу сущность.

Написано в Торе (Берешит, 24:63), что Ицхак вышел беседовать в поле, и объясняют наши мудрецы, что это означает, что он вышел молиться. Выражение ласуах – беседовать – обозначает молитву. Когда человек молится, он должен представлять себе, что он разговаривает с Творцом, точно так же, как если бы он говорил со своим близким другом.

Один великий человек рассказал, что он пошел посмотреть, как молится Хафец Хаим. Издалека он не увидел ничего особенного в его молитве. Когда же он подошел ближе, он увидел, что Хафец Хаим просто разговаривает с Творцом – и в этом была вся его молитва.

Мы должны постараться, чтобы и наши молитвы стали похожи на молитвы Хафец Хаима. Теперь, когда рава Левина забрали от нас, мы должны приложить усилия, чтобы вкладывать и сердце, и душу в нашу молитву.

Сказано в Торе, что после того, как Адам был сотворен, он стал живой душой (нефеш хая), и объясняет Таргум, что это означает, что он был наделен способностью говорить. А святая книга Зоар уточняет, что у него появилась возможность молиться. В молитве заключен смысл и назначение нашей речи. Поэтому, объясняет Раши (Берешит, 2:5), Творец не посылал на землю дождя, пока не был сотворен человек, который мог бы помолиться о дожде. Рав Кальман был святым человеком, он не только старался следить за своей речью и не говорить лашон а-ра, но и вообще использовал свою речь только для самой высокой цели – для Торы и молитвы.

Мудрецы уподобляют молитву хаей шаа – временной, проходящей жизни, а изучение Торы – хаей олам, то есть жизни вечной (Брахот, 10а). Рав Шимшон Пинкус, цитируя рава Хаима Виталя, говорит, что люди прошлых поколений приближались к Творцу с помощью изучения Торы. Однако сейчас, когда поколения опустились на более низкий уровень, в дни перед приходом Машиаха, мы можем приблизиться к Творцу только через молитву. Это дорога, по которой мы можем дойти от нашего времени – иквета де-Машиха – то есть, времени перед приходом Машиаха – к его приходу. Мы можем преодолеть этот путь только с помощью молитвы и, конечно же, благодаря раскаянию – тшуве.

Мудрецы учат нас, что перед тем, как раби Элазар умер, он сказал своим ученикам: «Уважайте друг друга, и каждый раз, когда вы начинаете молиться, подумайте, перед Кем вы стоите. Так вы научитесь молиться как следует».

Настоящая молитва требует подготовки. Тот, кто вбегает в синагогу посередине молитвы и старается изо всех сил «догнать» свой миньян, на самом деле не молится по-настоящему. Хасиды прошлых поколений проводили часы, занимаясь особенной подготовкой, перед тем как они начинали молиться (Брахот, 30б). В наше время мы тоже можем постараться улучшить нашу молитву. Если мы сосредоточимся на этом, это станет частью нашего служения сердцем, и, конечно же, это приведет к поднятию души погибшего праведника.

Завтра, в то время как мы будем произносить Слихот (покаянные молитвы) 10 Тевета, мы скажем: «Из-за того, что мы следовали за тобой бе-кери [то есть с равнодушием, как бы без особенного желания, автоматически], за это мы были наказаны». Рамбам (Илхот Таанит, 1:3) объясняет, что означает это «равнодушие»: если происходит трагедия, и мы говорим, что это случайность, что так всегда происходит в мире, этим мы проявляем жестокость – ахзариют. Все мы, те, кто жили рядом с этими великими праведниками, должны усвоить урок, который мы извлекли из этой страшной трагедии. И в память о раве Кальмане Левине начать работать над своими качествами, и постараться улучшить нашу молитву.

Перевод – Н. Патлас


http://www.beerot.ru/?p=13247