Маалот а-Тора — Об авторе этой книги

Дата: | Автор материала: null

942
Маалот а-Тора

Об авторе этой книги

Рав Авраам родился в Вильно в 5482 (1722) году. Он был вторым сыном в семье после первенца Элияу – Виленского Гаона, который появился на свет двумя годами раньше (всего в семье было пять сыновей).

О жизни рава Авраама известно не очень много.

После женитьбы он несколько лет жил с семьей в своем родном Вильно. Был одним из казначеев благотворительной кассы города.

В один год перед праздником Суккот в Вильно не было этрогов, необходимых для выполнения заповеди арбаат а-миним («вознесения четырех видов растений»). А когда все же появился единственный продавец, он затребовал за свои плоды баснословную сумму, которой у мудреца, посвящавшего всё свое время и силы изучению Торы, безусловно, не было. Тогда жена рава Авраама предложила заложить их дом и на вырученные деньги купить этрог. Так они и поступили. Но после праздников дом пришлось продать, потому что денег на выкуп не было.  Семья покинула Вильно, и рав Авраам принял на себя раввинские обязанности в одном из еврейских городков литовского края.

Но и после этого он периодически ездил в Вильно, чтобы учиться у своего великого брата – Гаона.

В книге «Маалот а-Тора» («Величие Торы») он приводит восемь толкований и объяснений, услышанных им от брата (в том числе, в самом начале книги – см п. 1). Как правило, он предваряет это цитирование словами: «Я слышал от моего брата, Гаона рава Элияу». Некоторые из этих восьми высказываний Виленского Гаона сохранились лишь в этой книге.

Но и сам Гаон один раз тоже упоминает открытие, сделанное равом Авраамом при изучении Торы (см. «Хидушей алахот ле-Агро», Шаббат, 6б).

После 5535 года (1775) года рав Авраам, которому уже было за пятьдесят, стал даршаном, наставляющим общину в городе мудрецов Торы Шклове.

По свидетельству современника, основное содержание его драшот было направлено на то, чтобы «возвратить народ Б-га к Торе и тшуве». Он стремился приобщить как можно больше евреев к серьезному изучению Торы, следуя, в частности, совету Виленского Гаона. На вопрос одного известного даршана о том, какой теме следует, в первую очередь, посвятить свои выступления, Гаон ответил так: «Говори о Торе, ведь в ней заключено и всё остальное».

Книга рава Авраама «Маалот а-Тора» составлена в значительной степени на основе этих его драшот, и поэтому в ней можно услышать его живой голос.

После нескольких лет, проведенных в Шклове, рав Авраам был приглашен занять место раввина в городке Раголе. С тех пор его стали называть рав Авраам Раголер (т.е. «из Раголе»).

На протяжении всех этих лет он непрерывно учился. Его путь постижения Торы был близок к подходу Виленского Гаона. Рав Авраам считал, что «чем объяснение проще и ближе к прямому смыслу – пшату, тем оно ближе к истине». И именно через ясное и глубокое понимание простого смысла лежал для него и «путь к постижению сокровенных разделов Торы – дерех а-сод». 

Рав Авраам был выдающимся знатоком тайных разделов Торы (Торат а-нистар), и он написал кабалистический комментарий к талмудическому трактату Мегила. В книге «Маалот а-Тора» он также приводит множество отрывков из святой книги «Зоар» и из учения великого кабалиста Аризаля (не случайно один из ближайших последователей Виленского Гаона рав И.-А. Хавер написал к книге «Маалот а-Тора» кабалистический комментарий).

Его учеником в области тайных знаний был выдающийся законоучитель и кабалист рав Элияу Раголер, автор книги «Яд Элияу».

Рав Авраам был предельно отдален от мирских интересов и дел. В зрелые годы он обрел уникальную духовную свободу и независимость от жизненных обстоятельств – в том числе и от денег. По свидетельству современника, он «презрел жизнь этого мира и прилепился к жизни вечной». Все его помыслы были сосредоточены на глубоком изучении Торы, и она была для него основным источником жизненной силы и великой радости.

«Если бы я прожил тысячу раз по тысячи лет, и тогда бы у меня было недостаточно времени, чтобы отблагодарить Творца за каждое мгновение, которое Он дает мне, чтобы я мог прилепиться к Торе», – говорил рав Авраам своим близким. 

Он часто повторял слова псалма (118:17): לֹא אָמוּת כִּי אֶחְיֶה  (Ло амут ки эхъе – «Не умру, а буду жить»), поясняя: «В ту минуту, когда я не занимаюсь Торой и выполнением заповедей, я совершенно мертв. А когда я жив, т.е. занимаюсь Торой и заповедями, я прошу Всевышнего, чтобы я и оставался живым».

«Я настолько ослаб физически, что трудно понять, каким образом поддерживается во мне жизнь, – признавался он своим близким в годы наступающей старости. – Но я убежден, что меня поддерживает в живых та великая радость и наслаждение, которое я испытываю при глубоком изучении Торы». 

В целом, он стал живым воплощением слов великих мудрецов прошлого, приведенных в его книге «Маалот а-Тора».

Вместе с тем, он был всецело устремлен к будущему, всем сердцем ожидая скорого конечного избавления. Хафец Хаим передавал предание о том, что у рава Авраама даже была приготовлена особая праздничная одежда, в которую он собирался облачиться для встречи Машиаха, и сам Хафец Хаим тоже перенял этот обычай.

Современники часто называли рава Авраама «а-хасид ми Раголе» – «благочестивый из Раголе». Виленский Гаон, которого тоже называли «благочестивым», со свойственным ему исключительным смирением объяснял: «Я слышал, что меня называют хасидом, но это не так. Я не подпадаю под это определение – ведь я просто выполняю то, что постановили законоучители древности и последних поколений, а это – обязанность каждого человека из народа Израиля. Название хасид подходит моему брату раву Аврааму, который, действительно, благочестив во всех своих делах». 

Гаон говорил о своем младшем брате, подчеркивая его совершенную цельность и абсолютную сосредоточенность на самоотверженном служении Творцу: «он душа без тела». 

Достигнутое равом Авраамом внутреннее духовное величие отражалось даже на его внешнем облике. Рассказывают, что в годы старости он во время поездки оказался на постоялом дворе, где в то время остановился и высокопоставленный русский офицер со своими ординарцем и денщиком. Их комнаты разделяла лишь довольно тонкая стена из досок. Хозяин постоялого двора – еврей – предупредил офицера, что в соседней с ним комнате остановился святой праведник – «человек Б-жий», и попросил не причинять ему неудобств. Всю ночь рав Авраам учился, нараспев произнося слова Торы, а затем, с рассветом, начал молиться. Под утро офицер не выдержал постоянного «пения» на непонятном ему языке и послал своего денщика, чтобы тот попросил старого еврея замолчать или, по крайней мере, «петь» шепотом. Денщик зашел в комнату мудреца, но, пораженный его величественным видом, сразу же убежал. Офицер решил, что у денщика просто разыгралось воображение из-за того, что им рассказали про особую святость этого старика. Назвав денщика «наивным простаком» и «безумцем», офицер послал с тем же поручением ординарца, но и тот, увидев рава Авраама, сразу же убежал. «Ну и глупые у меня слуги!» – раздраженно вздохнул офицер и сам отправился в комнату старика. Увидев величественного старца, закутанного в талит и с тфилином на голове и руке, высокопоставленный офицер в трепете выбежал из комнаты, как до этого его слуги. «Если бы я не увидел сам, в это просто невозможно было бы поверить!» – рассказывал он потом о своей краткой встрече с подлинной святостью.

Рав Авраам сохранял тесную связь со своим старшим братом – Гаоном – на протяжении всей жизни. 

Его сын рав Гершон (автор книги «Аводат а-Гершуни», в которой объясняется Шир а-Ширим) был близким учеником Гаона и получил от него раввинское посвящение. А его внук рав Шломо-Залман (от другого сына – рава Элияу) учился из уст Гаона скрытым разделам Торы – хохмат а-нистар, и, по свидетельству близких, Гаон «любил его всей душой».

Когда в праздник Суккот 5658 (1797) года раву Аврааму сообщили о смерти старшего брата, он не показал никаких признаков скорби или даже печали, ведь в праздник заповедано радоваться. Но как только завершился последний день осенних праздников – Симхат Тора, он, не в силах справиться со своим горем, упал в обморок. В течение многих дней он скорбел, подавленный пережитым потрясением.

В последующие годы, когда ему уже было более семидесяти пяти лет, он и написал книгу «Маалот а-Тора» (во всяком случае, ее окончательный вариант).

В книге собраны основные высказывания мудрецов (в основном, из Талмуда, мидрашей и святой книги Зоар), посвященные важности серьезного изучения Торы. Почти все источники автор цитировал по памяти, и небольшие расхождения с общепринятым текстом были устранены впоследствии издателями и редакторами.  

Сам автор со свойственной ему скромностью утверждал, что в его книге «почти нет новых открытий». Но на самом деле она полна новых объяснений и постижений – в том числе, и приведенных от имени Виленского Гаона. 

Книга предназначена не для однократного поверхностного прочтения, а именно для серьезного изучения – чтобы ее слова вошли в сердце.

Автор советовал своим сыновьям и внукам перечитывать его рукопись «хотя бы раз в месяц, чтобы в их сердцах усиливалось желание изучать Тору и возрастала любовь к ней». Более того, он подчеркивал, что «основная польза» при чтении его книги «будет именно от повторного изучения». «Если хорошенько повторять ее, чтобы ее слова стали привычными для уст, и вдумываться в них, – писал он, – … это поможет преодолеть происки дурного влечения, которое стремится увести человека от серьезных занятий Торой».   

В этой книге автор постарался передать своим потомкам и всем будущим поколениям сынов Израиля свою всепоглощающую и самоотверженную любовь к Книге книг, вышедшей из уст Творца мира.

Для самого автора изучение Торы было не только выполнением самой важном из заповедей, но и в буквальном смысле эликсиром жизни. По словам одного из внуков, рав Авраам, который совсем не отличался крепким здоровьем, «существенно удлинил свою жизнь именно любовью к Торе, и благодаря ей перешагнул далеко за восьмидесятилетний рубеж».  

В годы глубокой старости он потерял зрение. Но и тогда, как и прежде, с его уст сходили новые открытия в Торе, и он по памяти постоянно изучал Талмуд, мидраши и святую книгу «Зоар», которые знал наизусть.  

В конце жизни рав Авраам переехал в город Нойштат на границе с Пруссией, где его сын Элияу был раввином общины.

Несколько недель перед смертью, в период своей последней болезни, он переживал мучительные страдания, и тем не менее, от него не слышали даже стона. Один раз его сын Элияу не выдержал при виде искаженного болезнью тела отца и заплакал, сокрушенно причитая: «Горе мне, что я вижу тебя таким!» «Почему ты плачешь, когда Всевышний, да будет Он благословен, удостоил меня великим даром, – успокоил умирающий мудрец сына. – Если бы у меня были силы, я бы танцевал, радуясь тому великому благу, которым наделил меня Б-г через эти страдания!» (ведь он знал, что страдания искупают). И он не переставал радоваться до своего последнего часа.

Рав Авраам Раголер был призван в Небесную Ешиву весной 5567 (1807) года. Ему было 85 лет. 

Многие его потомки стали авторитетными раввинами и большими знатоками Торы. В частности, одним из его внуков (сыном дочери) был рав Элияу Левинзон, прозванный рав Элинке Картингер (по названию города, где он жил) – ближайший ученик и сподвижник рава Исраэля Салантера, зачинателя движения Мусар. Среди прямых потомков рава Авраама был также рав Авраам Камай, раввин белорусского городка Мир и глава основанной там ешивы, которая стала знаменитой.

За свою долгую и плодотворную жизнь рав Авраам Раголер написал много книг, среди которых комментарий на Пятикнижие и на Свиток Эстер, а также книги по кабале. Но из всех его многочисленных рукописей была опубликована только эта – «Маалот а-Тора». Остальные рукописи хранятся у его потомков, которые пока отказываются их издавать. По одной из версий, сам рав Авраам еще при жизни завещал не печатать ни одной из своих книг, кроме «Маалот а-Тора».

Первое издание книги было осуществлено через двадцать лет после смерти автора, около 5588 (1828) года. Авторскую рукопись подготовил к изданию его правнук рав Моше (внук его сына, рава Элияу), и он же написал предисловие к первому изданию (обычно его называют «предисловием внука»), которое стало богатым источником сведений об авторе книги.

Книга была с радостью принята сначала в среде знатоков Торы в литовском крае, а затем и во всем еврейском мире. Она выдержала много изданий. Ее очень ценил основатель движения Мусар рав Исраэль Салантер, который советовал своим близким «повторять книгу “Маалот а-Тора” очень много раз», но не механически, а «повторять ее хорошенько, углубленно изучая ее слова». Он утверждал, что слова автора этой книги «будто вышли прямо из уст Всевышнего».

Эту книгу высоко ценили и часто цитировали и другие великие наставники, основавшие движение Мусар: глава знаменитой ешивы в Кельме рав Симха-Зисл Зив (Саба ми-Кельм), рав Ицхак Блазер (р. Ицеле Петербургер) и машгиах ешивы Мир рав Йерухам Лейвович.

Когда Хафец Хаим, возвратившись после Первой Мировой войны в Польшу, обнаружил там духовное запустение, то в числе самых первоочередных дел он постарался заново издать книгу «Маалот а-Тора», так как знал, что именно она способна побудить людей к серьезному изучению Торы.

Хафец Хаим также цитировал эту книгу в своих основных произведениях – таких как «Шмират а-Лашон», «Шем Олам» и др.

В годы Второй Мировой войны, когда ученики ешивы Мир оказались в далеком Шанхае, они издали для себя самые главные и самые необходимые им книги – среди них была и книга «Маалот а-Тора» (она была там издана даже дважды).

Великий глава поколения в земле Израиля рав Я.-И. Каневский (Стайплер) тоже горячо советовал своим близким изучать книгу «Маалот а-Тора», чтобы обрести сильное влечение сердца к изучению Торы.

Один из выдающихся мудрецов нашего поколения, знаток сокровенных разделов Торы рав Э. Вайнтруб рекомендовал своим ученикам в ешиве «изучать книгу “Маалот а-Тора” рава Авраама, брата Виленского Гаона, так как она обладает великой силой вселять в сердца жажду к Торе». Он советовал «проучивать книгу заново каждый месяц», как заповедал сам автор своим потомкам, и тогда, как это уже испытано знатоками Торы нескольких поколений, «сердце наполниться жаждой Торы». По его словам, эта книга способна «полностью изменить отношение человека к Торе». Вдумчивый читатель этой книги «увидит совершенно иную Тору» – бесконечно глубокую и живую.

Читатель откроет для себя Книгу книг, которая поддерживает существование всех миров.

Он откроет для себя Тору, изучение которой искупает все грехи (см. ниже – предисловие автора этой книги).

Он увидит Тору, которая приводит человека к максимально возможному совершенству и дарует близость к Творцу.

Книга «Маалот а-Тора» во многом перекликается с четвертой главой знаменитой книги ближайшего ученика Виленского Гаона – рава Хаима Воложинера, которая была написана позже, но вышла в свет чуть-чуть раньше, в 5584 (1824) году. Оба эти труда преследуют общую цель – пробудить сердца евреев к постоянному и углубленному изучению Торы, «возвратив корону на ее прежнее место», т.е. вернув Торе то первостепенное положение, которое она и должна занимать в еврейском мире. 

Теперь книга рава Авраама, брата Виленского Гаона, впервые переводится на русский язык. Подстрочные комментарии к ней составлены на основе двух изданий: книги «Ор Тора» («Свет Торы») рава И.-А.  Хавера и обстоятельного комментария, приведенного в новом издании «Маалот а-Тора», который вышел в свет в Иерусалиме в 5776 (2017) году.

Мы хотим, чтобы искренние слова автора этой книги дошли до вашего сердца.  

 продолжение следует


http://www.beerot.ru/?p=43097