Томер Двора — Глава четвертая (продолжение) — Сфира бина (разумение)

Дата: | Автор материала: Рав Моше Кордоверо

966

Тора заповедовала нам следовать путями Всевышнего. Это означает, что в своих действиях мы должны уподобляться поведению Творца по отношению к Его творению. Всевышний создал мир, постоянно поддерживает его существование и влияет на него с помощью десяти Сфирот. Книга «Томер Двора» объясняет их и учит нас, каким образом уподобиться Творцу, следуя путями Его, в соответствии с каждой из них.

В четвертой главе автор разбирает действие сфиры бина и то, как человек должен функционировать по ее примеру. В начале этой главы автор объяснил, что человек достигает качества бина, когда совершает тшуву, то есть кается в своих злодеяниях и возвращается к Творцу. Сила тшувы выходит за рамки этого мира, так как позволяет исправить то, что было испорчено в результате греха.

Каким образом человек может приучить себя к качеству бина?

Если бы Каин раскаялся, вернулся к Творцу и исправил себя, то злой умысел Адама, в результате которого он породил Каина, «гнездо мерзости», был бы зачтен ему в заслугу, в силу правила «сын приносит заслугу отцу» (Санедрин, 104). Но он не захотел раскаяться, и поэтому оттуда проистекает вся Левая Сторона (все зло). Однако все ее ветви в будущем будут услащены и вновь исправятся, за счет того, что человек, который культивировал в себе зло, исправляет его и возвращает к добру. Поэтому человек очищает злое начало и трансформирует его в добро, и оно укореняется в добре свыше. В этом – достоинство Тшувы, и пусть человек ведет себя в соответствии с этим, и каждый день размышляет о ней и раскаиваться и исправляет что-то, чтобы все его дни были в раскаянии.

Если бы Каин раскаялся, вернулся к Творцу и исправил себя, то злой умысел Адама, в результате которого он породил Каина, «гнездо мерзости», был бы засчитан ему в заслугу, в силу правила «сын приносит заслугу отцу»

[Из слов автора следует, что если бы Каин всецело вернулся к Творцу, то тем самым исправил бы грех своего отца Адама.

Автор написал в книге «Ор Якар» (חי״ד קח): «Когда у человека есть порядочный, благопристойный и праведный сын, который при жизни занимается выполнением заповедей, его отца в высшем мире несметно вознаграждают светом, исходящим от заповедей, выполненных сыном. Благодаря сыну, отец наслаждается». Известно, что мудрецы называют сына «ногами отца» в грядущем мире. Причина этого заключается в том, что в грядущем мире человек называется «стоящим», ибо он уже не может продвинуться духовно, занимаясь Торой и заповедями. Но если его сын исполняет Тору и заповеди, то это засчитывается в заслугу также и его отцу. Получается, что отец духовно растет и приближается к Творцу за счет действий своего сына. Сын «продвигает» отца в ситуации, в которой отец сам продвинуться не может, и поэтому мудрецы назвали его «ногами» отца. Причина в том, что сын совершает хорошие и богоугодные дела благодаря тому добру, которое в него вложил отец. Поэтому отец имеет прямое отношение к добрым делам, которые делает его сын.

Здесь автор рассматривает ситуацию, когда сын унаследовал у своего отца силы зла и из-за них согрешил. Потом он раскаялся и вернулся к Творцу из любви к Нему, и приложил великие усилия к изучению Торы и выполнению заповедей, и его грехи превратились в заслуги. Автор утверждает, что в этом случае сила зла, которую сын получил от отца, становится на службу раскрытия славы Творца. Следовательно, раскаяние сына засчитывается также его отцу, и грехи отца тоже превращаются в заслуги. И хотя сам отец не смог исправить то, что испортил при жизни, его деяния может исправить сын.

После недолгого размышления, этот вывод из слов автора вызывает изумление: ведь это совершенно не похоже на случай, когда сын увеличивает заслуги праведного отца! Пользуется полученными от отца положительными качествами для добрых дел, сын в определенной степени продолжает и развивает то, что начал отец. Поэтому неудивительно, что результаты его добрых дел имеют отношение и к отцу, и рассматриваются не только как заслуги сына, но и как заслуги отца.

Случай, когда раскаявшийся грешник превращает свои былые прегрешения в заслуги, тоже понятен: этот человек полностью преодолевает густоту созданной им самим тьмы. Наполняющая его нечистота мешает ему, но он превозмогает ее влияние и вырывается к свету. Кроме того, осознание пагубности греха помогает ему отдалиться от него с удвоенной силой. Таким образом, этот человек исправляет те раны, которые он сам нанес свей душе.

Ситуация, о которой говорит здесь автор, не похожа ни на первый, ни на второй случай. Здесь идет речь о человеке, который оставил своему сыну дурное наследство, вырастил его во власти греха и не вложил в его руки инструмента, который бы помог ему преодолеть тьму. Этот человек так и скончался не раскаявшись. Его сыну удалось обнаружить свет благодетели вопреки своему воспитанию и вопреки качествам, которые он унаследовал от отца. На первый взгляд, его действия не имеют к отцу никакого отношения. Наоборот, сын вернулся к свету Торы, порвав со своим дурным наследием. Каким же образом его действия могут помочь его отцу? Как могут действия одного человека повлиять на заслуги другого?

Это можно объяснить двояко:

1. Так как в отце лежит источник, из которого проистекает сын со всеми своими силами и возможностями, то исправление сына рассматривается не только как его собственная заслуга, а также засчитывается как доброе дело отца.

2. Более глубокое объяснение слов автора: исправление сына – это не просто заслуга отца. Полноценная Тшува, совершенная сыном – это исправление корня души, общего для отца и сына. Поэтому тшува сына также исправляет грехи его отца. И если бы Каин совершил полноценную тшуву, то тем самым смог бы исправить грех Адама. – примечание главного редактора]

Еще один взгляд на исправление поступков одного человека другим высказывает рав Элияу Элиэзер Деслер в приведенной ниже статье («Михтав ми-Элияу», том III, стр. 85).

Михтав ми-Элияу

Обязанность оказывать духовную помощь ближнему

Мы уже объяснили, что все, что дается человеку в этом мире, дается ему лишь на временное пользование. И он обязан использовать свое достояние в качестве инструмента для выполнения воли Творца. А тот, кто использует его в своих личных интересах и занят только собственными наслаждениями, в Небесном Суде рассматривается как присваивающий чужое.

И это в той же мере относится к духовному богатству, которое человеку удалось приобрести: оно не является его безраздельной собственностью. Скорее, это достояние дается ему на временное пользование с тем, чтобы он применил его на благо народа Израиля. И хотя <сказали мудрецы в трактате Брахот, 33б:> «все предопределено заранее, кроме богобоязненности» (все, что связано с физическими и умственными способностями человека, его материальным благополучием и т. п., предопределено заранее и мало зависит от его поведения; его истинным приобретением может считаться только его моральный и духовный статус, который действительно зависит от приложенных им усилий; мудрецы назвали его одним словом, «богобоязненность»). С другой стороны, сказано (Шаббат, 104а): «тому, кто пришел, чтобы очиститься, оказывается помощь». То есть, только за то, что человек пришел, даже если он еще ничего не сделал, ему уже дается поддержка. И каждый раз, когда человек «открывает в своем сердце лазейку размером с кончик иголки», ему открывают огромные ворота великой помощи Небес. Получается, что даже свои истинные приобретения, то есть, приобретения в области духа, он в основном получает даром. И если он не готов использовать их, чтобы делать добро и наделять ими нищих духом, то с точки зрения Высшего Закона, он присваивает то, что ему не принадлежит.

Каким образом праведник может поделиться своими заслугами с другими? Для этого он должен чувствовать, в каком душевном состоянии находятся злодеи. Ведь грешники – это самые несчастные из людей! Он должен в полной мере осознать их бедственное положение, их духовную нищету, и с разбитым сердцем молиться, чтобы они раскаялись и вернулись к Творцу; или, по крайней мере, просить, чтобы на Небесах к ним отнеслись благосклонно, и чтобы они спаслись от полного забвения. И если это действительно настолько важно для него, что все его заслуги ничего не стоят для него по сравнению со спасением души одного из грешников. Если он от чистого сердца ощущает, что не сможет получать удовольствие ни в этом мире, ни в Мире Грядущем, если один из них получит полагающееся ему наказание. Если он готов отказаться от всей награды, которая ожидает его в грядущем мире только для того, чтобы эти грешники спаслись от собственного злодейства – тогда он сможет достичь совершенства в духовном благодеянии. И это качество было у Моше, как написано (Шмот, 32:32): «И вот, не простишь ли Ты грех их? Если же нет, то вычеркни и меня из книги Твоей, которую Ты писал». Молитва, вознесенная с такой готовностью на самопожертвование, несомненно, принимается.

О том, что необходимо заботиться о духовном благосостоянии других, известно из Мишны и из Гемары (Макот, 11а). В мишне говорится, что когда умирает первосвященник, то тот, кто совершил непреднамеренное убийство и из-за этого был вынужден уйти в изгнание в один из городов-убежищ, возвращается домой. (По закону Торы, человек, который по небрежности убил кого-либо, подлежит наказанию за свою халатность, которая привела к столь трагическим последствиям.) И из-за этого матери первосвященников снабжают изгнанных в города-убежища едой и одеждой, чтобы те не молились о смерти их сыновей. Гемара спрашивает: «в чем провинились первосвященники, почему они умирают из-за молитвы изгнанных»? И отвечает: «Они должны были молить Всевышнего о милости к своему поколению, и не молили». <Гемара приводит пример того, что праведник несет ответственность за все, что происходит вокруг него.> «Как например случай, когда на расстоянии трех парсаот (12-14 км) от места, где находился раби Йеошуа бен Леви, какого-то человека съел лев. И тогда пророк Элиягу не являлся к нему в течение трех дней». То есть, праведники несут ответственность за то, что происходит с людьми в их поколении, в их окружении, ибо праведники должны молиться за них.

Молитва праведника исправляет изъяны

Любое несчастье, которое происходит в мире, происходит из-за того, что (Шмот, 21:13) «Б-г подвел ему под руку», как это объясняет комментарий Раши: «О чем говорит здесь Писание? О двух людях, один из которых убил человека неумышленно, а другой совершил преднамеренное убийство. В обоих случаях не было свидетелей, которые могли бы дать показания, поэтому первому не пришлось уходить в изгнание, а второго не приговорили к смерти. Всевышний делает так, чтобы они оба оказались в одном трактире. Тот, кто убил умышленно, сидит под лестницей, а тот, кто убил непреднамеренно, в то же самое время по этой лестнице поднимается. Лестница падает, и второй падает на первого и убивает его. Так как на этот раз свидетели были, и они дали показания о том, что произошло, на этот раз второму приходится уйти в изгнание. И получается, что <каждому Всевышний воздал по справедливости:> тот, кто убил неумышленно, был вынужден уйти в изгнание, а тот, кто убил преднамеренно – был умерщвлен». Получается, что убитый заранее был приговорен к смерти Небесным судом, а убийца был приговорен к изгнанию. И <приговор был исполнен> по принципу (Санедрин, 8а) «злое дело делается с помощью виноватого».

Теперь требуется понять, каким образом такая ситуация может измениться из-за молитвы первосвященника. Каким образом он может отменить наказания, к которым люди уже были проговорены за совершенные ими преступления? Объясняется это вот как. Все наказания, которые даются человеку с Небес, предназначены для того, чтобы исправить грехи. Каждый грех приводит к сокрытию славы Всевышнего, <так как противоречит Его воле>. Исправить его можно, раскрыв славу Всевышнего там, где она была сокрыта. Когда злодеев постигает заслуженное ими наказание, раскрывается справедливость суда, который Всевышний вершит над миром. И это исправляет сокрытие славы, которое произошло в результате греха. В результате, сам грех исправляется – ведь благодаря этому греху, раскрылось Высшее правосудие. И это называется «управление посредством качества суда».

Молитва праведника о благополучии грешника, с помощью которой праведник стремится сделать грешнику добро, является великим и чрезвычайно возвышенным раскрытием славы Всевышнего. Ибо каждый раз, будучи поставлен перед выбором между добром и злом, человек выбирает добро, происходит раскрытие славы Всевышнего. А выбор сделать добро ближнему при таких обстоятельствах (то есть, с полной самоотдачей молиться за отъявленного негодяя) – это еще более возвышенное раскрытие, <чем просто совершение правильного выбора между добром и злом>. И так как причиной, по которой этот выбор был сделан, послужили грехи злодеев – ибо именно из-за них праведник осознал необходимость сделать доброе дело и помолиться за тех, кто эти грехи совершил –эти грехи исправляются благодаря молитве. Ведь именно из-за них в месте, где раньше царило сокрытие, проявилась слава Творца. И теперь злодеи не нуждаются в том исправлении своих грехов, которое достигается наказанием за них. Когда Всевышний выполняет просьбу праведника и спасает грешника от результатов его собственного злодейства, вновь возникает великое раскрытие, так как сердце праведника переполняется признательностью к Творцу, когда он видит Его бесконечное милосердие. Таким образом, молитва праведника может помочь ближнему – ибо она становится инструментом, с помощью которого праведник растет в осознании великого милосердия Всевышнего и в признательности к Нему. И таким образом молитва раби Меира за то, чтобы его соседи-хулиганы раскаялись, помогла им. Всевышний перенес их выбор между добром и злом на более высокий уровень.

Смерть первосвященника искупает

Если праведник мог стать причиной такого раскрытия и таким образом исправить грехи своего поколения, но не сделал этого, то Небесный суд признает его ответственным за те несчастья, которые преследуют грешников, когда качество суда взимает с них. И тогда может оказаться, что сам праведник тоже заслуживает смертного приговора за то, что не сделал добро, как подобало ему. И на своем уровне, из-за того, что он предпочел все свои заслуги оставить при себе, он рассматривается как человек, который присвоил чужое имущество. Ведь он не в достаточной степени ощущал, что «все сыны Израиля несут ответственность друг за друга», и поэтому не делился своим духовным уровнем и своей праведностью с ближними и не молился за них с полной самоотдачей. И когда по этой причине <Небесный суд> приговаривает праведника к смерти, вновь раскрывается слава Всевышнего, Который судит праведника особенно строго. (В отличие от земного суда, Небесный суд судит каждого человека в соответствии с его духовным уровнем. Чем большего уровня человеку удается достичь, тем строже критерии, по которым оценивают его поступки.) И великое милосердие Всевышнего раскрывается, ибо становится очевидно, что Он заботится даже о злодеях и наказывает праведников, рабов Своих, за то, что те не пожелали вознести молитву за грешников. И это раскрытие тоже исправляет изъян, который произвел злодей, когда согрешил. И из-за того, что его грех стал причиной таких раскрытий, качество суда перестает преследовать грешника. На этом основан закон, по которому совершивший непреднамеренное убийство имеет права вернуться из изгнания после смерти первосвященника.

Мишна в трактате Макот (11б) сообщает нам еще один интересный закон: «Если первосвященник умирает после того, как совершившему неумышленное убийство был вынесен приговор, он не должен уходить в изгнание». Это высказывание наталкивает Талмуд на вопрос: «может быть только тому, кто уже ушел в изгнание, смерть первосвященника искупает грех, а тому, кто в изгнании еще не был, не искупает?». Талмуд отвечает: «Разве изгнание искупает <неумышленное убийство>? Нет, смерть первосвященника искупает неумышленное убийство!». Из этого следует вывод, что смерть первосвященника может самостоятельно исправить грех, даже без того, чтобы грешник перенес наказание изгнанием. И еще написано в мишне (там же): «Но если первосвященник умер до того, как суд вынес приговор совершившему неумышленное убийство, и вместо него уже назначили другого первосвященника, то приговоренный не возвращается из изгнания пока не умрет второй (новый) первосвященник. И Талмуд спрашивает: «а тот, которого помазали в это время (после того, как убийство уже произошло) что мог сделать? (Ведь на момент убийства он еще не был первосвященником. Чем же он причастен к этому убийству?)». Талмуд отвечает: «ему (первосвященнику) следовало молиться, чтобы суд оправдал его (убийцу), а он не молился».

Это вызывает изумление: получается, что первосвященник должен умереть за то, что не молился, чтобы судьи ошибочно оправдали этого человека? В действительности, это следует понимать следующим образом. Если бы праведник молился за грешника, и благодаря его молитве, грехи этого злодея были бы исправлены, как мы объяснили выше, тогда с точки зрения Небесного суда он уже не подлежал бы наказанию. Ему не требовалось бы уходить в изгнание, чтобы исправить свой грех. В такой ситуации, Небесный суд делает так, чтобы судьи земного суда нашли какую-нибудь причину оправдать этого человека. Ибо в этом смысл того, что сказано (Теилим, 82:1): «Б-г присутствует в общине Б-жьей, среди судей судит Он», – Всевышний дает судьям понимание и управляет ими так, чтобы они вынесли единственно правильное решение, которое соответствует абсолютной и сокровенной истине, известной только Свыше. И именно это называется דין אמת לאמיתו, (буквально «воистину истинный приговор») – есть истинный приговор, а есть приговор, вынесенный на более высоком уровне истинности, а именно «воистину истинный приговор».

Мы обсудили, сколь велика обязанность делать добро как в материальном, так и в духовном аспекте, и что такое «духовное обирательство», наказуемое смертью. Мы также узнали, каким образом молитва праведника помогает его ближнему, даже если он злодей.

(Лондон, 1938. Эта статья является частью «Эссе о благодеянии» («Кунтерс а-Хесед»). На рукописи автор записал: «Эти мысли были высказаны в глазной клинике в Лондоне, после того, как я перенес операцию. Мой сын записал их с моих слов, четверг 17 Сивана 5698 (16 Июня 1938). Так как они мне чрезвычайно дороги, переписываю их слово в слово».)

Редакция «Беерот Ицхак» выражает признательность раву Цви Вассерману и издательству Швут Ами за право пользоваться переводом книги «Томер Двора». Примечания редактора основаны на книге рава Аарона Довида Гольдберга «ве-Алахта би-Драхав» и на книге рава Бен-Циона Эпштейна «Акдамот у-Шеарим».

Подготовил рав Б. Набутовский.


http://www.beerot.ru/?p=11860