Ховот а-Левавот. Врата посвящения — Искушения дурного начала

Дата: | Автор материала: Рабейну Бахае бен Йосеф Ибн Пакуда

1331

РАЗДЕЛ ПЯТЫЙ (продолжение). Начало здесь.

А теперь приступим к объяснению примеров, относящихся ко второй части идей и доводов, приводимых дурным побуждением [о том, что заповеди, которые человек торопится исполнять, на самом деле являются необязательными], и это позволит нам понять прочие возможные вещи подобного рода. И человек будет остерегаться всего этого, с Б-жьей помощью, благодаря обретённому знанию. Ведь в мире нет блага, у которого не было бы «врагов», вредящих ему, и человек, который познакомился с вещами, наносящими ущерб его делам, сумеет остеречься, однако тот, кто знаком лишь с благом, не сможет избежать ущерба из-за множества упомянутых источников вреда.

Один благочестивый человек, бывало, наставлял своих учеников: сначала изучите зло, чтобы отдалиться от него, а после этого изучайте добро и делайте его, как сказано в Писании: «Вспахивайте [вначале] пашню – и не сейте по колючкам» (Ирмияу, 4:3).

Сказал раби Йоханан бен Закай по поводу обмана посредством неверных мер и весов: «Горе мне, если расскажу [о приёмах мошенников; но также] горе мне, если не расскажу! Если расскажу – быть может, научу моими словами обманщиков [обманывать ещё больше]; если не расскажу – быть может, скажут обманщики: мудрецы Торы не знают наших приёмов» [ибо если бы знали, тоже занимались бы обманом] (Бава Батра, 89б). Далее спрашивают (там): рассказал он в конце концов или не рассказал? И отвечают: рассказал! Из какого стиха в Писании вывел он своё решение об этом? Из следующего: «Ибо прямы пути Г-спода; праведные пройдут по ним, а грешники споткнутся на них» (Ошеа, 14:10).

Во всех вопросах, приведенных ранее в этой части книги, в которых дурное побуждение пытается посеять у человека сомнение, в случае, когда оно не преуспевает в этом, оно продолжает вести с ним спор посредством доводов и изощрённых доказательств, чтобы увести его от истины. Но если человек сумеет увидеть никчемность и слабость подобных доводов, то дурное побуждение не сможет противостоять ему и не сможет увести его от тех истин, в справедливости которых он убедился и уяснил их себе на основании сказанного ранее в этой части книги. И тогда оно вновь будет соблазнять человека и вводить его в заблуждение, говоря следующее.

Я испытываю большую радость за тебя, за твою твёрдую веру и за то, что сердце твоё всецело принадлежит Б-гу! Ведь ты достиг такой ступени праведности, какой не достиг никто другой в твоём поколении! И ты уже более чем достаточно возблагодарил Творца за доброту и благодеяние Его! Не стоит ли теперь тебе исполнить в какой-то мере свой долг также и перед людьми? Ведь тебе известно, что в них – причина и хорошего, и плохого, что постигает тебя, и ясно, что если они будут довольны тобой – тебе это будет во славу, тогда как их гнев – в ущерб тебе! И потому старайся ублажать их и нравиться им, как сказали наши мудрецы, будь благословенна их память: «Того, кого любят люди, любит и Всевышний» (Пиркей Авот, 3:10).

Но ты ответь ему так. Что мне пользы ублажать того, кто слаб, подобно мне, и кто не в состоянии ни принести мне пользу, ни причинить ущерб? Ведь сказано: «Оставьте [упование ваше] на человека, жизнь которого – в [дыхании] ноздрей его; что значит он?» (Йешаяу, 2:22). И даже если бы я был к тому обязан, разве смог бы сделать так, чтобы мною было довольны все люди моего поколения? Ведь я не в состоянии сделать этого даже для своих домочадцев, тем более – для остальных людей!

А приведённые тобой слова наших мудрецов, относящиеся к обсуждаемому вопросу, не обязывают нас добиваться благорасположения всех людей. Смысл их тот же, что и в словах завещания одного мудреца, обращённых к сыну: «Сын мой! Удовлетворить желания всех людей – свыше твоих сил; вместо этого старайся исполнять желания Творца, и Он сделает тебя желанным людям, как сказано: “Если угодны Г-споду пути мужа, то и врагов его примирит Он с ним” (Мишлей, 16:7)». И потому, когда мы видим человека, такого, что все, от мала до велика, признательны ему и восхваляют его, и желанны для них его дела, то это доказывает, что Б-г благословенный посеял любовь к нему в их сердцах и даровал ему доброе имя среди них, а ведь Творец не делает такого для ненавидящих Его; это – великое и явное свидетельство, что тот человек желанен Творцу. Но стараться и усердствовать ради того, чтобы люди хвалили тебя за служение Б-гу, – это не в обычаях благочестивых.

Итак, остерегайся этого и подобного этому, борясь с искушениями дурного побуждения, ибо оно старается увлечь тебя на этот путь, пока не попадёшь в ловушку угодничества.

И отвечай ему на его восхваления в твой адрес так. Что за польза мне от твоих восхвалений, что я, мол, знаю свои обязанности перед Б-гом? Ведь это – лишь повод обвинить меня в том, что я не исполняю своих обязанностей перед Ним соответственно моим знаниям! И даже если бы я исполнял их соответственно своим знаниям, разве было бы это достаточной благодарностью Творцу за самое малое из благ, дарованных Им мне? И что дни моей жизни в сравнении с множеством дней мироздания; их всех не хватит, чтобы рассказать о благодеяниях, изливаемых Им на меня, – и чем смогу я отплатить за них Б-гу? Ведь сказано в Писании: «Всякая плоть – трава, и всякая милость её – как цветок полевой» (Йешаяу, 40:6), и сказали наши мудрецы: «Если я не [позабочусь] о себе, то кто [позаботится] обо мне? Но если я [забочусь] о себе самом [исполняю заповеди] – тем не менее, чего я стою [ведь я всё равно не исполняю даже малой доли возложенного на меня]? И если не сейчас [делать всё это] – то когда [ведь я не знаю, что ждёт меня завтра]?» (Пиркей Авот, 1:14).

Когда дурное побуждение потеряет надежду соблазнить тебя приведенными выше рассуждениями, оно попытается использовать для этой цели любовь [которую люди обычно питают] к похвалам и доброму имени в этом мире. Оно скажет тебе.

Я радуюсь твоему служению Б-гу, тому, как ты полагаешься на Него и делаешь во имя Его все свои дела, и тому, что ты изгнал из своего сердца все мысли о пользе, которую могут принести тебе люди, ибо веришь, что она может исходить от одного только Творца, и ты полагаешься на Б-га искренне и от всего сердца. Но неразумно с твоей стороны скрывать от людей ту высоту, которую ты обрёл в благочестии. Для тебя было бы правильным, поскольку ты овладел собой и преодолел свои вожделения, представить взору людей свои дела, раскрыть перед ними своё сердце. Тогда ты получишь от них почести в этом мире и удостоишься доброй памяти и доброго имени среди них, как сказано: «И дам Я им в доме Моём и в стенах Моих память и имя лучшие, чем [та память, которую хранят о человеке] сыновья и дочери» (Йешаяу, 56:5), и также сказано: «И сделал Я тебе имя великое, как имя [людей] великих на земле» (Шмуэль 2, 7:9). А ещё – пусть люди учатся на делах твоих, и получишь за это награду. Итак, не скрывай из дел своих ничего, кроме того, что невозможно открыть и показать людям, и будет у тебя почёт и доброе имя в этом мире, и доброе воздаяние в мире Грядущем.

Отвечай ему на это так. Чем будут мне полезны восхваления людей и доброе имя, которое у меня будет среди них, когда я знаю, что недостаточно делаю в сравнении с тем, что обязан делать для Творца благословенного? И какие блага принесут мне их почести, если сами люди не в состоянии ни принести мне пользу, ни предотвратить вред; и разве не подобны они в этом отношении растениям и животным, лишённым дара речи?

К тому же ещё может случиться, что если я буду руководствоваться в моих делах принципами, которые ты предлагаешь, то из этого не выйдет ничего, чего мне бы хотелось. Люди подумают, что я заискиваю перед ними, и я не буду выглядеть в их глазах красиво, а сделаюсь мерзким и достойным осуждения. Лишь внесу порчу в свои дела, исполняя их не ради одного только Б-га, и не удастся мне получить от людей того, что мне хотелось бы получить в этом мире.

Рассказывают об одном из [еврейских] царей, которого спросили [после того как читали перед ним Тору], понравился ли ему чтец, у которого такой красивый голос и который так хорошо знает правильные интонации чтения. Он ответил: как же он мог мне понравиться, если он читает Тору, стремясь лишь понравиться мне и обрести у меня милость? Но если бы всё его стремление было в том, чтобы исполнить волю Творца, то его чтение было бы для меня усладой.

Нечто подобное следует сказать обо всех, кто ведёт общественную молитву и читает в общине новые «пиютим» [поэтические молитвы], стремясь при этом произвести впечатление на людей, а не найти милость у Б-га, – а ведь Творец благословенный не приемлет этого.

И ещё скажи своему дурному побуждению следующее. Может случиться, что если у меня будет почёт за мои дела в этом мире, то ничего не останется от той награды, которую я должен был бы получить в Будущем мире, из-за того, что я прежде времени получил ее здесь.

Рассказывают об одном благочестивом человеке, который пришёл на рынок за какой-то вещью и зашёл в лавку одного торговца, чтобы купить её. Сказал торговцу его сосед: уступи ему в цене и исполни [наилучшим образом] его пожелания, ибо он – человек Б-гобоязненный и знаток Торы. Сказал торговцу тот праведник: я не нуждаюсь в твоих уступках! Я пришёл купить вещь за свои деньги, а не за свою Тору! Он отказался купить вещь у того торговца и пошёл искать её у кого-нибудь другого, который не знал бы его.

Что же касается упомянутых тобой [злым побуждением] выше слов Писания: «И сделал Я тебе имя великое», то речь идёт о том, что Творец даёт [иногда] Своим рабам то, что является предметом вожделения людей в этом мире – богатство и почёт, тогда, когда мудрость Его обязывает сделать это, как было со Шломо [который просил у Б-га только о мудрости]: «Также и то, о чём ты не просил, дал Я тебе – и богатство, и славу» (Млахим-1, 3:13), и также сказано: «Долгоденствие [Будущий мир] – в правой руке её, а в левой – богатство и почёт» (Мишлей, 3:16). Но люди благочестивые не движимы в делах своих стремлением к таким вещам. Они исполняют добрые дела только ради Творца благословенного, а Он дарует благо тем, кому пожелает, как из числа тех, которые служат Ему, так и прочим людям, как верящим в Него, так и отрицающим Его, как это продиктовано мудростью Его, как сказано: «И богатство, и почёт – от Тебя» (Диврей а-Ямим 1, 29:12).

И что вообще есть этот мир, даже если распространится слава обо мне в нём повсюду? И многочисленны ли дни мои, даже если имя моё станет в нём известным? Тем более, что слава моя не выйдет за пределы небольшой части населённого мира, даже когда возвеличится и распространится; пребудет же лишь малое время – и забудется, словно и не было её! Сказано в Писании: «Ведь ничто – сыны человеческие; тщета – сыны мужа [важного]; как туман, невесомы они на весах – все вместе» (Теилим, 62:10), и также сказано: «Изойдёт его дух, вернётся он в прах свой» (Теилим, 146:4), и ещё сказано: «Нет памяти о прежних поколениях» (Коэлет, 1:11).

Поскольку всё это так, то утруждать себя ради обретения имени и направлять на это своё внимание было бы с моей стороны очевидной глупостью и жестокой ошибкой. Рассказывают об одном благочестивом человеке, который спросил у своего товарища: дошёл ли ты до того, чтобы уже не чувствовать различия? Тот переспросил: различия между чем и чем? Ответил ему: между похвалой и осуждением! Товарищ ответил: я не дошёл. Сказал ему: если ты ещё не дошёл, то постарайся сделать это; быть может, достигнешь этой ступени, ибо она – наивысшая из всех ступеней благочестия и цель воспитания благороднейших качеств души.

Когда дурное побуждение потеряет надежду соблазнить тебя приведенными выше рассуждениями, оно попытается нанести ущерб делам твоим, связанным со служением, стараясь делать так, чтобы твои мысли были поглощены делами этого мира, людьми его, твоими влечениями, и чтобы заставить тебя забыть о своём смертном часе.

И когда дурное побуждение увидит, что ты стремишься освободить своё сердце для совершения дел, удостаивающих тебя Будущего мира, таких как молитва, обязательная или добровольная, или когда ты читаешь Тору, или изучаешь мудрость веры и воспитания душевных качеств, оно будет путать твои мысли и занимать твоё сердце мыслями об этом мире, о торговых делах, о прибыли и убытках, и скажет тебе после всего этого: радуйся, что у тебя выдался перерыв в делах, свободный час, которого не будет в другой раз, из-за великой твоей занятости. Обдумай сейчас состояние дел с твоим компаньоном, подсчитай, сколько причитается тебе с него и сколько ты должен ему; припомни, сколько ты взыскал с тех, кто должен тебе, и сколько они остались тебе должны. Подумай, чем выгодно заняться для обеспечения своего пропитания, и чем невыгодно; вспомни, какие из прежних твоих начинаний приносили тебе удачу и радость, и какие – разочарование. А если есть у тебя с кем-то судебная тяжба, то постарайся предвосхитить в своём уме все его доводы и представить все свои, и измыслить все возможные уловки против него в суде, чтобы выиграть дело.

Точно так же дурное побуждение действует, если есть у тебя имущество, [например] мелкий или крупный скот, или земля для посева, или ты обязан исполнить какую-то работу для властей или для частного лица, произвести расчёт с властителем или с простолюдином, или у тебя есть долги, которые ты не можешь уплатить, или товарищи, о которых ты должен побеспокоиться и обдумать их дела. Тогда оно, в тот самый момент, когда ты освободишь себя для служения Б-гу, направит твою мысль на любое из названных дел, чтобы заставить тебя заняться им и таким путём нанести ущерб твоему служению, ибо к нему теперь будет приготовлено лишь тело твоё, но не сердце и душа.

Если же дурное побуждение не преуспеет в том, чтобы занять мысли человека одним из этих дел, оно направит их на загадки или другие вещи, захватывающие внимание надолго, а если этот человек питает пристрастие к азартным играм с костями, картами и т. п., то оно представит его воображению разные игровые ситуации, заставляя обдумывать ход игры, её приёмы и хитрости.

Если же человеку удастся избежать всего этого, и он – один из тех, кто обладает познаниями в Торе и разумением, то дурное побуждение представит его вниманию один из тяжёлых предметов обсуждения в этой сфере, займёт его вопросами и ответами, возражениями и опровержениями их, а также теми вещами, которые ускользнули от него в этом месте прежде, и заставит его думать о том, что ему ещё осталось изучить в Торе, и будет строить с ним планы того, как он займётся этим. Дурное побуждение будет отвлекать человека подобным образом от всех дел его служения, и ущерб от этого будет во много раз больше пользы.

И тогда возможно, что он начнёт какое-нибудь из дел служения и закончит его, но так, что всё это время его сердце будет занято посторонними мыслями, относящимися к делам этого мира. Возможно и такое: устами своими он просит у Б-га о прощении грехов, а сам в это время в мыслях и в тайниках души замышляет преступить Его волю. Один из благочестивых людей сказал об этом так: подобная просьба о прощении сама по себе требует просьбы о прощении! Человек взывает к Б-гу в молитве, но только телом, а сердце и душа его отворачиваются от Него, как сказало об этом Писание: «Устами и губами своими чтили меня, а сердца далеки от меня» (Йешаяу, 29:13), и также сказано: «И уговаривали они Его устами своими, языком своим лгали Ему, ибо сердце их не было искренним с Ним» (Теилим, 78:36).

Но, быть может, пробудится человек в этот час и задумается о себе, и скажет: разве я могу вести себя с Творцом так, как мне не следовало бы вести себя [даже] с людьми в тот момент, когда мне что-нибудь нужно от них, или им – вести себя со мной тогда, когда им что-то нужно от меня? Ведь если я подойду к кому-нибудь с какой-то просьбой и обращусь к нему с речью, в то время как моё сердце обращено на что-то иное, а он увидит это – тогда он почувствует неприязнь и отвращение ко мне – и тем более не исполнит мою просьбу! Но насколько же это ещё более верно, если он знает, что мысли мои заняты тем, что противоречит его воле и навлекает на меня его гнев, – тогда, безусловно, он возненавидит меня ещё больше, и ещё больше будет у него причин отвергнуть мою просьбу! И то же самое, несомненно, я сам сделал бы тому, кто пришёл бы просить меня о чём-нибудь, и я знал бы, куда обращено его сердце, так же хорошо, как мой Творец знает, куда обращено моё сердце. И как же не устыдиться мне перед моим Творцом, что я намерен вести себя перед Ним так, как не хотел бы, чтобы вело себя передо мной одно из слабых созданий, подобных мне! Также и оно само, слабое и нуждающееся, не хотело бы, чтобы я вёл себя с ним подобным образом, как сказано: «Стыдиться – не устыдятся они, и срама не почуют» (Ирмияу, 8:12).

Этими словами дурное побуждение будет побеждено.

Продолжение следует

Перевод – рав П. Перлов, приведено с сокращениями. Редакция «Беерот Ицхак» благодарит рава Моше Хенина и издательство «Тора Лишма» за разрешение использовать их материалы.


http://www.beerot.ru/?p=30063