Ваигаш — Прививка против дурного начала

Дата: | Автор материала: Рав Яаков Галинский

1198
прививка

Недельная глава Ваигаш

Сказано в Гемаре (Бава Батра, 16а): «Создал Всевышний дурное начало, и создал Тору – лекарство ему». Рамхаль в «Месилат Йешарим» пишет: очевидно, если Творец, благословен Он, Творец и Создатель человека, свидетельствует, что это – единственное лекарство, то никакое другое лекарство не поможет. Добавим, что чем большим испытаниям подвергается человек, тем больше он должен увеличить дозу «прививки». Ведь, само собой разумеется, что не равны часы учебы, необходимые в качестве «лекарства» против дурного начала во время учебы в ешиве, часам, необходимым во время бейн а-зманим (каникул).

На самом деле, вся учеба в обычное время – это как бы «прививка» перед бейн а-зманим. Так мы видим у нашего праотца Яакова: прежде, чем прийти в Харан, в дом Лавана-арамейца, который был воплощением зла (меркава ле-ситра ахра), и желал истребить будущий народ Израиля, Яаков в течение 14-ти лет укрывался в доме Эвера и учился там с невероятным усердием и постоянством, чтобы защититься от Лавана.

Возникает вопрос: ведь он в любом случае был «сидящим в шатрах», шатрах Торы — зачем ему понадобилось дополнительное укрепление? Ответ в том, что в конце учебного года усердие должно возрастать невероятно.

Поэтому можно понять, почему, когда праотцу Яакову пришлось спуститься в Египет, самую испорченную из стран, которая тоже была просто воплощением зла, то «Йеуду (Яаков) послал перед собой к Йосефу, обучать закону перед ним в земле Гошен». Он послал Йеуду открыть ешиву, откуда будет распространяться Тора, и силой Торы они будут справляться с духовной нечистотой Египта.

И это, на самом деле, основной долг каждого еврея, в особенности – каждого еврейского отца. Ведь каждый отец заботится о своих детях, старается обеспечить их будущее, спасти от жизненных опасностей, подстерегающих их, и дать им знания и силы, которые помогут преуспеть в жизни.

Если мама должна отвести малыша на прививку, а она пренебрегает этим, откладывает в долгий ящик, – что мы скажем? Что это просто преступная халатность! А если ребенок заразится, не дай Б-г, заболеет полиомиелитом, и всю жизнь будет ходить на костылях, со скрюченными и почти не функционирующими ногами? Тогда вина родителей будет просто беспредельной!

Известно, что есть страны, перед поездкой в которые обязательно делают прививки против свирепствующих там болезней: тифа, малярии, нильской лихорадки и прочего…

А здесь – губительная эпидемия зла, микробы атакуют постоянно. Если родители не сделают прививку, то дети, не дай Б-г, если не падут жертвой, в любом случае – наверняка пострадают. Как же потом будут спрашивать с родителей!

Известны слова адмора из Гур, автора «Хидушей а-Рим»: «В нашем мире – все наоборот! В Гемаре сказано, что прежде, чем человек рождается, уже установлено, будет ли он богатым или бедным. А будет ли праведником или злодеем – не установлено, ведь “все в руках Небес, кроме страха перед Небесами”. Родители же так заботятся о том, чтобы дать сыну профессию, которая обеспечит ему хороший заработок, притом, что это уже установлено Свыше, и ничего не препятствует Всевышнему дать человеку заработок, неважно, много он работает или мало. А вот об его успехах в Торе и крепости Б‑гобоязненности, что зависит только лишь от самого человека – не так уж сильно заботятся!»

Как всегда, есть у нас и рассказ об этом.

Великий Ридваз – рав Яаков Давид Виловский, автор известного комментария к Иерусалимскому Талмуду, занимавший пост главного раввина Слуцка, в старости приехал в Землю Израиля и поселился в святом городе Цфате. Йорцайт его отца был зимой, в самое холодное время. Он приходил в синагогу и на Маарив, и на Шахарит, чтобы вести молитву (как это принято в йорцайт родителей). Когда же наступило время Минхи, первые, кто пришел в синагогу, нашли его уже стоящим на месте. Неожиданно люди услышали, что рав плачет. Поняли, что воспоминания нахлынули на него.

Один из участников молитвы подошел к раву, попытался его успокоить: «Рав, это ведь старый траур! Ваш отец удостоился долгой жизни, более восьмидесяти лет, и умер уже много лет назад!»

Ридваз взглянул на него сквозь слезы и сказал: «Я расскажу тебе, почему я плачу. Я уже человек немолодой и очень страдаю от холода. Ты же видел, что на улице творится – дождь и сильный, холодный ветер… Я подумал, что нужно заботиться о своем здоровье. Соберу миньян дома и скажу Кадиш.

Но потом я решил, что благодарность к отцу обязывает меня пойти в синагогу в холод и дождь, чтобы помолиться за него быть ведущим молитву. И вот почему. Мои родители были очень бедны, но прикладывали все усилия, чтобы я получил хорошее образование и воспитание. Мой отец отдал меня самому лучшему меламеду (учителю) Слуцка, раву Хаиму Сендеру. Тот брал за учебу рубль в месяц. По тем временам это была большая сумма.

Мой отец зарабатывал тем, что строил печи. В ту зиму в Слуцке был недостаток кирпичей, и у отца не было работы. Он не мог заплатить учителю. Прошло два месяца, три, – и учитель дал мне записку для отца: если завтра не принесут деньги, он больше не сможет меня учить. Прочел отец записку и почувствовал, что мир рушится.

Вечером он пошел в синагогу и услышал, как один богач жалуется: он обручил сына и нанял подрядчиков построить ему дом. Дома в Слуцке строили из дерева, но вот для печи нужны кирпичи, а кирпичей не достать. Зима, холодно, как можно поселить молодую пару в доме без печки? Печь ведь служила и для отопления, и для готовки, и для выпечки. “Я бы заплатил даже шесть рублей за кирпичи!” – заявил богач.

Отец подошел к нему: “Договорились! Давай шесть рублей, и завтра утром кирпичи у тебя!”

Счастливый, он вернулся домой и сообщил об этом матери! Взял молоток и зубило, снял известку и стал ломать большую печь в нашем доме. С какой великой радостью он доставал кирпич за кирпичом! Всю ночь он лихорадочно работал, а утром отдал мне все шесть рублей: “Скажи учителю, что три рубля – за прошедшие месяцы, а три – на три месяца вперед!”

Та зима выдалась особенно холодной. Мы спали в одежде и в пальто, укрывались сверху одеялами и дрожали от холода, — и все для того, чтобы я занимался Торой наилучшим образом.

Ну, если слуцкий холод не помешал моему отцу сделать мне такой величайший подарок, то как цфатский холод может помешать мне пойти в синагогу, чтобы помолиться за возвышение его души!

Так что пойми сам – когда я задумался о самопожертвовании своих родителей, чувства одолели меня, и слезы полились из глаз!»


http://www.beerot.ru/?p=44292