Добрые дела и личный пример — часть 2

Дата: | Автор материала: Рав Моше Айнхорн

1799
пример добрые дела

Если я не делаю добрых дел, то, даже если я привожу веские причины так поступать, ребенок все равно воспринимает «мою истину», то есть то, что я добрых дел не делаю, поскольку у меня есть уважительные причины. А ведь и у ребенка есть свои уважительные причины.

И что получается? Я – со своими уважительными причинами, а он – со своими, ведь он понял, что если есть уважительная причина, то не нужно делать доброе дело. И я не смогу спорить с ним, пытаясь доказать, что у меня причины действительно уважительные, а у него – просто отговорки. Это не пройдет. Это он не воспримет, ведь он уже понял: хесед — добрые дела — не так важен.

Сыновьям первосвященника Эли на Небесах был вынесен приговор карет – смерть в молодом возрасте. До сегодняшнего дня их потомки умирают молодыми (они знают, что являются потомками первосвященника Эли). Известно, что Раба, который только учил Тору – умер в 40 лет. Его племянник Абайе учил Тору и делал добрые дела – он умер в 60 лет. Написано: «Благодаря добрым делам и истине – будут искуплены грехи». Истина – это Тора. И также написано: «Мир добродеянием строится».

Что может спасти человека от страданий в трудные времена перед приходом Машиаха? Добрые дела.

Поколение Вавилонской башни было спасено благодаря хорошим отношениям между людьми. Поколение Потопа было уничтожено из-за того, что люди грабили друг друга. Поколение царя Ахава отправляется на войну и побеждает, поскольку, хотя они и служили идолам, но не запятнали себя лашон а-ра, злословием. Поколение царя Шауля отправляется на войну и терпит поражение – хотя они и учили Тору, но говорили лашон а-ра друг о друге. Когда я выстраиваю свое поведение на такой основе и учу этому своих детей, то есть большой шанс, что мне это удастся. Но если я не служу примером своим детям, а просто на словах учу их, как следует поступать, то так же, как я не делаю добрые дела по своим причинам, мои дети тоже не буду это делать – по своим причинам.

Я работаю директором семинара для девушек. Случается, что у какой-то из девушек появляется проблема со скромностью в одежде. Что делать? Я приглашаю для беседы ее маму. Обычно, увидев маму, можно сказать: чего можно хотеть от дочери, если ее мать так одевается. Мама одевается современно. Дочь знает, что это неправильно. Но мама, допустим, еще не переходит «красную черту» скромности в одежде, а дочь – перешла. Теперь я должен объяснить матери: «Если вы хотите, чтобы Ваша дочь скромно одевалась, Вам необходимо изменить свой стиль одежды. Верно, что Вы не перешли границу, установленную алахой. Но Вы все же смотрите не на алаху, а на красоту одежды, на ее современность, это Вас привлекает. И одеваетесь так именно по этой причине, а не потому, что алаха предписывает, чтобы одежда имела приличный вид. Но Ваша дочь воспринимает из всего этого, что красота – прежде алахи. Вы – остаетесь в пределах границ, которые Вы установили для себя, а Ваша дочь эти границы немного расширила. И Вы, и Ваша дочь понимаете, где границы разрешенного. В чем же различие между вами? Вы дали дочери воспитание, соответствующее Вашему стилю одежды, и, хотя Вы на словах говорите иначе, но Ваше поведение говорит ей, что можно одеваться, нарушая границу. Она же видит, как Вы одеваетесь, а Вы для нее – образец для подражания. “Если моей маме можно, то и мне можно”. Но твоя мама одевается несколько иначе, чем ты. “Верно. Она делает то, что считает правильным, и я делаю то, что считаю правильным!”» И поэтому, если я хочу повлиять на дочь, я должен повлиять на ее мать. Если не удастся повлиять на мать, то я могу бесконечно говорить с ее дочерью, но это не поможет. Потому что против моих слов стоит ее дом, а дом дает ей другое воспитание.

То же можно увидеть и в нашем случае. Я указываю своим детям путь, по сути дающий им разрешение не делать добрые дела. И они ощущают, не дай Б-г, что от этого ничего не теряют – «мой папа не делал добрых дел и ничего не потерял», ведь я не дал ему почувствовать ничего другого.

Истинное же чувство, которое воспримет ребенок, – стоит миллионы!

Когда я работал директором хедера, было время, когда один хороший еврей подвозил меня из иерусалимского района Рамот до перекрестка Ганот. До остановки следующего автобуса мне нужно было пройти пешком около 200 метров. Обычно на этой остановке не бывает людей. И я, каждый раз идя эти 200 метров, просил Всевышнего: «Творец мира, помоги мне, чтобы я не пропустил автобус!» Бывало, что автобус уезжал у меня из-под носа, и мне приходилось ждать следующего, а бывало – я успевал на автобус. Однажды я, как всегда, шел быстрым шагом к остановке и просил Всевышнего не упустить автобус. Тем не менее, я пропустил его.

И вот я стою и жду следующий автобус. Вдруг остановился около меня еврей, и я должен добавить, что это был сефардский еврей (потом вы поймете, почему). Я не ловил попутку, он сам остановился и предложил подвезти до Бней-Брака. Я ему отвечаю: «Мне нужно в Петах-Тикву. Но если Вы подвезете меня до въезда в Бней-Брак – Вы мне очень поможете, поскольку там останавливается больше автобусов до Петах-Тиквы». Он сказал: «Садитесь». И вот, что он мне рассказал: «Я каждое утро подвожу одного еврея из Бейт Дагана до Бней-Брака. Утром он позвонил мне и сказал, что сегодня он не поедет. Так я просил Всевышнего, чтобы Он удостоил меня найти еврея, которого нужно подвезти, чтобы сделать ему доброе дело. Потому что еврей, не делающий добрые дела – не настоящий еврей». Тогда я понял, почему не была принята моя молитва: видимо, этот еврей молился лучше меня, поэтому я и остался на остановке, чтобы он сделал мне доброе дело! И вот я вышел, а он поехал дальше. Поверьте мне, я ехал с ним 7 минут и все эти 7 минут он благословлял меня. И даже перед тем как я вышел, он схватил меня за руку и сказал: «Спасибо тебе за доброе дело, которое ты мне сделал тем, что я нашел тебя!». Такое можно увидеть именно у сефардов.

Вы понимаете, что происходит дома у такого еврея? Его дети слышат, как он молится: «Владыка мира, помоги мне найти еврея и сделать ему доброе дело!» Вечером он приходит домой и рассказывает: «Сегодня я удостоился сделать доброе дело. Я подвез еврея!» Его дети слышат это и видят, как папа счастлив, что сегодня сделал доброе дело. Их отцу не нужно много слов, чтобы убедить их делать добро.

И поэтому, если мне, не дай Б-г, не удается убедить своего ребенка, что, делая добро, он сам от этого выигрывает, то первое, что я должен сделать – проверить себя: действительно ли я сам чувствую, что, делая доброе дело, я выигрываю. Я должен задать себе вопрос: достаточно ли я работал над собой, излучал ли я своим детям радость от сделанного доброго дела или, наоборот, сожаление от того, что не удалось его сделать. Ребенок должен слышать это и чувствовать, что это моя истина. Чем сильнее он будет чувствовать, что это моя истина, тем легче ему будет впоследствии это воспринять, когда я буду с ним об этом говорить.

У родителей почему-то есть ощущение, что им можно совершать проступки, а детям – нельзя.

То есть, папе можно прийти поздно в синагогу по разным уважительным причинам, маме можно произносить благословение после еды, отвлекаясь по дороге на разные дела. Маме можно забыть произнести благословение, но если ребенок не произнес благословение, то получит от нее выговор. Папа может встать утром поздно, но накричит на сына, который также встал поздно. Поймите, своим образом жизни вы транслируете ребенку его жизненный путь. Слова являются лишь дополнением к главному – твоему образу жизни, твоим поступкам. Конечно, бывает, что я все делал правильно, но ребенок не научился у меня. Так может случиться, поскольку у него есть свобода выбора. Но обычно стоит проверить самого себя.

Ребенок вырос и создал свою семью. В тот же момент он забыл об отце и матери. Забыл. Не звонит. А ведь это займет всего две минуты: «Как дела? Как вы себя чувствуете? Гут шабес! Шавуа тов!» Тогда я должен задать себе вопрос: «Как такое могло случиться, что мой ребенок мне не звонит?» Но если ребенку что-то от меня надо, выясняется, что он прекрасно помнит номер моего телефона. Он тут же звонит и очень приятным голосом интересуется и как мои дела, и как я поживаю. И родитель сразу же понимает, что за это последует плата: «Можно прийти на Шаббат? Можно оставить у вас детей на ночь, мы хотим погулять?» Как же до этого дошло? Нужно проверить себя, видимо, у меня что-то было не в порядке. У меня! Потому что если бы я был в этом совершенен, то не может быть, чтобы мои дети оказались другими.

Наши мудрецы написали, и не просто в качестве рассказа, что раби Тарфон ставил свои руки на пол, чтобы его мать прошла по его рукам, не касаясь пола, когда ее сандалий порвался; что раби Тарфон становился на четвереньки, чтобы его матери было проще забраться на постель (мать раби Тарфона хотела удостоить его заповеди). Вы можете себе представить такое сегодня?
Одна ученица сказала мне, что ее отец рассердится, если она такое сделает. Я ответил ей: «Ты ошибаешься. Он тебя расцелует! Он не захочет, чтоб ты это сделала. Но чтобы рассердиться? Нет. Его сердце будет петь от радости – какая у меня дочь!» А если он действительно рассердится (этого я ей не сказал), то это значит, что он не знает, что такое почитание родителей.

В Гемаре рассказывается, что мать раби Ишмаэля пришла в дом учения и сказала великим танаим (мудрецам Мишны), мудрецам Израиля: «Упрекните моего сына в том, что он не уважает свою мать!» Мудрецы были потрясены. Что? Великий тана раби Ишмаэль не почитает свою мать? Разве может быть такое? Спросили его об этом. И он ответил: «Я скажу вам, чего она хочет. Она омыла мне ноги, на что я согласился, но после этого она хотела выпить воду после омовения ног, а этого я ей не дал». Вы слышите? Исполнение ее желания — это и есть почитание. Мать так рада, что удостоилась сына, который стал великим мудрецом, что пожелала омыть ему ноги. На это раби Ишмаэль еще согласился, поскольку таким было желание матери, а исполнение желания матери – заповедь почитания родителей. Но потом она пожелала выпить эту воду, а он был просто не способен позволить ей это сделать. И что же сказали ему мудрецы Израиля? Если таково ее желание – дай ей выпить эту воду. Слышите? Дать матери выпить воду после омовения ног, если она так хочет! Хотя ему будет очень больно, но он должен дать ей это сделать, поскольку с его стороны это исполнение заповеди почитания родителей.

Еще в Гемаре есть рассказ об одном мудреце, отец которого попросил принести стакан воды. Пока он налил воду и принес, отец сидя задремал. И так он проспал сидя три часа. Все это время его сын простоял перед ним склонившись, чтобы в тот же момент, как отец проснется, сразу подать ему воды.

Все это я говорю, прежде всего, чтобы мы сами восприняли, чтобы нам стало ясно, чтобы мы почувствовали, приложили усилия и сделали. Ведь если я сам не достигну в этом совершенства, не прочувствую это до конца, если не буду ощущать боль в сердце, когда мне не удастся сделать доброе дело, то не смогу передать это своим детям. Чтобы они смогли принять это от меня – я должен быть совершенен в этом.

Благодаря праотцу Аврааму народ Израиля удостоился получить ман, колодец, перепелов, облачный столб и облака Славы. Написано далее у мудрецов: «Кто те, не сделавшие добро тем, кто не нуждался в нем?» Амон и Моав не сделали добро народу Израиля, когда они шли по пустыне и подошли к границе Амона и Моава. Написано в Торе: «Поскольку они не встретили вас хлебом и водой, не войдет амонитянин и моавитянин в общество Б-га, и десятое их поколение не войдет». Жестокость и недостаток милосердия – это болезнь, которая генетически предается из поколения в поколение, поэтому даже десятое их поколение не войдет в общество Б-га. И говорят мудрецы: разве народу Израиля было что-то от них нужно? Ничего. У нас был и ман, и колодец, ни в чем не было у нас недостатка. Но в чем дело? Пришел к тебе гость? Даже если у него есть с собой еда, скажи ему: «Свою еду оставь на потом, а сейчас поешь со мной, ты доставишь мне этим удовольствие!» За то, что они не встретили вас хлебом и водой, даже десятое их поколение не войдет в общество Б-га. Вы видите, как вредит человеку, если он не дает другому хлеб и воду, когда у него есть такая возможность? Даже если этот нееврей присоединится к еврейскому народу, пройдя гиюр, то десять поколений (и больше — до конца веков): его сын, внук, правнук и т. д. (дочери не считаются, поскольку в Торе сказано только про амонитянина и моавитянина) – не смогут жениться на еврейке. Поскольку у еврейки есть качество любви к добру, а этому человеку недостает этого качества то, не дай Б-г, следующее поколение, если придет в мир, будет ущербным, имея этот недостаток. Поэтому нельзя, чтобы он женился на еврейке.

Я надеюсь, что мы хорошо поняли главное – я делаю добро, чтобы я приобрел. Прежде всего – я, а после меня – мой ребенок.

Но давайте продвинемся еще на один шаг. Есть еще одно преимущество в том, чтобы делать добро.

Известная история про рава Исраэля Салантера. Однажды он ехал в поезде. В поездах были специальные вагоны для курящих, а поскольку он курил, то сел в такой вагон. Рядом с ним оказался молодой еврей, который не знал, кто оказался его попутчиком. И когда он увидел, что рав Исраэль Салантер закурил, то решил, что над этим стариком можно подшутить. Он начал кричать на рава: «Как вы можете курить здесь? Вам нас не жалко? Мы сидим в облаке дыма из-за Вас!» Рав Исраэль Салантер сразу же ответил: «Извините, я не знал, что всем это мешает. Поскольку это вагон для курящих, я позволил себе закурить. Но раз это мешает, я сейчас потушу сигарету». Он так и сделал. Через несколько минут этот еврей опять начал кричать: «Рядом с вами окно открыто, мы все замерзли, а Вам безразлично!» И опять рав Исраэль Салантер с той же вежливостью и деликатностью ответил ему: «Извините, окно открыл не я, но если Вам мешает, я сейчас закрою».

Поезд прибыл в Ковно. Рава Исраэля Салантера на перроне встречало огромное количество людей. И этот молодой еврей неожиданно для себя увидел, что все эти люди устремились навстречу старику, который ехал с ним в вагоне, и понял, что этот старик не простой человек. Он стал спрашивать, и ему ответили: «Это рав — Исраэль Салантер». Этот еврей был потрясен, что обидел великого мудреца. Он тут же выяснил, где остановится рав, и поспешил туда. Найдя рава Исраэля Салантера, он обратился к нему: «Я хочу попросить прощения у Вас за то, что обидел Вас». Тот сразу откликнулся: «Я Вас прощаю. Но скажите, с какой целью Вы приехали сюда?» «Я приехал, чтобы просить разрешение на работу шойхетом». «Замечательно! Мой зять, раввин, как раз находится здесь, он Вас проэкзаменует и даст Вам требуемое разрешение!»

Зять рава Исраэля проверил его, и оказалось, что этот еврей не знает ничего. Сказал ему рав Исроэль Салантер: «Вы, конечно, устали после долгого пути, поэтому не смогли сосредоточиться. Давайте Вы отдохнете у меня три дня, а потом еще раз пройдете экзамен». Через три дня он опять провалил экзамен. Сказал ему рав Исраэль Салантер: «Я предлагаю Вам пожить у меня, я найму Вам преподавателя, который еще раз пройдет с Вами все законы шхиты, и Вы сможете успешно сдать экзамен». Полгода он прожил у рава Исраэля Салантера, и после этого смог с успехом сдать экзамен. После получения разрешения на работу шойхетом, он обратился к раву Исраэлю, и сказал: «Ребе, я Вас обидел, Вы меня простили. Почему Вы приложили ради меня столько усилий?» Ответил ему рав Исраэль Салантер: «Я объясню Вам. Когда я простил Вам, я не был уверен, что смог простить по-настоящему. Но я хотел простить по-настоящему. А как это сделать? Я вкладывал в Вас шесть месяцев: мысли, деньги, усилия. Все это крепко связало меня с Вами, и теперь я чувствую, что люблю Вас как родного и мое прощение – настоящее!»

Слышите? Сделать кому-то доброе дело – это рецепт, чтобы полюбить его. Так, если есть кто-то, кого вы не очень любите (но, конечно, хотите полюбить!), то не ждите, чтобы он пришел к вам, наоборот, пойдите к нему сами и начните вкладывать в него как можно больше. Со временем вы увидите, что начали его любить и между вами образовалась дружеская связь.

Это означает, что моя любовь к другому человеку возникает из моего действия, когда я даю ему. Добро, которое я ему делаю, вызывает во мне любовь к нему.

Рав Йосеф-Дов Соловейчик, автор книги «Бейт а-Леви», рав из Бриска, однажды в зимнюю, очень холодную, снежную ночь ехал с извозчиком-евреем. Они доехали до постоялого двора, который держал еврей, постучали в дверь, но им не открыли. Рав Соловейчик сказал извозчику: «Стучи в дверь руками и ногами изо всех сил, пока не откроют, ведь мы можем здесь замерзнуть до смерти!» Извозчик начал стучать изо всех сил, и ему открыли дверь. На пороге появился хозяин, который стал им выговаривать: «Что вы мешаете мне посреди ночи? Сейчас должен прибыть ко мне такой-то ребе, и я должен принять его подобающе». Рав Соловейчик попытался объяснить ему: «Снаружи очень холодно, мы можем до смерти замерзнуть, дай нам зайти немного погреться, мы согласны на любое место». Он пустил их в дом и сказал: «Видите стол? Залезайте под него, лежите там и не выходите». Они согласились. Рав Йосеф-Дов Соловейчик, один из великих мудрецов того поколения, улегся под стол вместе с извозчиком. Через час появился ребе со своими хасидами. Перед ними распахнули широко двери, зажгли свечи и накрыли стол. Ребе пошел омыть руки перед едой и тут заметил рава Соловейчика под столом. Он громко воскликнул: «Реб Йоше-Дов, это Вы под столом?! Как Вы там оказались? Поднимайтесь скорее!» Рав Соловейчик выбрался из-под стола. Хозяин постоялого двора схватился за голову и стал просить прощения: «Я обидел Вас, простите меня, я не знал что это Вы». Рав Соловейчик ответил: «Я не готов простить Вас». Он стал плакать и умолять, но рав Соловейчик отказывался простить его. Тогда тот сказал: «Скажите, что я должен сделать, чтобы Вы простили меня?» – «А ты сделаешь, что я тебе скажу?» – «Да!» – «Закрой свой постоялый двор и приезжай ко мне пожить на две недели, чтобы научиться, как надо обращаться с евреями».

Слышите? Человека обидели, но ему не безразлично, что будет с обидчиком, и он готов проявить к нему истинное милосердие.

Назначили день. У хозяина постоялого двора не было выбора, он закрыл свое хозяйство и поехал в гости к раву Соловейчику в Бриск, где тот был главой раввинского суда. Этот еврей должен был находиться рядом с равом Соловейчиком в течение всего дня, наблюдая, как он судит и принимает посетителей. Через две недели спросил его рав Соловейчик: «Ну что, Вы научились, как следует обращаться с евреями?» Тот ответил: «Да, я выучил это хорошо». – «Тогда я прощаю Вас».

Таков великий мудрец. Главное для него – любовь к ближнему. Если я хочу полюбить кого-то, кто мне неприятен – я должен вкладывать в него.

Саба из Кельма, а также рав Йерухам а-Леви Лейбович цитируют одно из высказываний Аристотеля. Он задал такой вопрос: «В пословице говорится, что одна мать может содержать десять детей, а десять детей не могут содержать одну мать. Я не понимаю. Мать всю жизнь дает детям, а ребенок всю свою жизнь – принимает от нее. Почему мать любит своих детей больше, чем они любят ее?» И Аристотель дал ответ на свой вопрос: «Мать любит детей больше, потому что больше от них получает». Слышите? Благодаря тому, что она дает, она получает намного больше. Она дает любовь, тепло, разные материальные вещи, а взамен получает – совершенство. Через своих детей она приобретает совершенство. Она становится более чувствительной к другим, у нее появляются доброта и милосердие. И какое этому доказательство? Этого Аристотель уже не говорит, но в еврейском законе написано, что запрещено назначать судьей человека, у которого нет детей. И почему? Потому что ему будет недоставать милосердия, неважно, насколько он праведен. Поэтому мудрецы установили железное правило: «Тот, у кого нет детей, не может быть назначен судьей, поскольку ему недостает милосердия». Конечно, редкие исключения встречаются, но правило именно такое.

Реальность такова, что родитель становится более чувствительным благодаря своим детям, то есть он получает от своих детей больше, чем дает он им. Давание порождает во мне любовь к тому, кому я даю, поскольку взамен я получаю от него свое совершенство. Рав Деслер сказал, что человек любит того, кому дает, потому что часть его жизни находится у принимающего, а человек любит то, что является его частью. Я люблю своих детей, поскольку вкладываю в них, часть моей жизни находится в моих детях.

Скажем мы так или иначе, но одно мне известно точно: именно давание порождает любовь. Нет ничего другого, что бы ее создавало. Хочешь полюбить – дай, и чем больше ты вложишь в объект любви, тем больше будешь его любить. Соответственно, чем меньше вложишь, тем меньше будешь любить.

Обратите внимание, речь не идет только о моем ребенке, приемного ребенка я могу любить точно так же, как своего собственного. Один мой хороший друг удочерил девочку, а потом Всевышний удостоил его собственных детей, так никто не видел разницы в его любви к детям. Удочеренную девочку растили и заботились о ней, выдали замуж, дали приданое, как и всем другим своим детям. Почему? Потому что я люблю ребенка не потому, что я его родил, а потому что я в него вкладывал, и чем больше я в него вкладывал, тем больше я его люблю.

Если дети будут вкладывать в родителей, то без сомнений, у них появится любовь по отношению к родителям. Но, к сожалению, дети обычно только получают, а не дают, поэтому их любовь к родителям намного меньше, чем любовь родителей к ним.

Когда ребенок говорит мне о ком-то: «Я его не люблю», дай ему совет: «Ты его не любишь, я скажу тебе, что тебе стоит сделать. Ты начни давать ему, и чем больше ты ему дашь, тем, как ты сам увидишь, ты больше будешь его любить». Ребенок не поймет меня. Но если я сам своим поведением буду показывать ему пример, он научится у меня любить людей.

Подготовила Рут Гальчук


http://www.beerot.ru/?p=38864