Царский стол

Дата: | Автор материала: Рав Игаль Полищук

59
каждый еврей

Мишна в трактате Авот говорит о трех коронах, которых удостоился наш народ. Раши говорит, что в Мишкане было также 3 короны. Ковчег Завета был увенчан по всему периметру рамкой, похожей на венец, – и в этом Раши видел намек на кетер Тора, венец Торы. Само содержимое Ковчега было связан с Торой: там находились осколки первых скрижалей, которые разбил Моше, вторые скрижали и свиток Торы, написанный Моше. На жертвеннике тоже присутствовал венец, который соответствовал кетер кеуна – короне службы в Храме. На шульхане – особом сооружении, на котором раскладывали лехем паним, хлебные подношения, тоже был особый венец. По Раши, это намек на кетер малхут, венец Царства.

Мы не до конца понимаем, что такое жертвоприношение, и не можем сейчас постичь его суть. Приблизить к постижению его сути нас может понимание того, что настоящее, истинное жертвоприношение происходит тогда, когда человек приносит в жертву самого себя (так пишут «Сефер а-Хинух», Рамбан и другие). Не имеется в виду что-то похожее на жертвоприношение Ицхака – имеется в виду, что человек как бы приносит в жертву собственное «я», максимально подчиняет себя воле Творца. Суть идеи жертвоприношения – «есть только воля Творца, и даже моя жизнь перед этим (все, что представляет для меня ценность) – ничто». Принося в жертву животное, человек имеет в виду, что и он сам, и вся его жизнь должны быть подчинены воле Творца.

Довольно большая часть Торы говорит о жертвоприношениях. Виленский Гаон говорил, что он понимает, что такое амораим и танаим, но он не понимает, что такое еврей, приносящий жертву в Храме. Наше с вами понимание, конечно, даже не приближается к пониманию Виленского Гаона, но все же мы можем попытаться себе это представить – не по ощущениям, а в теории. Человек собирает все лучшее, что у него есть: живую природу – животных и птиц; продукты, выращенные из земли – хлеб, масло, вино; неживую природу – соль, воду – и приносит все это Всевышнему. Этим действием человек подчеркивает то, что все живое и неживое в мире полностью подчинено воле Творца. Когда все творения подчинены Его воле (важнейшая функция человека – использовать все творения для исполнения воли Творца), то она распространяется во всем мире, и это называется «хаим бе-рацоно». Тогда в мире распространяется благо, изобилие и все, что нужно, в достатке каждому из творений.

На святом языке жертва называется лахмо шель мизбеах, «хлеб Всевышнего». Это кажется совершенно бессмысленным с точки зрения наших представлений о Творце. «Ки лехем Элокеха у макрив» – «Он подносит хлеб Всевышнему». Что могут означать эти слова в Торе, ведь Всевышний, во-первых, не нуждается в хлебе, и, во-вторых, что мы можем дать Ему, который питает все миры?

Наши души не зависят от еды. Даже если человек умирает от голода, не дай Б-г, его душа расстается с телом, но не умирает. В самом простом смысле назначение еды – поддержать совместное существование души и тела. Всевышний называется оживляющим все живое. Так же, как едой мы поддерживаем связь души с телом, так же и нашими приношениями мы поддерживаем связь Всевышнего с нашим миром.

Служба в Храме, жертвоприношения – причина того, что Шехина, Б-жественное присутствие, наполняет наш мир. Большое достоинство и важность работы священнослужителей – коэнов и левитов – быть посредниками между народом Израиля (и народами мира) и Всевышним в поддержании этой святой связи.

Мы писали выше, что венец на шульхане, стоящем в Храме, Раши связывает с кетер а-малхут, короной Царства. В трактате Недарим есть интересное определение того, что такое царь: царь – это тот, кто дает другим, не прося ничего взамен. Точнее, в Гемаре идет обсуждение того, что любой человек, который дает, хочет получить что-то взамен, и приводится фраза «я же не царь, чтобы давать тебе и не получать ничего обратно». Таким образом, понятие малхут, царство, напрямую связывается с понятием мидат а-хэсед, благодеянием. Несмотря на то, что мы привыкли к другому понятию царя – властный тиран, который берет как можно больше для собственного блага, понятие, данное Торой, говорит нам об обратном. Царь, даже когда он берет, делает это исключительно для пользы и блага своего народа, но не для собственной выгоды.

В трактате Гитин сказано, что изучающие Тору называются млахим, цари, то есть дающие. Мы уже говорили о том, что сейчас, когда нет Храма, Тора у нас заменяет жертвоприношения, и именно изучение Торы приводит Шехину в этот мир. «Талмидей хахамим марбим шалом бе-олам» – мудрецы Торы приводят (увеличивают) мир в этом мире. Само по себе понятие «шалом», переводимое на русский язык как «мир», является намного более широким. Корень слова шалом такой же, как и в слове «шлемут», цельность. Более того, говорится в Пиркей Авот (6): «таков путь Торы – хлеб с солью будешь есть, простую воду пить, спать на земле – если занимаешься Торой, замечателен твой удел и в этом мире, и в мире грядущем, и не завидуй столу царя (потому что твой стол – больше стола царя)». Почему в пример приводится именно стол царя, а не, например, министра или купца? Что может быть на столе царя такого особенного? Цари, насколько нам известно, не знамениты своим обжорством – так что же это?

В книге Царей у нас есть описание «шульхано шель Шломо», стола царя Шломо: за этим столом он кормил весь свой народ! Такой стол соответствует описанию царя и описанию шульхана в Храме – это символ благосостояния народа. Шульхан а-мелех, царский стол, – это не то место, за которым кушает сам царь, это стол, за которым он кормит народ. Говорит барайта так: настоящий бен Тора зачастую учит Тору в бедности, и средств, которые у него имеются, с трудом хватает на то, чтобы прокормить себя и семью. Истинный талмид хахам – это не книжный червь, который ничего не видит кроме, Гемары. У него, как правило, доброе сердце и хороший глаз, и он всеми силами стремится исполнить заповедь любви к ближнему, и, конечно, временами он страдает от того, что не может помочь нуждающемуся материально. В такие минуты он может позавидовать «столу царя» – меценатам и спонсорам – царям благотворительности, которые тратят колоссальные средства на поддержку Торы и помощь нуждающимся (иногда намного больше десятой части своих доходов – ради поддержки Торы это разрешено). Именно про такие моменты говорится, что изучающему Тору ради нее самой (т.е. ради замысла Творца) не стоит завидовать столу царя: у каждого в мире свое предназначение, и, если какому-то человеку Всевышний дает богатство, чтобы он поддерживал изучающих Тору, то и сам бен Тора удостаивается не меньшего, а большего благословения. Именно через людей, которые учат Тору в нужде, приходит в мир Шехина и благословение. Браха, которая происходит от самоотверженной учебы Торы, даже выше той брахи, которая происходит от царского стола!

Нам, каждому из нас, всем бней Тора, важно приучить себя быть млахим, царями, следует воспитывать в себе качество «лев тов», желание сделать другому добро. Это то, что является необходимой составляющей понятия «мелех», царь, так, как это описано в Торе, как это должно быть на самом деле.

Подготовила А. Швальб.


http://www.beerot.ru/?p=52116